Ступеньки

Народу столпилось много. Все тяжело молчали. Передачу вела CNN, и сухощавая старушка горько сказала в гробовой тишине – Все, теперь американцы нам на шею сядут..

– Ну и что?! – тут же вскинулась толстая продавщица отдела, что сидела в кресле и что-то жадно, давясь и сыпля крошками, жрала – Зато, хоть поедим! У американцев, знаете кака еда то хороша? Они, вон как едят!

Старушка поджала губы и ничего не сказала. Я тоже с неприязнью посмотрел на глупую, толстую бабу Протоплазма, такие живут, что бы жрать. За ватрушку с творогом продаст. Как бы, потом коркой черствой давиться не пришлось..

Нож.

Офицерское общежитие посетил высочайшим визитом генерал Хламов, за глаза которого звали не иначе как Хлам. Капитан Трофимов сидел в своей маленькой, уютной комнатушке и включив настольную лампу в самодельном абажуре с увлечением читал книгу. Курил, запивая табак свежезаваренным крепким чаем. Топот многочисленных шагов в коридоре спугнул благостную тишину, раздались грубые начальственные голоса. Трофимов настороженно прислушался – нет, начальственный голос один, остальные ему услужливо объясняли. Притушив свет, капитан прислонился ухом к двери.

– …здесь живете? – гремел начальственный голос.

– ..да, сейчас отдыхаем товарищ генерал – отвечал уверенным голосом сосед, тоже из капитанов. Грохот начальственно отодвигаемой мебели, шум, звон.

– А это что тут такое? – разгневанно загремел генерал.

– Это посуда товарищ генерал, пустые бутылки – сппокойный тон не понравился проверяющему. Он ожидал что офицер будет виновато оправдываться или молчать, а этот.. этот даже не смутился!

– ..П...па-ачему вы употребляете спиртное на территории части? – накручивал генерал – Пасматрите, они даже сейчас пьют!

Генеральская свита осуждающе шелестела, но сосед не унимался и задиристо спросил – А что мы такого делаем, товарищ генерал? Разве нельзя пить пива? Тем более после окончания рабочего времени. Вы пиво не пьете? Да что я, водки не имею права выпить?

Это взбесило генерала – Ма-алча-ать капитан! Я тебя не спрашиваю!! Пьет на территории части и что-то себе еще позволяет!!!

– Квартиру часть мне не предоставила товарищ генерал, денег за поднаем жилья не платит, вот я здесь и живу! – слегка смутившись продолжал отстаивать свои конституционные права, сосед. Генерал молчал. Наверное воздуху набирает, что б заорать громче? – гадал прильнув ухом к двери, Трофимов. Но генерал по непонятной причине промолчал, зато вступилась свита – Ты как стоишь, капитан? Да кто тебе позволил таким тоном с заместителем командующего разговаривать? Да я в его годы.. Опусти руки!

Провинившийся офицер постепенно заводился – А вы почему мне тыкаете? Почему вы у меня в вещах роетесь, товарищ генерал? – Ага, вот оказывается генерал чем занят был, в чужих вещах копался.

– Это мой нож товарищ генерал!

– Это холодное оружие товарищ капитан, смотрите какое лезвие? И я, у вас, его изымаю.. – тон Хламова был подобревший, довольный. Ещё б, такая находка! Соседский клинок был на совесть сработан зеками и обладал сказочной несокрушимостью. Сколько раз, бывало, сосед в разгар совместного времяпровождения вытаскивал десяти дюймовый нож и предлагал желающему рубануть по железке. Очередной новичок со всей своей могучей дури рубил железную дужку солдатской кровати или уголок, и переворачивал лезвие в поисках щербинки. Клинок был новехонек! Рубаке с хохотом показывали ранее изрубленное железо и отправляли за проигрышем в ближайший шинок, которых в южном городке было видимо невидимо. Естественно, Трофимов не избежал общей участи, и как никто другой мог оценить радость генерала. Но сосед еще не потерял надежды вернуть драгоценность – Товарищ генерал, это моя вещь, отдайте пожалуйста?

– Прекрати пререкаться со старшими, капитан! – добавил грома в голос генерал.

– Товарищ генерал, отдайте мой нож!

– Что ты себе позволяешь, капитан? – непритворно удивился генерал, в первый раз он встречал подобного хама!

– Товарищ генерал, отдайте нож! – не на шутку завелся сосед.

– Завтра, капитан, ко мне подойдешь, завтра поговорим. Командир части, побеседуй с ним!

Но тот уже закусил удила, по голосу ощущалось – Генерал, отдай нож! – резкий, повелительный тон. Свита громко гудела осуждая неотёсанного наглеца.

– Тава-арищ... – устало затянул Хламов.

– Ты отдашь нож или нет?

– Нет!

– Ну и пошел ты тогда, на ***й!

– ...

Повисла звенящая тишина. Прошло несколько секунд.

– Пойдемте, завтра с ним по другомупоговорим.. – прервал затянувшуюся тишину, неожиданно спокойным голосом, генерал. Про наглеца все разом забыли и потянулись по коридору. Около его двери остановились, торкнулись. Ага! Ждите.. вот прямо сейчас и открою.. Оттянув резинку трико, Трофимов показал в сторону запертой двери член.