Сквозь войну

Оксана Фесенко

Сквозь войну

Глава 1

Война. Слово, ставшее синонимом жизни. Сколько она длиться? Три года? Шесть лет? Или, быть может вечность, в которой теряются дни и годы, как пыль в бесконечном вихре битв.

Мой муж, призванный на фронт, исчез со связи уже как месяц. Как и многие другие находившиеся с ним рядом бойцы. Последнее известие его группа пропала без вести при выполнении задания.

Надежда-тонкий, хрупкий цветок, цеплялась за жизнь в мире, превращенном в руины, где города и села стали лишь призраками прошлого, а мы потерянные души скитались подобно дикарям от одного убежища к другому.

Мысль о том, что он мог не вернуться была невыносима. Сердце колотилось, руки дрожали, и каждая мысль путалась пытаясь что-то придумать. Нет я должна найти его крутилось в моей голове. Во что бы то не стало должна его найти. Момент настал, воспользовавшись ситуацией я вступила в отряд добровольцев. Так я стала военной медсестрой. Я попала в часть называемой «Нора дракона», точнее, как ее называл наш враг. В этой части часто неопытных бойцов бросали в бой что бы восполнить нехватку людей в бою. Это и касалось женщин медсестер они обязаны вытаскивать раненых, когда идут бои и пули свистят над головами.

«Нора дракона» представляла из себя военный лагерь из палаток, и бункера огражденной территорией, где скоплено очень много боевой техники готовой к наступлению. Здесь собирались лучшие опытные командиры и войны, закаленные в битвах. Бункер служил сердцем "Норы дракона" - темным, неуязвимым ядром вокруг которого кипела жизнь лагеря. Он врос в землю словно древний зверь, спрятавший голову под толщей грунта. Его двери тяжёлые как ворота замка, открывающиеся только для своих. Внутри лабиринт залов и переходов, где каждый шах отдавался эхом. Здесь планировались атаки отсюда уходили приказы, здесь находили приют те, кто устал от ветра и пороха. Он был не просто укрытием он был символом стойкости. Здесь под толщей земли сохранялась искра порядка среди хауса войны. Каждый болт каждая панель на стене, каждый провод в системе связи все это складывалось в единый механизм выживания. Стены хранили шёпот прошлых решений: здесь планировали победы и переживали поражения здесь давали клятвы и прощались с теми, кто уже не вернётся. Даже воздух здесь казался иным, густым от напряжения и веры в то, что пока "Нора дракона" стоит пока бьётся ее сердце-бункер, у них еще есть шанс.

Когда я попала в бункер первый раз мое внимание сразу привлекли люди, которые там работали. В генераторном отсеке инженер проверял показатели: давление масла, температуру охлаждающей жидкости, уровень топлива. Дизель работал ровно, пости без вибрации его отладили до совершенства еще в прошлом месяце, когда ждали крупного наступления эту информацию, я услышала от инженера, который общался с рабочими. Эти люди были неотъемлемой частью в ремонтных работах. Рядом на стене висела схема энергораспределения: красные линии шли командному центру, зеленые к системе жизнеобеспечения, синие к арсеналу и оружейной.

В хранилище дронов техник запустил предполетную проверку. На мониторе одна за другой загорались зеленые галочки: «батарея - норма», «камера - активна», «навигация-синхронизирована».

Дроны стояли в ряд, их гладкие корпуса отражали свет ламп. Каждый был оснащен тепловизором, камерой высокого разрешения и легким вооружением достаточно, чтобы подавить пехоту или ослепить бронетехнику вспышками.

В арсенале старший по складу сверялся со списками:

- Патроны 5,45-полный запас.

- Гранаты Ф-1-48 штук.

- РПГ- шесть комплектов, все с новыми зарядами.

Он поставил галочку и поднял глаза на помощника.

- Проверь ящики с сигнальными ракетами.

- И проверь что бы все контейнеры были опечатаны.

- Нам нельзя терять ни грамма.

Территория вокруг бункера представляла собой странную смесь разрушения и робкого возрождения природы. Ближе к «Норе дракона» земля была изрыта траншеями, усеяна осколками останками техники. Туман в низинах не рассеивался даже днем, он цеплялся за обрубленные стволы окутывал ржавые остатки машин просачивался в щели бункера. Воздух был тяжелый с привкусом метала и копоти. Даже сорняки росли уродливыми, с почерневшими листьями. В лужах, оставшихся после дождей, плавала масляная пленка, переливающаяся радужными разводами.

