Цена прошлого

Юлия Олеговна Лебедева

Цена прошлого

Глава 1

Утро понедельника началось с резкой трели будильника. Не открывая глаза, Катя одним точным движением накрыла его ладонью. В наступившей тишине стало слышно, как по стёклам барабанят капли дождя.

Она с трудом откинула одеяло и заставила себя сесть на кровати, пытаясь проснуться. Собственное тело казалось ей чужим, каждая мышца как будто налилась свинцовой тяжестью. Ноги сами нашарили на полу шерстяные тапочки — маленький островок уюта в холодном утреннем мире. Надев халат, она пошла в ванную.

Вспыхнувший свет был настолько ярким, что девушка даже на мгновение зажмурилась. Она умылась холодной водой и тщательно почистила зубы, почувствовав себя немного бодрее.

Затем Катя прошла на кухню, чтобы приготовить завтрак.

Она открыла холодильник. Внутри царил идеальный порядок, который всегда поддерживала мама: контейнеры с едой подписаны аккуратным почерком, баночки со специями выстроены в ряд, пакеты молока и кефира стоят ровно по датам годности. Её взгляд безразлично скользнул по полкам. Есть не хотелось совершенно.На средней полке сиротливо стоял пластиковый стаканчик с йогуртом — единственный продукт, который не требовал ни готовки, ни разогрева. Рядом примостилась бутылка минеральной воды.

Решение было принято за неё ещё вчера вечером, когда она валилась с ног от усталости.Она достала йогурт, взяла с сушилки глубокую керамическую кружку с отколотым краешком — её любимую, отцовскую — и насыпала в неё две ложки растворимого кофе.

Щелчок кнопки чайника показался оглушительным в утренней тишине квартиры.

Пока закипала вода, Катя облокотилась на столешницу. Запах дешёвого кофе ударил в нос, и на неё нахлынуло воспоминание.

Ей 5 лет. Глубокая ночь, но она никак не может уснуть. Босые ноги ступают по холодному полу коридора их старой квартиры. Со стороны кухни падает полоска света. Она заглядывает внутрь. Отец сидит за столом, заваленным историями болезней и снимками МРТ. Он трёт красные от недосыпа глаза, делает глоток кофе и морщится.

— Папа!

— Котёнок мой, ты чего не спишь?

Голос у него усталый, но тёплый.

Она подходит к нему, он сажает её на колени и целует в макушку, пахнущую детским шампунем.

Щелчок вскипевшего чайника вырвал Катю из прошлого. Она вздрогнула и смахнула непрошеную слезинку.

Йогурт уже не казался такой унылой затеей. Это была еда ради энергии, а не ради удовольствия. Желание доказать себе, что она достойна этой фамилии, оказалось сильнее голода.

Вернувшись в спальню, она начала собираться. На кровати выросла стопка одежды: юбка молочного цвета средней длины и кремовый свитер. Рядом на стуле уже висел отглаженный белый медицинский халат. Катя механически расчесала волосы и собрала их в простой хвост на затылке. Затем она поместила халат в чехол, а в рюкзак положила конспекты, зачётную книжку, пенал, бутылку воды и яблоко. В отдельный чистый пакет убрала сменную обувь, медицинскую шапочку и бахилы — обязательный набор для будущего медика.

Она в последний раз оглядела прихожую: утюг, газ, свет и вода были выключены. Надев кроссовки и взяв с полочки ключи, она застегнула куртку и вышла из квартиры.

Варя с досадой посмотрела на часы: до начала первого урока осталось десять минут, а ей ещё нужно было успеть переодеться. Она уже собиралась уходить, как вдруг дверь подъезда распахнулась и из него вышла Катя.

— Ты чего так долго? Я опаздываю между прочим, — проворчала подруга.

— Извини.

— У тебя всё хорошо? Выглядишь какой-то усталой.

Катя неопределённо пожала плечами.

— Опять что ли всю ночь над учебниками просидела? Слушай, ты наверное себя в гроб быстрее загонишь, чем диплом получишь.

— Зато родители мной гордятся.

— И то верно.

— Ну беги, а то и правда не успеешь, — сказала Катя.

— Пока.

— Пока.

Помахав на прощание рукой, Варя быстрым шагом направилась в сторону школы. Проводив подругу взглядом, девушка пошла к автобусной остановке, чтобы ехать в институт.

