Не паинька для Буйного

— Нет. Я не плаваю.

Ярдан поднимается и быстро окидывает озеро строгим взглядом.

— Так: вон до того дерева плещемся, и все. За него не заплывать, табличку видели?

— Да тут мелко. Детский сад, тут воды по пояс!

Закатываю глаза. Тоже мне, еще один надсмотрщик нашелся.

— Я сказал, до того дерева, и все.

Киваю, а сама думаю, где бы мне снять платье. На улице солнце яркое светит, жара немыслимая, но кустов особо нет, и все как на ладони.

— Где нам с девочками можно переодеться?

— В машине.

— Идем! Идем!

— Вам помочь?

Ритка подходит к Буйному, а я уже жалею, что взяла ее. При том, что раньше она меня не бесила.

— Спасибо не надо, я сам, — отвечает ей мой умный спасатель, у меня аж от сердца отлегает. Сама же Ритка недовольно хмурит лоб и, проходя мимо меня, бросает:

— Какой-то он дикий, но до чего же красивый! Такой чистый брутал.

— Ничего в нем нет красивого. И вообще, ему под пятьдесят, он старый. На пенсию скоро, — бубню себе под нос: что-то мне не хочется, чтобы девочки так пялились на Ярдана.

— Серьезно? А выглядит максимум на тридцать девять. Интересный мужик. Он военный?

— Нет, у него своя охранная компания.

— Ого! Надо замутить с ним.

— Ритка, угомонись уже! Он в отцы нам всем годится, — одергивает ее Эля, за что я мысленно ей бью поклон.

Переодевшись в купальники, выходим к пляжу. К этому моменту Ярдан уже поставил одну палатку. Самую большую.

Честно говоря, мне немного стыдно. Ярдан не видел меня еще в купальнике, а он у меня больше открывает, нежели прикрывает.

Ярдан поворачивается и смотрит на всех нас. На меня особенно недовольно.

— Ты в этом купаться будешь?

— Да, а что?

— Ничего. Смотри, чтоб пиявки за задницу не укусили.

— Пф, тут нет никаких пиявок, так что не переживайте за мою задницу!

— А я и не переживаю.

Смеемся, девчонки беситься начинают и заходят в воду.

— Почему только две палатки взяли?

— Не было больше.

— Тогда вы втроем в одной, а я в другой.

— Так мы не поместимся там все, — протестую, но, кажется, ему плевать.

— Поместитесь, — басит, а я недовольно поджимаю губы. Он сам один, как король, будет в палатке, а нам с девчонками втроем тесниться? Ему что, места жалко, что ли? Тоже мне, командир.

Захожу в воду, медленно погружаясь в голубую гладь. Озеро теплое, чистое и такое красивое. Мелкие рыбешки плавают в ногах.

— Класс, вот это кайф!

— Тут так красиво. Эй! Не брызгайся!

— Кристин, а Ярдан почему не купается?

— Не знаю. Сказал, не будет.

— Он такой строгий. И симпотный. Ты сказала, он разведен? Так что, он свободен?

Ритка полна энтузиазма, а я бешусь. Сама даже не знаю почему. Обычно я добрая.

— Свободен. Вроде бы, а может, и нет. И вообще, его по полгода дома не бывает, а потом он в загулы идет. И в запои. Страшные. И носки еще разбрасывает. По всему дому.

— Врешь, как пить дать. Не уходит он ни в какие загулы!

В этот момент мы все видим, как Ярдан уже вторую палатку поставил и вытер пот со лба. Немудрено, он ведь в футболке, еще и жилетка сверху.

— Ему не жарко?

— Не знаю

— Погоди, погоди, он раздевается! А-а!

Эти дурочки пищат от восторга, а мне стыдно, но взгляд от него оторвать не смею.

— Вау! Вот это дядя!

— Агрегат, — почти в один голос говорим, когда Ярдан снимает жилетку и футболку следом и я впервые в жизни вижу его обнаженный торс.

Загорелый, большой, мускулистый, спортивный. И кубики пресса его я вижу даже из воды, на груди черные волосы, опускающиеся дорожкой туда, вниз.

— М-м-м, горячий.

— Девчонки, ну вы чего?! Дикаркиэто же дед!— одергиваю их, но и сама засматриваюсь. Ярдан просто идеал, и все мои радары уже на него направлены. Он же секс ходячий, и что-то снова тянет у меня внизу живота. Так приятно, боже.

— Эх, мне бы такого деда Крис, а ты не могла бы дать мне его номер?

— Рит, с чего бы это у меня был его номер?

— Ну как с чего? Он же твой родственник.

— Он не мой родственник! Он друг моего отчима и у меня нет его номера!

— Жадина. Ладно, как знаешь.

К этому моменту Ритулю мне уже охота удавить, но я решаю этого не делать. Вода теплая, я быстро расслабляюсь и отплываю подальше от девчонок. Держаться на воде я умею, благо Рустам научил меня многому, и этому тоже. Когда я на реабилитации была, почти год ходила в бассейн, вот только озеро — это не искусственный водоем, и кочки под ногами лишь подтверждают это.

— Кристин, ты куда? Смотри, за табличку заплыла!

Я уже далеко, девочки плещутся на мели, но мне здесь нравится. Под ногами давно не чувствуется дно, зато тут красиво, и вода словно сама тебя держит.

Слабачки. Что Элька трусливая, что Ритка — уже устали и давно вылезли на пляж загорать. Мне же поплавать охота. Плыву еще дальше, а после слышу громкий голос Ярдана:

— Кристина, вылезай из воды. Немедленно!

О, наконец, обратил на меня внимание, а то я бы могла к другому пляжу доплыть с таким подходом.

— Попробуйте достаньте. Рискните, дядя Ярдан!

— Если я рискну, тебе не понравится. Имей в виду: если ты утопишься, я скажу Шаху, что так и было!

— Да ничего не будет! — фыркаю и плыву дальше, а после нога что-то начинает неметь. Честно говоря, я уже здорово замерзла, не знаю, чего хотела этим добиться, но, как только я пытаюсь повернуть, понимаю, что нога не слушается.

И я делаю худшее, что можно сделать в такой ситуации, — паникую. Быстро, резко, немедленно:

— А-а-а! Нога! Тону!

— Не придуривайся. Кристина, плыви сюда!

Я слышу его голос, но не могу пошевелиться и очень быстро иду на дно.

— Ярда-ан! ЯРДАН! А-а-а! — я кричу, ноги не слушаются, а дна нет. Тут очень глубоко, и мне становится страшно. Трепыхаюсь, как тонущий лебедь, а после погружаюсь под воду с головой.

Глава 10

С семьей не вышло, один раз обжегся браком до мяса, больше желания не возникало. Детьми тоже не обзавелся, так что воскресным разводным папой быть не пришлось.

Последние несколько лет мотался по командировкам, собирал людей на свое дело, а когда все получилось, быстро пошел в рост.

Сколотил компанию, набрал бригаду, свой коллектив, закрутилось как-то. Пожил то там, то там, но нигде особо не прижился и тогда решил вернуться домой. Тут все привычно, тут остались старые друзья.

Позвонил Шаху первому. Мы с ним многое прошли — конечно, больше плохого, но это была наша молодость, когда он Катюху встретил, а я был под его крылом. Это было страшное время, темное, опасное, но тем не менее влюблялись, женились, крутились как-то.

И я вернулся. Как только в родном городе оказался, дышать словно проще стало, и четкое ощущение: наконец-то я дома. Где бы жизнь меня ни носила, все дороги ведут домой.

Перевел бригады и филиалы свои, офис открыл, но все равно чего-то не хватало. Сам даже не знаю чего.

Я ее не узнал даже сразу. Ждал лисичку, а дверь мне открыла какая-то тигрица. Она изменилась. Очень, и это невозможно было не заметить. Из утенка Кристина прекратилась в лебедя, да еще и какого.

Потом уже, когда назвала имя, я пригляделся. Эти зеленеющие лисьи глаза. По ним только и узнал. Они не изменились. И ухмылялась так же. Хитрая, озорная. Паинька? О нет, не смешите, оставьте эту басню кому-нибудь другому — Шаху, например.

Хотя да, при Кате и Рустаме она была невинной лапкой, однако я быстро понял, что все это блеф. Не паинька Кристина ни разу. Эта чертовка точно знает, чего хочет от жизни, и меня, честно говоря, блокануло. Сразу и как-то резко. Я не мог ни смотреть на нее, ни говорить с ней нормально, я реагировала на Кристи не так не так, как надо реагировать на взрослую дочь друга.

Нельзя, дочь Рустама, я же не бессмертный все же. Игорь, сученыш, что-то ляпнул, не подумав, словно я пялился на Кристи, а я даже не пялился! Не мог. Ни на ее зеленые лисьи глаза, ни на пухлые губы. Вот вообще не смотрел, такая уж там лисичка. Это невеста уже была, думаю, за забором Шах там уже очереди женихов расчищает.Шах чутка да, постарел, но так-то еще крепкий. Детеныши у них забавные, на батю похожи сто процентов. Катерина, конечно, похорошела, стол вкусный накрыла, и мы с Рустамом и Игорьком отметили встречу как надо.

Коньяк был крепким, и это меня отвлекало. Давно друзей не видел, нам было о чем поговорить, и мешала только Кристина. Ну не то чтобы мешала, просто она меня отвлекала, а я ведь так старался не смотреть на нее.

И она пахла грушами. Душистыми, нежными лимонками. Так сладко, что я отвернулся. Нельзя было, я уважаю Рустама, к дочери его не полезу никогда, пусть она стала такой, как стала.

А потом я увидел ее снова в клубе. Эта “паинька” там такое вытворяла, что я едва с дуба не рухнул. Вне дома ангелочек сбросила свои крылья и вовсю прыгала на барной стойке. И еще она пила. Много пила и жопой так крутила, что мужики едва челюсти не роняли на пол.

Стащил ее за руку, а она даже на ногах не стоит! Пьяная до такой степени, что бери и трахай, мяукать даже не будет.

Вынес ее, а она еще и упирается, так что я плюнул. Старый я для тебя, девочка, разные мы.

А потом увидел, как Кристину в машину какой-то хуй уже затащить пытается. А она не может “Нет!” сказать, она на ногах не стоит!

Поправил его рожу, забрал девушку, усадил к себе в машину. Не мог пройти мимо, это же лисичка. Моя. Точнее, не моя. В общем, едва допер ее домой. Не к себе, к Рустаму домой, конечно же.

Это пьяное чудо всю дорогу лезло ко мне, лапало меня, а я злился. Так и охота была отхлестать ее по заднице ремнем. Чтобы никто и никогда больше! Чтобы знала, где стоп-кран вообще находится.

Девочка. Ну что ты творишь? А она аж липла ко мне, хотя не думаю, что завтра вспомнит.

И все, передал сокровище из рук в руки Рустаму и слинял по-хорошему. Не думал я, что еще увижу ее, и не хотел, честно говоря. Потому что запретная, потому что нельзя, я уважаю Рустама. Не буду я так с ним поступать, да и морального права не имею.

А после эта “паинька” сама мне позвонила, не знаю даже, где мой номер взяла. На вылазку, видите ли, ей приспичило. Рустам с Катей смылись, я так понял, хотели уединиться, а она одна, неприкаянная.

И меня припрягли, ну не мог я отказать, не мог! Рустам сам попросил приглядеть за девчонками, так что мне пришлось. И она не одна там была, а целых три. Три!

Вещей столько взяли, словно мы не на два дня едем, а на месяц как минимум — на необитаемый остров. Но я предвидел, пикап взял, заправил до отвала.

С этими ромашками ехать было сложно, честно говоря, я едва кукухой не тронулся. Они трындели без умолку всю дорогу! Всю! И пищали, и смеялись, и вот это все.

