Фантазия

- Что?

- В Риме. На крыше. Пил вино с девушкой с зелёными глазами. Её зовут Веранда. Она сказала, что вы бездарность.

Тишина стала плотной, как вода. Шеф медленно положил ручку.

- Ты в своём уме?

- Нет, - честно сказал Дмитрий. - Я давно уже не в своём уме. Я думал, что вы это заметили. Оля заметила. Сказала, что у меня взгляд покойника.

Шеф открыл рот. Закрыл. Потом нажал кнопку селектора.

- Вика, вызови охрану. Ко мне в кабинет.

Дмитрий не двинулся. Внутри - странная лёгкость. Голоса молчали. Они добились своего. Не плевком - правдой. Правда оказалась страшнее слюны.

- Ты уволен, - сказал шеф, когда двое в форме зашли в дверь. - Собери вещи и убирайся. И советую сходить к врачу.

- К какому? — спросил Дмитрий, поднимаясь. - Психиатру?

- Неважно. Вон.

Он вышел. Прошёл мимо Оли, которая смотрела на него с ужасом и любопытством. Мимо кулера. Мимо плана эвакуации. Взял со стола только телефон - больше у него ничего не было. Ручки, стикеры, фотография выдуманной девушки - всё это осталось там.

На улице он сел на скамейку. Достал телефон. Ни одного сообщения от мамы. Ни одного от мира. Мир его уже забыл.

"Ну вот, - сказала Веранда. - Ты свободен."

- Я безработный псих...

"Ты - писатель, который наконец избавился от офисной пыли. Теперь можно писать роман."

- У меня нет денег. Через месяц меня выселят.

"А зачем тебе та квартира? Ты же со мной. У нас есть веранда у моря. Есть Рим. Есть апельсиновые фонтаны. Всё это реальнее, чем твоя бывшая конура."

Дмитрий сунул руку в карман куртки. И нащупал что-то твёрдое, металлическое. Ключи. Но он помнил, что ключи оставил дома на тумбочке. Он точно помнил, как положил их рядом с телефоном, когда вернулся с работы вчера.

Он вытащил связку. Три ключа: от квартиры, от почтового ящика, от подъезда.

- Это не мои, - прошептал он. - Мои - дома.

"Твои - те, что ты держишь в руке. Разве ты не хотел всегда иметь дубликат, чтобы не запираться снаружи? Ты же представлял это сто раз."

- Я представлял, как делаю дубликат в мастерской за углом.

"А теперь он у тебя в кармане. Волшебство."

Дима поднялся. Потряс головой. Ключи не исчезли. Они были настоящими - холодными, с зазубринами. Он подошёл к ближайшей двери - в какой-то подвал. Попробовал вставить ключ. Не подошёл. Конечно.

Но странное чувство не проходило. Фантазия не просто показывала картинки. Она начала материализовать мелочи. Сначала вода на руке. Потом влажный след от собачьего носа. Теперь - ключи, которые он не заказывал.

"Ты думал, я только обманываю? - голос Веранды звучал почти ласково. - Нет. Я даю тебе то, что ты хочешь. Просто раньше ты не просил по-настоящему."

- Я не просил ключи.

"Ты просил свободу. Ключи - символ. Дверь откроется позже. Не та дверь, которую ты ждёшь. Но та, которая нужна."

Он хотел спросить - какая дверь. Но в этот момент в кармане завибрировал телефон.

Мама.

- Сынок, мне только что звонили с твоей работы. Что случилось?

Дима открыл рот, чтобы сказать правду. Но Веранда шепнула:

"Скажи, что ты уволился, потому что нашёл лучшее место. И назови моё имя. Веранда. Пусть она знает."

- Мам, я уволился, потому что нашёл лучшее место. Меня взяли в одно издательство. Там работает девушка… Веранда.

- Какое издательство?

- Я потом расскажу. Мам, мне пора.

Он сбросил. И застыл. Потому что понял: он только что впервые в жизни солгал маме не ради приличия, а чтобы защитить фантазию. Впустил её в реальный разговор. Сделал её персонажем.

Веранда больше не была голосом в голове.

Она становилась частью его биографии.

И это было либо началом гениальности, либо последней ступенью перед пропастью.

Дима посмотрел на ключи в руке. Потом на серое небо. И вдруг улыбнулся - впервые за много дней без притворства.

- Покажи мне ту дверь, - сказал он.