13 братьев. Вера

Флешка, хрен знает где. И на ее поиски у меня всего неделя. Пропавшие матери братьев, которые каким-то чудом воспроизвели их на свет спустя три года исчезновения. Неизвестный мужик в черном балахоне, который преследует меня по непонятным причинам.

И Леха.

Истерзанный и измученный где-то этим ублюдком-психопатом.

Как из этого всего выбраться? Я бы уже давно опустила руки, отчаялась или просто забила, но не могу так поступить. Не хотелось бы получить в один прекрасный солнечный день от курьера братика, расфасованного по пакетам.

Да, и он бы на моем месте сделал все, чтобы спасти меня. Так, логично предположить, что флешка должна быть в кабинете отчима. Осталось только попасть туда. Ну, или хотя бы узнать где это. Замученная вопросами без ответов, я расположилась на мягком диванчике поудобней, и не заметила, как перешла в руки Морфея.

Очнулась от громких криков в коридоре. Оторвав свой зад, я подкралась к двери и незаметно выглянула. Отчим и мать, яростно споря, направлялись прямо сюда. Черт. Бежать смысла нет, остается только прятаться. Заметив широкую штору, прикрывающую подоконник, я рыбкой нырнула за нее и внезапно врезалась в парня казахской внешности. И он, и я, не ожидавшие такой встречи, уставились друг на друга.

Времени выяснять отношения не было. Заметив, что шторка по длине доходит лишь до подоконника, и шикарные ножки будут видны вошедшим, я, недолго думая, запрыгнула на бедолагу, плотно усевшись на нем, и зажав его рот. Я вовремя успела, через несколько секунд в комнату влетел разъяренный отчим, орущий во все горло на мать.

- Какого хрена ты с ним связалась?

- Я тебе тысячу раз объяснила, для чего мне это нужно. Он снова появился в моей жизни. И просто так не уйдет.

Интересно, о ком это она?

- Ты понимаешь, как ты подставила мою семью? Что будет, если они найдут нас?

- Семью? А я тебе не семья?

Зашибись, ушла от ответа.

- Как раз таки тебе они ничего не сделают, а меня на фарш пустят.

- Ты прекрасно знаешь, что я не могу противиться его зову. У меня не было выбора.

- Был, ты могла все рассказать мне. Я бы притащил тебе свой очередной эксперимент, и делай все, что вздумается.

- Не смей на меня орать, я главней тебя. Ты всего лишь очередная пешка в их игре. Ты никогда не станешь таким же великим, как и твой отец.

В этот момент мы услышали звук смачной пощечины. Плотная ткань не позволяла разглядеть произошедшее. Через несколько секунд послышались удаляющиеся шаги, а затем женский тихий плач.

Значит, это он ее ударил. На мгновение мне стало ее жаль, но выдавать себя не стоит. Слишком много лишнего я узнала. Прошло немного времени, как мать взяла себя в руки и закричала:

- Дворецкий, вина мне.

И вышла из комнаты.

Мы дружно выдохнули. Ну, теперь можно и познакомиться. Я уставилась на очередного братишку. Он производил впечатление крепкого, статного молодого человека с гармоничными чертами лица. Глаза миндалевидной формы с легкой эпикантусной складкой смотрели на меня своим насыщенным карим цветом.

Прямые темные волосы переливались от черного к каштановому. В руках парень держал блокнот и ручку.

- Подслушиваешь? – кивая на письменную принадлежность, спросила я.

- А ты подсматриваешь?

- Боюсь, с такого ракурса это будет трудновато. Меня Ладой зовут, а тебя?

- Азат.

- Очень приятно.

- Не могу сказать того же, ты меня раздавила.

Фу, какой грубиян.

- Не думала, что ты такой хиленький.

- Не думал, что ты такая весомая.

Ну, знаешь ли.

- И долго ты тут сидел?

- С самого утра. Это мое тайное место.

