Татуировка на твоем сердце

Татуировка на твоем сердце

Глава 1

Газированная жидкость быстро стекала по моему горлу, пока трясущаяся рука тянулась за следующим бокалом шампанского. Музыка эхом разносилась по дому и саду, люди вокруг смеялись и разговаривали о повседневных вещах, а в моей голове крутилась лишь одна фраза: «я в дерьме».

Огромная часть людей стояла в саду, увешанном небольшими фонариками, пока другие пробовали угощения в гостиной или на кухне. Все они выглядели беззаботными и довольными своей жизнью; элегантно одетые, каждый из них был занят беседой или выпивкой. Именно в таком обществе мы выросли — чересчур вычурном и до жути притворном. В обществе богатых, обесценивающих всех прочих.

— Ещё один бокал, — спокойный шёпот брата раздался за спиной. — И мне придётся тащить твою задницу до второго этажа.

Ухмыльнувшись, я повернулась и встретилась взглядом с парой карих глаз.

— Если я выпью ещё, — начала я, — то смогу сказать родителям, почему прилетела домой. Неплохая перспектива для того, чтобы напиться.

Джонатан устало посмотрел на меня и медленным движением забрал бокал. Даже он не знал истинной причины возвращения домой, поэтому тревожность росла с каждой секундой. Тайны и ужасные вещи, что преследовали меня в течение года, душили и заставляли молчать. Каждый из нас мог потерять всё, только ни один из моей семьи даже об этом не догадывался.

— Думаю, что причина твоего неожиданного «алкоголизма» не потеря работы, — шепнул Джонатан.

В центре зала рядом с моим отцом стоял предмет моего обожания ещё с детства. Мэтт увлечённо слушал седовласого мужчину либо делал вид; он был настолько высоким, что я еле-еле доставала до его лица.

Джо, он и ещё парочка друзей очень часто проводили время у нас дома; играли в приставку, пили пиво и водили девчонок, пока мама с папой уезжали в командировки. И только Мэтт никогда не проводил время с девушками из старшей школы, чем и привлёк моё внимание.

Сегодня он выглядел ещё более привлекательным; чёрный смокинг словно светился под мигающими фонарями, а белая рубашка облегала грудь. Мэтта нельзя было назвать спортсменом, но его фигура всегда мне нравилась.

— Да иди ты, — я слегка ударила локтем Джонатана и вновь обратила внимание в сторону зала. — Мне уже давно не пятнадцать лет.

— А ему не восемнадцать, — подчеркнул брат. — Он недавно расстался с девушкой, и не думаю, что сейчас лучшее время для признания в любви.

В груди неприятно защемило, когда я услышала об Алекс.

— Я не люблю его, — повернувшись к брату, я заглянула в похожие на мои глаза. — А просто хочу.

Джо слегка подавился напитком, после чего я похлопала его по спине.

— Меня сейчас стошнит, — откашлявшись, произнёс он.

— Заткнись, — широко улыбнулась ему. — Я потеряла всё, зачем мне переживать и думать о том, что я сделаю?

Джонатан слегка приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но передумал и положил руку на моё оголённое плечо. В глазах отразилось сочувствие.

— Боже, только не нужно меня жалеть.

— Не делай глупостей, прошу, — а вот это уже были слова брата, который действительно переживает за младшую сестру. Но мне не хотелось думать о последствиях. — Кэли, ты точно хочешь этого?

На минуту в моей голове пронеслась картина, как отреагирует Мэтт на мои слова и что будет со мной, если это желание не взаимно.

— Ты пьяна, — утверждал Джонатан.

— А ты «капитан Очевидность», — ухмыльнувшись, я чмокнула его в щёку. — Мне нужно в уборную, встретимся позже.

Пытаясь сильно не шататься, я последовала в ванную, слегка задевая людей, стоящих по разные стороны.

Я встретила очень много знакомых и друзей моей семьи, которые пытались узнать, почему именно сейчас я решила приехать домой, а не остаться в сказочном Чикаго. Вместе с Брэдом.

Было ощущение, что я не уезжала на полтора года; от каждого из них всё так же пахло лицемерием и литрами дорогого одеколона. Чёртовы снобы и старые засранцы.

Захлопнув дверь ванной, я облокотилась о раковину и посмотрела на себя в зеркало; тёмные глаза замылены алкоголем и страхом, а щёки горят ярко-розовым румянцем. По ту сторону на меня смотрел другой человек, который был неуверен в себе и до сих пор не осознал происходящего. Мне хотелось накричать на неё и спросить, когда всё пошло не так и где она ошиблась. Но я лишь умылась прохладной водой в попытке взять себя в руки.

