Таксистские истории

Минут десять ехали молча. Петрович ждал. Он знал, что этот разговор неизбежен.

«Я… я не знаю, что сказать, — наконец начал Майкл. Его монолог больше не был напором. Это была медленная, мучительная сборка мыслей. — «Спасибо» — это ничего. Это пустое слово. Вы рисковали… всем. За меня. А я…» Он замолчал, сжав кулаки. «Я был идиотом. Вы пытались меня предупредить. Я не слушал. Всегда не слушаю. Бегу. Давлю. Думаю, что всё знаю лучше».

Петрович смотрел на дорогу. «На корабле есть правило: капитан всегда прав. А пассажир — всегда пассажир. Ты не стал слушать капитана — попал в шторм. Мне жаль, что так вышло».

«Мне тоже», — прошептал Майкл. Он смотрел в окно, но видел, вероятно, не улицы, а лицо Луиса с гаечным ключом. «Они… он говорил со мной. Пока ждал вас, полицию. Говорил о моей жизни. О том, что она пустая. Что я строю карточный домик и тушусь, когда кто-то дунул. И он был… черт возьми, он был прав». Майкл закрыл лицо руками, но не заплакал. Казалось, все слезы страха уже вышли. «Вся моя жизнь — это бег. От чего? К чему? Чтобы опоздать на самолет, который все равно задержали? Чтобы выжать из кого-то деньги, которые для меня — просто цифра в приложении? Чтобы доказать… кому? Что я не лузер?»

Он опустил руки. В его глазах было опустошение, но и странная ясность, как у человека, пережившего катарсис.

«Он сказал: «Ты думаешь, твое время — деньги. А на самом деле твое время — это просто время. И оно кончается». И кончилось бы. Если бы не вы».

«Ваше время не кончилось, — сказал Петрович. — Просто, может, стоит сменить курс».

Они подъехали к отелю. Майкл не спешил выходить.

«Я хочу оплатить вам. Не просто поездку. Все. Ваше время. Риск. Все».

Петрович обернулся и посмотрел ему прямо в глаза. «Мне не нужно ваших денег, Майкл. Уже есть оплата».

«Какая?»

«Я узнал кое-что о себе. Что я еще не совсем… пассажир в своей жизни. Что капитан еще на мостике». Он усмехнулся. «Это дорогого стоит для старика».

Майкл кивнул, понимая. Он достал из пакета блокнот и ручку, что-то быстро написал, оторвал листок и протянул Петровичу. Там был номер телефона и email.

«Это не для оплаты. Это если… если вам или вашей семье когда-нибудь что-то понадобится. Юрист, врач, любая проблема. Я знаю людей. Я в долгу. Навсегда». Он помолчал. «И еще… я отменяю все встречи в Чикаго. Еду домой, к жене и детям. Я не звонил им две недели, кроме как «все хорошо, дела». Думал, дела важнее. Я был слепым идиотом».