Алхимия, миры, кристаллы... и что может пойти не так?

Лео с набитым ртом закивал:

— Да-да, минутку.

Ага, — с наигранным возмущением начал Мирон, — Лео сейчас наестся, как обычно, а мне с тяжестью жить. В самолёте меняться пока не будем.

Лео засмеялся:

— Да Мирон тоже не понимает, возмущается там.

***

В самолете у окна села Вера и практически сразу провалилась в сон, а Лео, сев посередине, достал блокнот и решил зарисовать салон. Он и сам не заметил, как Соня начала появляться на соседнем сиденье, словно она была рядом.

Красиво, — оценил Мирон.

О, брат, уже не спишь?

Нет. Давай меняться, скоро прилетим.

Давай.

Мирон взял управление и сразу приобнял Веру. Она уютно устроилась на его плече. Он положил голову на её макушку и тоже задремал.

Вера проснулась первой. Она открыла шторку иллюминатора — за стеклом сияло яркое солнце. По салону разносили завтрак. Мирон наблюдал за ней, приоткрыв один глаз. Заметив это, Вера тепло улыбнулась и что-то произнесла.

Старший брат замер. По её интонации он понял, что это было утреннее приветствие, но с её губ сорвался поток абсолютно чужих, незнакомых звуков.

— Доброе утро, — медленно произнёс он. — Ты шутишь? Что это за язык?

Глаза Веры округлились.

— Ты арабский знаешь? — рассмеялась она, но для Мирона её смех смешался с невнятным, режущим слух потоком слов.

Сердце ёкнуло.

— Вер, ну хватит уже, я не понимаю тебя.

— Мирон, я уже поняла, что ты знаешь язык, но я-то его не знаю! — смеялась она. — Могу с тобой по-английски ещё поговорить, но точно не по-арабски.

Тут до Мирона начало доходить. Он перевалился через Веру и посмотрел в иллюминатор: внизу уже виднелся материк, поблескивало море.

— Мы же летим над Египтом… — медленно проговорил он. — Скорее всего, сработал переводчик.

Лео, ты спишь?

Уже нет. Мы прилетели?

Нет ещё. Так, хорошо, мы с тобой говорим на одном языке.

Лео усмехнулся:

А с чего бы нам не говорить на одном…

Но замолчал, услышав, что Вера что-то говорит.

А чего это она? Прикалывается, что ли?

Нет, — раздражённо ответил Мирон. — Скорее всего, это переводчик сработал. Как же я мог про это забыть?

Ну вообще он же переводчик, он должен все языки и всю речь переводить.

— Да, но я сам не понимаю, — произнёс Мирон. — Мы с тобой ещё не сталкивались с другими языками. Или нам так казалось… Я вообще ничего не понимаю.

Мирон заметил, как парень на соседнем сиденье недоуменно покосился на него.

Так, надо бы нам пока мысленно общаться.

Может, ему надо перезагрузиться в новой стране? — предложил Лео.

Очень надеюсь, — тихо отозвался Мирон.

Он посмотрел на Веру, её взгляд, полный непонимания, и просто пожал плечами. Загорелось табло «Пристегните ремни». Мирон пристегнулся, взял Веру за руку и крепко сжал её ладонь. Так они приземлились в городе Хургада.

Дальше последовал паспортный контроль. Сначала к ним обратились по-английски. Вера отвечала, Мирон переспрашивал по-арабски. Местные удивлялись и переходили с ним на свой язык.

Отлично, наконец-то понятно, что они говорят, — подумал Мирон, выдохнув.

Он отвечал, с какой целью они прилетели. Его спрашивали, откуда он так хорошо знает язык — даже акцента нет. Мирон быстро сориентировался:

— Глубоко изучал в институте. Очень нравится этот язык.

Ему улыбались в ответ:

— У вас очень хорошо получается.

Мирон отвечал «шукран», но легче ему от этого не становилось.

Они сели в автобус и до отеля ехали молча. Мирон всё пытался понять, что делать дальше, и безуспешно пробовал вызвать помощника. В отеле регистрация проходила по-русски — Вера всё уладила.

Но стоило им зайти в номер, как её прорвало. Девушка металась по комнате, что-то возмущенно выговаривая и всплескивая руками. По её мимике легко читалось нечто вроде: «Что вообще происходит?! Приехали отдыхать, называется!». Но для Мирона её крик сливался в сплошной шум. Он мог лишь беспомощно смотреть на её артикуляцию.

Наконец выдохнув, Вера наклонила голову и нервно собрала пряди в тугой хвост, резко достала телефон и застучала пальцами по экрану, сунув светящийся дисплей ему под нос.

