Инчхонский Синдром

Роман Грин

Инчхонский Синдром

ПРОЛОГ

26 февраля 2025 год. Южная Корея, город Инчхон. Рейсовый автобус остановился на обочине. Последняя станция в маршруте. При этом издавая протяжной гудок, прозвучавшим как утренний будильник человека которому с утра нужно идти на работу. Молодой мужчина сидевший на последнем ряду автобуса, открыв глаза после того, как гудок прозвенел и прервал его сон. Он взял свой чемодан и сумку, и вступая на асфальт - город Инчхон встретил его прохладой морского порта. Он огляделся. Небольшой район, куда его принес рейсовый автобус из глубинки, дышал усталостью. Выцветшие вывески лавочек с непонятными надписями, небольшие старенькие закусочные, и прохожие, которые здесь были небольшой редкостью. Здесь не было стремительного ритма как в центральном Инчхоне, здесь время текло густо и медленно. Мужчина почувствовал, как капли пота скользят по вискам под тяжестью не столь чемодана в руке и сумки на плечах, набитыми всем его скромным миром, а сколько под тяжестью неопределённости и предвкушения. Он крепче сжал ручку чемодана, и пошел. Асфальт под ногами был неровным, тротуары узкими. Он свернул по указанному в смс адресу, мимо серых невысоких домов, как их ещё любят называть - коробками, мимо заведения с громкой музыкой и запахом пива, мимо маленького парка с чахлыми деревьями, где на скамейке дремал пожилой мужчина. Каждый шаг отдавался эхом в его пустом желудке и в напряженных мыслях. Общежитие. Это слово звучало для него как приговор и как спасение одновременно. Крыша над головой, место среди таких же, как он – таких же потерянных, таких же начинающих с нуля? Или это клетка с чужими правилами и вечными коридорами? И вот оно. За каменным забором высилось невзрачное, многоэтажное здание из желтоватого кирпича. Окна, многие с разными занавесками, смотрели на мир с равнодушием давно привыкших. Главные ворота – массивные, металлические, с облупившейся краской – были распахнуты. Над ними висела вывеска, которую юноша разглядел лишь только сейчас: «Общежитие». Он остановился в нескольких шагах от ворот. Сердце застучало громче, будто отбивая последние секунды его прежней жизни. Отсюда, с этого порога, все должно было начаться по-новому. Учеба? Работа? Поиск себя в этом огромном, равнодушном городе? Страх сжал горло, холодной волной прокатившись по спине. Но отступать было некуда. Деньги в кармане шелестели тихим напоминанием об их скудном количестве, а билета обратно уже не существовало для мужчины. Мужчина глубоко вдохнул, подтянул воротник своей куртки. Он сделал шаг. Оказавшись уже за чертой порога общежития. Он замер на мгновение, собирая волю в кулак, прежде чем продолжить свой путь. С первых минут пребывания на территории мужчине стало ясно, что в общежитии висит загадочная атмосфера. Таинственные звуки, тени по стенам и представление в голове о возможных пропавших студентов. И теперь, со страхом и решимостью в сердце, он решается разгадать загадку общежития, обнаруживая на своём пути все новые загадки, скрытые в стенах общежития. Мужчина лишь кончиком пальца коснулся своего подбородка, тут же рассмеялся. «Я Хан Сон Иль, мне двадцать четыре года. Я один из знаменитых детективов в Южной Корее. Да, говорят, что я феномен. За моими плечами больше сотни раскрытых дел, от ограблений музеев в Сеуле до запутанных убийств в Пусане. Полиция обращается ко мне, когда улицы заходят в тупик, а время преступников утекает сквозь пальцы. Преступный мир дрожит при одном упоминании моего имени. Потому что я вижу то, чего не видят другие. Я соединяю кусочки мозаики в единую картину, где.... ..где правда всегда оказывается где-то рядом с утренним кофе и недосыпом. Ха.» — глубоко выдохнув, и с разочарованным взглядом, продолжил — «На самом деле, меня зовут Хан Сон Иль. Мне двадцать четыре. И я сбежал. Сбежал от своего назойливого папаши, который, кажется, видел меня только в разрезе с хирургическим скальпелем в руке. Читая мне нотации, что хирургия, Сон Иль, это благородно! Что хирургия - это призвание! вынося он мне все мозги этим своим "призванием". А я, видите ли, не хочу копаться в живых людях. Я хочу копаться в тайнах. В историях. В том, что скрыто. Поэтому сейчас я студент. И не где-нибудь, а в Университете Инчхона, на факультете психологии. Сам поступил, между прочим. Без папиных связей и его знакомых в больничных кругах. Представляете, какая ирония? Он хотел, чтобы я резал живое, а я учусь препарировать человеческие поступки и мотивы. Наверное, это глупо - в двадцать четыре года стоять перед общежитием и репетировать речь, словно меня пригласили на телевидение. Но это моя мечта. Не просто щелкать дела, как семечки. А разгадать ту самую, главную загадку преступного мира. Заглянуть в глаза настоящему злу и сказать: "Всё, игра окончена. Я знаю, как ты думаешь" . А пока... пока мои "громкие дела" - это разгаданное дело из книги "Убийство в Восточном экспрессе", но ничего. Это только начало. Потому что настоящий детектив Хан Сон Иль... он еще обязательно появится. Когда-нибудь.» Сон Иль продолжил свой путь, подходя ко входу в общежитие, держа в одной руке чемодан, а в другой телефон. Он не смотря по сторонам и сосредоточившись на экране телефона. В этот же момент из-за угла появляется девушка, торопливо несущая стопку документов, и что-то бормочя себе под нос:

