Прощение во имя любви

- Надеюсь, ненадолго?

- На неделю, а там видно будет. Если что, Эльмирку проси помочь, она уже взрослая и с сестрой посидеть может, – сказала Роза, собирая чемодан, не осознавая, что перекладывает ответственность на другого ребенка и мужа.

Женщины не было дома больше 2 недель. Мужчине было ужасно неудобно пеленать двухмесячную дочь с гипсом, поэтому он снял его раньше времени, и рука заросла криво. Но слова поперек Розе он так и не сказал, так как очень любил и боялся потерять. Роза вернулась довольная и отдохнувшая, про то, как провела эти две с небольшим недели, отвечала коротко:

- Не вашего ума дело, я отдохнула и хорошо.

Надир снова вышел на работу. Жизнь закрутилась: дом, работа, дом. Мужчина старался сделать все, чтобы любимая женщина и дети были довольны и не голодали. Дети были одеты с иголочки, по началу Роза сама от скуки шила дочкам, покупала дорогие хорошие ткани и обшивала всю семью. Потом, поняв, что ей это надоело, стала ходить в свое ателье, где раньше работала, и заказывать одежду там. Как-то раз в ателье она встретила старую знакомую, которой когда-то шила платья.

- Ой, Розочка, и ты тут в клиентах, надо же, – удивилась знакомая.

- Да, не все же в портнихах ходить, – сказала с улыбкой Роза, довольная собой, что теперь не обшивает ее, а как бы наравне с ней. – А Вы что? За новым платьем?

- Да что ты, дорогая, я давно в Турции одеваюсь. А сюда к заведующей вашей хожу, ткани она у меня заказывает. Кстати, может тебе что привести из Турции, заказывай, – предложила ей женщина.

И тут они разговорились, и знакомая рассказала ей, что муж ее по работе часто за границу ездит и ее с собой берет, так она свой бизнес открыла, там покупает, тут продает. Вещей в Турции красивых много, тканей разных, не то что тут дефицит. Скоро снова едут, подругу с собой взять хотела, но та заболела и билет пропадает. Вот хотела заведующей предложить, она ведь и так ткани там закупает для ателье, может сама захочет скататься присмотреть что.

- Не надо заведующую, я с вами поеду, – резко оборвала разговор Роза.

- В смысле, ты поедешь? – удивилась Лейсан, которая стояла рядом и снимала мерки с Розы во время их разговора. – А как же дети? Диляре всего 8 месяцев?

- Это не твои проблемы, – огрызнулась она на подругу. – Сказала поеду, значит поеду.

- Хорошо, тогда я вам напишу свой номер, – сказала женщина и на кусочке кальки из-под выкройки написала свой номер телефона. – Наберите мне завтра после двух, обсудим детали.

- Хорошо, спасибо, – ответила Роза.

- Ты с ума сошла, – обратилась к Розе подруга-портниха, после того как знакомая ушла к заведующей. – Как ты собираешься ехать с ней? Кто с детьми будет? Откуда денег столько возьмешь?

- Я же сказала, это не твоя забота. Снимай мерки, вот съезжу в Турцию, потом тебе расскажу.

Лейсан была поражена ее высокомерием и даже немного обиделась на подругу, но виду не подала. В конце концов это её жизнь и её муж и дети, раз Роза решила, значит Надир разрешит. В глубине души она даже немного позавидовала Розе, муж Лейсан бы никогда не пустил, даже если бы были деньги.

Через неделю Роза уже оставила Надира с девочками и рванула в Турцию с малознакомой женщиной и ее мужем. Надир был шокирован поступком жены, но так боялся ее потерять, что взял отпуск на работе и снова остался с девочками.

На этот раз уход за малышкой оказался еще сложнее, чем в прошлый раз. Рано утром по уезду Розы он проснулся от сильного плача Диляры. Мужчина соскочил с кровати и побежал к малышке.