Спускаясь по лестнице, я начала искать Мэтта глазами. Метнувшись взглядом к отцу, увидела, как рядом с ним стоят работники его компании.

— Добрый вечер! — я поздоровалась с людьми вокруг. — Папа, ты не видел Мэтта?

Голос слегка дрогнул от волнения, но он этого не заметил.

— Ох, дорогая, — он слегка приобнял меня. — Кажется, он ушёл в сторону бассейна поговорить по телефону.

Я понимала, что это было идеальным местом и временем, чтобы застать Мэтта одного и поговорить с ним.

Улыбнувшись, я пошла в сторону бассейна, пытаясь придумать, как начать разговор; вариантов было много, но руки тряслись, а язык словно заплетался и не хотел говорить.

Тёплый воздух коснулся моей кожи, отчего она покрылась мурашками. Вечер опускался на Лос-Анджелес, на улице становилось прохладнее. Каблуки цокали по кафелю и заставляли меня нервничать ещё сильнее; я сняла туфли и медленно продолжила идти по холодной плитке. Мэтт стоял у бассейна, а в его руках был стакан с янтарной жидкостью. Было ощущение, будто за это время в нём что-то изменилось и он стал ещё сильнее и выше. Тёмные волосы были непривычно взъерошены, белая рубашка придавала контраста.

Без пиджака Мэтт казался мне ещё более манящим и недосягаемым, но я отогнала эти мысли и быстрым, неровным шагом направилась к нему.

Сейчас мне не хотелось думать и взвешивать свои действия. Я хотела лишь одного: почувствовать горячее тело рядом, прикосновение больших ладоней на своём лице и шее. Хотела отдать свою боль и страх ему. Отдать всё то, что так долго копилось внутри.

Встав практически вплотную к Мэтту, я понимала, что он знает и чувствует моё присутствие, но решает не поворачиваться. Окруживший аромат показался мне незнакомым; бриз океана и запах горького шоколада будто слились воедино, создавая что-то новое, свежее.

— Послушай, — я уронила туфли и слегка приподнялась на цыпочки, чтобы быть ближе к уху Мэтта. — Это прозвучит чертовски глупо, — трясущимися руками я положила свои к нему на талию и сцепила ладони напротив живота. — Даже безумно.

Он резко втянул воздух и начал внимательно меня слушать.

— Но ты не представляешь, сколько раз я представляла нас вместе, — прохрипела я.

Аккуратно погладила его через рубашку, ощутив всю крепость тела, что не могло не удивить.

— Не хочу думать, — я продолжила и прижалась щекой к его спине, прикрыв глаза. — Я хочу тебя сегодня, завтра… — мои мышцы резко расслабились. — Пока у нас есть время.

Только громкие голоса и смех доносились со стороны дома; мы же стояли неподвижно, практически не дыша. Тёплый ветер подул в нашу сторону, слегка растрепав мои локоны.

Спустя пару минут Мэтт зашевелился и медленно начал поворачиваться ко мне. Я зажмурила глаза, боясь встретиться с суровой реальностью, в которой он может отвергнуть мои чувства.

Но этого не случилось.

Когда Мэтт полностью развернулся, я почувствовала, как его пальцы едва заметно прошлись по моим волосам, а затем скользнули к лицу. Губы слегка приоткрылись от удовольствия и предвкушения. Его подушечки пальцев были огрубевшими, словно от тяжёлого труда.

Мэтт коснулся моих губ, слегка оттянув нижнюю. Он склонился ко мне; жаркое дыхание обдало моё лицо; от него пахло виски и фруктами, а я тряслась от желания.

— Поцелуй меня. — Я крепко схватилась за воротник его рубашки и притянула к себе настолько близко, что наши губы едва соприкоснулись.

Мэтт громко выдохнул, отчего я вздрогнула и начала отстраняться, но он не дал мне этого сделать: одна его рука сжала мою талию, а другая вцепилась в скулы, не давая пошевелиться.

Когда я начала хватать ртом воздух, Мэтт приоткрыл мои губы языком, а затем сильно прикусил их. В глазах заиграли яркие краски от нахлынувших эмоций. Он не просто целовал меня. Он занимался сексом с моим ртом.