Ночью небо иногда озарялось далекими вспышками где-то на горизонте продолжался бой. Отблески взрывов окрашивали тучи в багровый цвет, и тогда, казалось, что само небо кровоточит. Ветер доносил отдельный гул то ли артиллерии, то ли грома, то ли стона земли, уставшей от боли.

Были рядом и места оазисы что-то не тронутое такое как лес не далеко от нашего лагеря. Он стоял как остров спокойствия посреди разрушения. Всего сотни метров от него земля была изрыта траншеями, а дальше воронки и ржавые остатки техники. Но здесь под сенью деревьев жизнь шла своим чередом. На пнях селились опята, а на старых березах трутовики похожие на полки книг. В дуплах жили дятлы и совы, а в корнях барсуки. По утрам на влажной земле оставались следы зайцев и лис, а на глинистых берегах ручья отпечатки копыт оленей.

Иногда солдаты находили странные находки: гнездо свитой из проволоки или белку, таскающую в дупло патронную гильзу вместо ореха. Война вторглась и сюда, но природа упорно переплавляла ее следы в что-то свое безобидное, почти домашнее. Возле родника, бившего из-под корня старой ели, бойцы поставили деревянный ковш. Над ним кто-то вырезал ножом: "Пей, но помни – эта вода чиста, как совесть должна быть чиста". Вода и правда была ледяной и прозрачной, а ее вкус напоминал о детстве, о походе, о временах, когда лес был просто лесом, а не прикрытием для позиций.

Временами, когда бои шли непрерывно небо затягивалось серыми тучами редко пропуская лучик солнца. В такие дни даже время текло иначе часы растягивались, а дни сливались в одну полосу. Бойцы на постах поглядывали в верх не идет ли дождь не появятся ли силуэты дронов. Иногда небо давало шанс свету и сквозь тучи пробивался глухой свет не солнечный, а какой-то отражённый будто небо само устало от этой войны и светило через силу. А бывало, после обстрелов в воздухе висела пыль смешиваясь с низкими облаками и тогда небо становилось еще темнее почти черным. Кто-то из бойцов заметил однажды: «Как будто сам создатель занавесил окна, чтобы не видеть этого».

После адаптации нас распределяли по группам. Я помню, как нас выстроили рядом с бункером в одну шеренгу и представили его - нашего главнокомандующего. Ему было около сорока лет выглядел он мужественно у него была седая борода и волосы, глаза голубые, он выглядел как сказочный волшебник. Звали его Зевцов Сергей Сергеевич но все называли его «Зевсом». Взгляд его всегда был пронзителен такой же, как и его речь – полные огня, уверенности он не применено был вдохновителем на подвиги. Стоя в этой линии и слушая речь «Зевса», я вспомнила мужа его долгие беседы полные историй, которые заставляли меня верить, что он большой сказочник.

Помню как он устраивался в старом кресле закутывался в плед и начинал: «Давным – давно в одном далеком королевстве …» Голос его убаюкивал , а истории уводили далеко от реальности. Иногда он даже разыгрывал сцены изображал дракона низким голосом, а принцессу тоненьким фальцетом. Я смеялась до слез, а он радовался как ребенок.

Теперь вместо мягкого кресла – окопы, вместо пледа – боевой костюм, вместо сказок-приказы. Но что-то осталось, таже вера в человека рядом.

- Каверзина Лиза Петровна? – раздался голос. Началась перекличка.

- Я! – ответила я.

- Выйти из строя огласил командир нашего отряда.

Я вышла, и почувствовала на себе обжигающий суровый взгляд «Зевса», я почувствовала себя провинившимся ребенком, которого вот- вот накажут и поставят в угол. Но наконец прозвучала команда стать в строй и вернувшись на место я немного успокоилась.

После переклички и напутствий «Зевса», нам было приказано получить форму и расположиться в палатки для отдыха и обустройства.

В палатке было около десяти женщин. Кто-то разбирал пожитки, кто-то освоившись молча наблюдал за новоприбывшими.

- Что стоим? - раздался голос из угла. Все взгляды устремились на меня.

- Да ты не бойся, здесь все свои, проходи - продолжил голос. Я подошла ближе.

