Истории умирающего мира

Истории умирающего мира

История 1

Чтобы ни произошло, какие бы страдания ни пришлось перенести и сколько бы боли она мне ни причинила, я всегда буду любить её...

Прямо сейчас я наблюдаю за ней, моя Катя с таким удовольствием кушает мясо.

Может, это был стейк, приготовленный мишленовским шеф-поваром?

Или её любимая курочка терияки?

А возможно, это были крылышки KFC?

Нет, прямо сейчас, лёжа на полу, я наблюдал, как моя любовь ест меня.

Я всегда буду любить её...

Я встал рано, время было около 8-9... Примерно в это время открывалась аптека рядом с нашим домом, моей Любимке не здоровилось, и одновременно с ней заболели 1.000 и 1.000 людей, и даже по телевизору крутили репортажи о новой неизлечимой болезни.

«Ха. Мы пережили Эболу, пережили коронавирус и пережили хантавирус, ничто не убьёт человечество!»

Это были всего лишь слова... Её слова, которые я никогда не подвергал сомнениям.

В общем, проснувшись в этот час, я проверил, как она себя чувствует. Сегодня она была необычайно бледна. Шёл уже седьмой день, когда она хандрила. Помимо бледности, при помощи градусника я узнал, что у неё была температура 38,6°.

Помимо температуры в первые 3 дня её мучила головная боль, в последние дни наблюдались лишь температура, бледность и слабость. Она почти не вставала с кровати, и у неё не было аппетита.

Я кормил её с ложечки, заставлял поесть хоть немного, но именно сегодня мне потребовалось выйти.

В доме закончились продукты и лекарства.

До ближайшего гипермаркета было буквально 15 минут ходьбы, а если моим шагом или пробежаться, все 10 или пять, там же неподалёку находилась аптека, где я планировал взять лекарства для моей Кати.

Я подошёл к кровати, поцеловал её и, накинув на плечи куртку, покинул квартиру.

Закрывать двери я не стал, жили мы в довольно-таки надёжном жилом комплексе, незнакомых не пустит охрана на территорию ЖК, а соседей мы всех знали, со всеми общались, даже ходили в ресторан, что был неподалёку, всем этажом.

Также не стал закрывать двери, потому что ключи потребовалось бы искать как минимум 15 минут.

Ведь я любил их кидать куда попало, а я хотел вернуться как можно быстрее.

Я спустился по лестнице, когда увидел, что лифт, который я хотел вызвать, уже ползёт к первому этажу.

Мы жили на девятом этаже, и я решил спокойненько пробежаться по ступеням, не дожидаясь лифта.

Когда я вышел на улицу, меня встретило осеннее запустение, кусты и деревья в ленивой манере сбрасывали с себя последнюю листву, дни становились короче, и на улице уже становилось прохладно.

Я скинул куртку с плеч и, надев её, побежал в сторону гипермаркета.

Когда выбегал из ЖК, я увидел на парковке, прилегающей к комплексу, нашего соседа.

Он стоял у машины и не двигался, я не придал этому значения и выбежал с территории, махнув охраннику в будке.

Я бежал по тротуару, ветерок гнал листья, а те листья, что не хотели подчиняться силе природы, разлетались от автомобилей, что проносились мимо меня.

Добравшись до магазина, я отдышался и зашёл в него.

Взяв корзинку у входа, я пошёл по торговым рядам, побросав в неё супы быстрого приготовления, хлеб, колбасу.

Пройдя к секции со скоропортящимися товарами, я уложил в корзину яйца, молоко, сыр и немного йогуртов, что обожает Катюша.

Оплатив продукты на кассе, я чудом отбился от назойливого продавца, что пытался втюхать мне акцию, сказав, что я тороплюсь.

Выбравшись из магазина, я направился в аптеку, встретила меня приятная девушка, выслушав симптомы, она предложила парочку хороших лекарств, которые отпускаются без рецепта, и от себя дала пару ампул жаропонижающих.

В принципе, ничего сложного в постановке укола не было, я уже помогал любимой, она у меня любит поболеть, так что я часто ставил её на ноги, иногда играл роль медбрата и ставил ей уколы.

Оплатив лекарства, я покинул аптеку и направился в обратный путь.

В течение 10 минут я уже подбирался к дому и, зайдя на территорию, позвонил в домофон. Из будки охраны мне никто не ответил, тогда я полез во внутренний карман в поисках карточки для входа на территорию.

Приложив её к сенсорной панели, я услышал звонкий сигнал открытия замков, и воротина впустила меня внутрь.

На удивление, во всём ЖК было пусто, и на парковке не было того соседа.

В будке охраны не было никакого копошения или хотя бы не было замечено охранника, который пытался сделать вид, что работает, сидя в телефоне.

Хоть время и было ранее, но никто не ехал на работу. Задумавшись сейчас, честно сказать, я даже не понял, почему не обратил на это внимание.

Я поднялся на свой этаж, в коридорах никого не было, и я зашёл в нашу с девушкой квартиру.

Я уже хотел поставить пакет и пройти в зал, где она лежала на нашем двухспальном диване, но тут я увидел её в прихожей.

Она стала ещё бледнее, чем когда я её оставил. Она медленно шла в мою сторону.

Я развёл руки для объятия.

Начал говорить что-то вроде: «Ты поправилась?» — «Как себя чувствуешь?» Она подбежала ко мне в упор и обняла.

Только я хотел погладить её по её волосам цвета пшеничных колосков, что впитали в себя весь свет лета, но тут я почувствовал боль.

Она укусила меня в плечо, прокусывая куртку и футболку под ней, кровь побежала под футболкой, от неожиданности мои ноги подкосились, и я упал, выронив пакет с покупками на пол.

Я услышал, как разбились яйца и как с грохотом разбилось стекло, скорее всего, это были ампулы.

И вот я — её главный деликатес.

Я очнулся, осмотрел окружение вокруг себя.

Всё было в каком-то непонятном красном спектре, я осмотрелся и увидел мою Любимку, что утеряла человеческие черты ещё больше.

Она держала меня за руку, это была уже не её нежная ладонь, а когтистая лапа. Она была бледна. Лицо, руки и все обнажённые части тела были покрыты выступающими венами, её волосы, что были цвета лета, стали холоднее и приобрели пепельный цвет, цвет смерти, определённого угасания жизни.

Она проснулась и подняла на меня взгляд, мёртвый взгляд. Я не увидел в её изумрудных глазах прежней нежности, любви и привязанности, но это были её глаза, что я обещал любить вечность, я протянул свободную ладонь к её щеке и положил.

Я обратил внимание, что моя рука была тоже бледна, но явно выступающих вен, как у моей любимки, у меня не было, плюс моя рука, которую держала она, также больше напоминала человеческую.

Чтоже, раньше, когда я смотрел фильмы-катастрофы, естественно, про зомби-апокалипсис, я всегда задавался вопросом, остаётся ли от человека хоть что-то после этой метаморфозы, чувствуют ли они что-то, могут ли мыслить? Ну, получается, я получил на этот глупый вопрос ответ, которого я не просил.

Да, я могу мыслить.

Да, я могу двигаться так же, как живой, иногда тело не слушается, а иногда меня упорно тянет вдаль моя Любимка.

Не знаю, может ли мыслить она, или лишь голод ведёт её вперёд. Мне приходилось иногда чуть ли не силой затаскивать её в магазины, когда слышал проезжающие машины выживших.

Город погиб, погиб настолько быстро, что люди даже не начали эвакуацию, дороги вроде не забиты, и те, у кого были машины, стали властвовать в этом городе, кто-то сходу поехал в полицейские участки, в некоторых таких местах были организованы безопасные зоны, а в некоторых уже царил хаос.

Мы были неподалеку от безопасной зоны.

Моя Любимка все так рвалась напасть на мимо проходящих выживших, но я останавливал её, потому что это было опасно.

В первую очередь для неё, нет, это не было какой-то моральной установкой, «что людей убивать нельзя», нет, я и сам хотел их съесть.

Но, судя по всему, в нашей связке я сейчас за мозг. И мне нельзя терять самообладания, пока мы не выйдем из этой потенциально опасной зоны.

Любимка была сильнее, быстрее, но явно не умнее.

Она не рассчитывала варианты.

До того как мы добрались сюда, она в тупую напала на двух выживших, что лутались в городе.

Ну и, конечно, всё это время мы ходили под ручку, во-первых, я не хотел её отпускать по собственному желанию, и она не отдёргивала руку, даже несмотря на то, что она наверняка была бы эффективна в бою, орудуя двумя руками.

Я хотел это сказать, но у меня остались только воспоминания и возможность ясно мыслить, по крайней мере, пока передо мной не появится человек.

Очнулся я также внезапно, как и потерял над собой контроль, словно я уснул, а пока я спал, балом правил жестокий монстр.

Последнее, что я помню, что мы пришли к большой городской больнице, мы начали ходить по этажам, видели наших собратьев, которые тоже праздно шатались по этажам, и, поднявшись на последний этаж, мы нашли дверь, которая была плотно закрыта изнутри.

Когда я почувствовал этот запах, я заревел, я бросился на дверь, и мы вместе с Любимкой начали её уничтожать, мои удары не наносили урона, я скорее больше вредил себе, а вот её когти оставляли огромные раны на теле этой двери.

Из-за двери послышался стон, оры, плач, мужчины на той стороне взяли что-то в руки, чтобы уже начать нас принимать, но это было бесполезно, выломав дверь, мы ворвались внутрь, это была резня.

Когда я очнулся, мы всё ещё находились в этой комнате, но уже после всего.

На полу лежали тела, какие-то укушенные мной, какие-то жестоко расцарапанные моей Любимкой.

Очнулся я в момент, когда доедал чью-то руку, я осмотрелся и увидел, что некоторые убитые нами, в основном, конечно, те, кто не лишился головы от когтей моей любимой, начали вставать.

Она стояла рядом, ну насколько могла, ведь даже в этот момент, когда мы ворвались внутрь, мы держались за руки.

Мы решили остаться в этой больнице, тут полно наших собратьев, есть нам пока не нужно было, и, как я выяснил, едим мы не потому, что голодны, а просто реагируем на запах крови и живой плоти, поэтому я предложил своей Любимке остаться здесь, ну как предложил...

Когда она пыталась выйти из больницы, я тянул её обратно, она сильнее меня, но не стала тянуть меня на улицу.

Гуляя по больнице, я нашёл журналы и попробовал свободной левой рукой начать вести записи, написал весь путь, который мы проделали до больницы, записал всех жертв, кого вспомнил, и записал свои мысли по поводу того, на что реагируем мы, зомби.

Ночью было неспокойно, зомби начали драться между собой, видимо, они были голодны, это были те, что обратились совсем недавно, нас они обходили стороной.

Судя по всему, те, кто обратились не через укус, а переболели и приобрели черты, подобные моей Любимке, были сильнее и занимали в иерархии главенствующие места.

В этой больнице мы провели 2 дня, за эти 2 дня ни я, ни Любимка так и не страдали от голода, а вот наши подопечные покинули больницу в поисках пропитания.

На третий день мне надоело сидеть на одном месте, и я потянул Любимку на выход, и она спокойно пошла со мной.

Я знал, что она умеет рычать, как ужасный монстр, но на меня она даже не фыркала, и мне даже начало казаться, что её глаза потеплели при взгляде на меня.

Я же периодически сжимал её руку и получал обратно такое же пожатие, может быть, Альфы не имеют разума, может быть, именно наша связь поможет ей прийти в себя.

Мы были в пути, когда я вновь отключился, когда я пришел в себя, я увидел невероятную сцену: моя Любимка перепрыгнула автомобиль, что ехал прямо на нас.

Видимо, эти идиоты решили, что мы будем легкой добычей и им хватит просто проехаться по нам, но не тут-то было.

Моя любимая запрыгнула им на капот и свободной рукой с когтями пробила лобовое стекло, убив водителя.

Машина потеряла управление и, съехав с дороги, врезалась в ближайший магазин, я же вместе с Любимкой спрыгнул с авто, а затем мы направились к машине, что врезалась в ларёк, чудом его не разбив.

В машине сидел парень на пассажирском сидении спереди, от удара его лицо впечаталось в приборную панель и очень сильно нас манило запахом крови.

На заднем же сидении пристегнулись две девицы, что пытались прикинуться частью интерьера, вжимаясь в кресло.

Ну, моя Любовь, используя свои когти как швейцарский нож, открыла дверь заднего сиденья и, схватив одну из девушек, начала вытаскивать её из машины, но она вцепилась в сиденье, потом начала тянуть руку ко второй девушке, но вторая просто сделала вид, что её нет, может быть, она просто поняла, что всё тщетно и им конец.

И тут я заметил, как парень залез в бардачок и достал пистолет, он сделал три выстрела, две пули попали в Любимку, пули осыпались на асфальт, отскочив от неё, и одна в меня.

Я почувствовал боль и взвыл, игнорируя следующие пули, что попадали в меня. Я начал забираться в автомобиль, добравшись до парня, я накинулся на него, затащив за руку в салон свою Любимку и вырвав пистолет из его рук, я укусил его шею.

Его тело сотряслось конвульсией и обмякло, позволяя мне продолжить пиршество.

А пока я сражался с парнем, Любимка правой свободной рукой уже убила двух девушек и приступила к трапезе.

Когда я очнулся, парень бродил рядом с машиной уже обращённый, я же сидел рядом с Любимкой на заднем сиденье и смотрел, как она вылизывает свои когти, у меня исчезли все силы, видимо, я не так всесилен, как моя Любимка.

Пока я приближался к парню, я получил пять пуль в грудь, и она сейчас жутко болела, даже перекус не помог мне восстановиться.

Я нашёл в своём кармане телефон и пытался его разблокировать, но сенсор не воспринимал мои руки, тогда я со злостью бросил телефон и отключился на заднем сидении рядом со своей Любимкой.

Когда я проснулся, моя Любовь лежала у меня на коленях, всё так же держа меня за руку, её рука тряслась.

Неужели она переживала за меня?

Ладно, всё равно спросить я никак не смогу.

Я коснулся её щеки и убрал волос, что закрывал её глаза, за ухо, она очнулась и, открыв глаза, встала с моих колен и начала вытягивать меня из машины, видимо, чтобы проверить, что я в порядке.

Куда идти дальше я не знал, у меня не было никакой информации о выживших, расположении сил или даже о пунктах эвакуации, да и вообще не знал, были ли такие пункты в этой местности.

Как минимум я узнал, что никто эвакуироваться не успел, заболевшие начали очень быстро всех заражать, и, скорее всего, из города сбежали только высшие чины.

Уже около недели мы блуждаем по улицам города, смогли без особых проблем уничтожить семью, что пряталась на складе одного супермаркета, сначала они спалились, открывая ставни, чтобы проверить, что происходит на улице, а затем, когда мы смогли проникнуть внутрь, запах живых людей привлёк нас к металлической двери, что вела в подсобку.

Я заметил, что после питания я восстанавливаюсь, но не так быстро, как Любимка, а также чем больше питаюсь, тем сильнее становлюсь.

Поднажав вместе с Любимкой, мы смогли выломать дверь и напали на семью, что пряталась внутри, на этот раз я не потерял сознание и полностью себя контролировал, кровожадности не прибавилось, а убивать живых и есть их тела стало само собой разумеющимся.

Когда был момент спокойствия и убитые нами, даже я сказал мной, пришли в себя и разбрелись по магазину.

Я занял место в подсобке, прислонившись к одному из ящиков и достав из куртки журнал, что вёл в больнице, написал заметку, что, возможно, то, что происходит со мной, не является какой-то аномалией.

Просто из-за того, что меня обратила Альфа, коей является моя Любимка, у меня сохранился разум, который вирус не подавляет, и является вспомогательной функцией, дабы помочь вирусу распространяться.

Для меня не было неожиданностью, что умный зомби сможет обратить больше, чем тупой.

Также записал свои наблюдения относительно Любимки, действительно, её взгляд стал больше походить на прежний, до того как она стала Альфой, и я даже заметил подобие улыбки, когда она смотрит на меня, жаль, сам я никак не могу выразить эмоции, только рычать и гладить ее по волосам и сжимать ее лапку в своей ладони.

Пробыли в этом супермаркете мы недолго, от силы день, я решил поэкспериментировать с зомби, которые не успели покинуть магазин.

Теперь могу точно выделить три вида зомби, с которыми я встретился.

Самый стандартный зомби, обращён таким же типом зомби или обращён полуальфой. Такие зомби медлительные, разума или его зачатка не обнаружено.

Полуальфы, я выделил этот вид, отметив себя, проверив и потолкав зомби, пощупав их тела, я выяснил, что они не такие крепкие, как я, и уж точно не такие крепкие, как моя Альфа, соответственно, я выделил себя как промежуточный путь эволюции между первым типом и альфой.

Типом были записаны как раз таки Альфы, как моя Любимка. Я предположил, что Альфы — это зомби, которые заразились, когда вирус ещё только начал распространяться. Пока других обстоятельств для появления Альф я не наблюдал, поэтому выделил их особенность заражений не через укус.

Звучит логично, Альфа появляется в ещё не заражённом мире и за счёт улучшенных физических особенностей без проблем побеждает слабых людишек.

ПолуАльфа — это те, кто, скорее всего, достаточно питались, и дополнительных баллов к эволюции мне прибавило заражение через Альфу.

Ну и, соответственно, самая многочисленная группа — это первый тип, зомбики, что праздно шатаются по локациям, выискивая выживших.

Точно также я заметил, что они не свирепеют при малейшем возникновении в воздухе запахов выживших. Например, нас с моей Альфой корёжило каждый раз, когда мимо супермаркета проезжали выжившие.

Проведя эти сутки в режиме экспериментатора, я бросал различные банки по магазину и смотрел, как «глупышки» идут на звук.

Произошло еще одно изменение в Альфе, глаза ярче не стали, но на теле уменьшилось количество вен, и кожа стала эластичнее и, скорей всего, прочнее. А из милого она начала отпускать наши руки и обнимать меня, ее тихий рык напомнил мне мурчание нашей кошки, которая, кстати, пропала, когда Любимка только заболела, что-то эта пушистая морда знала.

Хмм, кстати, а как её звали, а меня? А Любимку?

Закончив с этакими эксперементами, мы выдвинулись дальше, я хотел проверить полицейский участок, что находился неподалеку от супермаркета.

За лапку я вел мою Альфу, что молча смотря на меня, забралась на крышу здания. Я занял место в тени и начал осматривать участок с высоты птичьего полета... Ну почти.

Движения на территории не было, точнее было, но не то, которого я опасался.

По парковке гулял первый тип, и по этажам разгуливали зомби в полицейской форме.

Мы спустились и направились вовнутрь здания, зомбики никак на нас не отреагировали и просто занимались своими делами.

Я обошел все здание, кроме зомби здесь никого не было, мы зашли в кабинет начальника этого подразделения и увидели в кресле тело с простреленной головой и укусом на руке. Он ушел на своих правах. Перед ним на столе стояла переполненная пепельница, почти допитая бутылка водки и заплесневелые овощи в тарелке. Пир во время чумы. Его последний ужин перед его решением не пополнять ряды первого типа.

Осмотрев его кабинет, на полу я нашел пистолет, что стал для мента единственным выходом из ситуации.

Я видел, как в фильмах герои орудовали оружием, и помнил, что оно весьма полезно. Найдя еще пару магазинов в открытом сейфе, где лежали дела и деньги...

Карма. Это определенно карма, ну или гнев божий.

Да не, бред какой-то, наверняка просто ученые заигрались с созданием чего-то, и это что-то вырвалось на свободу, плавали, знаем.

Больше в кабинете ничего полезного не нашлось, и мы направились в последнее место, где не были.

На карте пожарной безопасности числился отдельный сектор в подвале, что был подписан цифрой 30, а это значит нужно найти ключ с таким же номером.

Это было помещение, где находились изоляторы, там заключенные ждали перевода в тюрьмы, в зависимости от вынесенных приговоров.

Откуда я это знаю, имя не помню, зато прочим мусором голова забита.

Мемы, песни, а как зовут Любимку не помню...

Почувствовав мою грусть и тревогу, моя Альфа слегка сдавила мою ладонь и тихо рыкнула, я не смог хандрить дальше, да и негоже мне ее заставлять волноваться. Я ответил ей, сжав ее ладонь, и она улыбнулась.

По фильмам я помнил, что ключи хранятся у коменданта, полицейского за маленьким окном, мы выломали дверь и зашли, внутри никого не было, я прошел вовнутрь и взял нужные мне ключи.

Это была металлическая цельная дверь, я вставил ключ в скважину и провернул. Дверь, что по ощущению была очень древней и создавала ощущение, что она стояла тут давно и уже вокруг нее был построен участок, открылась с характерным скрипом, у меня свело зубы, а любимка закрыла ухо, забыв, что вторая рука занята удержанием меня.

В общем, открылась, и слава богу... А кто такой бог? И почему я его славлю?

Мы прошли в изолятор, и, пройдя вдоль рядов, я увидел тела зомби, которые были заперты здесь и умерли от голода. Понял, первому типу нужно питаться, чтобы жить.

В последней камере сидел грузный зомби, он был бледным, а его тело покрывали вены, как у моей любимой Альфы. Ну, я сделал вывод, что он тоже Альфа.

Мы подошли, и он на нас напал, даже несмотря на то, что мы тоже не люди. Он бежал на нас и вырвал руку, что была прицеплена наручниками к его нарам.

Бежал на нас, как будто от этого зависела его жизнь. Я увернулся, разъединив наши руки, и он пронесся мимо нас, врезавшись в стену.

Моя Альфа среагировала мгновенно и полоснула своими когтями супостата по спине. Враждебная Альфа развернулась и начала махать своими накаченными ручищами, моя любимка поднырнула под его размашистые движения и пробила его подбородок на вылет когтями, что выдвинулись до самого мозга, а затем она отскочила от тела, что отправилось в свободное падение.

По полу прошелся гул, и пыль поднялась в воздух, я закашлялся, а моя Альфа лишь мило фыркнула, спрятав когти, принялась чесать носик.

В моменте у меня появилась странная идея съесть убитого, и я, наклонившись, укусил... МММ...

Вкус напомнил что-то сладкое, то ли шоколад, то ли пудинг, в общем, есть его было одно удовольствие. И я ел, пока мое тело не задергалось в припадке и я не потерял сознание.

Проснулся я в незнакомом здании, Любимки рядом не было, я посмотрел на часы и узнал, что с момента похода в участок прошло трое суток.

Когда я проснулся, услышал звуки боя, стрельба была довольно близко, я побежал и увидел за стеклом во дворе здания полицейский фургон и пять бойцов спецназначения гоняли по двору мою Альфу.

Я разозлился и, зарычав, выпрыгнул в окно с третьего этажа, ступни отозвались легким онемением, и я побежал на бойцов.

Они заметили меня, я не был таким же быстрым, как Любимка, и, пока я бежал до них, получил в грудь заряд бодрости, но проигнорировал боль и, совершив прыжок, придавил одного человека к полу, вцепиться было некуда, я залез в карман куртки и, подняв забрало его шлема, приставил пистолет к его лбу и выстрелил, в этот момент остальных щемила моя Любимка и другие зомбики, что пришли на звуки стрельбы.

Я встал и поймал еще одного на моменте перезарядки, я понял, что мне ничего не угрожает, пока этот объект, что он достал с бронежилета, не окажется в оружии.

Я налетел на незадачливого бойца и повалил, он был в балаклаве, я впился в его лицо и прогрыз маску.

Зомбики приступили к поеданию солдатиков, которых убила моя Любовь, я же отошел в тень и, облокотившись на стену, сполз по ней вниз, оставив кровавые следы.

Все тело болело, пули пробили и грудь, и ноги, благо в голову не попали. Но я мог двигаться, в отличие от первых ранений от пистолета, хотелось просто отдохнуть.

Я закрыл глаза и услышал звук волочения по земле. Открыв глаза, я увидел мою Любимку, она подтащила ко мне тело солдата, которого я убил выстрелом, а затем опустилась передо мной и взяла мои руки в свои, из ее изумрудных глаз по щеке пробежала слеза, лапки, что держали мои руки, дрожали.