Землетрясение. Бездна. Книга 3

Когда дверь за ней закрылась, Марк остался на тротуаре, слегка сжав ключи в ладони. Машина тронулась и растворилась в потоке огней.

Он посмотрел ей вслед чуть дольше, чем позволял бы себе в рабочий день. Потом выдохнул, повернулся и, вместо того чтобы вернуться в офис, направился к своей машине на парковке. Вечер только начинался, но внутри него уже зашевелились старые, не до конца выдержанные мысли.

Ресторан был одним из тех мест, куда люди приходили не случайно. Тихая улочка в центре, вывеска без кричащих логотипов, темное дерево дверей, теплый свет изнутри. Хостес встретила ее с профессиональной улыбкой, узнала фамилию и проводила к столику у окна, чуть в стороне от основного зала.

Дмитрий уже сидел там.

Он поднялся, когда увидел ее. Серый костюм чуть другого оттенка, чем у Марка, белая рубашка, аккуратные часы на запястье. Он выглядел спокойнее, чем в последние дни перед уходом из холдинга, но в этом спокойствии чувствовалось напряжение, как в натянутой струне.

- Привет, - сказал он, когда она подошла.

- Привет.

Они обменялись поцелуем в щеку. Ее холодная кожа, теплая его. Это было символично. Он отстранился чуть быстрее, чем ему хотелось, и чуть позже, чем полагалось. Алиса отметила это, не подавая виду.

Она присела напротив. Стол был накрыт просто, без лишнего пафоса: два бокала, тонкие приборы. Официант появился почти сразу, предложил меню и карту вин.

- Ты что будешь? - спросил Дмитрий, не отводя от нее взгляда.

- Игристое, - ответила она. - Что‑то легкое.

- Тогда бутылку Креман, - кивнул он официанту. - И воду без газа.

Когда официант отошел, на секунду повисла тишина - не неловкая, а плотная. Они оба чувствовали, что пространство между ними заполняет не только тема встречи.

- Месяц, - первым нарушил ее Дмитрий. - Всего месяц. Но у меня было ощущение, что проходит по году каждую неделю.

Его голос был ровным, но она слышала в нем сдержанное напряжение. Он смотрел на нее открыто, слишком внимательно, будто пытался запомнить каждую черту.

- У тебя новый проект, новая компания, - мягко напомнила Алиса. - Обычно это помогает убивать время, а не растягивать.

- Новый проект - да, - он слегка усмехнулся. - Но есть вещи, которые не перекрываются сменой логотипа на визитке.

Вино принесли быстро. Официант ловко открыл бутылку, налил им по бокалу. В пузырьках, поднимающихся вверх, было что‑то странно завораживающее. Алиса взяла бокал, провела пальцем по холодному стеклу, не торопясь делать первый глоток.

- Честно? - продолжил Дмитрий, обхватывая свой бокал ладонью. - Если бы не эта ситуация… - он сделал краткую паузу, подбирая слова, - я бы вряд ли придумал повод написать тебе. А очень хотел.

Это прозвучало слишком откровенно даже для человека, который знает, как работает риск. Он это понял, но не отступил. Взгляд оставался прямым.

- Ты нашел себе отличный повод, - сказала она. - Потенциальный репутационный взрыв, риск для сделки, для акций, для меня. Очень в твоем стиле.

- Не в моем стиле - не говорить тебе об этом, - тихо ответил он. - Поэтому давай к делу. А потом… посмотрим, останутся ли у нас силы говорить не только о нем.

Она кивнула. На секунду отвела взгляд в сторону окна, где отражались огни улицы. Когда вернулась к нему, внутренние щиты уже были подняты - но не полностью. Ей было важно сейчас слышать его не только как источник инсайда, но и как человека, который, несмотря ни на что, решил ее вновь предупредить.

- Рассказывай, - сказала Алиса. - С чего все началось?

Дмитрий сделал глоток воды, бокал чуть сдвинул к краю стола - привычка, которая помогала ему структурировать мысли.