В тусклом свете я увидела силуэт девушки, высокий с длиной коссой, приглядевшись ближе я увидела молодое лицо, нов глазах блистала мудрость веков. Улыбка не сходила с ее лица. Она сидела на кровати держа в руках книгу. Я подумала про себя, удивительно откуда она ее достала. Книги это редкость в нашем мире словно птицы улетевшие на юг, они исчезли из нашей повсидневности, остались только воспоминания о шуршание страниц, о старой бумаги и тепле книги в руках. Муж называл книги "капсулами времени". В каждой чьи то мысли, чувства, открытия. Он говорил - Открываешь страницу и словно жмешь руку человеку который жил сто лет назад. Когда книги были еще доступны нам он мог часами сидеть над потрепанным томиком стихов, вчитываясь в строки, будто искал там ответы на все вопросы.

- Садись. - продолжила она.

- Здесь свободно. Можешь занять эту кровать.

Кровать стояла рядом с ней. Она представляла собой не столько конфорт сколько предмет для выживания. каркас из легких алюминиевых труб, легко переносимый. Матрас надувной, с клапаном для регулировки жесткости. В сложенном виде он помещался в рюкзак. Простыня из синтетической ткани, быстро сохнущая и устойчивая к разрывам. Одеяло многослойное, термоизолирующее, способное согреть даже в мороз. Под кроватью герметичный ящик с неприкосновенным запасом: вода, галеты, аптечка, сигнальный фонарик. Все здесь было продумано: кровать не просто место для сна - это узел жизнеобеспечения, мобильный и надежный, как и все что окружало нас в этом новом мире.

Я села начала раскладывать вещи.

- Меня зовут Настя. А если точнее "Ночная стрекоза"

- Я Лиза. Она улыбнулась.

- И что привело тебя Лиза сюда?

- Муж. Мой взгляд упал в низ.

- А понятно. За потеряшкой приехала.

- Да ты не обижайся на меня. Она закрыла книгу и резко встала. Улыбка исчезла с ее лица и взгляд ее сверху вниз испугал меня.

- Забудь свое имя теперь твой позывной "Гера"

- Все запомнили? Громко крикнула она. Так точно прогремели все в единый голос.

Она удалилась из палатки быстрым уверенным шагом. Я вздохнула и легла на кровать. Усталость взяла свое и я мгновенно уснула.

Нас разбудили около пяти утра. Мы облачились в черную военную форму, лишь медсестер отличали детали, знак на форме красный крест. Нас снабдили современными деталями, оружием и медикаментами. Технологии развились способствуя военному прогрессу. Но чем совершение становилось оружие тем острее чувствовалась хрупкость человеческой жизни. начинались учения которые продлились три месяца. В учения входили: бег, лазания , имитация боя, спасения раненых, изучение техники, связи. Мы должны были стать универсальными солдатами. Тренировки были изнурительными. Иногда мне казалось что сил не хватит, но какая-то неведанная сила пробуждалась во мне в эти моменты давая силы тренироваться дальше.

Когда учения закончились, программа новичка была усвоена. Мы были готовы, как заверяли нас наставники. Но на войне нельзя быть готовым, она не приспосабливается к тебе и ты к ней тоже. Нас убеждали что мы можем все, но так ли это на самом дели это можно было проверить только в бою. Чем все затягивалось мне казалось что пропадает даже надежда найти своего мужа. Крохотное биение его сердца в моем угосало.

После учений нас отправили по группам. Я попала в группу "Молот", три бойца, они были опытными бойцами компьютерными гениями и мастерами оружия, прошли уже не один бой и выполнили как минимум десяток заданий. Олег позывной "Рыжий" - худой парнишка тридцати лет, рыжие волосы, коричневые глаза, он напоминал солнышко которое светит в тридцатиградусную жару, умелый компьютерщик, мог взломать любую технику противника. Иван позывной "Север", воин северных кланов, как белый медведь, кровожадный убийца, белые волосы, черные брови, серые глаза. Сколько он воевал? Никто не знает. И конечно командир Саша позывной "Лютый"- вожак нашей стаи. Серые волосы, серая борода, взгляд охотника, стратег своего дела. Теперь я одна из вас. Думаю они не были рады что к ним приставили женщину-медика, да еще и разыскивающею своего мужа. Но таков был наш совместный путь.

Когда я первый раз с ними познакомилась "Рыжий" подкалывал меня шутками, рассказывал байки, с ним не соскучишься. Иногда он говорил без умолку, что напрягало "Севера" и капитана, которые кричали ему что бы он замолчал, но проходило время и радиовещание "Рыжего" возобновлялось. Иногда его разговоры были как не стать к лучшему это помогало отвлечься от реальности, погрузиться в прошлое, забытое, сказачное.

