Тайны старого дома

— Готово, — прошептал Даня, выпрямляясь.

Но его рука, державшая бидон, дрогнула. Одна-единственная, крошечная капля теплого молока сорвалась с края и полетела вниз.

Даня зажмурился. Блин! Только не это! Дед же говорил про идеальную чистоту и порядок! Капля ударилась о широкую, гладкую половицу прямо под полочкой.

Мальчик тут же полез в карман за бумажной салфеткой, которую всегда носил с собой. — Сейчас, я вытру, я не специально, это случайность — забормотал он, наклоняясь.

Он поднес салфетку к полу, чтобы промокнуть белое пятнышко. И замер.

Деревянная половица была абсолютно сухой. Никакой капли там не было. Не было даже влажного следа, который обычно остается на некрашеном дереве.

Даня провел пальцем по доске. Сухо. Чуть-чуть пыльно, но абсолютно сухо. Капля, которая только что на его глазах упала на пол, исчезла бесследно. Растворилась в воздухе. Или

В этот самый момент из-за темного, теплого печного бока, откуда-то из самой глубины ниши, куда не доставал свет, раздался звук. Это был даже не звук, а вибрация. Очень тихое, утробное, довольное причмокивание, плавно переходящее во вздох, какой издает сытый, уставший человек, наконец-то севший в любимое кресло после долгого дня.

Варя охнула и вцепилась обеими руками в рукав Даниной ветровки. Ее глаза сияли смесью восторга и благоговейного ужаса.

Даня медленно выпрямился. Сердце колотилось где-то в горле. Его логика, его физика, его нерушимая картина мира только что окончательно капитулировали перед одной исчезнувшей