«Мирон, что нам делать?» — гласил корявый машинный перевод.

Он сглотнул ком в горле и набрал ответ:

«Пока не знаю. Ты нашла хороший выход. Пока будем так, а дальше, надеюсь, получится что-то поменять».

Вера пристально посмотрела ему в глаза и молча ушла в душ.

Вот это, конечно, история, — рассмеялся в голове Лео.

— Мне сейчас вообще не смешно, — серьёзно ответил Мирон. — Как мне с Верой разговаривать?

У вас есть язык любви, — философски изрёк брат.

— Да, спасибо. Я уже понял, что тебя это забавляет и поднимает настроение.

Подумай с другой стороны, мы знаем язык этой страны. Это полезно.

— Да я с этим и не спорю, — растерянно мысленно произнёс Мирон. — Я просто думал, что переводчик будет работать нормально.

Ну, брат, у нас с тобой всё идёт не так, как надо. Хотя в любви нам всё-таки везёт, — подытожил Лео.

— Привет, ребятки. Я тут слышал арабскую речь. Вы в другой стране?

Мирон облегчённо вздохнул и ответил вслух:

— Прадед, ты вовремя, как никогда.

Ага, потому что он вообще редко к нам заглядывает, помощник, — фыркнул Лео.

— Да, мы в Египте, прилетели отдохнуть с Верой. И кроме арабского не понимаем никакой язык.

Прадед начал объяснять:

— Вообще переводчик быстро адаптируется. Сначала язык страны, а потом побочные — в речи или письме. Но ваш браслет нестабилен, и, может быть, из-за этого он пока считывал только язык страны. Вам нужно подождать.

— Сколько нужно ждать? — спросил Мирон.

— Ой, тут не могу сказать. У меня таких проблем не было.

Ещё бы, — съязвил Лео.

— Крепитесь, ребятки. Кстати, как успехи с кристаллом?

Мирон был слишком расстроен, поэтому Лео перехватил управление:

— Привет, прадедушка. Да, отлично. У Мирона с Верой уже практически готов кристалл.

— Вера — это дочка Коли, что ли?

— Да, она.

— Хорошая девушка, — с теплотой вспомнил прадед. — Всегда много вопросов задавала, и видно было, как глаза у неё загорались, когда я начинал рассказывать про наш мир.

— Ну вот, ты ей так всё расписал, что она готова с Мироном отправиться, — улыбнулся Лео.

— Ух ты, какая хорошая новость! Я рад за них. А у тебя как дела, Лео? Вам же нужно два кристалла.

— Да, у меня тоже появилась девушка, замечательная Соня. И мой фиолетовый свет тоже попал в кристалл, который начинался от Мирона и Веры, — оживился Лео.

— Вот это интересно, — задумчиво протянул прадед. — Я о таком не слышал. Ребятки, вы открываете новые грани алхимии...

— Прадедушка.

Тишина.

— Понятно, что ничего не понятно, ещё и так быстро ретировался, — пробормотал Лео.

Вода в ванной перестала шуметь.

Всё, ладно, Лео, давай я возьму управление.

Мирон сел на кровать, снял браслет и стал задумчиво разглядывать его, словно пытаясь отыскать в линиях металла ответ.

Глава 14

Вера вышла из ванной в легком розовом платье. Мирон окинул её внимательным взглядом, на который девушка чуть повела плечом и ответила воздушным поцелуем. Он хотел что-то сказать, но пришлось молча открывать переводчик в телефоне.

«Вер, я предлагаю отдыхать, как и планировали. Просто пока мы не сможем разговаривать нормально», — напечатал Мирон.

Вера подошла и, прочитав, кивнула. Жестом напомнила про завтрак, а потом развела руки, как будто плывёт.

О, мы теперь в... как же эта игра называется? — задумчиво произнес Лео.

Я тебя понял, она так и называется — игра «Без слов».

Хм, в России я слышал другое название, но не могу вспомнить. Ну ладно, всё равно из-за этого переводчика вся шутка испортилась, — с досадой произнёс Лео.

Мирон переоделся, и они вместе направились на завтрак. Братья прислушивались к разноязычному гулу в ресторане, но понимали только речь местных.

Ладно, — подумал старший брат, — ещё подождём.

Мирон, давай сначала ты поешь, потом я, — с интересом разглядывая столы, произнёс Лео.

Хорошо.

Со шведским столом они столкнулись впервые, но слова тут не требовались. Мирону есть не особо хотелось: он взял только яичницу с кофе. Вернувшись за столик к Вере, он приветственно приподнял чашку, желая приятного аппетита.

