Тайна черной тетради. Завещание барона Унгерна

Большая часть гарнизона австро-венгерской, самой мощной в Европе (после Антверпена и Вердена), крепости Пшемысль состояла из солдат славянского происхождения. А в армии царя-батюшки георгиевские кресты за мужество получают Ренненкампф, Врангель, Унгерн.

Этот последний появился на действительной службе уже 19 июля 1914 года. Его откомандировали в Донской казацкий полк, который действовал в Пруссии и около Аугустова. Сменив после перенесённых ран воинскую часть, служит он в Туркестанской Дикой Дивизии. Необыкновенно отважный, собирает он наивысшие воинские награды боевые. С того времени видим его всегда с Офицерским Крестом св. Георгия на груди. На склонах Gorganow a Czarnohory воюет он под командованием Врангеля, того самого, который так зловеще зарекомендовал себя в памяти граждан Советского Союза. Там познакомился он с полубурятом, полурусским Григорием Семёновым, с которым связала его дружба и общая зависимость – наркотики. Карпатский театр военных действий покинул Унгерн при достаточно необычных обстоятельствах. По пути с румынского фронта в Петербург, по поводу встречи рыцарей св. Георгия на железнодорожной станции в Яссах, дал он пощёчину по-пьяному какому-то офицеру высокого звания, так как тот не позаботился достаточно быстро об оформлении документов для продолжения дальнейшего путешествия. Это не Монголия. Ему грозил полевой суд и пуля в лоб. Из затруднительного положения вытянул его командир полка, впрочем, пожалуй, даже близкий знакомый или родственник, улаживая ему одновременно направление на кавказский фронт. Во время революции мартовской он пребывал в отпуске в Ревеле (сегодня Таллин). Когда к власти пришли большевики, «в поисках геройских поступков» возвращается он в Забайкалье, чтобы из колонистов, казаков и бурят создать отряды для борьбы с «коммунистической заразой». После поражения контрреволюции одна из издаваемых там газет опубликовала персональную анкету Унгерна, обнаруженную в военном архиве после освобождения Нерчинска. Происходит она с 1917 года, и, следовательно, в период, когда наш герой не успел ещё прославиться изощрённой жестокостью и исключительной, даже в той кровавой всё же революции, ненавистью к роду людскому, благодаря которой его имя, окружённое мрачной легендой, вошло в историю. Едва ли не в 11 пункте анкета содержит необычно характерное мнение:

«В военной области является превосходным офицером, бесстрашным и отважным, справляется в любой ситуации прекрасно. В моральной области его необходимо упрекнуть в постоянной тяге к выпивке, после чего не трезвый способен к поступкам не достойным офицерского мундира. По причине склонности к алкоголю был переведён в резерв, согласно с подтверждённой мною резолюцией старших офицеров полка».

Подписано: командир полка барон Врангель

Для атамана забайкальских казаков, Григория Семёнова, то, что приятель склонен к поступкам не достойным офицерского мундира, не имело никакого значения. После бегства от революционных властей в Маньчжурию, требовал он людей. Провозгласив Эмиграционное Временное Правительство, он собрал Бурятский Национальный Отряд для объединения всех бурят из Монголии, Маньчжурии и Забайкалья. Во главе отряда стали нойоны и ламы, отстаивающие старые порядки и учреждения chubilganow[21]. Попытки преображения их соплеменников в казацкое сословие, что бы позволило на общий призыв в армию, дали осечку. Только позже, воспользовавшись наплывом десятков тысяч беглецов из армии Колчака, Семёнов сформировал три корпуса вооружённых и экипированных через проверенного союзника – Японию.

