Я жив ещё пока… Проза в стихах

Я жив ещё пока…

Проза в стихах

Владимир Кулаков

Дизайнер обложки Михаил Юрьевич Щербов

© Владимир Кулаков, 2020

© Михаил Юрьевич Щербов, дизайн обложки, 2020

ISBN 978-5-4498-4747-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Ах, скажите вы мне…

«почти» романсы и песни

Вся наша жизнь есть по сути – Любовь!

Как не покажется это печально…

В. Кулаков«В начале было СЛОВОи СЛОВО былоу Бога,и СЛОВО…»1Бог забрал.Шесть лет молчания,ни строчкиНо вот наполнился Источник,и СЛОВО тушьюна бумагуПРОЛИЛОСЬ

«От Пушкина…»

От Пушкинапо Бродскогок ГостинкеНа невском пятачкеиграетбэнд.По кругуимпровизи банка пива.На редкие хлопки —лукавыйглаз.Людской потокна диксиленднаткнувшисьМеняет шаг,и суету,на мысль.В балтийском небечайкив хороводе.Под каблукамижизньВеликого Петра.Открытый зевфутляраиз-под банджоГлотает горечьмедныхпятаков.И станет вдругдоступнаи понятна,Под барабанный трески визг трубы, —Затасканнаямудрость вековая:Всё в жизни – мелочь.Немелочна лишь – Жизнь.

«Засосёт суета…»

Засосёт суетасобытий скука,Полоснёт високтоска-осока-сука…Тамбур куревом дыхнётпрямо в душу.До утра покой купене нарушу.В зазеркалье снов моихвновь вернусь,В простынь белую ночейобернусь.На Смоленку вдоль Невыведёт дорога.Мати-Ксеньюшка, прости,ради Бога…Птиц осенних не вернёшьиз далёкаИ Ростральных не зажжёшьпозже срока.В дыры проходных дворовворвётся ветер,Сгоревших дней далёких техзакружит пепел…

«Опять мне на заре не спится …»

Опять мне на заре не спится —Рву страницы…Ночи долгие мои мудры.Глаза трезвы.За окном линяет клён —Вчерашний сон.Жжёт нетерпеливая строка —Бурлит река.Катится летами лето в Лету, —Зачем всё Это?..В осень клонится земная ось,Как ржавый гвоздь.Опять мне на заре не спится…Эх, мне б не спиться.

«Затяжной петербургский туман…»

Затяжной петербургский туман.Мокнет листьев гнилых погост.Над каналом съёжился мост.В акварели размытой – обман…Силуэт на чёрном мостуОтражается в чёрной воде.Чёрный ворон кричит – быть беде.Чёрный грифель взывает к Христу.Мысли жадно вплетаются в суть.Ностальгией терзается плоть:Здесь тебя подарил мне Господь,Здесь свершился началом мой путь.Полутёмные арки дворовБерегут плечи словно зонты.Город мой, мы остались на «ты»,Приговор твой мне не был суров.Моё тело в других городах,А душа где-то здесь, на «мостках».След судьбы на чернильных листкахОтпечатался в летних садах.Прибалтийской янтарной слезойСоскользнула монета с моста.Поглотила её пустота,Лишь состарился ливень косой…

«Дождливых нот размыта акварель…»

Дождливых нот размыта акварель.Мольбертом ждёт Создателя картина.Цепочкой лет висит корд-де-парель,Очерченная пламенем кармина.Мир полон месс, рапсодий и кантат.На клиросах взыванье к Силам Горним.Но нем эфир, – Христос давно распят.И древо Жизни подогнило корнем.Блуждает ветер у слепых окон.Терзают плоть веригами сомненья.Сплетает строки Франсуа ВийонВ сырых застенках Эры безвременья.Дождливых нот размыта акварель.Давно закончена Создателем картина.В узлах запуталась корд-де-парель,Обугленная пламенем кармина…

«Вновь, хранящий всю дорогу…»

Вновь, хранящий всю дорогу,Ангел крылья опустил.Лоб крещу, взывая к Богу,Чтоб грехи мои простил.По душе моей заблудшейБесы закатили пир.– Владыки взор потухшийИ пустым стоит потир.Строги лики на иконе,Ладан горечью пролит.Замерев в земном поклоне,Путаю слова молитв.Кружат ветры по планете.Ад – с любимой в шалаше.Аверс – реверс на монете.Авель с Каином в душе.По киоту рыщут тени.Сердце разоряет тать.Бью чело и жгу колени,Силясь Истину понять.И, подобно фарисеюЧуда требую извне!Бог – явился ж МоисеюВ неопалимой купине.Гул шагов моих под сводомПрозвучал пустой стезёй.Лишь кольцо – как камень в воду,Покатилося слезой…