Закончив со своей порцией, Мирон передал управление. Тело на мгновение замерло, затем Лео бодро поднялся и вскоре вернулся с двумя полными тарелками — особенно его привлекла местная выпечка. Он подсел к Вере, она улыбнулась и показала ему экран телефона: «Лео, приятного аппетита».

Тот шутливо склонил голову и приложил руку к груди в знак благодарности.

Вера молодец, сразу поняла, что это я, — довольно подумал Лео.

Мирон мысленно рассмеялся:

По твоим тарелкам это сразу понятно, что это ты.

После завтрака, переодевшись в номере, они отправились на пляж. Солнце уже ощутимо припекало, а лежаки у самой кромки воды оказались заняты. Пришлось устроиться чуть поодаль, под плетёным зонтиком.

Спать хочу, — сонно отозвался в голове Лео. — Я тогда пойду, а потом один схожу искупаюсь.

Давай, брат.

Он стянул футболку и опустился на шезлонг. Вера в купальнике встала перед ним, загораживая солнце.

— А может, сначала искупаемся? — сказала она и тут же приложила ладонь ко рту: телефоны они не взяли с собой, а значит, переводчика не было.

Она кивнула в сторону моря и со смешком повторила свой утренний жест пловца. Мирон неохотно поднялся, взял Веру за руку, и так они, ступая по горячему песку, пошли к морю.

Накатила волна, Вера звонко засмеялась, закрываясь руками от брызг. Она оттолкнулась ото дна, легла на воду и поплыла. Мирон не успел её предупредить: он-то плавать не умел, но, осторожно присев и задержав дыхание, попытался сделать гребок, и у него получилось. Разум не знал правильных движений, но тело словно вспомнило чужой навык и уверенно скользнуло вперёд. Удивлённый, Мирон снова опустил ноги на дно. Вода уже доходила до шеи, и от потери твёрдой опоры стало немного не по себе. Он развернулся к берегу, сделал ещё пару гребков — тело слушалось идеально.

Мирон оглянулся на Веру, она успела отплыть на пару метров. Заметив, что он застыл на мелководье, она развернулась и поплыла обратно. Подплыв вплотную она вопросительно развела руками, жестами спрашивая: «Что не так?» Мирон отрицательно покачал головой и показал, что не умеет плавать. Вера посмотрела на него, выразительно приподняв одну бровь. Он без слов прочитал этот взгляд: «И почему ты об этом не сказал?» Мирон и сам не мог ответить на этот вопрос.

Вера ободряюще обняла его и показала, что будет держаться совсем рядом. Она уже хотела отстраниться и отплыть, но Мирон мягко удержал её в объятиях. Пара смотрела друг на друга. Солёная вода стекала по их лицам, Мирон медленно потянулся и коснулся губами одной щеки, потом другой, бережно собирая капли, а затем нежно поцеловал её в губы. Морская вода смешалась с их поцелуем, оставляя солоноватый привкус.

Очередная волна попыталась сбить их с ног, но Мирон ловко развернул Веру, подставляя под удар свою спину. Она посмотрела на него: его чёрные мокрые пряди растрепались и упали на лицо. Вера медленно убрала их рукой.

— Мирон, я… — начала она и тут же осеклась, вспомнив, что он её не поймёт.

Она с улыбкой отмахнулась — потом. Мирон в ответ лишь чуть крепче обнял её. Они и остались на мелководье: смеялись, ловили волны и наслаждались моментом, в котором ни одному из них ничего не нужно было объяснять.

Выбравшись из воды на обжигающий песок, они бегом добрались до своих мест и сдвинули лежаки в тень под зонтиком. Мирон взял Веру за руку, переплетая пальцы. Так они и отдыхали, касаясь нагретого песка и просто чувствуя тепло друг друга. У Мирона в голове пронеслись недавние слова Лео: «Язык любви». Им действительно больше не нужны были слова, чтобы понимать друг друга в этот момент.

Солнце становилось обжигающим, и пляж начал стремительно пустеть: отдыхающие прятались в прохладе отеля. Вера выразительно посмотрела в сторону корпуса. Мирон поднялся первым, подал ей руку, и они направились в номер.

Вернувшись, она первая ушла в душ, а Мирон тем временем включил телевизор, решив проверить, не начал ли браслет переводить другие языки. Прощёлкав несколько каналов, он понял, что арабскую речь воспринимает без проблем, но редкие вставки на других языках всё ещё оставались бессмысленным шумом. Он тяжело вздохнул и выключил экран.

Ну что, накупались? Я смотрю, мы опять в номере, — раздался в голове сонный голос Лео.

Да, вернулись. На улице стало невыносимо жарко. Зато вода — супер! — радостно отозвался Мирон, наслаждаясь прохладой кондиционера в комнате.

Ну да, я смотрю, ты прям светишься весь. То ли от солнца зарядился, то ли от любви.

Кстати, — уже серьёзнее продолжил Мирон, — я, когда зашёл в воду, вспомнил, что плавать-то не умею. Но самое интересное: когда я попробовал, аватар взял и поплыл. То есть я делаю правильные движения руками, хотя сам так никогда не умел.

Лео ненадолго задумался:

Интересно. Я-то умею плавать. Может, этот мой навык он считал?

Да. Я именно об этом и подумал. Но мне всё равно было страшно уплывать далеко. Зато Вера молодец. — Он тепло улыбнулся своим мыслям. — И ещё… ты был прав: мы с ней прекрасно друг друга поняли и без слов.

Лео самодовольно усмехнулся:

Ну вот видишь, какой я умный.

Да-да, брат, ты молодец, — добродушно признал Мирон.

В этот момент из ванной вышла Вера, кутаясь в белый махровый халат. В комнате сразу приятно запахло вишнёвым шампунем. Она взяла телефон, набрала короткий текст и показала экран Мирону:

«Мирон, я так устала, ещё и этот перелёт сказывается. Я посплю. Ты со мной, или Лео сейчас пойдёт гулять?»

Мирон прочитал арабский перевод и заодно скользнул взглядом по исходному русскому тексту — пока безрезультатно, буквы по-прежнему казались бессмысленным набором символов. Он напечатал в ответ:

«Ты ложись, отдыхай. Я сейчас у Лео спрошу. И, кстати, что ты хотела сказать там, в воде?»

Вера прочитала, слегка улыбнулась и снова принялась печатать, тихо стуча ногтями по стеклу экрана.

«Во-первых, ты не умеешь плавать? Почему не сказал? А во-вторых, я тебя про твою внешность практически не спрашивала, но вот эти волосы — это твои или Лео?»

Мирон дочитал перевод и поднял на неё удивлённый взгляд. Вера лишь невинно пожала плечами.

Может, она боится, что ты лысый? — мысленно рассмеялся Лео, а затем захохотал ещё громче.

Мирон поморщился:

Хватит орать мне в голову.

Он опустил взгляд на экран и начал быстро печатать:

«Да, я не умею плавать. Как-то запамятовал. Но меня больше интересует твой второй вопрос. Волосы мои, а вот цвет — Лео. А что?»

Вера прочитала, загадочно улыбнулась и снова взялась за телефон. Мирон видел, как на экране появляются слова:

«Просто, когда мы плавали, у тебя волосы растрепались, и ты был такой…»

Она остановилась, задумалась на секунду, её пальцы замерли над клавиатурой, а затем быстро продолжила:

«В общем, мне нравятся твои волосы, вот и решила узнать».

Она протянула ему телефон. Мирон дочитал перевод. Лео в голове тактично молчал.

Мирон посмотрел на Веру, чувствуя, как от внезапного прилива нежности перехватывает дыхание. Ответить вслух он не мог, поэтому просто позволил ей прочесть всё по своему лицу. Она чуть смущённо отвела взгляд, помахала ему ладонью и забралась под тонкое одеяло. Мирон подошёл ближе, наклонился и мягко поцеловал её в макушку, едва сдерживаясь, чтобы не лечь рядом.

Так, ладно, брат, — мысленно нарушил тишину Лео. — Я не буду у вас спрашивать, что тут только что было. В общем, давай я пойду поплаваю, как раз пока Вера спит.

Да, согласен. Может, заодно и пообедаешь? А я, пожалуй, тоже вздремну, — добавил он, чувствуя, как наваливается усталость. — А то нормального сна уже больше суток не было.

Лео перехватил управление и, оказавшись «в теле», сразу почувствовал, как кожу стягивает и печёт от жара. Он невольно поёжился от этого непривычного ощущения.

Надеюсь, это ты так на солнце нагрелся, — подозрительно протянул он.

Мирон устало усмехнулся в ответ:

Да, именно на нём. Оно тут беспощадное.

Лео отправился к морю. Воздух к этому времени раскалился окончательно. Стоило окунуться, как разгорячённую кожу охватила спасительная прохлада. Лео отлично плавал: он нырял, качался на волнах, грелся под палящими лучами и действительно смог немного отвлечься от мыслей о Соне.

Почти всё время он провёл в воде, пока желудок не начало ощутимо сводить. Лео отправился в ресторан и наелся от души.

Вернувшись в номер, он на всякий случай прикрыл глаза рукой и тихо произнёс:

— Вер, я захожу…

Тишина. Она всё так же крепко спала на кровати.