- Хех, теперь и мое тоже.

- С чего ты решила, что я тебе позволю тут находится?

Невыносимый человек. В попытке слезть с него я наткнулась на весьма интересный момент. Опустив взгляд, я убедилась, что может, его сознанию я не нравлюсь, то вот его телу я явно по вкусу. Хитро улыбаясь, я посмотрела в его глаза. Азат смутился и отвернулся к окну.

- Не разрешишь, значит? А если я очень сильно попрошу?

Разгоряченная сегодняшним утром, я вернулась на место, буквально вдавив братишку в подоконник. Внимательно глядя ему в глаза, я медленно стянула с себя блузу и расстегнула лифчик, явив красному, как помидор, парню свою прелесть. Я наклонилась, касаясь грудью его лица. Он попробовал возражать, но я быстро нашла, чем заткнуть его рот. Не спеша мои бедра начали ритмичные поглаживания его паха. Упираясь руками на стену, я смотрела на выпученные глаза, прикусив губу. Парень испуганно смотрел то на мое лицо, то на мою грудь, не позволяющую ему издавать звуки. Его штаны намокли из-за моих выкрутасов, а член твердо выпирал, позволяя мне получать все больше удовольствия. И не только мне.

Поняв, что его просто так не отпустят, он высунул язык и нежно посасывал мою грудь. Я тихонько застонала, не прекращая своих действий. Я ускорила ритм, когда он осмелился и, окончательно задрав мою юбку, шлепнул меня обеими руками по ягодицам. Его язык вырисовывал на моих сосках разные символы, заставляя меня стонать все громче и двигаться все быстрее. Подхватив меня за бедра, Азат сам придал нужный темп. Его рот, все еще занятый моей грудью, издавал глухие стоны. Мы встретились глазами. Облизнув губы, я выгнулась и оторвалась от него, не прекращая ерзать.

Моя грудь двигалась в такт бедрам, а парень загипнотизированный не мог оторвать от нее взгляда. Его руки, крепко сжимающие меня, похотливые взгляды на мою грудь, момент, что нас может кто-нибудь застукать, просто одернув шторку, слились во едино. Зажав рот рукой, я глухо простонала, кончая от его выпирающего члена. Парень дернулся, сжав меня до боли, и с хрипом отпустил. Так мы и сидели, пока не услышали спокойный голос:

- Уважаемые ёжики, если вы закончили, то не могли бы уже показаться на глаза.

Мне кажется, я его все-таки убью раньше, чем оседлаю. Подобрав вещи, я быстро привела себя в порядок, слезла с озадаченного Азата, отдернула шторку и нагло уставилась на Матвея.

- Тебя не учили, что подслушивать нехорошо?

- Ваше пыхтение было слышно на другом конце дома.

Я хмыкнула. Азат тем временем, подобрав свой блокнот и ручку, весь красный прошел мимо нас, на ходу бросив:

- Если что она сама на меня накинулась. У меня даже возможности отбиться не было.

И скрылся за дверью. Матвей строго посмотрел на меня:

- Честное слово, мне скоро придется для братьев психолога нанимать.

- Кто же виноват, что они у тебя такие ранимые?

Матвей ухмыльнулся.

- Ладно, я тебя не за этим искал. Хотел узнать, чего вдруг мой отец на тебя внимание обратил.

Про ссору наверно говорить не буду, сама все выясню.

- Работу предложил.

- Ого, кем?

- Лингвистом.

- И ты согласилась?

- Учитывая зарплату, да.

Матвей немного помолчал, а затем продолжил:

- Дело в том, что отец занимается чем-то незаконным, я уже много лет пытаюсь докопаться до правды, но не могу. И лучше если бы ты держалась от него подальше.

- Я понимаю, что ты вырос весьма обеспеченным человеком, впрочем, как и я. Но на данный момент я нищая, мне глубоко плевать, чем он занимается, главное, чтобы вовремя платил. И не факт, что он меня еще возьмет.