Большая ладонь накрыла шею, а властный язык требовал большего. Застонав, я ещё сильнее прижалась к нему и зарылась пальцами в тёмной копне волос. От нехватки воздуха я раскрыла губы ещё сильнее, впуская Мэтта глубже; он сдавливал горло, усиливая и без того обострившееся возбуждение.

— Что здесь, мать твою, происходит? — громкий крик брата раздался справа от меня, я резко отскочила от парня, раскрыла глаза. — Итан, какого хрена, чувак?

Сердце бешено заколотилось, пока я пялилась на Джонатана и рядом стоящего с ним Мэтта.

— Что? — медленно повернув голову к незнакомцу, с которым целовалась, я замерла. — Ты издеваешься?

Парень, что стоял напротив, внимательно изучал меня ледяными глазами, в которых читалось осознание того, что грань была перечёркнута. Он воспользовался ситуацией и не стал отталкивать меня.

— Джонатан, — я умоляюще посмотрела на него, как можно быстрее отходя подальше от самозванца. Переведя взгляд на Мэтта, я увидела непонимание происходящего — он был в такой же растерянности, что и я. — Господи! — отходя от них как можно дальше, я почувствовала холодную плитку под ногами.

— Стой! — Джонатан побежал в мою сторону; не устояв на ногах, я поскользнулась и начала падать на спину.

Паника охватила меня с ног до головы, когда тело погрузилось в воду. Я начала кричать и хватать ртом воду, пока руки хаотично махали из стороны в сторону. Тишина и холод окружили моё хрупкое тело, пока лёгкие горели от поступающей в них воды. Воспоминания ударили по голове, горло сжало настолько, что казалось, будто весь мир прямо сейчас перестаёт существовать. В глазах потемнело, оставшийся кислород в виде пузырей поднимался вверх.

Несмотря на боль, я впервые за долгое время почувствовала себя свободной. Здесь, под водой, была гробовая тишина, и лишь отголоски жизни сверху говорили о том, что там что-то есть, на поверхности.

Сильные руки обняли меня за талию, я поняла, что поднимаюсь на поверхность. Вынырнув, я тут же начала кашлять водой, в попытках отдышаться. Выплюнув остатки хлорированной воды, почувствовала, как кто-то кладёт меня на кафель возле бассейна, придерживая голову.

— Она что, — голос незнакомца раздался рядом, — не умеет плавать? — открыв глаза, я увидела склонившихся Джонатана и того парня.

— Долгая история, — коротко ответил брат и кивнул мне. — Пчёлка, ты можешь дышать? — я положительно покачала головой, приподнимаясь на локти.

Переведя взгляд на Итана, сразу поняла, кто именно вытащил меня из бассейна: его рубашка прилипла к телу и показала татуировки на груди и руках, с волос стекала вода. Даже в полупьяном состоянии и вынырнув из бассейна, мне сразу стало понятно, насколько он привлекателен. Я посмотрела на его губы, которые совсем недавно с жадностью целовали меня.

— Господи, Кэли, — Мэтт наклонился ко мне, подавая руку. — Ты в порядке? — голубые глаза с волнением рассматривали меня. Я поднялась на ноги, пытаясь удержаться за его руку.

Платье облепило дрожащее тело, ладони безудержно гладили плечи, чтобы хоть как-то согреться. Ещё совсем недавно мои волосы были безупречны, но теперь они свисали сосульками, закрывая часть лица. Охренительно.

Ледяная вода заставила немного очнуться от выпитого и посмотреть на всё произошедшее с другой стороны. Мне хотелось биться в истерике и сгореть со стыда в один момент из-за того, что ребята видели поцелуй с незнакомцем. Совершенно случайный поцелуй. От которого до сих пор подгибались колени.

— Если не считать того, что я пьяная, — мы медленно пошли в сторону дома, — целовалась с парнем, которого первый раз в жизни вижу, — начала перечислять я, кашляя, — и упала в бассейн, всё просто замечательно.

Повернувшись назад, я увидела, как Джо и Итан остались у бассейна; брат гневно размахивал руками, а парень пытался пригладить мокрые волосы. Ловким движением он подхватил бокал с виски, что стоял на траве, и до конца осушил его.

Я продолжила смотреть на него до тех пор, пока наши глаза не встретились; он кинул в мою сторону безразличный взгляд и снова обратил внимание на Джонатана.