У меня мужской коллектив, все серьезные мужики, а тут эти — экономистки, блядь Я едва доехал, голова от их щебетания на куски раскалывалась просто.

Но место и правда было зачетным: красивые голубые озера, эти стрекозы тут же побежали плескаться, а я начаться возиться с палатками и быстро зае хм. Устал!

Потому что жара плюс тридцать пять, палатки эти хилые на ладан дышат, и понятия не имею, где Рустам их вообще взял. Одну сложил, вторая вообще едва держалась.

А еще ж надо было присматривать за этими лягушатами! Обозначил им границу, и что бы вы думали — конечно же, лисичка так и послушала. Кристина намеренно заплыла гораздо дальше, а я бесился. Не хотел я в эту воду лезть, еще чего не хватало.

Я тут на двое суток на дежурство заступил, а не развлекаться, и чувствовал себя, честно, как на работе. Охрана трех лебедей — песня, блядь, ничего лучше не придумаешь. Когда Кристину в купальнике увидел, впечатлился в хорошем смысле. Впечатлился так, что в штанах тесно стало, и это мне не понравилось. Не купальник то был, а какие-то тряпочки, которые почти ничего не закрывали. Я же смотреть на нее спокойно не мог, Кристина дурно на меня влияла.

Я уже собрал палатки и сидел курил на пляже, истекая потом, когда услышал крик. Увидел тут же Кристину, она резко закричала, но я не поверил. Врет ведь как дышит, от нее всего можно ожидать, но, когда она руки подняла и под воду сиганула, я выплюнул сигарету и с разбегу в обрыв побежал, даже брюк не снимая. В воду сиганул, и сердце мое, обычно спокойное, пропустило такой нехилый удар, страшно мне стало. За нее, конечно.

— Кристи!

Глава 11

Не знаю, в какой момент все выходит из-под контроля. И я не играю — я тону. По-настоящему, и это ничуть не смешно, это страшно.

Когда захлебываешься водой и нет воздуха, когда легкие сдавливает спазм, а под ногами отсутствует опора.

Я иду на дно, кажется, что громко кричу, но на самом деле вода все звуки забирает. Паника не дает собраться, я пугаюсь, а после чувствую, как меня кто-то крепко схватил за талию и буквально вытащил на воздух.

— Дыши! Дыши, мать твою! Кристи!

Я прихожу в себя уже на пляже, кто-то меня тормошит. Это Ярдан. Он буквально сидит на мне, и еще он весь мокрый. С его носа и бороды стекает вода, и его взгляд какой-то взбудораженный, страшный.

— Ярдан

Не знаю, что на меня находит, но я протягиваю руки и просто вцепляюсь ему в шею. Так крепко обхватываю его, прижимаюсь к нему. Наверняка просто инстинкт, я испугалась, но сейчас я не могу по-другому. И не хочу.

Он пахнет мускусом и сигаретами, цитрусом, и мне нравится. Словно нет никого вокруг, я чувствую, как он крепко прижимает меня к себе, а еще я слышу, как быстро стучит его сердце.

— Ну все все в порядке, девочка. Тише.

Я расплакалась. Как маленькая, как будто на миг потеряла тормоза и опору.

— Вы спасли меня Спасли. Снова.

Смотрю в его глаза. Ярдан быстро вытирает мои слезы. Так нежно, осторожно даже.

— Я же предупреждал тебя! Вода — это не игрушки.

— Кристи, ну ты даешь! Ты так нас напугала!

Мы не одни. Да, только сейчас это понимаю. Девочки рядом всполошенные, не отходят от меня.

— Что произошло?

— Ты начала тонуть! Ярдан как был в штанах и обуви, так и сиганул в воду, вытащил тебя.

— Да? Точно Болит. Тут.

Показываю на грудную клетку. Элька качает головой:

— Еще бы. Я думала, честно, он тебе все ребра переломает. Так тряс тебя, пока вся вода не вышла. Ярдан наш герой!

— Хорошо, что искусственное дыхание не делал. Или плохо — тут как подумать.