- Что такое, что случилось? Кушать хочешь? – он замер в испуге от увиденного. У Диляры лилась кровь из ушей, носа и глаз. Это был кадр из фильма ужаса. Надир завопил так, что примчались соседи и вызвали скорую помощь. Диляру госпитализировали. Надир не мог с ней поехать из-за Эльмирки, не оставлять же ребенка одного. Он не находил себе место, метался как раненый зверь из угла в угол, ждал звонка от врачей. Как только он отвел старшую дочку в школу, рванул в больницу. Его встретил врач.

- Это первый случай с девочкой? – спросил он.

- Да, – ответил испуганный мужчина.

- Похоже, что у девочки врожденная несвертываемость крови, – ответил врач. – Любые ранения, кровотечения могут быть смертельно для неё опасны.

- Что это значит, доктор? – спросил испуганно мужчина. – Дочь будет жить?

- Будет, но постарайтесь оберегать ее от кровопотерь и открытых ран, чтобы не спровоцировать очередной приступ, и ребенок потерял много крови. У вас какая группа крови? – спросил доктор.

- Первая отрицательная, – ответил мужчина.

- Прекрасно, пойдите донором. Готовьтесь, скоро сделаем переливание. Потом немного подержим девочку, чтобы восстановилась, и отпустим домой.

- Слава богу, – успокоился Надир.

Он не мог потерять дочь — Роза и Диляра были для Надира самыми дорогими женщинами в жизни. Его терзал страх остаться без жены и дочери, и, словно притягивая беду, этот страх понемногу вплетал негативные события в их судьбу. Надир даже не решался рассказать жене о случившемся — но в этом не оказалось нужды: обо всём уже прознали соседи.

После того случая родители пылинки сдували с Диляры, и она росла ужасно избалованной особой. Как и любые дети, любила шалить и часто убегала. В общежитии все жили бедно, семья Диляры на фоне остальных очень выделялась. Но несмотря на это, у девочки было там много друзей и любимый дружок Максим. Диляре было 3 года, когда произошла эта история.

- Дочь, ты куда? – спросил Надир, собиравшийся на работу и увидевший в дверях трехлетнюю Диляру.

- Гулять, – девочка говорила четко и, хоть и была маленького роста, казалась очень разумной и самостоятельной не по годам.

- Одень туфли, – крикнула мать из комнаты в общую прихожую.

- Не хочу, они мне жмут, – ответила Диляра, надевая потоптанные кеды.

- Как жмут? Мы только в эту субботу купили их?! – удивилась Роза.

- Значит, сегодня купите новые, – сказал Надир и сунул жене деньги, искренне считая, что так он сможет заслужить их любовь. Роза как раз вышла проводить мужа на работу.

- Куда ей, у нее и так весь коридор в обуви. Тут и так большая часть ее. – возмутилась Роза показывая на ряд туфель около двери.

- Отдадим Вале, – сказала Диляра, убегая во двор.

Соседка Валя жила в многодетной семье и была чуть меньше Диляры. Девочка её жалела, что у нее вещей нет так много, как у нее, и именно ей отдавала свои самые красивые туфельки.

- Ты не боишься ее отпускать одну? – спросил Надир жену.

- Нет, конечно, там Эльмирка с утра во дворе торчит, присмотрит, если что, – ответила Роза, целуя Надира в щеку.

В тот день Диляра вместе с Максимом и Валей целый день провели на улице. За Валей никто толком не смотрел, потому что в семье было много детей, и последние были близнецы, которым не исполнилось еще и года. Мать еле успевала всех обстирывать и кормить. А вот у Максимки родители были неблагополучные, пьющие, и смотрела за ним только бабушка, которая сама еле ходила. С утра до глубокого вечера троица гуляла, и Диляра вернулась домой только с приходом Надира домой.

- Вы хоть домой-то заходили? – спросил он, увидев трех чумазых детей в песке около дома.

- Нет, – смеясь, ответила Диляра.

- А ну-ка марш домой, мыться и кушать, – скомандовал мужчина, и троица нехотя побрела в дом.

Роза накрыла на стол, и семья ужинала, как вдруг Надир заметил, что дочь постоянно чешется.

- Что с тобой, Диляра? Роза, помой ее уже, ребенок грязный от ушей до пяток, а тебе хоть бы хны.

