Пепельные горизонты

Пепельные горизонты

Пепел и Надежда

Небо было серым — настолько серым, что казалось, будто кто то стёр все краски с мира, оставив лишь оттенки пепла. Макс шёл по разбитому шоссе, обходя ржавые остовы машин. Когда то здесь кипела жизнь: люди спешили на работу, дети смеялись, в кафе пахло свежей выпечкой. Теперь же тишина давила на уши, а ветер разносил пыль и обрывки старых газет.

Он остановился у полуразрушенного рекламного щита. На нём всё ещё можно было разглядеть улыбающуюся семью, сидящую за праздничным столом. «Счастливые моменты ждут вас!» — гласила надпись. Макс усмехнулся. Теперь «счастливые моменты» измерялись количеством найденных консервов и чистой воды.

За спиной послышался шорох. Макс резко обернулся, сжимая в руке самодельный нож. Из за перевернутого автобуса выглянула девочка лет десяти. Грязное платье, спутанные волосы, но глаза — живые, любопытные.

— Ты кто? — хрипло спросил Макс.

— Лина, — тихо ответила она. — Я тут прячусь. Там, за заправкой, они плохие.

Макс вздохнул. Он уже давно решил, что будет выживать один. Но в этих глазах было что то, напоминающее ему о младшей сестре — той, которую он не смог спасти.

Они добрались до заброшенного торгового центра к вечеру. Когда то здесь был рай для шопоголиков: сверкающие витрины, фуд корт, кинотеатр. Теперь стекла были выбиты, а на полу валялись обломки мебели и остатки товаров.

— Тут можно переночевать, — сказал Макс, осматривая помещение. — Но сначала проверим, нет ли кого ещё.

Лина кивала, стараясь не отставать. Она рассказывала, как пряталась несколько дней в подвале, пока её родителей не увели какие то люди в масках. Макс слушал молча, но внутри всё сжималось. Мир стал жестоким, и дети больше не были защищены.

Они нашли относительно целый магазин одежды и устроили там лагерь. Макс разжёг небольшой костёр из обломков мебели, а Лина достала из своего рюкзака две банки консервов — единственную свою ценность.

— А что было до всего этого? — спросила она, глядя на пламя.

Макс задумался. До Катастрофы он работал инженером, строил мосты. У него была семья, дом, планы на будущее. Теперь это казалось сном.

— Было много всего, — наконец ответил он. — Солнце светило ярче, люди улыбались чаще. Но мы этого не ценили.

На следующий день они двинулись дальше — Макс решил отвести Лину в «Убежище», о котором слышал от бродяги неделю назад. Говорили, там организовали общину выживших: выращивали овощи, чистили воду, даже учили детей.

Дорога была опасной. По пути им встретились следы банд: сожжённые машины, надписи на стенах угрозами, а однажды — скелет, прикованный к столбу. Лина старалась не смотреть, но Макс видел, как она сжимает кулаки.

Ближе к вечеру они услышали голоса. Макс жестом велел Лине спрятаться за обломками стены, а сам осторожно выглянул.

У костра сидели пятеро. Оружие, грубые лица, татуировки на руках — типичные мародёры. Один из них держал в руках потрёпанную куклу — ту самую, что была у Лины.

— Значит, они её видели, — прошептал Макс.

План созрел мгновенно. Он дождался, пока один из бандитов отойдёт в сторону, и напал. Нож вошёл точно, без лишнего шума. Затем — второй, третий. Мак