По лезвию ножа

— А как же ты? Я не оставлю тебя тут одну даже не проси! — воспротивился Габриэль с тревогой глядя на неё. — Вдруг он только этого и ждёт, чтобы мы разделились?

При виде его беспокойства в груди разлилось приятное тепло, как от чашки выпитого перед сном чая.

«Какой же он всë-таки милый!» — пронеслось в мыслях Вероники, но вслух она сказала другое:

— Пернатый, прошу, — тепло улыбнувшись, ведьма коснулась его лба своим, заглядывая в глаза. — Я знаю, мне как и всем ведьмам нет веры, но сейчас поверь. Мне будет проще уйти одной, чем тащить тебя ослабевшего на своём горбу.

— Нет…Я никогда не прощу себе, если с тобой что-то случится… — голос предательски дрогнул. Даже в самых кошмарных фантазиях он боялся представить, что падший ангел может сотворить с Вероникой. На Небесах об их жестокости ходили страшные слухи.

— Птенчик, не забывай, что перед тобой боец элитного отряда. Будь я хрупкой куклой — меня уже давно бы сломали и выкинули на помойку. Я могу постоять за себя, — в глазах ведьмы на долю секунды загорелся дерзкий огонёк. — Давай, крылья в зубы и вперёд. Не заставляй гнать тебя пинками под зад!

— Н-но… — попытался возразить Габриэль, да только его грубо прервали:

— Вали, пока прошу по-хорошему! Или хочешь повторения нашей битвы? — она выгнула бровь, многозначно покосившись на него.

Несколько долгих секунд Габриэль терзался в смутных сомнениях, разрываясь между желанием защитить её и подчиниться. В конце концов не выдержав натиска ведьмы, ангел сдался. Прихватив коробку, он кое-как поднялся на ноги, которые сейчас казались ему ватными от одолевшей его слабости.

— Через три дня на том же месте, где мы встретились. В три часа дня. Смотри не опаздывай! — она быстро поцеловала его в щëку и легонько подтолкнула.

— До встречи и… береги себя. Если вдруг ситуация выйдет из-под контроля…

— Не стой столбом. Иди. Я и не таких на лопатки укладывала.

Габриэль окинул её внимательным взглядом. Уверенность, читавшаяся в глазах подруги, почти не оставляла сомнений, но и тревога никуда не делась. Однако спорить с ней бесполезно. Он молча отступил на шаг, расправил крылья и растворился в ослепительной вспышке белого света.

Как только ангел исчез, Вероника вскинула руку, с её пальцев сорвался вихрь пурпурных искр. Они устремились к точке его перемещения. Там полыхнула короткая вспышка, разрывая магическую нить, по которой его могли отследить. Ведьма облегчённо выдохнула и достала из сумки пачку Marlboro. Зажав одну сигарету в зубах, она стала искать зажигалку, заглядывая в каждый карман.

— Ну что? Выходи давай, падший трус, — не отвлекаясь от дела, обратилась ведьма в пустоту.

Поначалу ей никто не ответил. Лишь протяжно завыл ветер, бросая в лицо пыль, но в какой-то момент Вероника ощутила слабую волну негативной энергии. По телу прошла лёгкая дрожь. Ангел больше не пытался навредить. Скорее намекнул на своё присутствие.

— «А ты смелая, ведьма», — отзываясь болью, прозвучал незнакомый голос у неё в голове. — «Уверена, что не словишь инфаркт?»

От резкой боли в висках Вероника выронила сигарету, но всё же смогла поймать её на лету. Она ехидно усмехнулась:

— Мужик, ты моего командующего видел? Вот это действительно страх и ужас. Лучше дай прикурить. Я кажись зажигалку потеряла.

Привалившись спиной к стене, Вероника поднесла сигарету к губам, в ожидании действий противника. Играть на нервах других она умела лучше всех, чем частенько доводила до белого каления начальство и волчару. Благо, Гарз всегда её прикрывал, иначе на одну излишне дерзкую ведьму среди охотников могло стать меньше.

— Это он ещё не видел меня!

Прямо напротив неё взвился клуб чёрного дыма, из которого шагнул падший ангел. Высокий, широкоплечий, он был одет во всё чёрное: кожаная куртка плотно облегала мощный торс, штаны подчёркивали силу ног. На чуть смуглом лице с лёгкой щетиной недобро сверкали два огненных глаза, а губы кривились в хищной ухмылке. Густые чёрные волосы торчали в беспорядке. За спиной распахнулись огромные, иссиня-чёрные крылья. Эффектное появление — ничего не скажешь.

От него веяло первобытной злобой и губительной тьмой. Эта мощь была столь велика, что без труда подавила светлую ауру Габриэля. Он уже давно не был ангелом — он стал чем-то большим, чем просто мелкая нечисть. От такого уровня силы даже демоны предпочитали держаться подальше.

При виде тёмного падшего сердце Вероники пропустило удар и рухнуло куда-то вниз. По спине пробежал холодок, но лицо осталось непроницаемым. Нет уж. Ещё ни один противник не видел её страха. И этот не дождётся.

— Ох, какой мачо! — убрав от губ сигарету, девушка прищурилась и игриво прикусила ноготок. — Сладкий поверь, ты намного симпатичнее его!

— Люблю когда меня хвалят, особенно красивые дамы, — мужчина самодовольно усмехнулся, медленно приближаясь. Падший двигался с грацией хищного зверя, а его цепкий взгляд не упускал ни одной детали. — Да и ты вполне себе ничего.

— Я прям польщена, — Вероника плавно повела открытым плечом, отталкиваясь от стены и двинулась навстречу опасности.