Когда Катя вошла в аудиторию, там уже стоял привычный гул голосов. Её соседка по парте Дина была уже здесь и, как всегда, сидела, уткнувшись в телефон.

— Привет, соня, — не отрывая взгляда от экрана, бросила подруга.

Катя молча достала конспект. Буквы расплывались перед глазами от недосыпа.

Прозвенел звонок. В этот момент дверь открылась: в аудиторию вошли их староста Мила́ и вместе с ней молодой человек в простой белой водолазки и светло-синих джинсах. В руках он сжимал кожаный портфель для документов.

— Ребята, прошу минуточку внимания! Хочу познакомить вас с нашим новым однокурсником Вадимом Смирновым.

По рядам прокатился шёпот.

— Смотри, какой красавчик! — шепнула Дина, наклонившись к самому уху Кати. — Спорим, пройдёт совсем немного времени, и он будет моим?

— Мне кажется, что у тебя нет никаких шансов.

— Посмотрим.

Она хотела ещё что-то сказать, но тут вошёл преподаватель.

— Всем доброе утро.

— Доброе утро, — вторил ему нестройный хор голосов.

— Рассаживаемся по местам, — сказал он, проходя к кафедре.

— Ты не против, если мы вместе сядем? — спросил Вадим.

— Хорошо.

Они прошли к свободному месту у окна. Достав из портфеля чистую тетрадь и ручку, он приготовился слушать.

Преподаватель открыл журнал и стал отмечать присутствующих. После чего объявил тему лекции:"Опухолевый рост, общая патология".

Глава 2

Воздух холодный и колкий жёг лёгкие. Каждый следующий шаг давался тяжелее предыдущего, но остановиться означало проиграть не только норматив, но и уважение к себе. Уставшие, они возвращались в часть.

— Становись! Равняйсь. Смирно!

Колонна солдат в одно мгновение обрела структуру и порядок, превратившись в безупречный строй. Выравнивание по носкам, доклад командиру... Всё это Паша делал на автомате, мечтая лишь о том, чтобы снять с себя эту пыльную форму, умыться холодной водой и хоть ненадолго упасть лицом в подушку.

Но вместо этого их ждал урок химии в аудитории с запахом мела и старой древесины. Сидя за третьей партой, Паша пытался заставить себя слушать.

Неожиданно в дверь раздался осторожный стук. Преподаватель нахмурился и громко произнёс: «Войдите!».

Дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы в проёме показалась голова курсанта с повязкой дежурного на рукаве.

— Разрешите обратиться?

— Слушаю.

— К Неклюдову пришли.

— До конца занятия пятнадцать минут. Передай, чтобы подождали.

— Есть!

Оставшееся время Паша смотрел на часы, казалось, что стрелка намертво прилипла к циферблату. Он механически водил ручкой по тетради, выводя бессвязные каракули.

Вдруг резкий запах мела и старой древесины сменился другим — сладким, летним. Память мгновенно унесла его на двенадцать лет назад...

Ему восемь, ей шесть. Её рот перемазан спелой земляникой, и она постоянно хихикает. Солнце уже клонится к закату, его лучи пробиваются сквозь листву, рисуя на её щеках золотые узоры. Катя замолкает, глядя вдаль. В этот момент она кажется ему самой красивой девочкой на свете. Повинуясь внезапному порыву, он наклоняется и целует её прямо в губы, пахнущие летом и земляникой.

Скрип мела по доске вернул его в реальность. Как только прозвенел звонок, он одним из первых выскочил из аудитории и бегом направился к КПП.

Внутри, в небольшой комнате для посетителей с бледно-зелёными стенами, его уже ждали. Нина нервно теребила ремешок сумочки, а рядом на стуле сидела Варя и листала ленту в телефоне.

— Что у тебя там такого важного?

— Мам, отстань. Димка позвал меня в кино, а я здесь торчу.

— Ты что, не хочешь увидеть брата?

— Хочу, конечно. Но он же всё равно через месяц приедет домой.

В этот момент дверь снова распахнулась. На пороге стоял Паша. Он замер на секунду, увидев обеих, а затем его лицо расплылось в удивлённой и радостной улыбке.

Он в два шага пересёк комнату и, подхватив сестру, оторвал её от пола вместе с телефоном.

— Пашка! — взвизгнула Варя, на секунду забыв про своё недовольство.