— Черт, опять я опаздываю Они сталкиваются ровно у порога.

Документы разлетаются во все стороны, чемодан Сон Иля с грохотом падает на землю, а телефон выскальзывает из его руки и падает на асфальт.

Сон Иль резко поднимая голову — Что за?

Девушка растерянно — Ой! Простите, я не заметила вас!

Она тут же бросается собирать документы, а Сон Иль, слегка раздражённо, тянется за телефоном. Их руки случайно касаются друг друга над одним документом, под которым и был телефон. Оба резко отдергивают руки. Сон Иль нахмурившись посмотрел на девушку

— Может быть вы будете смотреть, куда идёте?

— Вы бы тоже могли бы не стоять посередине у входа!

Они замирают в немом противостоянии. Вокруг тишина. Наконец, девушка первая сдаётся, нарушая тишину и протягивая ему подобранный ключ от комнаты. Девушка с лёгкой усмешкой

— Кажется, это ваше. Добро пожаловать в учебный ад, новичок.

Сон Иль молча принимая ключ, но прежде чем он успевает что-то ответить ей, девушка уже исчезает за дверью, оставив его с разбросанными вещами и лёгким чувством недоумения. Он переводит взгляд на табличку у входа: «Общежитие», рядом с которой было дописано от руки красной краской «Ад». Сон Иль тихо, себе под нос проворчал — Отлично. Видимо это место точно ад. Из ада в ад, отличная жизнь! — невольно он улыбнулся. Сон Иль подобрав свой чемодан и подняв телефон и убедившись что экран цел. Зашёл в общежитие, бродя по коридорам в поисках сворей комнаты. Спустя несколько десяток минут поисков, он всё таки находит свою комнату. «Комната 115». Открывая дверь с помощью ключа и уже поспешно заходя в комнату, впервую в очередь глазами, где его ожидала небольшая комната, где спокойно может жить только один человек, но точно никак не двое. Сон Иль отбрасывая чемодан в сторону, кладёт телефон на тумбочку и со облегчением ложится на кровать. Не прошло и минуты, как Сон Иль погрузился в свои мысли:

— Хватит мечтать, детектив, — пробормотал он себе под нос. — Дела не ждут.

Сон Иль потянулся к рюкзаку, который бросил у изголовья, и достал книгу. Уголки обложки уже успели слегка загнуться от частого чтения в поезде. Он провёл пальцами по корешку, чувствуя знакомое волнение. «Убийство в Восточном экспрессе». Он открыл её на закладке, даже не глядя. Читал уже в третий раз, но каждый раз находил что-то новое. Вот, например, этот момент, когда Пуаро перечисляет улики и вдруг замечает, что одежда мисс Дебенхэм лежит слишком аккуратно для женщины, которая спала в спешке. Мелочь. Но в этой мелочи - всё.