Искусство быть Тенью. Рассвет. Том 3

Искусство быть Тенью. Рассвет. Том 3

Глава 1. НИИ.

Машина остановилась у ворот старого НИИ, когда закат давно погас и город погрузился в темноту.

Территория института была оцеплена. Люди Тома уже работали, обыскивая помещения и выводя тех, кто находился внутри здания.

Элис увидела Кэтрин у входа. Та стояла, прислонившись плечом к ржавой двери, бледная, осунувшаяся, с тёмными кругами под глазами. Не дожидаясь Ника, она вышла из машины и кинулась к ней.

— Кэтрин… — голос Элис сорвался.

Та подняла голову. Устало посмотрела на неё и через силу выпрямилась.

— Где мама? — выдохнула Элис, вглядываясь в её лицо, словно боясь услышать ответ.

Кэтрин покачала головой.

— Её здесь нет.

Элис замерла. Надежда, которая ещё секунду назад теплилась в её глазах, исчезла, оставляя после себя лишь пустоту.

— Но мы думали, что вы вместе… — она сделала глубокий вдох, пытаясь справиться с подступившей слабостью.

— Нет. Нас разлучили в первый же день. Её увезли люди Чейза.

— А ты? Как ты оказалась здесь?

— Меня должны были отпустить после его возвращения. Но план сорвался. Его люди не знали, что со мной делать. Весь месяц меня возили с места на место, — Кэтрин говорила ровно, без лишних эмоций. — Только здесь у меня появилась возможность подать сигнал. Пока охрана отвлеклась.

— Кто же тогда управляет этими людьми? — спросил Ник, подходя ближе. — Если сам Чейз в коме?

Кэтрин внимательно посмотрела на него.

— Видимо, есть тот, кто подменяет Чейза. Контролирует их действия. И Эвелин сейчас под его контролем, — она сделала паузу, затем добавила. — Но ей не причинят вреда. Чейзу нужна она. Живая и невредимая.

Элис смотрела на неё. Несколько секунд просто стояла, анализируя услышанное. Потом медленно кивнула.

— Тогда продолжим искать, — тихо сказала она. — Ник, нужно допросить всех этих людей и…

Её голос дрогнул. Она сделала шаг — и ноги подкосились. Мир поплыл, теряя очертания. Она не успела ничего понять, только почувствовала, как темнота смыкается, и сквозь нарастающий гул в ушах пробился чей-то голос, зовущий её по имени.

— Элис!

Ник подхватил её, не давая упасть.

— Элис! — повторил он, сжимая её в объятиях, но она уже была без сознания.

Кэтрин шагнула ближе, взглянула на её бледное лицо.

— Это стресс, — сказала она.

Ник ничего не ответил. Поднял Элис на руки и понёс к машине. Затем осторожно уложил на заднее сиденье, сам сел рядом, придерживая её голову.

— В клинику, — бросил он водителю. — Срочно.

Машина тронулась. За окном поплыли серые здания, фонарные столбы, редкие деревья. Ник смотрел на Элис, на её спокойное, бесчувственное лицо, и внутри него поднималось что-то тяжёлое, липкое — не паника, скорее тоскливое, глухое беспокойство, от которого сжималось сердце.

Глава 2. Решение.

В клинике Элис забрали сразу. Ник остался в коридоре. Он сел на стул, упёршись локтями в колени, и стал ждать.Минуты тянулись бесконечно. А потом дверь тихо отворилась, и медсестра, обратившись к нему, сказала:

«Мистер Беннет. Состояние пациентки стабилизировалось. Вы можете войти».

Ник подошел к Элис.Она лежала на кровати — всё такая же бледная, неподвижная. Рядом с ней стояла стойка с капельницей, прозрачная жидкость медленно, капля за каплей, поступала в ее вену. Ник сел в кресло, взял её руку в свои ладони и замер, всматриваясь в её лицо, ловя каждое движение, каждый вздох.

Она очнулась спустя пару часов. Сначала просто приоткрыла глаза — мутные, ничего не видящие. Потом сфокусировалась на потолке, на светильнике, который никогда не замечала здесь раньше.

— Ник… Я в твоей палате? — прошептала Элис, поворачивая голову. — Что случилось?

— Ты потеряла сознание, — сказал он. — Там, у института. Не помнишь?

— Нет, — покачала она головой.— Сколько я была без сознания?

— Несколько часов.