******

— Чем ты думала? — под подушкой я услышала голос брата, отчего скривилась. Голова раскалывалась, в горле стоял сухой ком. — Прошу тебя, просто объясни, как ты оказалась рядом с Итаном? — услышав его, сердце пустилось в пляс, а в голове проносились моменты вчерашней встречи.

Стыд с ног до головы окатил меня, когда я вспомнила лицо Мэтта и Джо, заставших нас вчера в саду. Вся ситуация казалась абсурдной, из-за чего было ещё сложнее объяснить причину того поцелуя с Итаном.

— Таблетку и воды, — я протянула руку в сторону, где стоял Джонатан, в надежде, что он принёс их, и не прогадала: стакан с холодной водой коснулся ладони. Облокотившись на спинку кровати, я взяла таблетку и запила её. — Это вышло случайно, ясно?

— Разыгрываешь меня? — он присел на край кровати, сцепив руки в замок. — Как можно случайно поцеловаться с каким-то парнем на празднике в честь своего же приезда? — я закатила глаза. — Ты шла к Мэтту, так какого чёрта оказалась с его старшим братом?

Мой рот непроизвольно открылся, пока слова Джонатана доходили до меня. Я повысила голос на октаву выше:

— Стой, стой, стой, — сев ближе к светловолосому, я пыталась собрать пазл. — Столько лет вы дружите с Мэттом, а я ни разу не видела его брата?

— Он старший брат по отцу, — подчеркнул он. — Итан редко приезжал сюда, потому что жил в другом городе.

В голове проносилось его сходство с Мэттом, из-за которого я ошиблась. Но в то же время было видно, насколько они разные; только от одного его прикосновения подгибались колени, а пристальный взгляд вызывал желание исчезнуть. Раньше я не знала, что Мэтт не единственный в семье. Тем более что у него есть старший, чертовски привлекательный брат.

— У него свои тату-студии в Нью-Йорке и здесь, — закончил он.

— Ты с ним на ножах или типа того? — изогнув бровь, я глянула на Джо.

— Он мне нравится, но Мэтт никогда не был с ним близок, — брат подвинулся ко мне ближе. — Что ты будешь делать?

— Думаешь, Мэтт поверит, если мы скажем, что я перепутала двух совершенно разных людей и поцеловала другого?

— С учётом того, в каком состоянии ты была, — он потёр воображаемую бороду, — это вполне вероятно. — Брат поднялся с кровати и пошёл в сторону двери. — Когда ты стала такой бунтаркой?

Для Джонатана и его друзей я навсегда останусь той маленькой школьницей, которая краснеет от любого взгляда их друга и всегда молчит. Но это уже давно не так. Та наивная девушка была захоронена вместе с доверием к людям в Чикаго.

Раз и навсегда.

— Я всегда была такой, — упав снова на подушку, стала разглядывать белый потолок.

— Лгунья, — ухмыльнувшись, сказал Джонатан. — И да, вчера я поговорил с кое-кем и нашёл неплохую квартирку недалеко от твоего любимого пляжа.

Я слегка поёжилась, когда услышала о пляже Санта-Моники. Всегда любила это место: приходила подумать, посмотреть на сёрферов, искупаться самой. Но один день изменил обожание в комок страха и неприязни. Выпрямив спину, я улыбнулась Джонатану, не выдавая истинных эмоций.

— Я и забыла, что у моего братишки везде есть связи, — я высунула язык и подразнила его. — Спасибо, и буду рада посмотреть её в ближайшее время. — Он отсалютовал мне двумя пальцами, а после аккуратно прикрыл за собой дверь.

Ненароком я начала анализировать то, что происходило и происходит со мной. Всю сознательную жизнь мне было трудно признать поражение, и не важно, в чём именно оно заключалось: товарищеская игра в настольный теннис или соревнование по математике в старшей школе. Я всегда хотела быть лучше всех, особенно для родителей. Они вкладывали в меня и учили только самому лучшему: быть честной, справедливой и никогда не чувствовать себя выше других из-за наличия толстых кошельков в родительских карманах. Ещё в начальной школе я приняла решение добиться чего-то в этой жизни самостоятельно, стараясь получать более высокие оценки, полную стипендию в университете, солидное место в компании.

Если бы я только знала, чем всё обернётся.

Я любила свою семью и всегда доверяла им даже самые страшные секреты. Но то, что я пережила, казалось за гранью. Становилось трудно дышать, когда в голове проскальзывали отрывки из тех месяцев; горло пронзила острая необходимость выпить ещё воды.