- После моего ухода, - начал он, - Лера написала мне. Сначала - вежливо, что, она расстроена, что я ушел, и что было бы здорово встретиться, чтобы обсудить, как ей дальше выстраивать работу в команде. Как правильно себя вести, на что делать ставку. Формально - запрос на рекомендации от бывшего руководителя.

- Звучит достаточно невинно, - заметила Алиса.

- На бумаге - да, - Дмитрий слегка качнул головой. - Но я уже тогда чувствовал, что это не только про карьеру. Хотя, если честно, надеялся ошибаться. Мы встретились в кафе недалеко от офиса. Она была… очень собранной и одновременно взвинченной. Сначала разговор шел по плану: я рассказал ей, какие у нее сильные стороны, где ей стоит быть аккуратнее, как не ввязываться в интриги, которые ее же и сожгут.

На этом месте он чуть запнулся, на его лице появилась тень самоиронии.

- Забавно, да? - тихо добавил он. - Я, человек, который сам ушел, читаю лекцию о том, как удержаться в системе.

- Ты ушел не потому, что сгорел, - спокойно сказала Алиса. - А потому, что сделал такой выбор. Это разные вещи.

Он посмотрел на нее внимательнее, будто примеряя ее слова на себя. В этот момент официант принес закуски - тартар, тонко нарезанную рыбу, хлебную корзинку. Поставил тарелки, незаметно исчез.

- В какой момент разговор пошел не по плану? - вернула его к теме Алиса, беря бокал.

Она поднесла его к губам, вдохнула легкий аромат, сделала маленький глоток. Холодное вино оставило тонкий след на ее нижней губе. Дмитрий на секунду зацепился взглядом за это движение, будто пытаясь не позволить себе задержаться.

- Примерно через полчаса, - ответил он, чуть хрипло прочистив горло. - Когда Лера перестала слушать и начала… говорить. Сначала - про то, как ей тяжело, как несправедливо, что люди вроде тебя получают все, а такие, как я и она, всегда на подхвате. Потом - про то, что я ушел, не взяв ее даже “с собой” в проект, хотя она, по ее словам, “готова для меня на все”.

Слово “все” он выделил интонацией. Алиса поставила бокал на стол, опустив взгляд на свои пальцы.

- Она призналась тебе в чувствах, - сказала Алиса, не задавая это как вопрос.

- Да, - Дмитрий не стал уходить от прямоты. - Сказала, что давно… - он чуть поморщился, будто слово, которое он собирался произнести, было слишком подростковым для их возраста, - влюблена. Что готова быть рядом, поддерживать, помогать. Что я всегда был для нее примером, и что она не понимает, как я мог уйти, даже не поговорив с ней по‑настоящему.

- И ты? - Алиса подняла на него взгляд.

- Я сделал то, что должен был сделать, - он спокойно встретил ее глаза. - Сказал ей, что у меня нет к ней таких чувств. Что я ценю ее как коллегу, что она умная, перспективная, но если она продолжит строить иллюзии, это только разрушит ее. Я пытался быть максимально деликатным. Наверное… слишком.

- По‑отечески? - мягко уточнила она.

Дмитрий чуть усмехнулся.

- Возможно. Хотя идея о том, что я - чья‑то “отеческая фигура”… - он покачал головой. - Но да, я говорил с ней скорее как с человеком, которого хотят уберечь, чем как мужчина, который пользуется ситуацией.

Он сделал глоток вина. В этот момент их пальцы едва заметно соприкоснулись - она потянулась к салфетке, он одновременно взял бокал. Касание было легким, как случайный ток.

- И тогда она… - подсказала она, возвращая разговор к линии.

- Да, - кивнул он. - На эмоциях, с дрожащим голосом, сказала, что я “ничего не понимаю”. Что я зациклен на тебе. Что все, что происходит, - из‑за тебя. Что ты, цитирую, “закрутила всех вокруг себя”, и что единственный способ “открыть мне глаза” - это показать, кто ты есть на самом деле.

В голосе Дмитрия появились жесткие нотки. Алиса видела, как напряглись мышцы на его челюсти.