- Лад, я хочу тебя защитить, поэтому прощу не связываться с ним.

- Я тебе никто, и в твоей защите не нуждаюсь. Не маленькая, сама разберусь.

Матвей молча смотрел на меня. В его глазах разливалось море боли. Сама не знаю, что на меня нашло. Нагрубила ни с того ни с сего, аж на душе противно стало. Просто у меня очень дурной характер, который никому не желает подчиняться, и всегда все делает по своему.

А может просто из-за навалившихся проблем устала и не сдержалась.

Только я потянулась к нему, для того, чтобы извиниться, как в гостиную вошел дворецкий.

- Леди Светлова, Артем Игоревич просил Вам передать. Сказал, что крайний срок неделя.

И у этого неделя.

Им, что так число семь нравится?

- Хорошо, - сказала я, принимая стопку бумаги.

Матвей еще раз мрачно посмотрел на меня и сказал:

- Не буду мешать.

И поспешно вышел из гостиной.

Я чуть не разревелась, он ведь теперь не придет. Ни ночевать, ни просто поговорить. Класс, молодец, просрала единственного человека, который к тебе хорошо относился. Продолжай в том же духе и сдохнешь без друзей.

- Я могу еще Вам чем-то помочь? – спросил дворецкий.

- Наверное нет… - мой взгляд наткнулся на фотографию, висевшую возле камина. – Когда было сделано это фото?

- Не могу знать, леди.

- А кто эти люди?

- Как я могу судить, здесь ваша мать, Артем Игоревич и их вероятные друзья.

- Они здесь так молоды.

- Все верно, лет по восемнадцать думаю.

- Это школа на фоне?

- Вряд ли, я точно знаю, что хозяин дома и ваша мама познакомились будучи студентами.

- Точно, он же сказал, что они учились вместе.

- Кого Вы имеете в виду, леди?

- Отчим и отец.

- На фото есть Ваш отец?

- Да, вот он слева.

- Вы очень похожи.

- К моему счастью только внешне.

Я продолжала рассматривать фото: мать, отец, отчим и какой-то неизвестный парень. На фоне все то же здание, точь-в-точь этот дом.

- А где они учились?

- В США.

- В США?!

- Почему это Вас так удивляет?

Да, действительно, я сейчас нахожусь в том же здании, что и на фото. Вот только я на другом материке. Ну, не бывает же настолько одинаковых построек? Или все же…

- Вы не могли бы отнести эти бумаги в мою комнату?

- Конечно, Леди.

Дворецкий послушно забрал из моих рук работу, и развернувшись, направился к выходу. Понимая, что без него мне в этих лабиринтах не выжить, я молниеносно сорвала фотографию со стены, и спрятав ее под блузу, поспешила следом. Как только мы дошли, я поблагодарила его и поспешно скрылась в комнате. Понимая, что дворецкий может стоять за дверью, я решила выйти в окно. Благо первый этаж.

Аккуратно перелезая, я повисла в весьма некрасивом положении.

Да, план провалился на стадии начала. Я не учла главный фактор, мой невысокий рост. Подергавшись, как рыбка в проруби, я поняла, что надо прыгнуть. Эх, была не была. Конечно, я все себе поцарапала. И ноги, и руки, и юбка стала покороче, про блузу лучше промолчать.

Я теперь выглядела, как жертва нападения неизвестных. Ладно, будем надеяться, что все сейчас пьют чай и смотрят мультики. Я рысью помчалась в сторону главного входа. Встав рядом с фонтаном, я внимательно вгляделась в здание. Для более четкого сравнения достала фотографию и выставила вместе с рукой. Ну, реально один в один. Просто копия какая-то.

И вот объясните мне, как это произошло.

Ну не скопировал же он его, как в документе? Что же у нас получается. Одно и тоже здание в разных местах. Американское – университет, российское – семейное гнездышко. В США в этом здании пропадали без вести девушки, в этом ходит неизвестный человек, который по всей видимости был причастен к событиям прошлого, и сейчас он бегает тут и пугает меня. Отступив на шаг, я уткнулась во что-то упругое и тканевое.

Заметив по тени, что это человек, я через плечо бросила:

- Извините, не заметила.

Но мне не ответили, тень так и продолжала стоять за спиной. Я медленно обернулась и уткнулась в закрытую черным плащом грудь. Помяни черта. С ужасом я подняла голову, на меня, не отрываясь, смотрели черные бездонные глаза, с отсутствующими зрачками. Казалось, что сама тьма плещется в них. Ко мне протянули руку и показали жест, мол, отдай вещицу.

Я недоуменно уставилась на руку, держащую фотографию, и медленно протянула. Он аккуратно забрал ее и скрыл в складках одежды. Я, не отрываясь, смотрела на незнакомца. Спрятав изображение, он вытащил руку, сжимающую белый платок. Я слишком поздно поняла, что это. Меня резко схватили, притянув к себе, и зажали нижнюю часть лица рукой, крепко прижав ткань, от которой шел весьма сладкий запах.

Сука, хлороформ.

Я попыталась вырваться, но сильные мужские руки прочно зафиксировали меня. Мои глаза медленно закрылись, глаза затуманились, а тело перестало ощущать свой вес.

***

Сквозь тьму я слышала знакомый голос, но никак не могла вспомнить кто это.

Постепенно приходя в себя, я ощутила легкие похлопывания по щекам. Да кто тут такой бесстрашный? Я ведь щас очухаюсь, и месть моя будет страшна. Я еле открыла глаза, на улице уже потемнело. Свет струился из окон дома. Меня бережно поддерживали.

- Я уже думал, ты умерла, - обеспокоенно сказал Матвей. – Как ты себя чувствуешь?

- Неплохо.

Я огляделась. Оказывается, я лежала возле фонтана напротив парадного входа. То есть тот человек просто оставил меня здесь и ушел? Или что-то еще сделал? Я прислушалась к ощущениям, вроде ничего не болит.

- Ты помнишь, что с тобой произошло?

- Да.

Я вкратце рассказала все Матвею. Он сглотнул, а потом резко прижал меня к себе, нежно обнимая.

- Прости меня, повел себя, как идиот. Если бы я тогда не ушел из гостиной, с тобой все было бы хорошо. Пожалуйста, прости.

Я погладила его по плечу, чувствуя, как его слезы падают мне на спину. Он так сильно переживал за меня. Хотя учитывая, мой вид и положение, тут любой бы с ума сошел.

- Гони, сколько хочешь, ори на меня, что есть сил, не подпускай к себе, мне все равно. Но я не отойду от тебя больше, поняла?

Я кивнула головой. Чуть отстранившись, я заглянула ему в глаза. Никто за меня так еще ни разу не переживал. Я вытерла его слезы и, максимально приблизившись, к его лицу произнесла:

- Я тебя больше от себя не отпущу.

И поцеловала его соленые губы.

Поцелуй вышел скомканным, так как я еще не до конца вернулась в нормальное состояние. Матвей не решился ответить на него, он отклонился от меня, заглядывая в мои глаза.

- Котенок, ты даже в себя еще не пришла, а уже целоваться лезешь, - произнес он, улыбаясь.

- Что поделать, все кошаки себе на уме. Сначала мы ведем себя отстраненно и холодно, а потом набрасываемся на людей в порыве страсти.

- Давай-ка я отнесу тебя в комнату, страстная моя.

Легко подхватив меня на руки, он внимательно осмотрелся по сторонам и понес в дом.

- Я даже боюсь представить себе, что он с тобой в бессознательном состоянии делал, что ты так выглядишь.

- В смысле?

- В прямом, на тебя вся одежда порвана.

Я замолчала, как бы так помягче сказать.