Перевернувшись на правый бок, я встала с кровати и взяла махровый халат, который мне подарили в том году на Рождество. Быстрыми шагами спустилась по лестнице, чтобы поговорить с мамой и папой насчёт планов на ближайшее время.Но их разговор заставил меня резко затормозить прямо перед аркой в гостиную. Я немного выглянула из-за стены.

— Я говорю не об этом, Филипп, — мамин укоризненный тон пронёсся по комнате. — Как ты себе это представляешь?

— Нам нужно поговорить с ней и не скрывать того факта, что мы знали о нём…

— Это разобьёт Кэли сердце. — Мама перебила отца, от её слов мне стало совсем не по себе. — Неужели ты не понимаешь, что мы потеряем дочь? Она никогда в жизни больше не приедет в этот дом и не заговорит с тобой!

Пульс участился до предела; любопытство и страх за то, что обсуждали родители, заставили покрыться лоб испариной. Их взвинченные голоса и резкие жесты рук говорили о том, что эта тема была очень серьёзной и напряжённой.

У нас никогда не было секретов или грязных тайн в семье, отчего мне стало ещё хуже.

— Милый, — мама обратилась к отцу. — Думаешь, она в порядке? — давно я не слышала такой обеспокоенности, тошнота подкатывала к горлу. — Она будет в порядке, если…?

Успокоив себя, я пригладила волосы и вышла из своего укрытия в надежде, что они прекратят этот разговор при виде меня.

— Всем привет! — никогда в жизни я ещё так лживо не улыбалась. — Что делаете?

Отец нервно покосился на маму, пока та пыталась совладать с бушующим шквалом эмоций внутри; эта борьба очень ярко отражалась на её красивом лице.

— Разговаривали о бумажной волоките в фирме. Ты же знаешь, как это угнетает отца. — Улыбка озарила мамино лицо, пока в глазах виднелись остатки неприязни. Она пыталась перевести тему. — Как ты себя чувствуешь?

Я присела в кресло, положив ноги под себя. От нервов и желания узнать, что они имели в виду, у меня зудело в ладонях, щёки приобрели яркий румянец. Если я нервничаю, злюсь, моё лицо начинает краснеть, и все мои родные знали об этом.

Твою мать.

— Что-то случилось? — две пары глаз уставились на меня, отец присел поближе. — Дорогая? — спросила мама.

От меня не ускользнуло и то, что она нервно крутила кольцо, будто боялась того, что я скажу дальше. Где-то глубоко в душе я прекрасно понимала, что родители всё поймут и, возможно, мы больше никогда не вернёмся к теме, почему решение переехать обратно домой было таким внезапным. Но другая часть меня была парализована диким страхом и желанием сбежать из гостиной.

— Мам, пап, — они взялись за руки, словно ожидали самого наихудшего. — Я…

Гнетущая тишина заполнила гостиную. Они ждали, пока я признаюсь им в том, зачем здесь. Язык, словно каменный, не поднимался, чтобы произнести хоть что-то. Мне нужно было всё им рассказать, попросить помощи и быть готовой к самому худшему. Поэтому я вдохнула побольше воздуха и медленно подняла глаза на родителей.

— Захотела поменять что-то в своей жизни и пожить немного в ЛА. — ложь вырвалась изо рта прежде, чем я успела принять решение не говорить им правду.

— Кэли, — начал отец. — Это связано с работой в Чикаго? — ноющая боль и отвращение пронзили тело от упоминания этого дьявола. — Не так давно ты и сама говорила нам, что не желаешь возвращаться обратно.

— Ты абсолютно прав, — я встала и положила руки за спину, подойдя к камину. — Но мне двадцать три года, у меня хороший опыт работы и диплом. — боковым зрением увидела, как мама и папа переглядываются между собой. — Плюс я хотела быть ближе к вам. Мне хватает дома.

— Ну что ж, — мама подошла ко мне и крепко обняла. — Я очень рада! Мы все по тебе скучали. — я обняла её в ответ, стараясь унять ноющее чувство внутри. — Уверена, что здесь для тебя найдётся много хороших мест.

— Не переживай, — отец встал и подошёл к нам. — Я об этом позабочусь. — я отрицательно покачала головой.

— Не стоит, — похлопав папу по плечу, я пошла в сторону лестницы. — Сегодня я еду смотреть квартиру, а завтра начну искать новую работу. — крикнула я, поднявшись на последнюю ступеньку.