Что поделать, жизнь научила её не показывать страха, а наоборот, выводить противника на диалог. Причём желательно агрессивный. Приблизившись к падшему ангелу, ведьма смело заглянула ему в глаза, мысленно ставя щит на свой разум. Не хватало ещё, чтобы враг копался в её мыслях.

— И что-же такой красавчик забыл здесь, в этой грязной подворотне?

Девушка снова приставила сигарету, к растянутым в милой улыбке губам, намекая, чтобы тот дал ей огоньку. Падший оказался догадливым и далеко не скупым. Достав из кармана куртки зажигалку, он любезно поджёг сигарету.

— Мимо пролетал, — он провёл рукой по волосам, зачесывая назад, и явно красуясь. Крылья за спиной наполовину расправились, демонстрируя внушительный размер. Не каждый ангел, а особенно падший, может такими похвастаться. — И случайно заметил такую милую очаровашку в компании святоши.

Последнее слово тёмный выплюнул с нескрываемым отвращением. Выдохнув клуб дыма, Вероника оценивающе разглядывала его.

— Сладкий, ты меня смущаешь! — подняв руку, ведьма аккуратно убрала в сторону пару свисающих прямо над горящими дьявольским огнём глазами ангела прядей волос. Довольная результатом, осторожно положила ладонь на его плечо в попытке почерпнуть немного ауры. Стараясь скрыть свои намерения, она привстала на носочки, приближаясь к его лицу. Опасно близко.

— Как же зовут такого большого, сильного и опасного крылатика? — Вероника говорила тихо, почти соприкасаясь с его губами. Страх уже прошёл. Осталась только настороженность.

Мужчина заметно напрягся, будто почуяв неладное. Его лицо исказила нахальная ухмылка. Негативный толчок энергии передался ведьме.

— Фенир, — представился падший, оценивающе глядя на девушку. — А теперь, хотелось бы услышать ваше имя, мадмуазель.

От давления тёмной энергии у Вероники подкосились ноги. Не выдержав удара по собственной ауре, она пошатнулась, почти теряя сознание.

— Эй, крошка, ты это чего? Тебе нездоровится? — с наигранным беспокойством поинтересовался Фенир. В его глазах плясали черти, пока он с упоением наслаждался чужой слабостью.

Сквозь удушающее кольцо тьмы, сдавливающее шею, Вероника процедила сквозь зубы:

— Не называй меня крошкой…

Давление было невыносимым. Ведьма никогда не чувствовала ничего подобного — даже светлая сила Небесных ангелов не имела над ней такой власти. Но она справилась. Приняла этот вязкий, чёрный негатив, пропустила его сквозь себя. И открыла глаза.

Фенир провёл рукой по её щеке и властно приподнял за подбородок, заставив Веронику смотреть ему прямо в глаза. Радужка его глаз приняла цвет пламени. Одной рукой он грубовато продолжал придерживать девушку за талию.

— Почему нет? Разве тебе не нравятся комплименты? — падший немного ослабил свой негатив, но продолжал воздействовать на ведьму.

Так просто сдаваться она не собиралась. Глаза Вероники загорелись янтарным свечением. Ведьма прошептала заклинание, рассеивая его тьму. Одна из тех способностей, что досталась ей от отца — тёмного колдуна. А светлая и целительная силы уже от матери в большем объëме.

Вероника вызывающе посмотрела на мужчину и твёрдо встала на ноги. Схватив его за грудки, она молниеносно ударила локтем в солнечное сплетение и с силой оттолкнула. Для Фенира всё произошло слишком быстро: он не успел даже понять, что произошло, как уже оказался уложенным на лопатки. Затылок пронзила боль от удара об асфальт. С хитрой улыбкой ведьма уселась на его грудь, игриво проведя ноготком вдоль шеи.

— Люблю. Но не крошкой. Чувствую себя, словно хлебная крошка под ногами. Вот прям как ты сейчас.

Фенир был впечатлён её боевыми навыками. Девушка лишь на вид казалась хрупкой, а на деле же та ещё воинственная стерва. Годы тренировок не прошли даром.

На лице падшего ангела заиграла зловещая ухмылка, не предвещавшая для ведьмы ничего хорошего.

— Знаешь, а такие дерзкие дамы мне очень даже нравятся, — глаза Фенира загорелись ярче. Вокруг него сгустились тени, застилая взор. Отделяясь от фонарей и стен зданий, они тянулись к нему, словно ожившие змеи к василиску.

Резкий толчок в грудь, и девушка отлетела в сторону. Воспользовавшись заминкой, падший поднялся на ноги, и подскочив к ней, рывком поднял за волосы. Ещё секунда ушла чтобы припечатать противницу спиной к стене.

Новая волна негативной энергии на какое-то мгновение парализовала Веронику, не позволяя двигаться. Не долго думая, Фенир грубо схватил её за шею, угрожающе расправляя за спиной крылья.

— Крошка, а мамка не учила тебя в детстве, что играть с огнём опасно?

С еë губ сорвался хриплый стон. Она довольно сильно приложилась головой об стену, да так что в глазах потемнело. Воздуха катастрофически стало не хватать. Попытки оттолкнуть треклятого тёмного ни к чему не привели. После последнего вопроса Фенир немного ослабил хватку, видимо чтобы услышать ответ.

— Не знаю... Я твою мамку не встречала… — сквозь боль ведьма всё же смогла ехидно улыбнуться. Протянув к мужчине руку, она быстрым движением начертила на его лбу руну Жизни. Та мгновенно загорелась ярким свечением, охватывая его тело белой дымкой.

Короткая вспышка света на мгновение ослепила Фенира. Он со злобным шипением отшатнулся, выпуская Веронику из хватки. На восстановление негативной ауры ушло несколько секунд. Вокруг падшего сгустился вязкий мрак. Прожигая Веронику взглядом, тёмный сквозь зубы прорычал: