Смерть сделает нас ближе

От тяжёлых размышлений его прервал нежный голос медсестры.

— Кхун, пройдите, пожалуйста, в приёмную к койке семьдесят один.

— Хорошо, спасибо, — Тен встал, сделал жест «вай», насколько позволяли ему руки, и пошёл в указанном направлении.

Он без труда нашёл необходимую койку со шторкой и зашёл внутрь. Здесь, где умирали люди, ему стало сложнее контролировать поток призраков. Поэтому до его ушей долетали крики, а носа касался запах крови и гнили. Когда в голове зазвенело и он уже потянулся к своим бусам, к нему пришёл врач.

— Кхун Тен, меня зовут доктор Тин. Вы поступили с жалобой на руку, — он смотрел с улыбкой. — Ещё есть какие-то жалобы?

— Нет. Только рука.

— Тогда сейчас мы отведём вас на рентген и, если всё нормально, обработаем раны, дадим обезболивающее и отпустим домой.

— Хорошо, спасибо.

Тен сразу заметил, что на докторе стоит печать Будды. Она давалась лишь тем, кто встречался с собственной смертью. Например, длительная остановка сердца. Но помимо печати вокруг доктора летала странная синяя аура. Тен не обладал нужными способностями, чтобы понять её природу. Однако она точно не связана с призраками.

Рентген занял всего десять минут, и уже через двадцать Тен сидел с выпиской о сильном ушибе. Он не хотел принимать обезболивающее, но доктор Тин заставил его дождаться медсестру для обработки ран и подписи документов.

Но жажда его настолько замучила, что он решил выйти сам из зоны койки. Схватившись за шторку, он резко дёрнул её.

— Добрый вечер, кхун, меня зовут Хао, и я…

Но в следующее мгновение из-за хлестанувшей его шторки по лицу, Хао выронил поднос со шприцами, ватными палочками и антисептиками. Они дождём посыпались вокруг него, и он поднял руки, защищаясь.

— Поберегись!

Каталка с умирающим пациентом толкнула Хао в спину, и он стал наоборот заваливаться вперёд, не видя, куда падает.

Тен выставил руки, пытаясь поймать медбрата, но промахнулся.

Хао же в попытках самому не оказаться в кабинете рентгенолога схватился за руку и футболку Тена. Старая ткань не выдержала и разорвалась по шву, и вместо того, чтобы хоть как-то помочь сохранить равновесие, они оба завалились на койку. Она качнулась и с недовольным скрипом скинула парней на пол. А вместе с этим на них посыпались прикроватные принадлежности в виде полотенец, салфеток, палочек.

— Ой… Мой локоть…

По скривившемуся лицу Хао было несложно догадаться о его неудачном приземлении. Он подвигал торсом, вероятно не понимая, каким образом уцелели рёбра. Раздался сдавленный кашель и недовольный хмык откуда-то снизу.

— Что?

И тогда стало понятно, кто выступил в роли подушки безопасности для Хао. Тен лежал на полу с разорванной футболкой, весь в синяках, и из его руки торчал шприц. Он не ругался, не злился. На его лице застыло невозмутимое выражение.

Он перевёл глаза на Хао.

— Удобно? — он бросил холодно.

— Ой, простите, пожалуйста, кхун! Вы в порядке? — Хао подорвался с места и стал извиняться с жестом «вай».

— Я ставлю сервису две звезды из десяти.

— Нонг Хао, ты что, решил с кхуном Теном ещё раз сходить к рентгенологу? — появился доктор Тин. — Как вы?

— В порядке. Насколько может быть в порядке тот, кто пришёл с ушибами и упал на пол еще раз.

— Тогда, может, необходимо встать? — поинтересовался доктор Тин.

— Может.

— Нонг Хао, чего стоишь? Помоги кхуну Тену, у меня много дел! — и доктор скрылся за ширмой.