- Понимаешь, одежду я сама порвала еще до встречи с ним.

Матвей резко остановился в темном коридоре.

- Не понял.

- Ну, я немного ловко из окна вылезла, вот поэтому в таком виде.

Я ощутила, как его руки сжали мое тело.

- Ты прикалываешься? Я черт-те что уже подумал, а она оказывается в форточницу играет.

- Прости.

- Не могла, что ли через дверь выйти?

- Могла, но подумала, что меня не пустят.

- И правильно бы сделали.

Дальше мы продолжили путь молча. Я прижималась к нему и терлась головой о плечо, прям как самая настоящая кошка. Наконец, мы прибыли. Он бережно поставил меня на пол и велел идти принимать душ, сам же заказал ужин у дворецкого и принялся меня ждать. Быстро смыв с себя грязь, и завернувшись в полотенце, я вышла из ванной.

Матвей уже вовсю уплетал спагетти с фрикадельками. Заметив, что вода прекратила литься, он поднял голову и замер с приоткрытым ртом.

- Накинь что-нибудь, а то боюсь у меня сейчас аппетит к еде пропадет, и проснется ужасный голод в твою сторону.

Я задумчиво оглядела его с ног до головы, и как всегда поступила по своему, скинула полотенце, оставшись абсолютно обнаженной. Невинно хлопая глазками, я медленно приблизилась к нему. Забрав вилку, я отложила ее в сторону и села к нему на колени лицом к лицу, нежно обнимая за шею.

- Не надо так, - тихо сказал он. – Я же сказал, что…

- Я согласна.

Он недоуменно посмотрел на меня.

- Повтори, - попросил он.

- Я согласна стать твоей. Полностью. Мне уже надоели эти игры.

Он сглотнул, глядя мне в глаза. Затем зафиксировав мою голову своей рукой, приблизился и осторожно поцеловал. Я тут же ответила, крепче прижимаясь к нему. Мы забыли обо всем на свете. Об убийцах, похитителях и прочих проблемах. Сейчас были только он и я. Его жадные горячие поцелуи не давали мне вздохнуть и глушили мои стоны.

Его руки исследовали мое тело, особенно остановившись на ягодицах. Я сгорала, плавилась, умирала и снова воскресала. Никогда не испытывала ничего подобного, а ведь это был обычный поцелуй. Хотя нет, не совсем обычный. Этот поцелуй отличался ото всех других. Этот поцелуй был окончательным.

Больше я не буду никого искать для закрытия пустоты в душе. Матвей закрыл ее собой.

Да, черт возьми, я влюбилась. Бесповоротно. По уши. Нарушила свои же правила. И безумно этому рада.

Спустя несколько минут мы смогли, наконец оторваться друг от друга.

- Мы ведь с тобой знакомы всего лишь несколько дней, а я уже готов с тобой прожить всю жизнь.

- Сама в шоке. Никогда не думала, что меня так угораздит.

Мы тихо рассмеялись. Я смотрела ему в глаза и не верила, что так бывает. Но вот она реальность сидит передо мной и улыбается. Все же я слезла с него и натянула на себя пижаму. От недавнего обморока или от горячего поцелуя кружилась голова.

Продолжения очень хотелось, но тело отказывалось. Ну, ничего, у нас еще вся жизнь впереди. Отужинав, мы собирались лечь спать, но одна мысль не давала мне покоя. Мы так стали близки с ним, что я решилась довериться. Мне нужен помощник, одна я эту хрень не найду.

- Матвей, - тихо произнесла я, - я хочу тебе кое-что показать, но… пообещай, что не выдашь меня.

- Котенок, я все сделаю, что бы помочь тебе. И никогда не предам. Вот такой вот я принципиальный.

Я грустно улыбнулась.

- Это связанно с тем, кто тебе пишет?

- Как ты понял?

- Ты когда переписывалась, у тебя руки дрожали, и кожа бледнела.

- Да, от тебя ничего не скроешь.

- Если ты готова, я полностью в твоем распоряжении, все что нужно сделаю.

- Тогда тебе лучше прочесть самому.

Я протянула ему переписку, которая мучила меня вот уже несколько дней. Углубляясь в чтение, Матвей все больше мрачнел. Сжав кулаки, он вернул мне телефон.

- Значит, нужна флешка, чтобы спасти брата?

- Да.

- И она где-то в этом доме?

- Да.

- В полицию обращалась?

- А есть смысл? Мы с тобой видели дела, в которых не нашли девушек, пропавших в одном месте, а тут кроме переписки ничего.

- Да уж. Может, если бы мы знали хотя бы личность похитителя твоего брата, то возможно полиция смогла бы его отыскать и…

- Нет, - прервала я его, - это не поможет.

- Почему? Думаешь, у него есть связи?

- Не думаю, а знаю.

- Котенок, ты что знаешь, кто тебе пишет?

Я медленно выдохнула. Конечно, знаю, пусть он и пишет с чужого номера. Это единственный человек, с которым я общалась на Вы, а в ответ получала это ненавистное «ягодка». Собравшись с духом, я ответила:

- Мой отец.

Глава 6

Глава 6. Кабинет.

Я проснулась от пленительного аромата омлета, сочетающегося с горячим кофе. Из-за вчерашнего разговора плохо спалось. До сих пор перед глазами картина: Матвей нервно ходил из угла в угол, в попытке отыскать самообладание. Получалось у него плохо. Я сидела с виноватым выражением на лице и молчала. А что тут скажешь?

Уже итак лишнего наговорила. Наконец, парень остановился, тяжело выдохнув. Он приблизился ко мне, сел рядом со мной на кровати и притянул к себе.

Мы молчали, просто потому что никто не знал, с чего начать. Первым слово взял Матвей:

- Прости, не могу прийти в себя, после прочитанного. Не понимаю, как так можно обращаться со своей собственной дочерью. Мало того что над сыном издевается, тебя шантажирует, так еще и… Еще и… У меня язык не поворачивается об этом говорить.

Я прижалась к нему, уткнувшись носом в плечо. Вдыхая запах его кожи, мне хотелось забыть обо всем. Но как тут забудешь? Чуть отстранившись от меня, Матвей осторожно спросил:

- Он с тобой что-то делал, пока вы жили вместе? Я имею в виду, он к тебе приставал?

- Нет, - тихо ответила я. – Но я всегда боялась его взгляда. Безумного, сумасшедшего, маньячного. В детстве он был для меня чудовищем из сказки, а когда выросла, то начала замечать, что в его глазах появилось что-то новое. Что-то еще более жуткое. Это проявлялось, когда я выходила из душа с мокрыми волосами в обычной домашней одежде. Или когда я переодевалась, стоя в одном нижнем белье, а он без стука входил в комнату. Он ничего говорил, просто стоял и смотрел, закрыв собой проход. В такие моменты было особенно страшно. Никогда не чувствовала себя такой беспомощной. Он словно упивался этим страхом, а потом молча уходил. Я не понимала цель его визитов, и от этого только больше паниковала. В итоге я не выдержала и в день рождения, когда исполнилось восемнадцать, сбежала из дома от греха подальше.

Снова повисла тишина.

Матвей с беспокойством смотрел в мои глаза, не зная подходящих слов для утешения. Потом приблизился и нежно поцеловал меня в лоб, прошептав:

- Забудь о нем, я не отдам тебя ему. Он больше никогда тебя не увидит. И даже не посмеет приблизиться. Я спасу твоего брата, и у тебя будет все хорошо. Ты мне веришь?

- Верю.

Так мы и сидели, обнявшись. Чуть позже все же повалились на постель.

Матвей уснул сразу, счастливчик, а я все ворочалась во сне, стараясь выгнать из головы отцовский взгляд. Но нифига не получалось. Стоило только закрыть глаза, как тут же появлялся он мерзкий, старый, донельзя противный. И это его «ягодка». Ненавижу.

В итоге уснула я лишь под утро. Вынырнув из скомканных сновидений, я узрела манящего полуголого Матвея, аккуратно накрывающего на стол. Он старался делать все максимально бесшумно.

От стараний даже язык высунул, такой смешной. Бросив на меня мимолетный взгляд, он увидел, мое пробуждение и, улыбаясь, сказал:

- Все-таки разбудил. Прости, старался быть незаметным.

- Меня разбудили вкусные ароматы, так что ты здесь ни при чем.

- Тогда прошу к столу, котенок.

Я потянулась на кровати, разминая тело, и неуклюже подползла к утреннему сюрпризу. Матвей сел рядом, положив мне самый большой кусок омлета, и пододвинув кружку с кофе. Я накинулась на еду, как голодающий из Африки. Все-таки надо будет навестить повара и от души поблагодарить. Он просто бог кулинарии. Уплетая все за обе щеки, я и не заметила, как попросила добавку, потом еще и еще…

- Скажи честно, - еле проговорила я, откинувшись на подушки, - ты специально откармливаешь меня, чтобы принести кому-нибудь в жертву?

- Только если самому себе.

- Хорошая у Вас самооценка. Мне бы такую. Чем думаешь сегодня заняться?

- Глобальных планов на день нет, а вот на утро…

- Что на утро?

В этот момент меня резко подтянули к себе и нависли надо мной.

- А на утро у меня план полакомиться одной столь долгожданной вкусняшкой.

Я прикусила губу и невинно спросила:

- Я думала, ты уже наелся?

- Чтобы насладиться тобой, мне не хватит и всей жизни.

Он медленно приблизился к моему лицу и нежно поцеловал в губы. Я тут же ответила на поцелуй. Мое тело горело от его прикосновений, особенно когда он касался шеи. Что поделать, это мое слабое место. Его движения с каждой секундой становились развратней, а поцелуи уверенней. Я прижималась к нему, глухо постанывая. Слыша эти стоны, парень как будто специально все сильней дразнил, не переходя к сути.

Но внезапно он остановился, с усмешкой глядя на растрепанную меня. Нежно провел кончиками пальцев по лицу и начал спускаться вниз, покрывая каждый сантиметр кожи сладким поцелуем. Как только он добрался до нужно места, он озорно сверкнул глазами и, спрыгнув с кровати, опустился на колени. Продолжая гладить мои ноги, Матвей с удовольствием смотрел, как я извиваюсь в нетерпении. Чуть приподняв их, он закинул мои бедра на плечи и прижался лицом к паху. Отодвинув край ткани, осторожно провел языком по самому заветному и, услышав невольный стон, начал активно действовать.

Его язык вовсю изучал меня, нагло демонстрируя свою власть. От этих прикосновений я только сильней сжимала бедра и выгибалась в спине, не сдерживаясь в словах, просьбах и возгласах. Теперь я поняла, насколько он голоден. Руки Матвея крепко держали меня, не давая ногам соскользнуть. Его горячий язык уже вошел внутрь и, придерживаясь правильного ритма, доставлял удовольствие даме. Но долго со мной возиться не стали.

Оторвавшись в самый неподходящий момент, парень залез обратно на кровать, притянув меня к себе, и срывая с меня пижаму. Пару раз смачно шлепнув меня по заднице, Матвей продолжал неистово лапать меня, не отпуская из объятий ни на секунду. Я уже не соображала, где я, и кто я. Мне лишь хотелось жаркого горячего секса, и я понимала, что этот красавчик может его устроить. То ли боги были сегодня не на нашей стороне, то ли у меня снова наступила полоса невезения, но в дверь громко постучали. На секунду оторвавшись от бесстыдного мацания груди и страстного целования сосков, Матвей резко крикнул: