Мой начальник монстр

— Нечего обсуждать! — вот и рвануло. — Между нами всё кончено.

Быстро уходит, а начальник даже не шевельнулся. Ледышка. Нет, огромный айсберг! Непробиваемый. Стена.

Сюрп. Выскрёбываю трубочкой остатки и с чувством выполненного долга ставлю стакан на стол.

— Да-а-а, — протяжно говорю я. — Не повезло нам с вами сегодня.

Сухов поворачивается в мою сторону и смотрит с удивлением. Видимо, еще не пришел в себя от разрыва и не может понять, о чем это я болтаю. Зачем-то решаю пояснить ему:

— Нас с вами продинамили. Бросили, так сказать, у всех на виду…

Хотя, конечно, начальнику сейчас сложнее, чем мне. У меня все-таки лишь партнер по танцам, а у него вон, похоже, невеста была, и она так грубо его унизила. Хотя, с его отсутствием эмпатии думаю, он справится. Вон, сидит, совершенно не переживает.

И почему мне так весело на душе стало?

— Но, как говорится, нам с вами надо двигаться дальше, — немного подкалываю, не могу устоять.

Собираюсь расплатиться и уходить, но не успеваю.

Начальник со всей силы ударяет кулаком по столу. Посуда нервно гремит, подскочив на месте от удара. Я тоже, немного испугавшись, подпрыгиваю.

— Вы чего это вдруг… — мне становится страшно.

Игорь Александрович смотрит на меня. Пристально. Прожигающе. С нездоровым блеском в глазах. Отсаживаюсь на самый край дивана, подальше от этого безумного монстра.

— Ты! — указывает на меня пальцем.

— Я… — говорю на выдохе.

От страха перехватывает дыхание.

— Тебе же нужны деньги? — не могу понять, он спрашивает или утверждает.

Киваю с осторожностью, потому что на слова у меня не хватает смелости.

— Тогда я стану твоим спонсором! — произносит Сухов таким тоном, которому вот очень сложно возразить. — А взамен ты станешь моей партнершей!

Хватаюсь за свое бедное сердечко и посматриваю на выход. Если сейчас быстро побежать, смогу ли я спастись от этого ненормального начальника?

7.

— Ох, уже поздно! — говорю громко и смотрю на свою руку, на которой нет часов, но да пофиг. — Мне уже пора бежать. Столько дел еще сегодня…

Пытаюсь встать из-за стола, но увесистая рука начальника перекрывает мой путь, и я не могу выбраться через диванчик, а с другой стороны стена. Черт! Я в ловушке.

— Я ведь не предлагаю чего-то уж такого ужасного, — начинает говорить Игорь Александрович. — Взаимовыгодное сотрудничество. Все будут счастливы…

— Ага, знаю я эти ваши извращения! Нет, спасибо, — выкрикиваю чуть громче обычного.

Пытаюсь перелезть через преграду в виде руки начальника, но не получается. Он реально, как скала, какая-то.

Да чем он там питается, чтобы такие мускулы иметь? В итоге кручусь, как ненормальная, на диванчике. Может, под столом пролезть? Если бы не платье, то, возможно, так и сделала бы. А так могу засветиться своими труселями, хотя на соревнованиях еще и не такое случалось. Помню, как у меня юбка порвалась и задралась до самого верха. Но я с гордо поднятой головой выполнила программу до конца. И, между прочим, второе место заняла!

— Какие еще извращения, Екатерина? — начальник сверлит меня взглядом. — О чем вы только думаете!

— Я думаю о том, как бы сбежать отсюда, а вот чего у вас там, в воспалённом мозгу делается, я не знаю… И быть там этой вот содержанкой или как у вас тут в Москве принято, я не собираюсь! У меня есть гордость, ну, и воспитание еще. Сама заработаю, а вы вон, ищите другую дурочку!

— Как же с вами, Екатерина, сложно, — выдает Сухов.

Это со мной сложно? Он сейчас серьезно? Цыкаю в ответ и закатываю свои глаза вверх к потолку.

— Вот видите, без меня вам будет проще, так что пропустите.

Толкаю со всей силой его руку. Ничего не изменилось. Начальник даже не шевельнулся.

— Ты… — шипит, как змей подколодный.

— Да, я… — также ему отвечаю и еще накидываю злобы в свой взгляд.

Такое ощущение, как будто он может, наконец, вспылить и проявить эмоции, но нет! Игорь Александрович берет свои эмоции под контроль.

— Я говорил не про любовные отношения, — говорит как можно спокойнее.

— Ну, а секс без чувств мне, тем более, не нужен!

— Я стану твоим спонсором, — спокойно произносит начальник. — Тебе ведь нужны деньги, а мне партнерша по танцам.

В легком паническом шоке смотрю на Сухова.

— Отказываюсь!

— Зря, — снова произносит ледяным тоном. — Ведь я не намерен прощать отказы!

Конечно, мне стало немного страшно. Но за кого он меня принимает? Думает, я поведусь на этот бред? Сухов и танцы?

Хмурюсь, показывая, насколько я раздражена.

Игорь Александрович не обращает на меня внимания. Встает, поправляет свою белоснежную рубашку, хорошо хоть галстук на свидание не надел. Хотя, его это бы не спасло.

— Не опаздывайте в понедельник, Екатерина, — произносит он с маленькой долей угрозы в голосе.

— Да я вообще никогда не опаздываю! — прикрикиваю ему вслед.

Вот же придурочный… И как только вообще смог найти себе девушку! Чертов айсберг!

Дожидаюсь, когда начальник скроется из вида. Не хочу с ним больше пересекаться. Спокойно сейчас сяду на метро и с двумя пересадками доберусь до дома. Это примерно часа полтора-два, не меньше. Тяжко вздыхаю, представляя, что ужин у меня будет еще не скоро.

— Ваш салат и стейк, — произносит над моей нервной системой официант.

Инстинктивно снова дергаюсь. У этих мужчин что, хобби такое? Пугать бедных девушек.

Ставит передо мной аппетитный овощной салат и нереально вкусно пахнущий стейк. Припоминаю цены в меню и начинаю нервно мотать головой.

— Я не заказывала, — отнекиваюсь от блюда и смачно сглатываю слюнки. — И платить за это не буду.

— Ваш счет уже оплачен, — вежливо отвечает официант. — Мужчина за соседним столом оплатил коктейль и сделал для вас этот заказ.

С прищуром смотрю на парнишку. Он, конечно, ни в чем не виноват, но как-то всё подозрительно это.

— Спасибо, — отвечаю натянуто.

Осторожно ковыряюсь в тарелке с салатом. Есть охота, но почему-то мне страшно. Ну, не подсыпал же он мне яду. Или снотворного. Ждет может, там за углом… Сейчас вот меня накроет снотворным, а этот маньяк, хвать! И утащит к себе в логово…

Желудок предательски урчит на всё кафе.

— Ладно, всего кусочек попробую, — бормочу себе под нос и разрезаю стейк.

Вкус оказался нереально насыщенным, за одним кусочком последовал еще один, а потом и весь стейк целиком вместе с салатом. Вкусно… Но если этот извращенец думает так меня подкупить, то он явно зря надеется!

Злая, но сытая возвращаюсь домой. Ноги гудят от этой беготни. И когда теперь тренироваться?

В голове постоянно крутится последняя фраза начальника: «Отказы не прощаю!».

Как вспомню, так вздрогну. Не прощает он, видите ли! Я все-таки имею права не соглашаться на такие непристойности. Не нужны мне его грязные деньги!

Первым делом иду на балкон. Уже стемнело, но свет от уличных фонарей отлично освещает всё.

Злюсь на начальника, на фикус, на деньги, на себя, снова на фикус… Но потом выдыхаю. Ничего не поделаешь. Если хочешь быть гордой, ходи в нищете. М-да, вот так вот устроен наш мир.

Отрываю пару листочков от несчастного растения.

— Прости, но мне надо выпустить пар, — зачем-то разговариваю с фикусом.

Надеюсь, завтра начальник заметит, что с его драгоценным растением что-то неладное. Забираю кота домой и захлопываю балконную дверь.

Мне казалось, что самое страшное уже позади, но в понедельник начался мой персональный ад!

Если бы я только знала, чем всё обернется, то, конечно, бы… снова отказала этому извращенцу!

В понедельник всё началось, как обычно: я подпортила жизнь фикусу, послушала пение прекрасной птички на балконе, накормила кота, который опять всю ночь пробыл у соседа. А потом побежала на работу.

— Это вы в сто двадцатой квартире живете? — останавливает меня мужской голос.

Резко останавливаюсь и пытаюсь мысленно просчитать нужный ответ.

— Да, — отвечаю настороженно и готовлюсь к худшему.

8.

Консьерж на первом этаже осматривает меня с ног до головы. Становится неуютно.

Моментально напрягаюсь. А с какой целью он интересуется, из какой я квартиры?

Суровый старичок шире открывает окно своей каморки и буквально вываливается из него, чтобы лучше рассмотреть меня.

— Вы собственник? — спрашивает консьерж.

— Присматриваю за квартирой подруги, — отвечаю как можно милее.

— А доверенность есть? — спрашивает с прищуром.

Ну, началось. Неужели кто-то донес? Какая ему вообще разница! Да и кто бы мог?.. Я же тише огня и ниже кустарника… А, хотя есть один извращенец, который мог бы на меня донести. Устало выдыхаю.

— Если надо, то могу занести доверенность чуть позже. И вообще, вам зачем всё это?

— Надо оформить документы на обслуживание домофона. Новый подрядчик теперь.

— Хорошо, потом всё сделаю… — посматриваю на часы, которые висят при входе в подъезд. — У меня работа, могу опоздать.

— Вечно молодежь торопится куда-то. Сейчас дам вам бланки, — ворчит консьерж и начинает рыться в огромной кипе бумаг.

Роется долго, медленно, тщательно перебирая каждую бумажку. Понимаю, что могу немного выбиться из своего графика.

— Может, потом? — начинаю суетиться.

— Ждите! — ворчливо командует консьерж.

Обреченно вздыхаю. Как только он протягивает бланки, хочу убежать, но меня снова тормозят.

— Подождите! — смотрит так грозно. — Мне надо вас зарегистрировать, — щелкает ручкой и открывает свой блокнот. — Фамилия? Имя, телефон.

Хочется уже закричать, но воспитание не позволяет.

Вдох. Надо успокоиться. И выдох.

— Смирнова Екатерина Валерьевна! — быстро рассказываю всю информацию о себе.

Наконец, консьерж меня отпускает, и я бегу.

Бегу как можно быстрее, понимая, что могу опоздать, а в голове так крутится фраза начальника: не опаздывайте, не прощаю!

Залетаю в офис в девять ноль одну и сразу же по лестнице наверх. Лифт ждать слишком долго.

За всё время, что я работаю на этого монстра, ни одного опоздания, и ровно в девять десять я приношу кофе в его кабинет. Хватаюсь за кружку и как можно быстрее делаю горький напиток для начальника. В девять одиннадцать захожу в его кабинет.

Дышу, как дракон после схватки с рыцарем. Вся растрепалась, ноги немного трясет, но главное - не опоздала!

— Вы опоздали, Екатерина! — заявляет начальник.

Не могу в это поверить! Решил придраться ко мне из-за такой мелочи.

— Да, всего на пару минут… — говорю, задыхаясь.

Злобно ставлю кружку на стол Сухова.

— Опоздала, — тихо повторяет начальник. — Штраф!

Шмяк — ставит печать на уже написанный приказ о моем штрафе. Как будто он уже знал, что так будет…

И тут я понимаю, что он действительно всё знал! О, да-а-а-а. Судя по его довольному выражению лица, он всё отлично знал. Подстроил, значит, моё опоздание. Наверное, на консьержа надавил, чтобы тот меня задержал.

Стискиваю зубы, сжимаю кулак, выравниваю дыхание…

— Будут ли указания сегодня?

Глупый, конечно, вопрос, ведь я уже знаю ответ. Сухов вываливает на стол огромное количество документов, папок и прочей ерунды. Подробно рассказывает, куда я должна отнести, и все кабинеты, как назло, на разных этажах.

— А до обеда вот эти вот отчеты, — толкает ко мне поближе увесистую папку. — Надо отвезти в филиал номер восемь!

Чуть не падаю на месте. Голова кружится, осторожно сажусь на стул и растираю свою грудину, где сердце колотится так, будто сейчас в космос отправится.

А всё потому, что филиал номер восемь находится на другом конце города, в глуши, я даже не могу представить, сколько пересадок мне надо сделать!

— Может, вы сами…

— Штраф! — шмяк печатью по новому приказу. — Огромный штраф, если не справишься!

Вот же мстительный мудак! Хочет меня извести, чтобы я стала его?! Не дождется! Он, видимо, не участвовал в соревнованиях по бальным танцам, там конкуренция бывает порой настолько жестокой, что даже у бывалых волосы от страха выпадают.

Собираюсь с силами. Резко встаю. Забираю документы и снова бегу.

Бегу через скопления людей, по улицам, запрыгиваю на лету в автобус, расталкиваю всех в метро, но успеваю в срок доставить эти чертовы документы.

— Вот, примите, распишитесь! — кидаю кипу секретарю на стол в филиале номер восемь!

Пока девушка просматривает все документы, я буквально падаю на миленький красный диванчик в холле рядом с ее столом.

— Странно… — произносит секретарь.

Сразу вскакиваю и подбегаю с отчаяньем в глазах. Неужели я что-то не то сделала. Вдруг перепутала документы. Только не штраф! Я же совсем без денег останусь. На глазах начали наворачиваться слезы.