Хао поднимал недовольного Тена. Всё тело вновь заболело после падения. Перед ним извинились примерно десять тысяч раз, и лишь потом достали шприц с обезболивающим из руки.

Тен смотрел на Хао безэмоционально. Его бусы немного задрожали, и он поспешил приложить к ним руку. Он нахмурился, вглядываясь в тёмные глаза Хао, напоминающие персиковые листья.

— Я сейчас всё принесу.

— Возьми воды, нонг.

— Хорошо.

Тен отпустил бусы, и они вновь задрожали. Он не очень хотел это признавать, но вокруг Хао — чёрная аура смерти. Тен бы никогда не спутал её с чем-либо. На нём такая же. А это могло означать лишь одно. Злой дух связан с судьбой Хао. И если он не поймёт, в чём проблема, то парнишка скоро умрет.

ДА НЕ ПОГУБИТ ТЕБЯ УБОРКА, МАСТЕР ТЕН

— Кхун Тен, простите ещё раз за случившееся, — Хао поставил ему уколы, продолжая смущённо улыбаться и поправлять ёжик волос. — Моя смена подошла к концу, и после суток без сна я плохо контролирую… все.

— Понятно, — Тен кивнул. — Спасибо.

Как только Хао появился с бутылкой воды, Тен отдал ей все свое внимание. Он мгновенно осушил ее, возмущаясь небольшим объемом. Однако вежливость не позволила ему стребовать ещё. Это помогло хотя бы ненадолго одолеть жажду. Ему ещё предстоял долгий путь домой по темноте. Тен должен использовать свои единственные сто бат максимально эффективно.

— Вы свободны, кхун, — Хао поклонился и с лёгкой улыбкой отошёл назад. — Продержите повязку на руке хотя бы день и не мочите.

— Поверьте, с последним я справлюсь, — Тен кивнул, вспоминая отсутствия дома воды, и покинул приёмное отделение.

Он вновь оказался в зале ожидания. Людей меньше не стало. Живот сводило судорогой, и он не понимал: помутнение перед глазами — действие лекарств или от голода. Он не мог больше терпеть, поэтому нацелился на автомат с едой.

Он не следил за динамикой цен в Таиланде последние несколько лет, но двадцать бат за сэндвич и ещё десять за бутылку воды посчитал грабежом.

Он нахмурился и аккуратно засунул деньги в автомат. Вода без проблем свалилась в ящик для товаров, а вот сэндвич зацепился краешком упаковки. Тен смотрел на него ярко горящими янтарными глазами.

— Сейчас я отправлю тебя к Будде, механическая коробка кошмаров, — прошипел он и взялся за свои бусы.

— Кхун, тут нужно просто ударить.

Рядом с Теном встал парень одного с ним роста. Он был одет в форму студента-первокурсника, и по шестерёнке несложно было сделать вывод о его принадлежности к инженерному факультету. Незнакомец ударил слева, и проклятый сэндвич Тена упал к воде с глухим хлопком. Студент посмотрел на Тена с улыбкой, поправил очки и галстук, направился к своему месту.

— Спасибо, — только и сказал Тен.

Он развернулся к выходу, но до его ушей долетел разговор.

— А я тебе говорила, чтобы ты с ним не связывалась. Эти шаманы ничего не умеют! Вот смотри, теперь ты привязана к этому придурку. Я не обладаю достаточными знаниями, чтобы провести разрыв, — старушка, вся в драгоценностях, отчитывала, по всей видимости, свою дочь. — Посмотри на себя. Опять синяк. В этот раз я заявлю на него в полицию.

— Мам, не надо, прошу, — девушка прикрыла лицо и огляделась по сторонам. — Я сама виновата, правда. У него сегодня…

— Ты наследница одной из влиятельных бизнес-корпораций. Да, я понимаю, Дэй — твоя старшая сестра, займёт место главы… Но статус, дорогая, статус! Ты как появляться будешь на публике с этим синяком? — пожилая женщина покачала головой. — Отпустила бы ты его, а не ходила по шаманам. Что делать теперь?

— Мам, он обещал, что такое больше не повторится.

Тен нахмурился. Девушка стояла с синяком не только под глазом — они наливались и на руках, выглядывали на талии из-под футболки. Она бесспорно пережила насилие. И, как и сказала её мама, её связывала гнилая красная нить. Такие получались, когда неумелые шаманы проводили ритуалы. Тен посмотрел вбок и увидел там маленькую девочку, которая резала из бумаги зверей. Он подошёл к ней и сел на корточки.

— Привет, не дашь мне ножницы на пару минуточек? — он улыбнулся, и девочка с обескураженным лицом протянула ему их. — Спасибо. Я скоро вернусь к тебе с ними. Не переживай.

Он постарался улыбнуться, чтобы не напугать девочку, и направился к девушке и её маме. Он встал рядом, накрывая их своей тенью. Они обе замерли, ничего не понимая.

Он снял свои бусы, накрутил на руку, и глаза Тена вспыхнули янтарным блеском. Он схватил нить, что тянулась от мизинца левой руки девушки, и обрезал её детскими ножницами. Оковы неправильного ритуала тут же рассеялись.

— Я всё исправил, — сказал он коротко. — Нужна аскеза от шерсти на семь дней.

— Ты… — её мама нахмурилась. — Ты шаман…

— Технически да. Я мастер Тен, приятно познакомиться. Проследите, чтобы ваша дочь больше не посещала сомнительных заклинателей. Каждый такой ритуал забирает несколько лет жизни. Сейчас обошлось всего одним годом, — Тен говорил жестко.

Он начал разворачиваться, чтобы уйти, но девушка тут же заплакала и села на корточки.

— Мама, какая же я глупая… — она закрыла лицо руками.

— Кхун, прошу, вот, — пожилая женщина протянула ему несколько купюр. — Это всё, что у меня есть сейчас. И вот моя визитка. Я занимаюсь бизнесом, может, вам пригодится.

— Не стоит, — Тен отказался от денег.

— Стоит. Я не могла с ней ничего сделать уже долгое время, а вам удалось образумить её и исправить за пару мгновений, — она улыбнулась и вложила ему деньги и визитку в руку. — Поверьте, это мелочи для меня. Обращайтесь, если что, — она подняла свою дочь и увела в сторону. — Наконец-то смогу посадить этого ублюдка…

Тен смотрел им вслед. Конечно, у него осталось всего семьдесят бат, и он не вправе отказываться и от сатанга, однако все учения монахов говорили об обратном. В магии есть правила, и им необходимо следовать. Придётся десятую часть денег отдать в храм, иначе его будет преследовать неудача. Он положил подаренное в карман и пошёл обратно к девочке.

— Спасибо.

Он вновь сел на корточки и положил девочке ладонь на голову. Бусы всё ещё находились на его руке, поэтому неожиданно она замерцала радужным цветом. Её волосы, одежда засияли, и девочка превратилась в тысячи белых бабочек. Они тайфуном окружили поднимающегося Тена и полетели в открытое окно к луне. Он печально выдохнул и положил ножницы в ещё один карман.

— Твои родители заждались тебя.

Тен огляделся по сторонам. Никому не было дела до того, что он водил руками перед собой и разговаривал с пустотой. Мир изменился. Ему же лучше. Он должен срочно покинуть больницу. Всё же его защита не такая сильная из-за отсутствия подготовки. Он даже пропустил девочку-призрака. К сожалению, его сила позволяла видеть последние воспоминания призраков или самые яркие. Её семья, как и она сама, погибла в автокатастрофе. Последнее, что она услышала перед смертью: «Жди здесь», — от врачей к медсёстрам, спутав их с родителями. Возможно, ему и не придётся отдавать десятую часть подаренных денег.

Тен крепче сжал бусы и повесил их на шею. Он направился на выход.

Тену захотелось закурить, но он уже давно отказался от этой пагубной привычки и постарался отвлечься. Маска на бусах блеснула, когда он вышел из больницы и посмотрел на луну. Голод пропал. Так происходило всегда, когда он обращался к силам заклинателя духов. Лёгкий ветер, отсутствие вокруг призраков и тишина вернули ему аппетит. Страх свалиться в голодный обморок подтолкнул его перекусить прямо сейчас на одной из скамеек впереди, около подъездной дорожки для скорой помощи.

Он шёл, не сводя глаз с луны, совсем не боясь упасть. Поэтому, когда он оказался около длинной лавки, то увидел Хао. Он сидел уже в своей повседневной одежде: шортах и белой растянутой футболке, на шее висели проводные наушники. Он облокотился на горшок с цветком около края лавки и смотрел перед собой отсутствующим взглядом. В руках он держал кофе и пакет с едой на вынос.

Тен аккуратно сел и сразу выпил половину бутылки воды. Хотелось ещё, но это удовольствие он отложил на потом. Он не сдержал тихого стона удовольствия, когда откусил от сэндвича. И именно он вывел Хао из медитации.

— Кхун Тен, предпочитаете больничную романтику? — он повернулся и доброжелательно улыбнулся. — Почему не пошли домой?

— Есть хочу, — холодно отозвался Тен, доедая сэндвич.

Он смотрел в глаза Хао и всё никак не мог отделаться от неприятного чувства из-за его чёрной ауры. Он кивнул ему на пакет с едой.

— Это мне надо спрашивать, почему ты не пошёл домой.

— Скажем так… мне некуда возвращаться, — он опустил голову. — Сейчас вот посижу и пойду…

«Куда?»

Этого Тен не спросил — вопрос застрял в его голове. Он посмотрел на пустую упаковку из-под сэндвича и тихо выдохнул.

Хао вновь ушёл в себя и отвернулся к подъезжающей скорой. Сине-красный свет добавлял их и так не самому весёлому моменту драматизма. Несколько медиков выскочили из машины и стали быстро, выкрикивая заумные медицинские термины, вести каталку к дверям.

Тен встал со своего места и выбросил упаковку.

— Ты умеешь готовить? — спросил Тен, встав напротив Хао.

— Что? — тот нахмурился. — Да, конечно.

— А что ещё ты умеешь делать по дому? Знаешь, как оплачивать коммунальные услуги и прочие налоги? — Тен продолжал осыпать Хао странными вопросами.

— А кто этого делать не умеет?

— Я.

Тен перевёл взгляд с Хао вновь на небо. Ничего не поменялось. Раньше он и не задумывался, что ему придётся заниматься подобным. А в храме все их коммунальные услуги реализовывались их собственными силами.

Тен засунул руки в карманы и наткнулся на острые ножницы. Он вновь вернул своё внимание Хао, который ничего не понимал.

— Я вернулся в Бангкок, и мне нужна помощь, — Тен соизволил дать хоть немного пояснений. — Если тебе негде жить, то за помощь по дому… можешь остаться у меня. Комнат хватит ещё на сотню человек.

— А ваши родственники не будут против? — Хао нахмурился. — Я не хотел показаться жалким.

— А я — уязвимым, — бросил Тен и махнул рукой. — Моя семья против не будет. Так что, если согласен, то пошли…

— Хорошо…

— А твои вещи? — Тен наклонил голову.

— Это всё, что у меня есть, — Хао поднял рюкзак и показал его Тену. — Большего у меня нет. Кхун, это правда нормально? Вы знаете меня меньше часа.

— А ты уже успел разорвать на мне футболку и упасть сверху, — Тен фыркнул и закатил глаза. — Я не ошибаюсь в людях. Обычно ошибку совершает тот, кто пытается мне навредить. Это им нужно сочувствовать. Однако об этом… потом.

— Тогда говорите, куда нужно идти, — Хао встал со скамьи.

— Для начала… у меня дома нет света и воды. Ты знаешь, как связаться с… кто там занимается этой работой? — Тен протянул вперёд деньги. — Вот у меня тут есть.

— Конечно.

Хао попросил продиктовать адрес Тена и потом начал прямо на лавке звонить кому-то и договариваться. Пожилая женщина была достаточно щедра, и на следующий месяц у них будет хотя бы вода и свет. Из подарка осталось всего тысяча бат. Тен чувствовал, как обычные проблемы затягивали его в человеческую суету. Он совсем позабыл о подобном в своём служении. Однако он испытал настоящее счастье от осознания, что дома его ждал горячий душ.

На удивление Хао оказался не таким болтливым, как представлял себе Тен. Их путь домой прошёл в тишине. Хоть, по мнению заклинателя, это Хао стоило волноваться по поводу странного предложения на совместное проживание, но на подходе к дому именно Тен призадумался — не привёл ли он к себе какого-нибудь вора. Конечно же, если Хао только подумает вынести хоть монету из святилища, то получит самое настоящее родовое проклятие.

— Не знал, что здесь был дом, — Хао наконец-то подал голос. — Красивый. От него чувствуется многовековая история.

— Да.

Тен зашёл домой и еле удержался от своей привычной фразы «Я дома». Хао его точно не так поймёт. Им ещё скоро предстоит неловкий разговор по поводу его статуса сильнейшего мастера и заклинателя духов. И всё же, когда в комнате загорелся свет, в груди Тена потеплело. Он словно на мгновение перенёсся назад в прошлое. Его израненное сердце впервые немного успокоилось. Он сделал шаг вперёд и огляделся.

Пыли намного больше, чем он себе представлял. От усталости и сумрака в комнатах он не заметил, как она лежала десятикратным слоем на всём. Внизу, на деревянном полу, он заметил собственные следы, а рядом разводы грязи — тут его избили коллекторы. Им предстоит ещё очень и очень много работы по восстановлению дома.

Хао прошёлся в обуви до крана и включил воду.

— Нужно, чтобы она стекала ещё пару часов. Надеюсь, трубы нигде не успели повредиться. Проводка вроде цела, — он поднял глаза к лампочке. — Кхун Тен, где мне можно оставить свои вещи и… комната?

— Любая на втором этаже, кроме левой ближе к лестнице. Она моя, — Тен подошёл к раковине и смотрел пару минут на стекающую ржавую воду.

— Кхун Тен, садитесь есть, — Хао коснулся его плеча, привлекая внимание.

Тен резко развернулся, выходя из ступора.

Хао от его неожиданного движения чуть не упал и схватился за стул. На его губах появилась улыбка. Он поднял руки вверх, показывая, что не собирался в этот раз хвататься за футболки.

— Спасибо, что не стал окончательно разрывать её в лоскуты, — Тен посмотрел на жареный рис с базиликом и свининой. — Спасибо, — заклинатель снял с себя остатки футболки.

— В этот раз я подумал, что хвататься не за что.

Они сели есть. Тен не мог отделаться от чувства полной абсурдности происходящего. Он украдкой посмотрел на тихо жующего Хао, который рассматривал кухню. Чем-то он напоминал собаку. А если конкретно — спаниеля. Он буквально подобрал его на улице, и тот безропотно последовал за ним. Они оба немногословны, но и тем для разговоров пока нет.

И всё же кое-что изменилось с появлением Хао.

Дом перестал выглядеть пустым. Безжизненным.

Тен, как самый настоящий шаман, чувствовал жизненную силу. Ей пропитывалась мебель, стены и даже воздух. Когда-то тут — в поместье — жило много людей. В одиночку Тен не сможет наполнить его хоть чем-то. И пусть он даже про себя не признается, что цеплялся оледеневшими от страха пальцами за прошлое, ему искренне хотелось наполнить дом привычными ощущениями.

Уголки его губ дрогнули в улыбке.

— Кхун Тен. Если вы не против, я займусь уборкой завтра? — Хао поднялся с места и взял пустой пластиковый контейнер у заклинателя, его приборы.

— Конечно, — Тен кивнул. — Я помню про твою суточную смену.

— Хорошо, — Хао положил всё в раковину. — Добрых снов, кхун Тен. Не замерзайте, — он не смог не пошутить на тему полураздетого Тена.

— Пусть духи оберегают твой сон, нонг’Хао.

Хао никак не отреагировал на его привычное для их семьи пожелание хорошей ночи. Тену повезло, что тот вымотался. Вода зашумела сверху.

Он же остался на кухне, хоть и чувствовал усталость. В этот раз побитый, но не голодный и не умирающий от жажды. Жизнь Тена никогда нельзя было назвать лёгкой, однако, сидя под жёлтой тусклой лампочкой, ни о чём хорошем думать не получалось. Он поставил чайник на плиту и подождал, когда тот закипит. В ящике лежали травы его бабушки. Он помнил все необходимые пропорции, поэтому уже через минуту перед ним в глиняной кружке дымился чай, а рядом лежали бусы.

— Благословление бесконечных вод, — Тен сложил руки в жесте «вай», и его чай замерцал оранжевым. — Лучше парацетамола.

Боль понемногу уходила, нервный день тоже. Тен смотрел на холодильник. Сотни магнитов — в подарок и из путешествий. Весь дом — его жизнь, их общая история. Он наклонил голову и запустил руку в волосы. Он семь лет держал всё в себе, познавая вселенную через духовные практики. А от глупого магнита с надписью «Добро пожаловать в Мадрид» его уничтожило. Он залпом допил чай.

Выключил свет.

И направился вверх. Спать.

***

Тен открыл глаза. Вчера он лёг не так поздно, но, когда выглянул в окно, увидел солнце высоко в небе. Значит, сейчас не раньше обеда.

Он встал с кровати в одних чёрных боксерах и направился в душ. Хоть из ванных принадлежностей у него осталось лишь засохшее мыло и деревянная щётка, он испытал настоящее блаженство. Тен широко зевнул, надел бельё и набросил на плечи полотенце.

Его бусы задрожали. Он насторожился. Однако ничего подозрительного не заметил. Они иногда реагировали на потоки энергии вокруг или призраков. Скорее всего, они также привыкают к ауре и душе Хао. Маска на бусах потянула его к выходу из ванной комнаты и сразу к лестнице.

Когда Тен спустился вниз, то замер в исступлении.

Хао, как слуга, летал по первому этажу в одних шортах. Его волосы, вчера торчащие в разные стороны, вымокли и слиплись на правой стороне лба. Звук со второго этажа, вероятно, привлёк его внимание. Он встал с пола и выпрямился со спокойным выражением лица. Он нарочно медленно моргнул, чуть дольше держа веки закрытыми.

— Разбойники украли всю вашу одежду, кхун Тен? — деликатно поинтересовался Хао.

— Чистой нет. Последнюю майку, более-менее чистую, ты вчера порвал, — Тен, не стесняясь, спустился вниз.

— Стиркой я займусь вечером.

Тен огляделся вокруг, посмотрел себе под ноги. Деревянный пол настолько блестел, что казалось, его натёрли мастикой. Тен при желании мог разглядеть в нём своё отражение.

Семилетний слой пыли исчез в небытие. Конечно же, шторы, потолки, технику нужно отмывать отдельно, но дом преобразился силами Хао.

Тен провёл рукой по спинке стула на кухне, касаясь указательным пальцем царапины. Он закусил губу.

— Ты хорошо постарался.

— Это только начало, — ответил ему Хао. — Без вашей помощи я не рискнул залезать в личные вещи или шкафы. Там тоже необходимо убраться.

— Хорошо.

— Давайте поедим. Я сходил и купил нам каши, — Хао подошёл к чистому холодильнику и достал из него два пакета. — Сейчас разогрею.

— Сколько времени? — Тен сел на стул, всё же решив пока не одеваться.

— Полдень.

— А ты что, не завтракал?

— Ждал вас, — коротко ответил ему Хао. — Мне не сложно.

Тен замолчал, потому что Хао перенёс кашу из пакета в чистые тарелки и подал ему приборы. Они кивнули друг другу, желая без слов приятного аппетита.

Хао поставил ногу на стул и положил локоть на колено. Тен наблюдал за ним полминуты, не приступая к еде. Лишь когда тот поднял на него глаза и состроил вопросительное выражение лица, приступил к обеду.

Чистота явно прибавила кухне, совмещённой с гостиной, уюта. Глаза перестали слезиться, в горле не першило. Солнечный свет проникал через открытые шторы. Он лучами подсвечивал гостиную с камином и журнальный столик с четырьмя креслами. Два шкафа с книгами зажимали камин между собой, люстра, напоминающая подсвечник, свисала с потолка.

Тену определённо нравились изменения. Хоть и такие стремительные.

— А теперь, кхун…

— Мастер, — прервал его Тен. — Так сложилось, что у меня есть звание мастера. Не нужны никакие дополнительные вежливые обращения. Зови меня просто — мастер Тен.

— Хорошо, как скажете.

По лицу Хао было отчётливо видно — он будет звать его хоть розовый кролик, хоть мегатрон. Он не испытывал по этому поводу никаких неудобств и не стремился задавать вопросы.

— Вы должны надеть свои штаны… или хотя бы что-то помимо нижнего белья и помочь мне разобрать шкаф, — Хао подошёл к раковине и умылся. — Мне нужно в душ…

— Давай для начала уберёмся окончательно на кухне.

— М?

— Мне хочется снять с холодильника магниты и всё привести в порядок здесь.

Хао ничего не ответил ему, а просто достал коробку и хмурым взглядом отправил Тена наверх одеваться. Ему «приказали» надеть только штаны, поэтому об остальном он заморачиваться не стал. Собственная пыльная комната теперь казалась ему каким-то проклятым местом.

Он вновь спустился вниз и поймал Хао на мытье микроволновки.

Тен уже заметил, что Хао не спешил поддерживать беседу. Он старался задавать вопросы по мере необходимости и поддерживал диалог из вежливости. Он отличался тихим характером. Как раз то, что нужно для сожительства с шаманом. Это ещё Тен не дошёл до активации статуи Будды. После этого призраки станут отчётливее видны, а некоторые будут слишком назойливыми.

Заклинатель складывал один за другим магниты в коробку, стараясь не погружаться в воспоминания. Он планировал переложить все травмирующие предметы в коробки и спрятать в подвале. Тен даже спустя семь лет не готов встретиться с прошлым лицом к лицу, только изредка во снах.

Когда с холодильником было покончено, Хао нашёл ему занятие в виде очистки плиты.

— Мастер Тен, вы планируете участвовать в Олимпийских играх с номером по фигурному катанию? — Хао подошёл к заклинателю вплотную. — Почему вы так плавно и медленно водите по поверхности? Вы так жир не отмоете.

— А как надо? — Тен посмотрел на него наивными глазами.

— Интенсивнее.

— Но я так быстрее устану… — прошептал Тен.

Хао наклонился к нему и с ледяным выражением лица, выдыхая горячий воздух в лицо, бросил:

— В этом и весь смысл уборки.

Каким бы страдающим взглядом ни смотрел Тен на своего нового сожителя, тот не поддавался на щенячьи глаза янтарного цвета. По этой причине через пять часов Тен выползал к креслу в гостиной на четвереньках. Хао шёл рядом с ним, чтобы тоже немного передохнуть.