Нина смотрела на них с нежной улыбкой, но потом её взгляд стал тревожным. Она подошла к сыну и провела ладонью по его плечу.

— Похудел-то как... Устал?

— Есть немного. Недавно с марш-броска вернулись.

— Бедный мой... Но ничего, потерпи. Осталось-то всего ничего.

Паша улыбнулся, обнимая мать одной рукой, а другой всё ещё держа смеющуюся Варю.

— Знаю. Я и сам дни до дембеля в блокноте зачёркиваю.

Прозвенел звонок с третьей пары. Записав домашнее задание, студенты шумной толпой покинули аудиторию. Катя посмотрела на часы, прикидывая, успеет ли она перехватить булочку в буфете до следующей лекции.

Телефон в рюкзаке зазвонил так неожиданно, что она вздрогнула. Выйдя в относительную тишину коридора, она увидела на экране знакомые лица.

— Привет, котёнок!

— Папочка! Мамочка! Как же я по вам скучаю!

— Доченька моя, здравствуй! Как ты там одна справляешься? Как учёба?

У Кати на глаза навернулись слёзы. Два года назад родители уехали в Ереван, когда её сестра Тамара родила сына, а их брак с Ильёй дал трещину. Они были на грани развода, но потом, слава богу, всё наладилось. Благодаря поддержке родителей Тома смогла раньше выйти на работу и встать на ноги. Катя скучала по ним всем сердцем.

— Учёба нормально, стараюсь. У вас всё хорошо? Как малыши?

— Всё замечательно. Эмма в свои четыре года уже читает стихи на английском, а у Ванюши сейчас такой период — болтает без умолку! Уже пытается складывать слова в короткие фразы.

В этот момент на том конце провода раздался какой-то грохот, словно что-то тяжёлое упало на пол.

— Пап, что там у вас?

В трубке раздался добродушный смех.

— Да это твой отец решил показать Ванюше трюк с исчезающей со стола чашкой. Представление удалось даже слишком хорошо — вместе с ней исчезла и тарелка с печеньем. Теперь вот собираем осколки... А виновник торжества сидит под столом и хохочет.

— Вы там поаккуратнее.

— Не волнуйся, мы целы. Береги себя, родная. И помни, мы с мамой тебя очень любим.

— И я вас люблю.

— Ну беги, а то опоздаешь. Целуем!

— Пока.

— Пока, котёнок.

После разговора с родителями у Кати в душе остались смешанные чувства: радость боролась с острым чувством одиночества. Москва казалась особенно пустой без мамы и папы. Мысль о Паше отозвалась новой волной тоски.

Именно в этот момент из столовой вышел Вадим.

— Эй, с тобой всё в порядке? — спросил он, дотрагиваясь до её плеча.

Катя подняла на него заплаканные глаза. Их взгляды встретились, и они ещё долгое время не могли отвести их друг от друга.

— Ты такая красивая! Я очень рад, что мы теперь учимся в одной группе. Я могу пригласить тебя сегодня на чашечку кофе?

— Извини, но у меня есть жених.

— Да я же ничего такого не имел в виду, просто попьём кофе, поболтаем.

— Ну хорошо... я подумаю.

— Пошли? У нас следующая лекция.

Вадим протянул свою руку. Немного поколебавшись, Катя вложила в неё свою ладонь.

Дождавшись, пока парочка скроется за углом, Дина вышла из своего укрытия. Внешне она оставалась спокойной, но внутри поднималась ледяная буря.

«Да как она могла? Тоже мне лучшая подруга называется!»

Её мысли были острыми и злыми. Красота Кати, которой все восхищались, теперь казалась Дине дешёвой маской.

Она решила прогулять лекцию. Вместо этого она отправилась в ближайшее кафе. Сев за столик, она заказала двойной эспрессо и, откинувшись на спинку стула, стала думать, как ей отомстить теперь уже бывшей подруге.

Идея пришла внезапно: нужно поссорить голубков. Если жених узнает об измене, то бросит её. Первой мыслью была их староста Мила, но Дина тут же отмела эту идею — она не знала Пашу лично, поэтому ей могло быть всё равно. Нужен кто-то, кто знаком с ними обоими очень близко... Может, попытаться воздействовать на него через сестру?

Быстро достав телефон, она зашла в социальную сеть ВК и, найдя страницу Вари Дубровской, отправила ей заявку в друзья. Теперь оставалось только ждать.