Элис помолчала, собираясь с мыслями. Потом медленно, словно через силу, произнесла:

— Ник… Мне нужно тебе кое-что сказать, — она сделала короткую паузу. — Я приняла решение.

Он напрягся.

— Какое?

— Я соглашусь на предложение Хэггерти.

Ник замер.

— Элис…

— Я знаю, что ты скажешь, — перебила она, глядя в потолок. — Знаю про риски. Про то, что стану мишенью.

— И ты всё равно готова?

— Не готова, — честно ответила она. — Я не хочу этого. Не хочу иметь с ним ничего общего. Но я не вижу другого выхода.

— Элис, Мы найдём решение, это лишь вопрос времени, — сказал он. — У нас есть ресурсы. Люди. Связи.

— Ник… Мы искали месяц. И нашли только Кэтрин. А с доступом к активам Чейза я смогу пробить его каналы. Просмотреть все транзакции — куда уходит финансирование, кто получает деньги, на какие счета. Рано или поздно эти ниточки приведут меня к тем, кто её охраняет.

Она перевела дыхание.

— Где-то там, среди этих переводов, есть зацепка, понимаешь? Я должна найти её.

Ник ничего не ответил, лишь крепче сжал её руку.

— Тогда тебе придётся отказаться от нашей фамилии. Расторгнуть брак.

Элис покачала головой.

— Да. Но только официально. Временно. Для документов. Я не собираюсь вас оставлять. Вы стали для меня семьёй. И я не хочу вас потерять.

Она сделала паузу.

— И потом… пока у меня в руках будут все его активы, вся информация о его каналах и связях, я смогу не только искать маму. Я смогу помогать вам. Укреплять ваши позиции. Усиливать защиту — на случай, если Итан очнётся. Понимаешь? Я не буду просто его опекуном. Я буду вашими глазами и руками на вражеской территории.

Ник смотрел на неё, и в его глазах было что-то — не боль, не гнев, а скорее тяжёлое, выстраданное понимание.

Он сжал её руку крепче.

— Неужели нет другого пути? — спросил он.

— Нет, Ник… — прошептала она.

В этот момент дверь открылась.

В палату вошёл доктор Рейнер с планшетом в руках.

— Вы нас напугали, — сказал он, подходя к кровати. — Как сейчас ваше самочувствие?

— Значительно лучше, — ответила Элис, переводя взгляд на доктора.

— Это хорошо, — произнес Рейнер и обратился к Нику. — Мистер Беннет, я бы хотел продолжить осмотр наедине с пациенткой. Если вы не против.

— Конечно, — сказал он и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Рейнер выждал несколько секунд, затем подошёл ближе и сел на стул.

— Анализы показывают, что у вас все в порядке. Это просто переутомление. Обморок на фоне стресса. Если не считать одной интересной особенности. По анализам мы нашли кое-что ещё. И я должен вам сообщить...

— Я знаю, — тихо перебила Элис, не глядя на него.

Рейнер замолчал.

— Знаете? — осторожно переспросил он.

— Да, — спокойно ответила она.

Он помолчал.

— Вы не планируете... ничего с этим делать?

Элис покачала головой.

— Нет.

— Тогда я назначу вам плановое обследование, — сказал Рейнер, делая пометку в планшете. — Чтобы убедиться, что всё протекает нормально.

Элис перевела взгляд на доктора. В её глазах читалась тихая, но твёрдая решимость.

— Но у меня будет к вам просьба. Я хочу, чтобы всё пока осталось в тайне. Беннеты не должны знать.

Рейнер помедлил секунду, потом кивнул.

— Хорошо, — сказал он, затем убрал планшет и внимательно посмотрел на неё.

— Есть ещё один вопрос, касающийся вашего участия… В клинику приехал мистер Хэггерти. Адвокат семьи Чейзов. Он хочет с вами встретиться.

Элис повернула голову.

— Зачем он здесь? Плановый визит?

— Не совсем… У Чейза было ухудшение, — продолжил Рейнер. — Ночью начались судороги. Мы долго не могли купировать приступ. Сейчас он снова под седативными. В коме. Состояние стабильно тяжёлое.

— Хэггерти здесь по этому вопросу? — спросила Элис.

— Думаю, да.

Элис помолчала.

— Хорошо. Я встречусь с ним. Днем.

Рейнер поднялся.

— А сейчас вам нужно отдохнуть, — сказал он. — Я зайду позже. И передам мистеру Хэггерти, что вы согласились на встречу.