— Что-то не так? — спрашиваю с дрожью.

— Нет, все нормально, но… — говорит девушка, и я уже вовсю шмыгаю носом. — Но эти документы нам обычно же по внутренней почте высылают. Зачем лично приносить?

Нервно посмеиваюсь. А потом уже вовсю ржу на весь восьмой филиал, чтоб его! Вот же гад! Пригнал меня на край света ради этого?

Да что с ним не так? Как можно быть таким мстительным? Он же… он же… А, кстати, кто он? Что я о нем знаю? Ну, кроме того, что он из богатой семьи и ему всё легко досталось. Может, поэтому он так надо мной издевается?

А ведь самое ужасное в этой ситуации то, что я ничего не могу поделать. Нахожусь в ловушке, в лапах у мстительного монстра.

Устававшая, плетусь обратно. Доделываю все дурацкие поручения своего ненормального начальника.

Когда выхожу на улицу, понимаю, что надвигается гроза. Всматриваюсь в темное небо. Надеюсь, дождь не начнется, пока я не доберусь до дома.

Начальник тоже выходит. Вот только его физиономии мне еще не хватало.

Первая жирная капля падает мне на лоб. Смахиваю.

Игорь Александрович всматривается в черное небо и достает зонт.

Я молчу.

Нет желания общаться с этим придурочным. Рабочий день окончен, так что, всё! Ничего не обязана.

Еще одна капля падает прямо передо мной. Значит, грозы не миновать. Вздыхаю громко и делаю первый шаг. Вдруг передо мной раскрывается зонт.

— Возьмите, — говорит безразлично Сухов. — Промокните.

Презренно цокаю в его сторону и гордо ухожу, не приняв этот жест. Обойдусь без его помощи.

В итоге добираюсь до дома уставшая и промокшая. Одежду можно просто выжимать. Дождь льет с такой силой, что никому не укрыться. И как только я захожу в квартиру, вдалеке начинаются раскаты грома.

Жоржик истерично начинает метаться по комнате.

— Ты что, грозы боишься? — спрашиваю пушистого и начинаю расстёгивать блузку.

Сложно снимать с себя мокрую одежду, поэтому бросаю это занятие на полпути и уставшая падаю в кресло. Надеюсь, хоть не простыну.

Надо душ горячий принять, но сил нет совсем.

Вдруг под очередной раскат грома и молнии раздается звонок в дверь. Не шевелюсь. Ну, кого могла там принести нечистая в такую погоду? Затем следует грозный стук.

— Екатерина! — слышу настойчивый голос начальника.

Да как он только смеет заявляться ко мне после всего, что вытворил сегодня?

Закипаю от злости моментально. Каждая моя нервная клеточка пропитывается ненавистью к этому бездушному существу. Вскакиваю и резко раскрываю дверь как раз в тот момент, когда помещение озаряет очередная молния.

— Ну, чего еще вам надо?! — кричу, как последняя истеричка.

— Верните мою кошку! Она боится грозы.

— Вашу кошку? О чем вы вообще говорите?

Жоржик сразу подбегает к начальнику и запрыгивает к нему на руки.

— Не трогайте моего Жоржика! — снова кричу и пытаюсь отобрать котейку.

— Во-первых, это не Жоржик! — раздраженно отвечает Сухов и уворачивается с котом от моих попыток.

Гром звучит уже близко, и тут же следует вспышка от молнии.

Гроза уже рядом. Мне страшно.

А еще меня парализует оттого, что сказал этот монстр.

— Как это, не Жоржик? — спрашиваю я, находясь в шоковом состоянии.

— А, во-вторых, — продолжает говорить начальник. — Это девочка, и зовут ее Матильда. И хватит уже постоянно воровать мою кошку.

Голова кружится. Кажется, я сейчас потеряю сознание, а еще и подругу с квартирой.

Мне кажется, конец.

Осторожно прислоняюсь к стене, чувствуя, как мир вокруг темнеет. Жоржик, за которым я должна присматривать, оказался Матильдой. И что мне теперь делать?

— А вы… — заикаюсь, глядя на такое непоколебимое лицо начальника. — А вы знаете, кто такой Жорж?

Сухов поглаживает свою черную кошку. Потом переводит свой острый взгляд на меня.

Зловеще ухмыляется.

Дождь и ветер хлещут по окнам. Громыхает. Сверкает. А я жду ответа от своего персонального монстра. И даже не знаю, что хочу услышать.

— Так знаете или нет? — спрашиваю с дрожью в голосе.

— Да, — наконец, отвечает начальник.

Мне становится поистине страшно за свою жизнь, ведь я уже знаю, что он попросит в ответ.