Посмотрев на часы, Дина поняла, что ей пора возвращаться в институт. Расплатившись за кофе, она накинула на плечи рюкзак и вышла из кафе.

Можно было смело сказать, что его жизнь удалась. Судьба подарила ему счастье, которое он бережно хранил каждый день, словно редкий драгоценный камень, сияющий ярче всех огней большого города.

Его любимая профессия врача в знаменитом институте имени Склифосовского наполняла душу смыслом и радостью. Каждый рабочий день приносил новые встречи, истории пациентов, которым удавалось вернуть здоровье и надежду. Он ощущал свою нужность миру, ведь его руки спасали жизни, а сердце согревалось благодарностью тех, кто получил шанс жить дальше.

Но самой главной ценностью для него всегда оставалась Марина. Она прошла с ним весь жизненный путь, разделяя горести и радости. Их история не всегда была простой. Ещё до их знакомства у Олега был короткий, но бурный роман с коллегой, от которой у него родилась дочь — Тамара.

Судьба нанесла им жестокий удар, когда девочке было всего шесть лет: её мама и отчим погибли в аварии. Они ушли из жизни вместе.

Не раздумывая ни секунды, Олег забрал осиротевшую дочь к себе. Но реальность оказалась сложнее благих намерений. Падчерица, пережившая страшную потерю и оказавшаяся в чужой стране, с первого дня не возлюбила новую жену отца. Марина буквально разрывалась между попытками найти путь к сердцу девочки и заботой о новорождённой дочери.

Со временем, благодаря безграничному терпению и любви Марины, лёд между ними начал таять. Тамара стала для Кати и Лёвы любящей сестрой, но с мачехой их отношения так и остались довольно прохладными на протяжении всей жизни.

Девушка закончила медицинское училище с отличием и стала педиатром. Она была замужем за Ильёй Хромовым, у них подрастали двое детей: четырёхлетняя Эмма и младший сын Иван, которому недавно исполнилось два с половиной года.

Много лет назад перед Олегом стоял худощавый юноша с задумчивым взглядом. Он слегка нервничал и теребил пуговицу белого халата. Тогда он ещё не знал, что имя Константина Лазарева однажды станет символом целеустремлённости и профессионализма среди Московских врачей.

Но годы шли, менялись пациенты, случаи становились сложнее, росла ответственность. Постепенно он видел, как неуверенность его ученика сменяется спокойной уверенностью мастера своего дела. Сегодня Лазарев был не просто врачом, а настоящим профессионалом, способным принимать быстрые и верные решения даже в самой критической ситуации. Его мастерство восхищало всех, кто когда-то помогал ему сделать первые шаги.

А жизнь неумолимо двигалась дальше, и круги поколений повторялись.

Катя сейчас уверенно шла по стопам родителей — она изучала основы медицины и мечтала стать врачом-нейрохирургом. Её выбор вызывал у него безграничную гордость и лёгкое волнение одновременно. Ведь неважно, сколько книг ты прочёл или экзаменов выдержал, главное — чувствовать сердце другого человека, уметь поддержать его, спасти от боли и страха.

Лев, напротив, решил пойти своим путём. Хотя родители мечтали видеть обоих детей в белых халатах, видимо, судьба приготовила для него другое предназначение. Возможно, он выберет совсем иную сферу деятельности, откроет новые горизонты и создаст свою собственную историю успеха.

И вот Олег стоял посреди больничного коридора, наблюдая за движением молодых коллег. Он слушал стук шагов медсестёр, тихий звон приборов и приглушённые разговоры пациентов. Ему было приятно думать, что каждый день сюда приходят молодые специалисты вроде его дочери Кати, вдохновлённые примером талантливых профессионалов, подобных Константину Лазареву. Рядом всегда будет идти преемственность поколений, когда отец передаёт сыну знания, мать делится мудростью с дочерью, а учитель наставляет ученика.

Они все двигались вперёд по этой дороге, полной надежд и испытаний, новых знаний и открытий. Потому что главная цель каждого доктора — помогать людям жить долго и счастливо, несмотря на болезни и трудности.

И пусть его ученик Костя сегодня был тем самым маяком света в тёмной ночи медицинских будней, чьё мастерство и доброе сердце служили ориентиром для молодых врачей, готовящихся принять эстафету помощи страждущим.