Он направился к двери, но на пороге обернулся.

— И знайте, если вам нужна будет помощь, вам всегда есть куда обратиться.

Элис кивнула.

— Спасибо.

Глава 3. Условие.

Хэггерти ждал в переговорной на первом этаже. Когда Элис вошла, он поднялся, кивнул и жестом пригласил её сесть.

— Я ценю, что вы согласились на встречу, — сказал он, убирая в сторону пустой стакан. — Понимаю, обстоятельства непростые.

— Вы правы, — ответила Элис, садясь напротив. — Но не будем об этом. Говорите, зачем вы хотели со мной встретиться.

Хэггерти кивнул, открыл папку и протянул ее Элис.

— У Итана ночью было ухудшение, — сказал он. — Врачи снова ввели его в искусственную кому. Состояние стабильно тяжёлое. Никаких гарантий они не дают.

Он помолчал, давая ей время.

— Поэтому я вновь делаю вам предложение, — добавил он. — Вы можете стать его опекуном. Получить доступ ко всем активам, счетам, каналам связи. В обмен на расторжение брака с Ником Беннетом и отказ от его фамилии.

Элис не ответила сразу. Несколько секунд она пристально смотрела на документы, собираясь с мыслями. Потом взяла папку и перевела взгляд на адвоката.

— Я согласна, — сказала она. — Я стану его опекуном.

Хэггерти посмотрел на неё внимательно.

— Это хорошая новость, — ответил он. — Но я не буду от вас скрывать, что у этого выбора есть последствия.

Он сделал паузу.

— Вас будут воспринимать не просто как его опекуна. Как продолжательницу его дела. Вас ждёт не только власть, но и те, кто захочет её у вас отобрать.

— Я понимаю, — спокойно произнесла Элис. — И именно поэтому я останусь в Сансете.

Хэггерти поднял бровь.

— Но главный офис «Вектор Кэпитал» со всеми ключевыми структурами находится в Верноне.

— Я не перееду жить в Вернон, — добавила она. — Но я буду прилетать на все важные мероприятия и советы директоров. Всё остальное — удалённо.

Хэггерти помолчал, обдумывая её слова.

— Мне потребуется согласование с советом директоров, но учитывая, что вы официально станете опекуном… Я думаю, это решаемо. Главное, чтобы ваше присутствие было заметным. Чтобы никто не усомнился, что вы — не просто номинальная фигура.

— Составьте всё так, как нужно, — ответила Элис. — Я подпишу.

Хэггерти кивнул.

— Тогда я подготовлю все документы. Останется дождаться официального расторжения вашего брака с Ником Беннетом. Как только это произойдёт — сможем приступать.

— Хорошо. Я дам вам знать, — сказала она. — Но меня интересует один вопрос: что будет, когда Итан проснётся? Если проснётся…

Хэггерти посмотрел на неё внимательно.

— Если он придёт в себя, опекунство автоматически прекращается. Он снова становится самостоятельным. Но до тех пор, пока он недееспособен, все решения принимаете вы.

— Но не повлияет ли его выздоровление на ранее принятые мною решения? Не отменятся ли они автоматически?

— Нет, — ответил Хэггерти. — Всё, что вы сделаете в рамках опекунства, останется в силе. Контракты, перераспределение активов, любые юридические действия — они будут действительны, даже если он очнётся. Оспорить их можно только в суде, но для этого нужны будут веские основания.

Элис кивнула.

— И насколько широкими будут мои полномочия? — спросила она. — Какие именно вопросы я смогу решать? Какой информацией буду обладать?

— Практически безграничными, — ответил Хэггерти. — Вы получите доступ ко всем его счетам, всем юридическим документам, всем каналам связи. Сможете заключать и разрывать контракты, распоряжаться недвижимостью, управлять долями в компаниях. Вы будете его голосом. Его руками. На время, пока он не придёт в себя.

— Хорошо. Но у меня будет к вам еще одно условие, — Элис сделала паузу, затем продолжила. — После вступления в роль опекуна, я хочу быть в курсе состояния Итана. Постоянно. Люди, которые его охраняют, должны отчитываться мне. Лично. И у меня должен быть доступ к камере видеонаблюдения в его палате. Круглосуточно.

Хэггерти кивнул.

— Это можно организовать.

— Благодарю.

— Не стоит благодарностей. До встречи, мисс Рид, — сказал он.

Элис задержалась на секунду, встретившись с ним взглядом.