Молодая советская власть переживала самый тяжёлый период. В Сибири продолжалась гражданская война. Инспирированный через иностранную интервенцию мятеж чешских легионов, образованных из бывших пленных австрийской армии, которые захватили железнодорожную линию от Казани до Владивостока, сделал возможным контрреволюционный переворот. Разбушевался белый террор. Вооружённая Антантой, прекрасно экипированная, насчитывающая свыше четверти миллиона штыков и сабель, армия, терпела, однако, поражение за поражением. Объявленный Всероссийским Правителем адмирал Колчак, в самые трудные моменты признающий в будущей возрождённой России даже некоторую автономию для Польши, вскоре в панике должен был покинуть Омск, назначенный временной столицей возрождённой монархии. Уходя на восток с запасом золота царской России, насчитывающим около 20 тыс. пудов[22], и взятым из сейфов казанского банка, он имел надежду, что у Байкала остановит победный марш Красной Армии. Не успел он реализовать планов, скоординированных с представителями военных миссий Японии, Франции и США. По приговору революционного суда в Иркутске 7 февраля 1920 года расстреляли адмирала на льду Ангары. Тело уплыло в Карское Море. В последнем приказе передавал он «власть» на востоке руководимому Семёновым Правительству Российских Восточных Окраин с резиденцией в Чите.

Барон Унгерн являлся правой рукой атамана Семёнова. В начале 1918 года пребывает он ещё в северной Маньчжурии, где занял, при помощи монгольских воинов из племени Сharaсzynow, Hajłar – главный город провинции Barga, расположенный в верховьях реки Arguń, на восточном ответвлении Транссибирской железной дороги.

Полковник, потому что недавний есаул, продвигался по службе уже быстро, правит как удельный князь. Выдаёт многочисленные приговоры смерти эмигрантам из охваченной пожаром партизанской войны Сибири. Осуждался каждый, на которого падала хотя бы тень подозрения о проявлении расположения к революции. Жалея амуницию, он попросту принуждал сжигать несчастные жертвы живьём в топках локомотива. Одновременно ведёт достаточно эластичную политику завоевания публичного мнения. По ходатайству одного из своих артиллерийских офицеров, Антония Александровича, он жертвует дом на потребности… польской католической парафии в Хайларе. Сомнительно, чтобы Унгерн, в детстве протестант, а позже бог знает кто, совершил это из симпатии к католицизму или к славянскому племени на Висле. Балтийские немцы считались в царской России за наихудших преследователей поляков. Скорее попросту искал окружения, на которое по тем или иным причинам можно было опереться. Поляки ему, по-видимому, были временами полезны.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Фанза – лачуга, жилище городской и деревенской бедноты в Китае.

2

Кабардинец – порода коней, происходящих с Кавказа.

3

dziań-dziuń (монг.) – князь.

4

ulaczen (монг.) – возница.

5

łan (кит.) – единица веса, равная 36,6 гр. серебра; равноценная 1,43 рубля (царского).

6

Арат (монг.) – пастух.

7

Лама (тибетск., b·lama – высший) – монах, священник.

8

nojon – князь.

9

choszun (монг.) – удельное княжество, единица административного деления.

10

towszur (монг.) – струнный инструмент.

11

tajdżi (монг.) – царевич.

12

Bogdo-gegen – титул главы ламаистской церкви в Монголии.

13

Аймак – административная единица.

14

Dambi-Dżamcan – лама, астраханский калмык; появился в Монголии около 1890 г. и начал борьбу за независимость. Поддерживали его некоторые князья и высшие ламы.

15

Бурдуков А. В. В старой и новой Монголии. М., 1969. С. 100–102.

16

amban – наместник, маньчжурский губернатор.

17

lanza (кит.) – полк.

18

chutuchtu (от монг. chutagt) – досл. переполненный святостью, святой; один из высших титулов в иерархии ламаистской церкви. В Монголии до 1924 г. действовало около 140–150 chutucht – «живых воплощений ламаистских божеств».

19

bejse (монг.) – князь 4 степени.

20

Бурдуков А. В. Указ. соч. С. 283.

21

chubilgan (монг. chuwilach) – досл. превращаться, изменяться, перерождать (напр. в очередном воплощении).

22

1 пуд = 40 фунтов = 16,38 кг. Информация о золоте из: История Сибири, Т. IT, Л., 1968. С. 156.