Марина помнила тот день, когда впервые взяла дочь на руки — крошечную, тёплую, словно маленький свернувшийся клубочек счастья. Катя лежала тихо-тихо, будто боясь потревожить тишину мира, только её пальчики осторожно перебирали волосы матери, проверяя реальность происходящего. Тогда казалось, что вся жизнь впереди, бесконечная, просторная, наполненная чудесами и открытиями.

Теперь же она смотрела на свою девочку и её сердце наполнялось нежностью. Время неумолимо, оно течёт сквозь пальцы, оставляя лишь воспоминания да фотографии в альбоме. Вот они сидят на ковре среди игрушек, глаза дочери сияют радостью, а щёки пылают румянцем.

А дальше — школьный двор, белые бантики, букеты цветов и волнение первого сентября. Девочка стоит рядом с мамой, крепко держась за руку, робкая улыбка едва заметна на губах. Её глазки влажны, ресницы дрожат, удерживая непрошеные слёзки. Но стоит прозвенеть первому звонку, как она стремительно бросается вперёд навстречу новым друзьям, урокам, знаниям…

И Марина понимает: её ребёнок растёт!

Сегодня Катя была совсем другой. Взгляд стал серьёзнее, движения увереннее. Уже два года она училась в медицинском институте, избрав трудный путь врача-нейрохирурга. Сколько ночей провела она над учебниками, сколько часов посвятила практике, скольким людям помогла уже сейчас, будучи всего лишь студенткой!

Когда она видела дочь в белом халате, слушающую стук сердца пациента или внимательно изучающую снимки мозга, её сердце замирало от гордости и любви. Как жаль, что отец Марины, великий нейрохирург, не дожил до того дня, когда у него родилась такая замечательная внучка, продолжательница династии Нарочинских.

Оставив все срочные дела позади, они направились в просторный сияющий торговый центр, где сверкала яркая вывеска магазина роскошных платьев. Это было особое место — здесь рождались мечты невест, стремящихся найти своё идеальное свадебное облачение.

— Мам, ну как?

Голос Кати звучал слегка взволнованно, будто она боялась услышать критику. Но стоило лишь взглянуть на неё, как материнское сердце наполнилось нежностью и гордостью. Платье словно было создано специально для неё — воздушное, изящное, подчёркивающее каждый изгиб тела, тонкую талию и плавную линию плеч. Белый цвет становился продолжением её чистоты и молодости, делая облик ослепительно прекрасным.

— Ты великолепна!

В зеркале отражалась радостная улыбка дочери, её глаза искрились счастьем.

— И мне оно тоже очень нравится...

— Поздравляю с покупкой. Вы пока переодевайтесь, а я упакую ваш наряд.

Быстро кивнув ей головой, Катя вновь исчезла за дверью примерочной, а Марина пошла к кассиру с уверенностью, что теперь у её дочери есть самое главное украшение — прекрасное свадебное платье.

Нарочинская решила прогуляться пешком до работы пешком. Дорога была не близкой, но ей нужно было время, чтобы переварить этот день.

В голове всё ещё стоял образ дочери— такой взрослой, такой красивой в этом платье. Казалось, ещё вчера она качала её на руках, а сегодня она уже невеста.

Женщина свернула в тихий сквер. Солнце пробивалось сквозь листву, играя бликами на мокром асфальте. Она достала телефон и посмотрела на последнее сообщение: «Мамуль, спасибо! Люблю!». Сердце сжалось от нежности и лёгкой грусти. Как быстро летит время. Но сегодня она не будет грустить, Катюша счастлива,это самое главное.

Глава 3

Наконец-то прозвенел звонок с последнего урока. Варя сдала учителю пробный тест по алгебре и вздохнула с облегчением.

«Надеюсь, я всё правильно написала», — подумала она про себя.

Её мысли переключились на родительское собрание, которое должно состояться сегодня. Тройка по английскому языку светила ей практически гарантированно, и она знала, что мама будет недовольна. Нина Дмитриевна мечтала, чтобы после школы Варя поступила в престижный вуз. С пятого класса она старалась учиться на отлично, а когда в прошлом году у них появился новый учитель по английскому, у неё резко упала успеваемость.

Выйдя из школы, она полной грудью вдохнула свежесть весеннего воздуха. День был тёплым, солнечные лучи отражались в лужицах на асфальте. Девушка достала телефон и зайдя на свою страницу в ВК, увидела, что ей пришла заявка в друзья от Дины Королёвой.

