Будни психолога для нечисти. Хроники отдела межвидовой коммуникации

Никто из богатырей даже не подумал возмущаться или прогонять его из-за стола. Наоборот, всем стало безумно интересно. Они обступили Антона плотным полукольцом, заворожённо наблюдая за тем, как он опускает цветастые картонные полоски в баночки с мочой и капает кровью на тест-кассеты.

Но богатыри были не единственными зрителями.

Гриша, чьё зрение ведающего уже работало на полную мощность, сглотнул, оглядывая комнату. Особняк буквально кишел обитателями, которые сбежались посмотреть на шоу.

Прямо рядом с Антоном, опершись подбородком на кулачок, сидел Домовой Кузьма. На самом краю стола, свесив волосатые ножки, восседал чумазый Банник — тот самый, с которым Антон утром проводил беседу по СанПиНу. В открытых окнах теснились духи попроще: Гриша по аурам безошибочно опознал пахнущего дымом Овинника, обсыпанного мукой Амбарного и сурового лохматого Дворового. Из-за угла с любопытством выглядывала носатая Кикимора в болотных лохмотьях, а под потолком, меланхолично покачиваясь, зависло какое-то полупрозрачное, светящееся привидение.

Антон Алексеевич всю эту толпу потусторонних зрителей абсолютно игнорировал. Для него их просто не существовало. Он напряжённо ждал, когда на тестах проявятся полоски.

Влад, который духов не видел вообще, тоже протиснулся поближе. Для него происходящее выглядело как очередной этап закрученного ролевого квеста.

— Ого, — с уважением прошептал Влад, глядя на пробирки и кровь. — А это у вас что, алхимическая лаборатория? Крутой реквизит!

Антон бросил на него убийственный взгляд, но промолчал, сверяя показатели пульсоксиметра.

А в астральном плане кипела своя жизнь. Домовой Кузьма с благоговением толкнул Банника локтем в мохнатый бок.

— Ты глянь, что делает, а! — благоговейным шёпотом произнёс Кузьма. — Видал, какие артефакты? Кровь пустил, воду мёртвую в склянки налил Сильный колдун!

— И не говори, — так же уважительно закивал Банник, забыв про утреннюю ссору. — Манжету на руку нацепил — видать, демонов давления изгоняет. А полоски в склянки суёт — это он, кажись, сильную порчу на себе проверяет. Сразу видно: человек серьёзный, по протоколу ворожит. Не то что наша Хозяйка — плюнула, дунула, и готово. Тут подход научный!

Овинник в окне согласно закивал лохматой головой, а Кикимора восхищённо всхлипнула.

Антон Алексеевич тем временем отложил глюкометр, достал из коробки длинную инструкцию к мультитесту на наркотики и принялся напряжённо сверять проявившиеся красные полоски с контрольной шкалой.

Кот Баюн вальяжно развалился на соседнем стуле. Он не собирался мешать. Он ждал с предвкушающей, почти садистской улыбкой, прекрасно понимая, какое представление сейчас произойдёт, когда наука столкнётся с чугунной реальностью.

Сзади к столу неслышно подошла Ягослава. Она неторопливо раскурила свою трубку, выпустила колечко ароматного дыма и с любопытством заглянула через плечо Антона Алексеевича.

— Ну, и чего ты там высматриваешь, болезный? — хрипловато спросила она. — Давление сто двадцать на девяносто?

Антон Алексеевич вздрогнул. Скосил глаза на экран тонометра. На табло чётко светилось: 120/90.

— Вы догадались, — процедил он, не сдавая позиций. — Логичное предположение. Я здоровый мужчина в расцвете сил.

Он отложил тонометр и взялся за глюкометр.

— Сахар — четыре и семь, — будничным тоном сообщила Ягослава, стряхивая пепел в блюдечко.

Антон посмотрел на экранчик прибора. 4.7.

Он судорожно перевёл взгляд на пульсоксиметр на пальце.

— Пульс семьдесят два, сатурация девяносто девять, — зевнула Баба-Яга.

Затем она окинула взглядом баночки, бумажки и самого бухгалтера, глаза её на секунду блеснули зелёным.

— Мочевая кислота в норме, белка нет, билирубин идеальный, холестерин, правда, на верхней границе, но терпимо. Наркотиков в крови ноль. Инфекций нет. Полностью здоров. Хоть сейчас в космос запускай.

Антон Алексеевич застыл с тест-полоской в руке. Все богатыри удивлённо повернулись к хозяйке.

Влад, у которого глаза горели от восторга, радостно воскликнул:

— О! Я знаю! Я по телевизору такие шоу видел! Вы экстрасенс, да? Которые смотрят на человека и сразу говорят, что у него болит! Круто! А вы не могли бы меня просканировать? А то у меня колено после футбола ноет, вдруг там мениск?

— Да, кстати! — тут же оживился Гера,. — А меня не посмотрите? Мне всегда интересно было, что у меня там с тромбоцитами из-за татуировок.

Ягослава медленно повернула голову к Баюну.

— Нет, ну я всё понимаю, — произнесла она с непередаваемым сарказмом. — Богатыри во все века были людьми наглыми и без тормозов. Это исторический факт. Но до ТАКОГО? Вы что удумали, ироды? Решили тут диспансеризацию на халяву пройти?!

Тут встрепенулся Нарэк.

— Ну почему же на халяву? Почему бесплатно? — возмутился он, торопливо доставая из кармана пухлый кожаный бумажник. — Очень даже платно! Мы оплатим консультацию. И сверху отблагодарим! Я, кстати, за Влада и Гришу тоже заплачу, я думаю у ребят сейчас обстоятельства стеснённые

Нарэк извлёк блестящую банковскую карту, поднял её и на полном серьёзе посмотрел на Бабу-Ягу:

— А вы карты принимаете? Или вам лучше по номеру телефона перевести? На какой банк?

Баюн рухнул мордой на стол и зашёлся в беззвучной, хрюкающей истерике.

Ягослава уставилась на Нарэка. Трубка в её зубах подозрительно задымилась.

— Карту? — зловеще прошипела она. — По номеру телефона?! Нет, ну ты посмотри на них! Вы совсем оборзели?! Вы что тут нашли — частную клинику в Бутово?! Может, вам ещё бахилы выдать и больничный лист выписать?!

— Ну почему же сразу клинику — примирительно начал Нарэк, но Яга его перебила.

— Спрячь свой пластик, олигарх недоделанный! — рявкнула она, сплёвывая на пол. — Здоровы вы все! Здоровы настолько, насколько вообще может быть здоров человек, питаясь той гадостью, которую вы сейчас в своих супермаркетах покупаете! Там столько консервантов и химии, что ваши трупы точно разлагаться ещё веками не будут! Мумифицируетесь при жизни!

Она махнула на них рукой, развернулась и, гордо задрав подбородок, вышла из столовой, бормоча про «поколение потребителей» и «докатились».

Влад почесал затылок, посмотрел на закрывшуюся дверь и растерянно спросил:

— Так я не понял Мы здоровы или нет?

Антон Алексеевич смотрел на разложенные перед ним тесты на наркотики. Все они показывали одну чёткую, как приговор, красную полосу. Отрицательно. Чисто. Идеально чисто.

— Да, — севшим голосом произнёс аудитор. — Мы здоровы. Особенно здоров я. Я абсолютно чист.

Он медленно поднял голову. Отрицать очевидное больше было невозможно. Логика рухнула, но мозг Антона отчаянно пытался зацепиться за новую реальцию.

Он посмотрел на Домового. На чумазого Банника на краю стола. На выглядывающих из окон лохматых духов двора. Затем его взгляд упал на полупрозрачное привидение под потолком.

— Ты Каспер, что ли? — мрачно спросил Антон.

Привидение возмущённо замерцало.

— Какой я тебе Каспер?! — скрипуче оскорбился дух. — Тьфу на тебя, невежа! Я Прохор! Купец первой гильдии! Каспер...

Прохор обиженно плюнул эктоплазмой, которая растворилась в воздухе, и уплыл сквозь стену.

Антон Алексеевич тяжело, судорожно вздохнул. Богатыри тут же сбились вокруг него, сочувственно похлопывая по плечам.

— Да ладно тебе, Антон, держись, — мягко сказал Гриша. — Я сам недавно только с этим столкнулся. Понимаю, шок.

— Ничего, привыкнешь, — подбодрил Гера. — Зато прикинь, никаких тебе налоговых проверок в магии.

И тут Антона осенило. Его спина мгновенно выпрямилась.

— Подождите, — голос аудитора обрёл прежнюю металлическую твёрдость. — Раз магия существует значит, в магии тоже должен быть какой-то порядок! Любая система подразумевает администрирование!

Он резко повернулся к Домовому, который доедал баранку.

— Вот вы! У домовых есть порядок?

— Есть, конечно, — важно кивнул Кузьма, стряхивая крошки с бороды. — У нас и устав есть!

— Какой устав? — глаза Антона хищно сузились.

— Как какой? Обычный! На бумажке написанный, — гордо ответил Домовой.

— Дайте посмотреть.

— Не дам! — Кузьма спрятал руки за спину.—Запрещено.

— Кем запрещено? Покажите нормативный акт!

— Никем не запрещено, просто не дам и всё! Моя бумажка! Я её за печкой нашёл!

Антон Алексеевич возмущённо ударил ладонью по столу.

— Устав не может быть написан на одной бумажке! Это юридический нонсенс! — он повернулся к Баннику, а затем указал на Овинника и Амбарного в окнах. — А вы?! Вас здесь целая толпа! А регламент взаимодействия между отделами у вас есть? А графики дежурств по усадьбе?! А техника безопасности при работе с магическим огнём?!

Духи замерли. В столовой повисла жуткая тишина. Кузьма медленно попятился. Банник сглотнул. Овинник и Амбарный переглянулись в окне. Слово «регламент» прозвучало для них страшнее любого экзорцизма.

— Э-э-э — Кузьма нервно дёрнул глазом. — Кажись, у меня там каша пригорает.

— А мне парку поддать надо! — пискнул Банник.

Через секунду духи брызнули в разные стороны, как тараканы от включённого света. В окнах никого не осталось. Банник растворился в воздухе, а Домовой нырнул под плинтус с такой скоростью, будто за ним гналась налоговая полиция с серебряными кольями.

Гриша осторожно положил руку на плечо раскрасневшегося Антона Алексеевича.

— Слушай, Антон Давай мы просто сначала поедим, ладно? А регламенты введёшь после обеда.

Антон Алексеевич тяжело вздохнул, признавая временное поражение. Он аккуратно, педантично сложил все свои коробочки, ланцеты и баночки обратно в пакеты и убрал их со стола.

Как только пластик исчез из вида, Скатерть-самобранка облегчённо выдохнула, раскинулась на весь необъятный дубовый стол, и в воздухе снова запахло невероятной едой. Из ниоткуда появились блюда с горячими пирогами, жареной дичью, соленьями и кувшинами с квасом.

У Влада глаза стали размером с блюдца.

— Ух ты! — выдохнул он.

Парень тут же сполз со скамьи, опустился на четвереньки и с головой залез под стол, выискивая скрытые проекторы или люки подачи еды.

Антон Алексеевич, методично расстилая у себя на коленях льняную салфетку, мрачно посмотрел вниз и будничным тоном произнёс:

— Вылезай. Ничего там нет. Дерево. Я уже проверял.

Влад вылез из-под стола, отряхивая джинсы. Лицо его выражало крайнюю степень искреннего недоумения.

— Ну как? Как это может быть? Это же нарушает закон сохранения массы! — пробормотал он, садясь обратно.

Но запах был слишком хорош, чтобы спорить с физикой. Все молча накинулись на еду. Слышен был только стук деревянных ложек да хруст солёных огурцов.

Наконец, когда первый голод был утолён, Антон Алексеевич отодвинул пустую тарелку. Он вытер губы салфеткой, сцепил пальцы в замок и посмотрел на Диогена взглядом генерального директора на совете акционеров.

— Что ж, — произнёс Антон ровно. — Доказательная база собрана. Факт наличия так называемой магии я признаю. Я человек рациональный: если система работает вопреки законам физики, значит, нужно изучить её законы. Но у меня остался главный вопрос.

Он обвёл взглядом напрягшихся богатырей.

— Какова цель нашего визита сюда? Целеполагание мне так никто и не озвучил. Зачем мы все здесь собрались?

Влад с набитым ртом закивал:

— Да, кстати! В чём главная цель квеста? Кого спасаем? Принцессу? Дракона убиваем?

Никита, сидевший рядом с Владом, тяжело вздохнул и положил руку другу на плечо.

— Влад Мы не можем тебе сказать. Мы связаны клятвой ведающих. Нам нельзя. Но вот он, — Никита кивнул на кота, — он может.

Все взгляды скрестились на Диогене.

Тот обвёл взглядом восемь человек, сидящих за столом. Затем посмотрел на Катю, которая замерла с чашкой чая в руках.

— Ну, слушайте, коль дозрели, — голос тысячелетнего кота потерял всю свою язвительность. Он стал тихим, густым и очень тяжёлым. — Под землёй, в самом сердце России, просыпается Дух Места. Древнейшая, первобытная сила, которая не знает ни жалости, ни толерантности. Он просыпается раз в семь столетий, чтобы обнулить этот мир. Если мы его не остановим, он может запустить цепную реакцию. Сотрёт всё. Не будет ни магии, ни городов, ни людей. Только чистый лист. Стерильная планета.

Диоген выдержал паузу.

— Вы восьмеро — богатыри. Последние, кого удалось найти. Ваша задача — спуститься в Навь, дойти до сердца Духа и успокоить его. И может быть, многие из вас оттуда не вернутся.

В столовой повисла мёртвая тишина.

И вдруг Катя побледнела так, что стала похожа на привидение. Она, как ведьма, знала, что такое Дух Места. Это были не сказки про конец света. Это была аб