В свете зари

— Можно сказать. Я из «Света зари». Новобранец, — вырвалось у Эндрю прежде, чем он успел прикусить язык.

Он напрягся, готовый получить первый удар. Но парни переглянулись и хмыкнули.

— Круто, — с уважением сказал коренастый. — Я тоже хотел вступить, но здоровье не позволяет.

— А у меня и тут дела есть, но Совет крутые ребята. Уже бывал на боях у Фаэр ?

— Каких боях?

Новые знакомые уставились на него широко выпучив глаза.

— Воу, серьезно?! Её бойцовский клуб самый известный в городе! — выкрикнул Раст.

— Да не только в городе, во всей области! Слушай, если захочешь можешь пойти с нами, — Чарт хлопнув его по плечу, — через пару дней в «Буйстве» будет бой Азтора против чемпиона с Торфелта.

— Говорят, тот парень дрался против киборга и оторвал ему руку.

— Но Азтор его всё равно завалит.

— Ещё посмотрим,— Раст наиграно замахнулся на друга.

Эндрю задумчиво посмотрел на стену, рассматривая их творенье. На этом маленьком клочке города они создали что-то живое. Рыба плыла, и ему вдруг показалось, что и он сам может плыть дальше. Не в одиночестве, а просто принимая то, что город готов дать ему передышку.

— Приду, — ответил он.

Парни оскалились в улыбках, и один из них вновь протянул ему баллончик, словно дружеское рукопожатие.

Эндрю зажмурился на мгновение, вдыхая запах вечернего Портона — смесь краски, дешёвого алкоголя и свободы. И когда он открыл глаза, впервые за долгое время ему захотелось не бежать, а просто быть. Здесь. Сейчас. С этими случайными людьми и этой стеной, которая его не осудит.

Глава 7

Грудь разрывало от кашля и слёз. Глаза опухли, но Максин продолжала рыдать. Она сама уже хотела бы остановиться, прекратить этот бессмысленный поток, но не могла. Всё новые и новые солёные струйки попадали ей в рот, заставляя захлёбываться.

Нет, с ней явно было что-то не так. Впившись ногтями в руки, она лежала на полу, дрожа от собственного бессилия.Да, она скучала по нему, но не могла и не хотела лить слёзы вечно. Разве Ксандр обрадовался бы, увидев, в каком она состоянии?

В дверь постучали.— Подруга, ты здесь? Мне нужно тебе кое-что рассказать. Это важно!

Макс тяжело вздохнула и, собрав остатки сил, поднялась. С усилием потянув на себя ручку, она впустила Норд внутрь. Последняя же без промедления отодвинула её в сторону, вновь закрывая дверь, но в этот раз на замок.— Что такое? — промямлила рыжеволосая.— Ты не поверишь, что я только что видела! Стой... что с тобой? Ты плакала?Большим пальцем она стёрла слезу с опухшего глаза Максин.— Да, но не будем об этом. Так о чём ты?

Норд села на кровати, приглашая подругу присоединиться.— Я видела прошлое Мивы.

Макс нахмурилась.— Каким образом? Она что, хранит свои воспоминания в хрустальных шарах, как в том фильме?— Нет, как бы тебе объяснить... Ты ведь знаешь, что у всех детей богини есть необычные способности, так вот, такое есть не только у них.— Я не совсем тебя понимаю.

Норд замолчала. Её зрачки безостановочно бегали из стороны в сторону, стараясь избежать непонимающего взгляда сидящей напротив. Наконец, она выговорила:

— Я родилась и выросла в приюте при Башне. Не знаю, кем были мои родители и были ли они у меня вообще. Старшие ребята иногда прикалывались над нами, что мы все пробирочные, — Норд хмыкнула. — Знаешь, теперь я им, кажется, верю. Но в любом случае мы были непростыми детьми. У каждого из нас была какая-то особенность, например, Кит умел превращать свою кожу в камень во время опасности, а я видела чужие сны и мысли. Не специально, оно само как-то получалось, но для учёных и «воспитателей» я была бесполезна. Поэтому они решили добавить меня в вашу группу, надеясь, что хоть так я смогу принести пользу.— Стой, как такое вообще возможно?! Разве одарённые не получили силу в качестве дара от богини?— Может, и получили. Иногда я будто слышу её голос в своей голове, но не уверена, что она раздаёт силу по собственному желанию. В воспоминании Мивы она была не такой, как на всех этих картинах и статуях. Великая Мать была измождённой, и учёные увели её куда-то, что ей явно не понравилось.

Слушательница поднялась и сделала несколько шагов по комнате, параллельно крутя пальцами выпавшую из причёски прядь.— Значит, они нашли способ её сдерживать.— Да, и я думаю, поэтому Миве и нужен «Свет зари», — ответила Норд. — Только своими силами она не победит.

Девушка поднялась и взяла подругу за руку.— Знаю, ты не доверяешь ей, но сейчас она может стать нашим единственным союзником.