— До свидания, мистер Хэггерти, — ровным голосом произнесла она и вышла из кабинета.

В коридоре её ждал Ник. Он стоял у стены, скрестив руки на груди, и смотрел на неё.

— Всё? — спросил он, внимательно вглядываясь в ее лицо.

— Всё, — ответила Элис. — Осталось только сообщить остальным.

Глава 4. Новость.

Дорога до особняка заняла около получаса. За окном уже начало темнеть, когда машина остановилась в начале знакомой дорожки, ведущей к дому. На крыльце их уже встречал дворецкий — бесшумный, в идеально выглаженном костюме. Он молча кивнул, открывая им дверь, и жестом пригласил внутрь.

Они прошли в гостиную.

Анна сидела в кресле у камина. Артур стоял у окна, заложив руки за спину, и смотрел на темнеющий сад.

При звуке шагов Анна поднялась с кресла и направилась к ним.

— Наконец-то вы вернулись, — сказала она, подходя к Элис. Затем обняла её, крепко, по-матерински, и только потом отстранилась, внимательно вглядываясь в лицо. — Как ты, дорогая?

— Я в порядке, — ответила Элис, на секунду опустив взгляд. — Элизабет сегодня придёт? Я должна сообщить всем вам кое-что важное.

Анна покачала головой.

— Нет, она после работы сразу поедет к себе. Но мы потом передадим ей всё, что нужно.

Элис кивнула, перевела взгляд на Ника, потом снова на Анну.

— Я решила принять предложение Хэггерти. И стать опекуном Итана. В завещании есть пункт, который передаёт мне право опекунства в случае его недееспособности. Адвокат подтвердил, что суд утвердит это решение. Учитывая его состояние и отсутствие других кандидатов, это почти решённый вопрос.

Она сделала паузу.

— Но для этого мне придется расторгнуть брак с Ником. И отказаться от вашей фамилии.

Анна медленно выпрямилась. Её лицо побледнело, но она не проронила ни слова.

— Вы же понимаете, что это значит? — вмешался в разговор Артур.

— Понимаю, — ответила Элис. — Но это единственный способ найти маму. И если у меня будет доступ ко всем его активам, каналам, связям, я смогу не только заниматься поисками . Я смогу в том числе помогать вам. Изнутри.

— И вы полностью уверены в своем решении? — спросил Артур.

— Да, — сказала Элис. — Я разговаривала сегодня с Хэггерти. И мы уже подали с Ником заявление на расторжение брака. Осталось дождаться, когда решение вступит в законную силу. Но есть ещё одна новость, о которой я хочу сообщить вам…

Элис сделала паузу.

— Я жду ребёнка. От Чейза.

В гостиной повисла тишина.

Ник медленно повернул голову и посмотрел на Элис. В его взгляде было недоумение, смешанное с чем-то ещё: Боль. Гнев. Нежелание верить в то, что он сейчас услышал.

— Элис… — произнёс он тихо, почти беззвучно.

Затем резко развернулся и отошёл к окну. На секунду замер, упёршись ладонями в подоконник.

— Чёрт возьми, Элис… — прошептал он, не оборачиваясь. Голос его дрожал — не от страха, от сдерживаемой ярости. — Почему ты не сказала мне?

— Я не знала, как сообщить тебе об этом, — тихо ответила она.

Ник повернулся к ней. В его глазах уже не было ярости — только сдержанный, холодный гнев. Но не на неё. Никогда на неё.

— Чейз не должен узнать об этом, — сказал он. — Этот ребёнок — твой. Только твой. И если он когда-либо приблизится к вам… я сделаю так, что он пожалеет о каждом своем действии.

Ник резко развернулся обратно, сделал шаг к ней и подошёл вплотную, глядя ей в глаза. Потом медленно поднял руку и провёл пальцами по её щеке.

Элис замерла.

Он почувствовал это и пустил руку, сжав пальцы в кулак.

— Но эта новость меняет всё, понимаешь? — произнес он. — Теперь, когда ты несешь ответственность не только за себя, ты должна быть вдвое осторожнее. Ты не можешь просто взять и согласиться на опекунство. Это опасно. Ты и так станешь мишенью для всех его врагов. А если они узнают про ребёнка… про то, кто его отец…

— Я понимаю, — тихо сказала она.

— Тогда подумай о ребёнке, Элис. О его безопасности. Пока есть возможность — откажись от предложения об опекунстве. Не втягивай его в эту войну.