Однажды при разговоре от капитана "Лютого" я узнала что он был знаком с мои мужем и то что он был заброшен в тыл врага, в колонию "Отрок" на операцию "Вампир". Группу "Лютого" тогда не взяли ему дали другую задачу. Он знал что группа "Нож" под командованием некого "Феса", выполнила задание, но не вернулась. Спасательный вертолет "Цоколь 16" вернулся пустой. У меня загорелась надежда, колония "Отрок"- моя теперь главная цель попасть туда.

Колония "Отрок" сильный противник, во главе "Кабана". Это не просто укрепленный пункт- это целый подземный город, вырытый в скальных породах еще до войны. Это наш враг, наши бои идут во основном с ними. Они постоянно хотят захватить наши территории, ресурсы, технику, сметая все на своем пути, иногда они устраивают нам такие бои что волосы встают дыбом. Говорят там сохранились старые лаборатории, склады с неизвестным оружием, и даже системы обеспечения на годы вперед. "Кабан" превратил колонию в крепость: минные поля,автоматические турели, патрули с тепловизорами и псами обученными на запах страха. Как уже стало понятно мне что мне надо попасть туда, возможно там я найду зацепку о своем муже.

- Ты понимаешь, что это самоубийство? Тихо спросил "Лютый", когда я в очередной раз подошла к нему с просьбой покинуть нашу базу и тайно отправиться в клан "Отрока" .Помочь мне.

- Ну нет, я не самоубийца что бы без приказа отправиться к врагу и что еще хуже умереть там, так это получить залет и отправиться на гражданку и сидеть там шнуровать ботинки, винить себя за безрассудство глупой девчонки. Сказал "Лютый" смотря мне в глаза.

- Понимаю, ответила я, глядя ему тоже в глаза.

- Но если мой муж там, я должна знать наверняка. Жив он или...я хотя бы найду его тело.

"Лютый" вздохнул, провел рукой по седеющим вескам.

- Ладно, есть один шанс. Через два дня идет группа командира "Тень"- диверсанты, которые должны заложить заряды у энергоузла " Отрока", им нужен еще один человек. Я поговорю с ним что-бы он включил тебя в группу. Но ты пойдешь не как медик а как часть группы выполняющую свою задачу.

- Надеюсь "Зевс" не узнает что этот не добор ты, и наче тебе крышка, путь назад домой.

- Учти - это не спасательная операция, если найдешь следы мужа-хорошо, если нет твоя задача выжить и вернуться.

Я кивнула чувствуя как внутри все дрожит от смеси страха и решимости.

Следующие два дня превратились в ад тренировок. Бег с полной выкладной, ночные марш-броски, отработка эвакуации под огнем, работа с взрывчаткой и маскировкой. Я падала вставала снова падала и снова вставала. Другие члены команды смотрели с недоверием. Женщина в диверсантах? Но командир "Тень" только хмуро кивал - Она идет. Я отвечаю.

"Зевс" как мне казалось подозревал что это нехватающий человек в группе я, но почему то не чего не говорил и даже не пытался остановить, только периодически косил свой холодный взгляд. Накануне выхода "Зевс" передал командиру папку, приказал ознакомить всех членов группы. Когда папка попала в мои руки я увидела: снимки с дронов, схемы подземных уровней "Отрока", отметки о предполагаемых лабораториях называемые "материал для экспериментов", и место энергоузла где должи заложить заряды.

Материал..... От этого слова кровь стынет в жилах. Что они там делают? И если муж был там же..... Я закрыла папку, сжала кулаки.

Глава 2

На рассвете мы выдвинулись. Шестеро в черном, растворяющиеся в предрассветной мгл. Впереди "Отрок" и за ним ответы. Мы двигались вдоль склона, прижавшись к скале - тени среди теней. Впереди в глубине ущелья мерцали огни "Отрока", редкие тусклые словно светлячки в могиле. Воздух здесь был другим-тяжелым , пропитанный запахом металла, озона и чего-то еще, сладковатого, тошнотворного.

- Зона контроля начинается здесь, прошептал командир. "Тень" указывая на едва провода натянутые между валунами. Тепловизоры, сейсмодатчики, дроны- разведчики.- Идем по моей команде.