Скорее всего, любой другой на моём месте перестал бы рвать задницу и попросил бы помощи у отца, будь такая возможность. Но я всегда была исключением из всех моих знакомых детей влиятельных родителей.

Закрыв дверь в свою комнату, я набрала номер брата. После второго гудка он взял трубку:

— Пчёлка, — я закатила глаза от детского прозвища. — Насколько быстро ты сможешь собраться?

— Двадцать минут, и я готова. Пришли мне адрес. — открыв шкаф, я пыталась найти свои джинсовые шорты и топ.

— Хорошо, — чужой мужской голос раздался где-то вдали по ту сторону. — Я передам, что ты приедешь в течение часа. — натянув одной рукой белый топ, я продолжала искать глазами то, что могу надеть на свою пятую точку.

— Окей, скажи своему приятелю, чтобы не опаздывал. После у меня назначена встреча.

— Есть, босс, — усмехнувшись, произнёс брат и повесил трубку.

Солнце грело настолько, что за всю дорогу я успела вспотеть даже в одной тонкой тряпочке, которая считалась топиком. Проехав по Монтана-авеню, я повернула на Четвёртую улицу, где находились апартаменты. Мельком глянув на СМС Джонатана, я прочла номер дома «834» и сразу же заметила его практически перед собой.

Припарковав машину, я вышла на улицу, двигаясь к высокому мужчине лет сорока пяти. Он хорошо выглядел: лёгкая седина и морщинки под глазами придавали ему больше брутальности, а голубые рваные джинсы — небрежности.

— Мисс Донаван, — мягкий голос послышался из его уст, я улыбнулась, подойдя к нему ближе. — Я Франклин, агент по недвижимости.

Мы уверенно пожали друг другу руки.

— Мистер Харрис не смог приехать лично, чтобы показать вам квартиру, но, если вы согласитесь пожить здесь, он заедет к вам вечером.

— Прошу вас, — я широко улыбнулась и последовала за мужчиной. — Зовите меня просто Кэли.

Дом оказался довольно милым: небольшое количество жильцов и ухоженная территория добавляли баллов этому месту.

— Джонатан сказал, что его знакомый переехал в другую квартиру и сдаёт эту минимум на год.

— Всё верно, — мы поднялись до второго этажа и остановились у входной двери. Франклин достал ключи из переднего кармана. Открыв дверь, мужчина жестом пригласил меня зайти первой.

Квартира была очень просторной и светлой: большая кухня была в белых и бледно-голубых цветах, а у выхода на балкон стоял обеденный стол из белого дерева. Окна были большими и днём освещали каждый уголок этих апартаментов. Здесь пахло горьким шоколадом, из-за чего мне что-то вспомнилось. Вдохнув поглубже, я поняла, что запах знаком. Он исходил от Итана в нашу первую встречу.

— Не думала, что здесь будет так много места, — я последовала дальше и наткнулась на гостиную с телевизором и диваном. Серые и тёмно-зелёные подушки хаотично лежали на нём, а на полу разместился большой ковёр. — Владелец сам выбирал интерьер?

— Да, — покашляв, ответил мужчина. Казалось, ему было неловко обсуждать это со мной. — Чтобы пройти в ванную, нужно зайти в спальню.

Кивнув, я прошла в другую комнату, где стояла огромная высокая кровать, которая спокойно могла вместить четверых. Я лишь мельком посмотрела на ванную и вновь повернулась к Франклину.

— Могу заехать сегодня?

******

Я лежала на кровати, наблюдая, как Джонатан и его друг Андерсон приносят мои чемоданы и коробки с вещами, необходимыми для дома. Парни изрядно попотели, принося последние вещи из грузовика.

— Эй, — окликнула я брата, который чуть не уронил коробку с вазами. — Аккуратнее, это стоит целое состояние!

Закатив глаза, он посмотрел на меня.

— У меня только один вопрос, — Джо резко поставил коробку на пол. — Нахрена тебе столько побрякушек?

Я села в позу лотоса и убивающим взглядом посмотрела на парня.

— Это не побрякушки, а вещи, которые создают уют. — Андерсон, пыхтя, подошёл к Джонатану и поставил ещё одну коробку рядом. — И, к твоему сведению, всё это мне подарил ухажёр из магазина для дома.

Брат усмехнулся и вытер пот со лба, пока Андерсон громко вдыхал и выдыхал.