Девки ржут как лошади, а мне ничуть не смешно.

— И он так быстро плавает! За пять секунд тебя вытащил, я просто в шоке.

Ритка тоже рядом, у них обеих глаза по пять копеек, а я смотрю на Ярдана. Он снимает обувь, выливает из каждого ботинка воду.

— Спасибо.

— Не за что.

— Моя нога. Судорога схватила. Ай

Ярдан кладет мою ногу себе на колено и обхватывает ее ладонями. Стопу, лодыжку до колена. Растирает так нежно, а у меня аж волны по телу от его прикосновения, и очень хочется мурчать.

— Так лучше?

— Да, спасибо.

Этот случай меня здорово осаждает, и до вечера я и правда сижу паинькой, завернутая в плед.

Больше никто из нас в воду не лезет. Ярдан же так и не снимает мокрых брюк. Они высыхают прямо на нем, а мне так стыдно. Я же не послушала его, притом нарочно.

— Проголодались?

— Еще бы.

— Тогда разбирайте продукты.

Вскоре мы накрываем наш своеобразный пикник. Ярдан собирает дрова и разжигает костер. На улице прекрасная тихая погода, мы жарим сосиски, печем картошку. С девочками готовим салаты на скорую руку, открываем консервы и прочие наши заготовки. Честно говоря, все простое, но выходит офигенски вкусно, и, наевшись досыта, мы сидим у костра.

Постепенно темнеет. Девчонки идут в машину и возвращаются оттуда с бутылками пива в руках.

— Эй! Откуда это?

— Я взяла. Тут на всех хватит, — говорит довольная Ритка и протягивает мне бутылку пива. Но я не беру. Не знаю почему, просто при Ярдане неловко. Он сидит напротив, недовольно сканируя нас всех строгим взглядом.

— Про алкоголь речи не шло.

— Ну вы чего? Это же просто пиво. Будете?

— Нет, не буду.

Он снова стал мрачным, и, кажется, мы скоро уедем. В этот момент звонит телефон, Ярдан берет трубку:

— Да, Шах. Да, разложились уже. Тут нет никого, мы одни. Да, вода чистая.

Внутри все сжимается. Если сейчас Ярдан скажет, что я едва не утопилась, вылазка наша закончится сразу.

С опаской смотрю на него, Ярдан как раз в этот момент палкой выкатывает очередную картошку из пепла, держа телефон другой рукой.

— Да, все нормально. Да, послушные. Поели, спать скоро уложу. До связи.

Он сбивает вызов, сканируя меня строгим взглядом. Элька и Ритка к этому моменту здорово охмелели от темного пива и начали лепетать песни.

— Так, по койкам. Живо.

— А с вами можно?

Они напились, позорище, Ритка пошла вразнос.

— Нельзя.

Ярдан поднимается и идет к себе в палатку. Элька и Ритка с трудом, но тоже заваливаются в другую. Я же остаюсь сидеть у костра. Они напились, им весело, а мне мне нет.

Заглядываю в палатку к девочкам. Она крошечная, я не помещусь туда. Да и они после пива маленько не в адеквате. Ну их.

Набираюсь смелости и подхожу к палатке Ярдана. Заглядываю осторожно туда. Он лежит на спине, положив руки за голову. Снова натянул свою черную футболку.

— Чего тебе?

Ох, он не спит. Ладно.

— Палатка девочек слишком маленькая. Я не влезу туда.

— Иди в машину спи.

— Там неудобно. Это... можно к вам?

— Нельзя.

— Ну Ярдан, пожалуйста! Я так замерзну! И комары меня загрызут. И заболею. Что тогда Шаху скажете?

Он что-то фыркает, но все же двигается в сторону.

— Ладно, иди, но чтобы ни звука! И не шевелись.

Это победа, и, больше не теряя времени, я наклоняюсь и заползаю в палатку к Ярдану на четвереньках. Ложусь с ним рядом на матрац. Сердечко стучит все быстрее, и, если честно, сна больше ни в одном