«Тень дирижёра скользит по клавиру…»

Тень дирижёра скользит по клавиру.Музыки знаки – изгибы судьбы.Звуки хорала, явленные миру,Реквием льются под сводом мольбы.Жаркие капли синкоп и форшлаговСлёзами каплют на паперть греха.Шумные толпы экстазных аншлаговГлушат органов опухших меха.Небо расколото армагеддоном.Мир разделён на овнов и козлов.Стонут набаты, заходятся звономСотни восторженных колоколов.Время пророчества от Иоанна.Идолы правят, в чести Лжехристы.Падшего Ангела гимнами славят.В храмах безлюдных сжигают кресты…Утро промозглое серой полоскойЛоб остудит от кошмарного сна…Катится шар по поверхности плоскойВ ночь, уходящую прочь от окна.

«Неба выцветшего киноварь…»

Неба выцветшего киноварьПозабытое крутит кино.В кадре старом «волшебный фонарь»Проливает на скатерть вино.Рассыпается соль по столу,Опрокинутая невзначай.В паутине икона в углуИ холодный без сахара чай.В вазах мумии жёлтых цветов,Угоревших в весеннем бреду.Фотографии вздутых мостов,Разведённых на нашу беду.По цепочке остывших следовДо истоков своих доберусь.Браги терпкой из горьких медовДо дурмана из Леты напьюсь…Возвращаясь в сегодняшний день,Заплутаю, собьюсь с полпути.Терпеливого Ангела теньБудет преданно рядом идти.

«Осень кружит кольцевой дорогой…»

Осень кружит кольцевой дорогой.Листья копят годовой отчёт.Рифма остаётся недотрогой,Сердцу предъявляя давний счёт.Слов банальных – нежность в позолоте.Выдуманного праздника – витраж.Души слились в штопорном полёте.Временного счастья суть – Мираж…Фрески остановленных мгновенийВ воплях обезумевшей строки:Трепет – плотно сдвинутых коленей,Дерзость – многоопытной руки…Сны – отображенье зыбкой яви,Призраки земного бытия.Холст художник кистью продырявилТам, где воплотились Ты и Я…Осень кружит кольцевой дорогой.Листья сдали годовой отчёт.Рифма не осталась недотрогой.Вот мы и сыграли: «чёт – нечёт»…Рвётся серпантиновая лента.Пеплом опадает конфетти.Стало тихим аккомпанементомПоздней осени прощальное «Прости…»

«Я погибаю без Любви…»

Я погибаю без Любви.В безумной жажде, в ностальгии…Огарок – вечный визави,И купол «Спаса на крови»Тоской на грудь, – как панагия…

«Обожжёт листву холод горьких слов…»

Обожжёт листву холод горьких слов…Не зальёт вино жажду зыбких снов.Опадёт бутон, выпив всё до дна,Отмолив грехи на проём окна…

«Хватаюсь за нить ускользающих слов…»

Хватаюсь за нить ускользающих словИ клею разбитые чаши.Брожу до утра в одиночестве снов,Где счастливы призраки наши.

«Твоё «Люблю» – глоток воды…»

Твоё «Люблю» – глоток воды.Соломинка в безбрежном море.Мир поделён на Я и Ты,Когда с самим собой в раздоре.Когда невмоготу мне жить, —Не спится душными ночами.И гамлетовское «Быть – Не быть»В аорте гонит кровь толчками.Письмо – иконой на столе.А фотография – Мадонной.Мне места нет на всей Земле. Гостиницы лишь для бездомных.Рояля клавиш череда.Соревнованье чёрно-белых.И не рассудят их года, —Здесь правых нет… Как нет и левых.Все дни раскрашены тобой.В цвета надежды и сомнений.То среди равных я – Изгой…То, вдруг, средь серости я – Гений.Меня мотает по угламГостиниц городов и весей.Мне лишь Любви известен Храм.Он истинен из всех конфессий.Пока твоя любовь живётМне не страшны пути любые.Твоё «Люблю» меня спасёт,Как крест серебряный на вые.

«Звучала музыкой в тиши, не зная скуки…»

Звучала музыкой в тиши, не зная скукиРифмованная выспренность речей.И к звёздам отлетал, и падал в рукиНаш белый жемчуг Питерских ночей.С небес мне пела скрипка Страдивари,Мечтой кружилась голова слегка…Всю жизнь летел я, как воздушный шарик,За землю принимая облака…Дожди косые мой очаг залили.Томится пустоцвет в былых садах.В карманах драных «мыши лбы побили»И ямб с хореем явно не в ладах.У скрипки певшей надломилась дека.С мажорного аккорда сбит колок.Лишь ангелы за сердце держат крепко,Чтоб не сорвался в штопорный виток.Глотая хмель дымящегося утра,Бреду к тебе замаливать грехи.Порвалась нитка бус из перламутра,И дан зарок забыть свои стихи.Но вновь строка благословенья просит.На вещих небесах вода чиста.Тот, Кто горит, – тот в своём сердце носитСвятой огонь Библейского куста.

«Таща судьбу по лужам стылым…»

Таща судьбу по лужам стылым,Топя сердца в осенней каше,Без мест теперь вагоны наши…Минуя лестничные марши,Любовь скатилась по перилам.Вокзал бродяжею стопойГудками растоптал нас разом.И не успел мигнуть я глазом,Как стал корундом, быв – алмазом.А ты – ничейною женой…Мы город этот покидали,Где наши рухнули мечты.Тут потерялись я и ты.Рябины алые кусты,Поникнув, кровью истекали…Октябрь – палач мой неизбежныйЗдесь дважды голову рубилИ карой вечною грозил:Лежать, как леске без грузил,Запутавшись в грязи прибрежной.Тут, – как небесный приговор:Я восставал из пепла дважды.Обугленный, любви я жаждал…С души моей не сходит сажаСаднящей раной до сих пор.Судьба ведёт меня на кругНа кои ветры возвращаясь,Тенями в Нечто превращалисьВ причудливых изломах рук.Я вновь смотрю упрямо ввысь,Топор нашёптывает вые,Что подозрительны любыеДве параллельные прямые,Которые пересеклись.И, на кострищах ворожбы,Я распрощаюсь с этой больюИ, посыпая рану солью,Довольствоваться не стану ролью —Играть изгнанника судьбы.Я возвращу тебя сюда,Чтобы избавиться от страха.Пусть зарастёт травою плаха,В окно не будет биться птаха —Предтеча Страшного суда.

«Скамейка…»

Скамейка.Летний сад.Решётка.В осенних лужах тонутнебеса.Клочок бумагипродырявленручкойИ не дописана,не выпитастрофа.НеутолённойжаждымноготочьяВ слиянье вод Фонтанкии Невы.В пробелах памяти,судьбы моейпробелахРождаютсядебелыестихи.Но образы мертвыирусла сухи,Потуги тщетныине озвучен вопль.Лишь статуивзираютбезучастноС гранитнойвысотывеков.Михайловскийупёрся шпилемв небо,Ворота Летнегозакрытына засов.И Чёрной Речкойпуть проложенк дому,Где жилкогда-тоБог стихов.

«С фотографии поблекшей…»

С фотографии поблекшейСмотрит на меня,Улыбнуться не успевшийМальчик у плетня.Яблоко в руке зажато,На лице – испуг.Остановлен миг когда-то…Стрелки чертят круг…Пахнут ладаном на печке«Пепенки – шафран».За «антоновкой» со свечкойПроберусь в чулан.Для плотвы комочек тестаВ миске замешу.На прикормленное местоДо зари спешу.И к реке, по косогору,С удочкой сбегу.Хор лягушек потревожуУ ручья в логу.Старый куст, росой омытыйОстановит вдруг.Веток цепкие колючкиНе жалеют рук.Слаще ежевики с хлебомВ жизни не едал.За одну минуту детстваВсё б сейчас отдал…Укатилось лето в осеньМедным колесом.– даль туманную уносит– Прожитое Дон.Выплывет и вновь утонетВ памяти-рекеТот далёкий, грустный мальчикС яблоком в руке…

«В донских ключах купался ветер пьяный…»

В донских ключах купался ветер пьяный,Плакучим ивам косы распускал.Поил меня настоем трав духмяным.И трелью соловьиной развлекал.Там тихо плыл по водной, сонной глади,Сзывающий к вечерней службе звон…С тех пор рифмуются в моей тетрадиДва близких слова: «Дом» и «Дон».Жгутом скрутило время полотенце.Состарились на стенах образа.Мне память полоснёт огнём по сердцу,Как тёмной ночью фарой по глазам.У сельской церкви меньше всё старушек,И покосило время купола.Где пели соловьи на старых грушах,Не зная жалости, прошлась пила.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Евангелие. От Иоанна. Гл. I