- Я мыла ее только вчера после прогулки, – развела руками Роза. Девочка продолжала сидеть на стуле и чесаться, как шелудивый пес.

- Да у нее вши, мама! ФУ! – завопила Эльмирка, сидевшая рядом. – Это все от Максимки, у него родители сроду не моются.

- Дай-ка посмотрю, – Надир встал со стула и подошел к Диляре. – О боже, Роза, действительно вши!

Роза завизжала, схватила девочку за шкирятник и потащила к соседям. Потом был скандал сначала у Максима дома. Роза кричала как резанная, потом был скандал дома. Роза обвиняла Надира в неспособности оградить их детей от этого контингента.

- Живем в общаге с этими алкашами, конечно, вши! А потом что девочки принесут в дом, лишай или того хуже, спид от этих маргиналов. Ты, кажется, обещал, что тебе скоро дадут квартиру в приличном доме и мы съедем с этого свинарника. Три года прошло, а мы все тут, – кричала Роза на Надира.

Потом Надир сидел долго с Дилярой, обмазывал ее красивые длинные волосы керосином и тщательно вычесывал вшей и гнид, не состриг ни сантиметра длинных красивых волос дочки. Он так обожал свою дочь, что не пожалел на это сил и времени. Роза запретила Диляре играть с соседскими детьми, особенно с Максимом. Диляре было очень грустно сидеть дома и смотреть в окно, когда на улице лето и все дети играют во дворе. Она сидела в своей комнате, играла с игрушками, которых у нее было немерено, в любимую игру в «Доктора», наливала в шприц компот и ставила игрушкам манту. Она скучала по дружочку Максиму, но, к счастью, запрет продолжался недолго. Уже через неделю Надир пришел счастливый с работы с ордером на новую квартиру в руках. Уж не знаю, как ему удалось так быстро уговорить начальство, но уже на следующий день семья стала перевозить вещи в новую, красивую двухкомнатную квартиру. Диляра на всю жизнь запомнила огромный красный КамАЗ, на котором семья перевозила вещи. Запах нового дома, их уютную светлую квартиру с высокими потолками и белой мебелью, которую со вкусом подбирала мать. Свою комнату с сестрой и большую кровать, где умещалась не только она, но и куча ее игрушек. Это была сказка. Дети сразу же вжились в жизнь нового двора и завели себе новых друзей.

Каждую неделю по будням Роза с дочками пропадала на рынке. Скупали немереное количество шмоток. Столько, что девочки даже не успевали из них вырастать. У Розы появились подружки на рынке из продавщиц и хозяев точек. Она загорелась тоже работать на рынке. Но Надир был непреклонен. «Моя жена не должна работать. Она должна заниматься домом и детьми. А обеспечивать должен всем мужчина», - говорил он. И вот, недолго думая, когда Диляре было 4,5 года, Роза устроилась уборщицей в их дворе. Это была ее акция протеста. Она знала, что он сломается, и он действительно сдался.

- Ну что ты хочешь, женщина? – сказал как-то после недели работы Розы Надир.

- Хочу свою точку на рынке. Хочу свой бизнес, - сказала ему жена. - Ты видел, какие сейчас времена. Времена перемен, в эти времена надо крутиться и зарабатывать. У меня есть план, есть друзья, которые помогут, - начала воодушевленно женщина делиться с мужем.

- Хорошо, будет тебе точка на рынке. Прекращай меня позорить с этой уборкой, чтобы завтра же твоей ноги там не было. Соседи смотрят на меня как на идиота благодаря тебе, - сказал ей муж.

- Это благодаря тебе, если бы ты сразу согласился, я бы не пошла туда работать, - заявила Роза и встала в оборонительную позу. Надир знал, ее не переспорить, и молча ушел на кухню.

Уже через две недели Роза открыла свою первую точку с одеждой на центральном рынке города.

Надир был не в восторге, но больше бодаться с ней не мог, он, как всегда, уступал жене ради мира в семье и доме.

В это же самое время Диляре стали сниться кошмары. Один и тот же сон, что она стоит на высокой скале и та начинает рушиться прямо под ногами. Огромные глыбы падают, сестра отступает назад, мать бежит вперед, а Диляру хватает отец и бежит в противоположную сторону от матери. Сон очень пугал девочку, и она просыпалась в слезах. Родители долго не могли ее успокоить, но сон периодически повторялся, чем пугал уже и родителей.

Роза тем временем стала активно сотрудничать с женщиной, которой впервые поехала в Турцию, и возить оттуда товар на продажу. Девочки тоже стали привыкать к тому, что мать стала работать. Вечером Эльмира забирала Диляру из садика, и обе шли к маме на рынок. Диляра обожала рынок, его запах, толкущихся в очередях людей, беззаботных детей продавцов, бегающих, как она, между рядами, ждущих своих работающих родителей. Роза сначала торговала сама, ей хотелось всё обустроить, сделать так, чтобы клиенты запомнили ее точку и приходили именно к ней за качественными вещами, а уж потом устраивать на работу кого-то. Продавца она подбирала очень тщательно, и ей многие не нравились, поэтому в основном у прилавка стояла она. Дети прибегали к ней и тоже до конца торговли проводили время на рынке. Диляра обожала две точки на рынке, где были самые вкусные в мире хот-доги и бабушку торгующую пирожками. Как только они с Эльмирой заходили на рынок, она тут же бежала к маме и просила денег купить вкусняшки. А потом радостная с сестрой мчалась в ларек за вкусностями. Вся эта жизнь, крутившаяся вокруг рынка, нравилась, кажется, всем членам семьи, кроме Надира. Он по-прежнему не одобрял идею жены. Только помалкивал и не встревал в конфликт. В глубине души он надеялся, что Роза перебесится и снова займется домом, как он и мечтал. Ведь для него всегда эталоном была мать, властная, строгая, но хозяйственная домохозяйка. Он мечтал, что и его Роза с годами станет такой.

Глава 4. Переезд

Постепенно и Надир привык к тому, что жена постоянно торчит на рынке или ездит за товаром. Конечно, она не торговала сама каждый день. У нее был продавец, но все равно контролировала, ездила за вещами и постоянно была включена в процесс. Розе хотелось всего и сразу. Она мечтала стать бизнес-леди, самой водить автомобиль, ездить за границу не только за товаром, но и отдыхать, поэтому хотела расшириться и открыть на рынке не одну точку, а несколько.

- Мам, куда мы идем? – спросила Диляра, шедшая рядом с матерью.

- Скоро узнаешь, – ответила ей женщина.

Они подошли к какому-то ларьку, и оттуда вышла женщина с золотыми зубами. Диляра запомнила ее на всю жизнь. Она была похожа на цыганку, но одета модно, и от нее вкусно пахло. Вокруг нее сидели азербайджанцы и пили кофе. Завидев Розу с ребенком, они оживились и начали шумно говорить на своем языке.

- О, кого черти принесли! – крикнула женщина Розе. – Опять в долг пришла брать?

- Ты же знаешь, Галя, я отдам, как только точки начнут приносить прибыль, – ответила ей Роза и крепко сжала руку Диляре, что та аж взвизгнула. Девочка поняла, мать нервничает. Но кто эта тетка и почему она ее боится, девочка не понимала.

- Сколько? – спросила женщина и, достав кошелек из толстой сумки на пузе, стала отсчитывать деньги.

- Миллион, – робко сказала Роза.

- Миллион!!! – стали восклицать вокруг азербайджанцы, пившие кофе. – Ничего себе!!!

- Когда отдашь? – спокойно спросила Галя, поправляя модную юбку.

- Через месяц, – сказала Роза с дрожью в голосе. Она брала, но боялась, что не отдаст. Её страх формировал её действительность.

Диляра никогда не видела мать такой, она привыкла, что мать храбрая, дерзкая, уверенная в себе. А тут она так робела перед этой Галей. Диляре было очень любопытно, кто эта женщина и почему мать ее так боится? Она рассматривала женщину и ничего в ней такого не замечала. Женщина как женщина, обычная, похожа на обычную продавщицу с рынка. Она не знала, что перед ней та, кто держит этот рынок и не только этот, одна из самых авторитетных женщин этого города. Без ее разрешения здесь невозможно было даже сесть бабушке и начать торговать семечками. Галя крышевала весь город. Бизнес этот она получила от мужа, который лет пять назад умер в перестрелке. У нее осталось от него дело и три сына, которые тоже были при деле и помогали маме держать город в страхе.

Роза тайком от мужа открыла еще две точки на двух других рынках города, взяв деньги в долг у той самой Гали. Естественно, деньги вовремя она не смогла вернуть, и ее поставили на счетчик.

Надир ничего не знал о проблемах жены и спокойно занимался сборами старшей дочери в Москву. Эльмире было 15, и она с классом ехала на экскурсию в столицу. Надир обещал достать билеты и места в хорошей гостинице, где у него работал бывший сослуживец. Он даже и не замечал, что с женой что-то происходит, пока перед самым отъездом она не сорвалась на дочь.

- Ты избалованная мерзавка! – кричала Роза на Эльмиру. – Мать для тебя всё делает, а ты ни капли благодарности. Вообще можешь не возвращаться со своей Москвы! – Роза хлопнула дверью и выбежала во двор.

- Что случилось? – спросил Надир, проснувшийся от криков жены и старшей дочери.

- Мать отказалась купить мне новые вещи перед поездкой в Москву, – ответила Эльмира, пожимая плечами.

- В смысле купить? У нее же полно вещей на тебя на рынке? – удивился мужчина.

- Нет, папа, я хочу не ее товар, а немного другие вещи. Те, что продает Ашот, мамин приятель, – сказала девушка.

- Что еще за Ашот? – спросил Надир.

- Да друг мамин, рядом у них точки на рынке. Ты как-нибудь приди, посмотри, познакомишься заодно, – сказала, лукаво улыбаясь, девушка.

Эльмира на неделю уехала с классом в Москву. Надир по совету девушки решил прогуляться к жене на рынок и посмотреть на этого друга Ашота. Придя на рынок, он застал жену в слезах.

- Ты что плачешь? – испугался Надир.

- Да, а что ты думал, я не умею плакать? – огрызнулась Роза.

- Что случилось? – спросил мужчина.

- Не твоего ума дело, – ответила женщина, и в палатку зашел Ашот.

Надир сразу понял, что это он, потому что Роза расплылась в улыбке, как будто только что не проливала слез.

- Ох, ох, ох, – завопил Ашот. – Опять эти приходили, да?

- Ашот, дорогой, – Роза натянуто улыбнулась. – Знакомься, мой муж Надир.

- ООО, Надир! – удивился мужчина восточной внешности и протянул руку Надиру. – Рад знакомству, наслышан о вас.

Надир пожал руку Ашоту и сказал:

- А я о вас не наслышан, – он посмотрел на Розу.

- Ну а что в принципе говорить-то? – сказала она. – Работаем вместе, вот и всё, – женщина пожала плечами. – У Ашота несколько точек на рынках города, вот тут и познакомились.

- А что за вещи у Ашота хотела Эльмира? – спросил Надир насторожено.

- А вещи? – Роза призадумалась, как будто соображала, что ответить мужу.

- Какие вещи, джан? Приходит пусть, всё ей отдам со скидкой, как родной, – ответил Ашот и улыбнулся, показывая свой один золотой зуб.

- Да не важно уже. Вообще мы избаловали девочек, об этом дома поговорим лучше, – сказала Роза. – Ты чего вообще пришел ко мне на рынок?

- Для работы кое-что надо купить на отдел, вот и заехал, заодно к тебе зашел, – соврал Надир и под предлогом, что нужно возвращаться на мясокомбинат, ушел от Розы.

Вечером семью ждал неприятный сюрприз. К ним в квартиру залезли воры и перепотрошили весь дом. Вскрыли сейф Надира, забрали украшения Розы и даже некоторые игрушки Диляры, такие как новенький бинокль, который недавно ей подарил отец. Семья была в шоке. Но Роза держалась молодцом и вида не подала, что залезли из-за нее и ее долгов перед Галей. Надир давал показания милиционеру, недоумевая, почему залезли именно к ним и откуда узнали про его сейф, который, как он думал, он надежно спрятал в шкафу.