Макс отдёрнула руку.— Союзником в чём? Мы ни с кем не боремся и не обязаны сражаться за неё. Какой в этом смысл?— Для тебя может и никакого, но мне надоело смотреть, как мою семью режут, как подопытных крыс! — выкрикнула в ответ Норд. Губы её раздвинулись, обнажая ряд зубов, делая её схожей с диким зверем. В глазах смешались обида и боль, которую Макс никогда бы не смогла понять. — Да, Макс. Эти дети, сидящие сейчас в их «приюте», — моя единственная семья, и если теперь у меня есть шанс освободить их, я сделаю всё, что в моих силах.

Максин стало стыдно за свои слова. Плечи её опустились, и вся она сжалась под взглядом почти нависшей над ней Норд.— Я не хочу участвовать в этом и не хочу пускать тебя во всё это. Неужели нет другого пути?

Кареглазая не шелохнулась.— Прости, Максин, но я устала идти у них на поводу.— Хорошо, — ответ дался ей тяжело. — Но пообещай, что не будешь рисковать собой просто так.

Норд слегка коснулась плеч Макс. На губах появилась лёгкая улыбка.— А мне показалось, из нас двоих чаще встреваешь куда-то ты.

Рыжая хихикнула, сильнее прижимаясь к подруге, и вдохнула исходящий от собеседницы аромат трав.

***

Он вернулся в общежитие ближе к одиннадцати. Кровь бурлила от недавнего веселья и выпитого. Воспалённое сознание вновь и вновь прокручивало перед глазами недавние разговоры и лица.После посиделок с Растом и Чартом Эндрю повстречался на обратном пути с Адрианом, выпивающим в баре ещё с несколькими солдатами.Сослуживцы друга были чуть старше, но по их осторожным взглядам и движениям в присутствии Адриана парень быстро понял, что, несмотря на разницу в возрасте, они были в разном положении внутри организации.Впрочем, как только кончились первые три бутылки, о всех званиях было забыто.

Посидев с ними около часа, парень кое-как вышел на улицу и поплёлся к своей комнате. На втором этаже ноги стали подкашиваться, зрение всё больше теряло чёткость, но ему всё же удалось найти нужную дверь и потянуть за ручку.Внутри стояла темнота, чья непроглядность сначала слегка напугала Эндрю. Сглотнув, он сделал шаг вперёд.

Автоматическая дверь закрылась сама собой, оставляя его один на один с детским кошмаром. Когда-то он прятался в такой же тьме от старших братьев, стараясь избежать их пинков и ругательств, теперь же, с мыслью о том, что мёртвые не смогут достать его, он нащупывал край кровати, дабы быстрее провалиться в сон.

В углу у окна что-то зашуршало. Парень напрягся.Звук повторился вновь, на этот раз ближе и отчётливее. Нечто замерло в нескольких шагах от Эндрю, давая последнему расслышать нервное дыхание.Стараясь не делать резких движений, молодой человек медленно коснулся рукой стены в попытках нащупать выключатель.Резкий свет ударил в глаза. Незнакомец, издав нечто похожее на шипение, кинулся на Эндрю, повалив того на пол.

Нападавший сел на него сверху и дрожащими руками принялся душить парня. Благо он был почти вдвое меньше Эндрю. Ухватившись за кисти парнишки, Эндрю как можно сильнее сжал их, стараясь ослабить хватку на шее. Противник замычал от боли и, вырвав одну руку, кинулся к двери, но упал в открывшийся дверной проём.— Куда собрался, тварь!

В следующий миг Эндрю почувствовал, как чужие зубы с животной яростью вгрызаются в ту руку, которой он продолжал держать незваного гостя.Рядом послышался вскрик.— Дежурные! Позовите кто-то дежурного!

А борьба тем временем продолжалась. Беспощадно молотя друг друга, парни катались по полу, кусались. Глаза вора налились кровью. Сила, с которой он дрался, никак не подходила к его хрупкому, костлявому телосложению, но, несмотря на это, он продолжал впиваться ногтями в кожу Эндрю.

Он взвыл и хотел было уже нанести сопернику новый удар, но его руку резко перехватили и заломили за спину. Другой дежурный солдат уже надевал наручники на его противника.Стоящий за спиной Эндрю солдат выругался.— А у худого из кармана знакомый пакетик торчит, — кивнул он сослуживцу.— Снова торчки, — лениво пробурчал товарищ.

Из толпы выскользнуло две фигуры.— Что здесь происходит? Почему наш друг в наручниках?

Не поднимая головы, Эндрю узнал голос Норд.— Товарищ значит. Тогда пройдёмте за нами, девушки, обсудим всё в изоляторе.

Дальнейшие события были как в тумане. Последнее, что парень помнил, — как его уложили на холодную железную скамью и заплаканные глаза Макс, смотрящие на него из-за решётки.