Я кивнула сжимая оружие. Руки дрожали не от страха а от напряжения, где то-там в этих катакомбах мог быть он. Проникли через дренажный тоннель, узкий, обледенелый, пахнущий гнилью. Стены были исписаны странными символами, не граффити а скорее метки нанесенные чем то темным почти черным.

- Кровь? тихо спросила я, коснувшись одной из линий.

- Не думаю, снайпер "Ворон", похоже на какаето органику. Биомаркеры. Они что-то здесь выращивают...

Тоннель вывел нас в заброшенный сектор, остатки старой лаборатории. Повсюду валялись разбитые колбы, обрывки кабелей а в центре зала стоял аппарат, напоминающий капсулу для гибернации. На стекле следы царапин изнутри.

- Это не просто крепость прошептала я, они проводят эксперименты. "Тень" молча кивнул, его глаза в свете налобного фонаря казались бездонными.

Мы понимали что операция "Вампир" - это не про энергостанцию. Они пытаются создать что-то, солдат нового типа, тех кто не чувствует боли, кто не знает страха. Мы двинулись дальше, ориентируясь по схеме из папки. "Ворон" шол впереди, сканируя пространство тепловизором. "Лиса" замыкал цепочку, периодически оглядываясь назад, будто ждал что из темноты выскользнет что-то неуловимое. Коридоры становились уже, воздух гуще. На стенах появлялись новые символы, странные геометрические узоры, нанесенные той же темной субстанцией. Следующий зал оказался хранилищем, полки с папками, мониторы с застывшем графиком, ряды пробирок с мутной жидкостью. На одном из столов раскрытый журнал учета с сухими записями:

"День 17. Объект 42 не выдержал адаптации. Переведен в фазу 2. Объект 43 демонстрирует устойчивость к фазе 3. Рекомендовано усилить воздействие. Объект 45- данные утеряны. Передать на доработку в сектор D-7"

Я замерла, вчитываясь в строки "Объект 45"... Могло ли это быть его кодовое имя?

- Здесь нет его имени, прошептала я.

- Но есть система, "Тень" указал на колонку с датами. Все записи за последние три месяца. - Твой муж мог быть одним из них.

- Или уже не числиться добавил "Ворон"

- Если он не прошел адаптацию , его могли убрать из журнала.

Я сжала кулаки, надежда снова стала хрупкой .

- D- 7, повторила я. В журнале упоминается сектор это может быть местом где держат тех кто еще проходит адаптацию.

- Или где уничтожают следы, мрачно добавил "Леса"

- В любом случае это наш единственный след, сказал "Тень" - Идем туда.

Где то в далике раздался гул. Лампы мигнули, затем загорелись красным.

- Тревога прошептал "Лиса", они нас засекли.

"Тень" вскинул оружие.

- Времени нет, идем в D- 7. Быстро.

Мы бросились по коридору, сворачивая по стрелкам на стенах. Поворот еще один, лестница в низ... Дверь с номером D- 7 была заперта, но "Лиса" уже доставал взрывпакет.

- Три секунды , бросил он

- Стойте, подняла руку. - Если там действительно подопытные мы можем их ранить, или спровоцировать охрану. "Тень" задумался затем кивнул - Отменяй, скомандовал он "Лису".

- "Ворон" проверь вентиляцию, должен быть альтернативный выход. Снайпер кивнул быстро осмотрел стену и указал на решетку в метре над полом.

- Пролезем, но осторожно.

Одни за одним мы пробрались внутрь. За дверью открылся длинный коридор с дверями по обеим сторонам , за каждой приглушенный голос и гудение аппаратуры. Я прислушалась , ни звука похожего на его голос. "Тень" посмотрел на меня и потом на "Лиса" - Решаем, куда дальше. "Лис" глубоко вздохнул и указал на дверь с табличкой "Камера 3".- Туда. "Лиса" присел у замка , быстро подсоединил к нему небольшой прибор, через несколько секунд раздался тихий щелчок, дверь открылась. Мы замерли на пороге, камера оказалась небольшой , почти пустой , узкая койка, стол с закрепленным на нем планшетом, камера наблюдения в углу. На стене график с отметками: дни , часы, странные символы. В углу разбитая чашка, рядом капли темной жидкости.

- Кровь, прошептал "Ворон" наклоняясь.

- Нет, я принюхалась - Кофе.