Лицо на аватарке было смутно знакомым. Так это же институтская подруга Кати! Немного поколебавшись, Варя приняла заявку. Тут же в личку ей пришло сообщение:

«Привет! Нам нужно встретиться»

Профессор Соколов, известный специалист в области нейрохирургии, уверенно прошёл к кафедре. Он пользовался большим уважением не только среди коллег, но и студентов.

— Итак, дорогие второкурсники, — начал он, — сегодня мы продолжим изучение основ хирургии. Многие из вас уже освоили базовые техники, но сегодня мы углубимся в специфику нейрохирургии. Помните, что человеческий мозг — это самая сложная система в организме, и любое вмешательство требует высокой точности.

Он развернул проектор, и на экране появились схемы головного мозга.

— Обратите внимание на этот участок, — продолжил профессор, указывая на изображение мозжечка. — Видите, как плотно упакованы нервные волокна? Малейшее повреждение может привести к параличу или утрате когнитивных функций. Именно поэтому мы уделяем особое внимание методам микрохирургии.

Студенты внимательно слушали, делая заметки в своих тетрадях. Катя, сидевшая на третьем ряду, смотрела на профессора с восхищением. Она всегда мечтала стать нейрохирургом, и каждое занятие приносило ей радость и удовлетворение.

Рядом с ней сидела Дина, которая, казалось, была поглощена своими мыслями. Она краем уха прислушивалась к лекции, но её внимание привлекал Вадим, сидевший через несколько рядов позади. Он выглядел сосредоточенным и серьёзным, что делало его ещё более интересным в её глазах.

Когда закончилась лекция,студенты начали покидать аудиторию. Погрузившись в свои мысли, Катя медленно собирала вещи. Она всё ещё волновалась за предстоящую встречу с Вадимом и надеялась, что он не разочаруется в ней.

Вдруг её телефон завибрировал в кармане. Она достала его и увидела новое сообщение от неизвестного абонента:

*«Я знаю твой секрет»*

Сердце Кати пропустило удар, а руки похолодели. Кто мог отправить ей такое сообщение? Что за тайна имелась в виду? Она перечитала текст несколько раз, пытаясь найти скрытый смысл.

Её мысли метались. Была ли это чья-то глупая шутка? Или реальная угроза? Вспомнив недавние события — Вадим как-то резко начал проявлять к ней своё внимание, непонятные намёки от друзей, — она почувствовала нарастающее беспокойство.

А что если её близким угрожает опасность?

Глава 4

Кафе находилось на берегу реки, утопая в зелени деревьев. Широкие стеклянные окна выходили на набережную, где гуляли влюблённые пары и молодые художники выставляли свои полотна. Внутри царила атмосфера уюта и стиля: деревянные столы, мягкие кресла и негромкая джазовая музыка, льющаяся из колонок.

Дина заняла столик у окна, заказала латте и устроилась поудобнее. Она нервничала, ожидая прихода сестры Паши.

Варя остановилась в дверях кафе, пытаясь отдышаться. Девушка, сидевшая за столиком у окна, едва заметно кивнула ей.

— Это ты Дина? — спросила она, подходя.

— Да.

— Что с Катей?

— Да ты присядь. Может, закажем чего-нибудь? — Девушка улыбнулась, но её глаза оставались холодными.

— Я не голодная. Так что с моей подругой?

Дина выдержала паузу, наслаждаясь моментом своей власти.

— Я не хотела писать тебе это в сообщениях, но... дело касается не только твоей подруги, но и твоего брата.

От удивления брови Вари поползли вверх.

— С какой стати? Насколько я знаю, вы с ним даже не знакомы.

— Ты права, я видела его только на фотографиях. Но тем не менее... Катя попала в одну очень неприятную ситуацию.

— В какую?

Из девушки приходилось тащить каждое слово, словно клещами, и Варя начала злиться.

— Я не могу тебе этого сказать, это не моя тайна.

— Значит, так. Либо ты сейчас говоришь мне всю правду, либо я звоню родителям Кати, и тогда ты уже будешь разговаривать с ними. — Варя достала телефон и демонстративно разблокировала экран.

На секунду в глазах собеседницы промелькнул страх, но она быстро взяла себя в руки.