"Тень" подошел к планшету , коснулся к экрана, тот загорелся тусклым светом, показывая обрывки данных:

" Объект 43: фаза 3- завершена. Программа "К" - активирована. " Объект 45 переведен в сектор "Ядро" Статус-активен. Дата перевода 12.04. Контроль " Кабан".

Я задохнулась, это дата когда оборвалась связь с отрядом. Он был здесь, прошел фазу-3, а потом его перевели.

- "Ядро", повторила я , это еще глубже.

- И охраняемо в десять раз лучше , добавил "Тень" . Мы не сможем туда просто так спустица.

- Но мы знаем что он жив, по крайний мере был жив. Я сжала кулаки.

Где то в далике снова загудело, лампы мигнули, затем загорелись тревожно желтым светом.

- Они меняют режим охраны, - У нас максимум полчаса до полной блокировки сектора. сказал "Лиса".

"Тень" вскинул оружие, значит копируем данные, готовимся к отходу.

- "Ворон" ищи путь к энергостанции, минируем .

- "Лиса" связь с базой, пусть готовят "Цоколь 16" - Мы уходим.

Мы осторожно покинули камеру, "Ворон" сверился с картой. Единственный путь через старые дренажные тоннели, данных нет о состоянии коммуникаций.

- То есть мы идем в слепую, хмыкнул "Лиса".

- Как обычно, отозвался "Ворон", проверяя прицел винтовки.

Путь оказался изматывающим, узкие проходы , покрытые слизью стены, вода по колено, воздух становиться все тяжелее, пахнул озоном и чем-то металлическим. На стенах снова встречались символы-те же геометрические узоры. Внезапно "Ворон" замер вскинул руку. Впереди за поворотом слышались шаги, ритмичные , тяжелые.

- Охрана? шепнула я.

- Нет, снайпер приложил палец к наушнику. Это подопытные. Из темноты вышли пятеро, одетые в лохмотья, с пустыми глазами и неестественно прямой осанкой. Они не заметили нас шли строем , синхронно поднимая ноги , будто марионетки.

- Боже... , я зажала рот рукой. - Они же ... не люди больше.

- Еще люди , тихо сказал "Тень", но уже не хозяева себе.

" Кабан" подавляет волю, заменяет ее командами. Мы прижались к стене, пропуская отряд. Когда последний прошел мимо, "Лиса" тихо спросил - Если твой муж прошел фазу 3 ... он тоже такой?

Я сжала кулаки.

- Не знаю , но я должна найти его. - Даже если он не узнает меня.

Серена выла мы двигались быстро. "Тень" услышал гул низкий вибрирующий , от которого дрожали стены.

- Это генераторы, прошептал "Тень", они питают систему .

"Лиса" усмехнулся похлопывая по рюкзаку с взрывчаткой.

Гул генераторов то усиливался то затихал, словно пульсировал в такт какому то ритму и чем дольше мы вслушивались тем четче ощущали вибрацию под ногами.

И вот пройдя еще чуть чуть мы оказались в энергоблоке.

"Лиса" потянулся к рюкзаку достал взрывчатку, начал крепить ее к основным кабелям. "Тень" сказал основной узел здесь если его вырубит отключиться 80 процентов систем. Две минуты до детонации .

Гул вдруг изменился стал, выше, пронзительней, индикаторы на панели замигали красным.

- Они засекли вмешательство! Крикнул "Ворон".

- Тогда бежим! "Тень" рванул к выходу - К шлюзу! Быстрее!.

Мы бросились прочь из энергоблока. За спиной нарастал гул не просто вибрации а нарастающий рев, будто сама земля готовилась в взорваться . Я оглянулась лишь раз. Синие огни генераторов пульсировали все чаще, словно сердце перед остановкой. Две минуты, всего две минуты что бы успеть.

- Девяносто секунд! - Крикнул "Лиса", сверяясь с таймером.

Коридор ведущий к южному шлюзу оказался неожиданно пуст. Ни охранные ни патрулей, только мигающие красные огни и вой сирены от которой закладывало уши. И вот он выход и взрыв.

Мы продвигались дальше, перелезая через обломки. В воздухе пахло озоном и гарью. Это горели генераторы.

- Держим строй, произнес "Тень"- Двигаемся к точки эвакуации.- "Лиса" что со связью?

- Слабая сер. - Сигнал подан.

- Понял, ответил "Тень" - Двигаемся, двигаемся ребятушки.- Всем ушки на макушки.

Мы двигались вперед, свернули в узкий боковой проход, едва различный в темноте.