Измена. Се ля ви, предатель

— Серебро?

— Бери выше, сестрёнка, — Настя улыбается плотоядно. — Белое золото. И настоящий бриллиант. Даже страшно представить, сколько это стоит.

В голове крутится строчка из чека: «Бриллиант в оправе из белого золота».

Господи, зато я, кажется, знаю, сколько оно стоит… Но зачем бы Дима стал покупать кольцо моей сестре? Или это лишь совпадение?

Одёргиваю руки от кольца подальше. Прячу их под столом и сцепляю на коленях, чтобы не выдать, как сильно трясутся пальцы.

— Насть, у тебя мужчина появился?

— Ну… — таинственно хлопает ресницами. — Он пока не совсем мой. Но в целом — да. Скажем так, мы движемся в этом направлении.

— И как же зовут твоего щедрого ухажёра?

— Секрет, — сестра понижает голос до доверительного полушёпота. — Страшный секрет.

— Я хочу с ним познакомиться.

— Познакомишься, — небрежно отрезает. — Обязательно. Просто чуть позже.

Под ложечкой сосёт тревожно. Желудок сворачивается, делает сальто.

Нет, нет, нет…

Голова мгновенно заполняется схемами «как это может быть, чтобы не быть». Я ищу там логические опоры и не нахожу. Ни одной!

— Зо, у тебя всё хорошо? — Настя склоняет голову к плечу и с тревогой заглядывает в моё лицо. — Ты побледнела. Тебе плохо?

— Не завтракала ещё, — еле выговариваю онемевшими губами. — Сахар, видимо, упал.

— Бабуль, — фыркает сестра. — Спортом займись. Совсем себя запустила.

— Насть, тебе лучше уйти. Мне и правда не очень хорошо. Хочу полежать.

Она закатывает глаза театрально, но поднимается.

— Ладно-ладно. Спасибо за чай. И за шарфик кстати. Я уж думала, что потеряла. Он чудесный, правда? Это тоже подарок моего котика, — подмигивает. — Ладно, сестрёнка, отдыхай.

Дверь хлопает. Тишина становится ощутимо тяжелей.

Сажусь, упираясь ладонями в стол.

Стараюсь дышать ровно и медленно, но тошнота настолько близко подкатывает к горлу, что я чувствую горько-кислый привкус во рту. Тело крупно колбасит.

Вытаскиваю чек из кармана кардигана, разворачиваю трясущимися пальцами. Открываю ноутбук. Захожу на сайт «Valentin». Ввожу артикул и жму «поиск».

Страница загружается мгновенно, будто ждала меня.

На фотографии кольцо на мягкой подушечке из бархата. Точная копия Настиного колечка.

Бриллиант в оправе из белого золота.

Каждое слово — как гвоздь в крышку гроба моего брака.

Я не знаю, как долго смотрю в экран. Вязну в этом странном, пугающей состоянии, словно земля подо мной разверзлась, и я лечу в чёрную пропасть.

Перестаю дышать. В висках появляется пустой звон.

Я знаю артикул. Знаю цену. Знаю сияние этого камня на пальце моей сестры.

Не знаю только, как теперь мне жить с этой мыслью…

Глава 5

Зоя.

Невидящим взглядом смотрю в окно на медленно тонущее в облаках солнце. Небо затягивает розовинкой, едва уловимой ещё, однако отчётливо намекающей на то, что день движется к логическому завершению.

Даша и Миша снова у друзей. Отпросились на выходные.

Я же, не находя себе места, шарахаюсь по дому, как приведение. Я в этих когда-то любимых стенах чувствую себя словно зверь, запертый в тесной клетке.

Мне душно.

И тошно.

Без конца строю в голове логические цепочки и допущения, при которых возможно было бы увязать эти странные совпадения и случайности во что-то правдоподобное.

Однако внутри себя я отчего-то крепко уверена: не совпадения это вовсе и не случайности.

Я просто не хочу верить. Не хочу думать о том, что Дима меня обманывал, однако факты…

На кухне варю крепкий кофе, но стоит сделать глоток, и он просится наружу. Желудок сжимается в спазме.

Кольцо, чек, бесконечные задержки на работе и Настин ухажёр, что может позволить себе преподнести женщине в подарок побрякушку, стоимостью с автомобиль среднего класса.

А этот шарф…

Я не помню его на Насте, а значит, Дима приводил её сюда, пока меня не было дома.

Он трахал её здесь.

Где?

В нашей супружеской спальне?

На нашей кровати?

На моих простынях из египетского хлопка?

Боже…

Закрыв глаза, пытаюсь привести дыхание в норму. И мой план спокойно дождаться мужа дома, чтобы откровенно и мирно всё обсудить летит к чертям.

Нет, я сойду с ума, если проведу наедине с собственными мыслями ещё хотя бы час!

Тщательно наношу макияж, выбираю строгий, но элегантный костюм.

Не стоит тешить себя надеждами, что разговор выйдет мягким и ненавязчивым.

Я не стану строить дом из недосказанных слов и натянутых фраз. Не буду копить в себе вопросы, пока они не лопнут, как мыльный пузырь.

Мне нужны ответы. Я должна их найти.

Придирчиво разглядываю себя в зеркало и остаюсь более чем довольна результатом.

Говорят, чем хуже женщина себя чувствует, тем лучше она выглядит. И если следовать этому утверждению, то можно сделать вывод, что в моей душе дыра размером с пару солнечных систем.

Чиркнув детям записку о том, что суп на плите, я выезжаю в офис мужа.

В офисе всегда многолюдно, и сегодняшний вечер не исключение.

Здороваюсь с коллегами. Лиц многих сотрудников не узнаю — Дима нанимал их уже без меня.

Когда я вхожу в приёмную мужа, Катерина, его секретарша, слегка вздрагивает. Её глаза широко распахиваются.

— Ой, Зоя Валерьевна, а мы вас не ждали сегодня… — Она замолкает и съёживается под моим пристальным взглядом.

— Я ненадолго. Мне нужно поговорить с Дмитрием Андреевичем, — чеканю с непривычной для себя твёрдостью.

— Зоя Валерьевна, а к нему сейчас нельзя. У него важные посетители.

— Ничего, я подожду.

— Это скорей всего затянется… Может, вам будет удобнее дождаться в кафетерии? А я вас позову, как только…

— Нет-нет, я подожду здесь, — отрезаю, не пытаясь скрыть решимости и воинственного настроя.

Катя замирает, её лицо становится совсем белым.

Занимаю места на диванчике у стены.

Мы с Катей периодически переглядываемся. Обмениваемся взглядами, полными напряжения.

Она нервничает. Бестолково перекладывает какие-то бумажки с одного края стола на другой, щёлкает по клавиатуре и всё косится без остановки в мою сторону, выглядывая из-за своего монитора.

Поджимаю губы и смотрю, как время тянется, а часы на стене тикают, будто предвестие.

Стучу пальцами по подлокотнику дивана, убеждая себя, что я достаточно терпелива, чтобы не врываться в кабинет мужа среди важного совещания, однако двадцать минут спустя моё терпение лопается.

Как будто у меня нет права там быть!

— К чёрту! — Резко встаю.

Катя подскакивает, закрывая дверь в кабинет своим телом.

— Зоя Валерьевна, не ходите! Он сейчас очень занят! Просил не беспокоить!

Я мягко отстраняю её, не смотря на протесты. Прохожу мимо, не давая ей ни одного шанса меня остановить.

Распахиваю дверь и замираю.

Дима сидит в своём большом кожаном кресле, словно царь в троне. Он расслабленно откинулся на спинку, голова задрана вверх, глаза блаженно прикрыты, и только ресницымелко подрагивают. Рот приоткрыт, и с его губ срываются тихие, хриплые выдохи.

А из-под стола мужа доносятся звуки: тихие, но совершенно недвусмысленные.

Зажмуриваюсь от отвращения. От гадкого, въедливого чувства внутри.

Дверь за моей спиной с тихим щелчком захлопывается, и Дима моментально выпрямляется.

— Я же просил… — рычит, не пряча гримасы недовольства, однако при виде меня теряется. Его взгляд, подёрнутый поволокой похоти, медленно обретает осмысленность. — Зоя? Зой, ты чего здесь делаешь?

Он одергивает съехавший ворот рубашки, пытается придать себе более целомудренный вид, однако уже до нашего разговора я получила ответы на все интересующие меня вопросы.

— Сволочь… — Зло цежу сквозь зубы.

Я поймала его в ловушке.

Однако у меня ощущение, что поймали меня. И я никуда не могу деться отсюда…

— Зой, в чём дело-то?

— Я приехала поговорить.

— Конечно. О чём?

Губы мои сами по себе вздрагивают в истеричной усмешке.

У него под столом женщина, а он спрашивает «о чём»?

Только мужчины, пожалуй, отвергают свою вину даже в случае, когда их буквально поймали с поличным.

— Я приехала поговорить о тебе и Насте. Я знаю, что у тебя роман с моей сестрой.

— Чего? Зой, ты о чём вообще говоришь? Это какой-то…

— Не нужно оправдываться. У меня достаточно доказательств, чтобы бросаться такими громкими обвинениями.

— Зойка, ты что? Ты с ума сошла?! Откуда ты эту чушь взяла? Девочка моя, придумала себе глупость какую-то!

Он выдаёт мне эту ободряющую тираду, однако не предпринимает попытки встать с места.

Уж не потому ли, господин Давыдов, что в данный момент вы восседаете на своём троне без трусов?!

Он собирается продолжить пламенную речь, однако не успевает: из-под стола, не теряя достоинства, выползает Настя. Она выпрямляется встаёт позади моего мужа, собственнически возложив ладонь на его плечо. Большим пальцем вытирает губы с размазанной помадой.

Мы встречаемся взглядами.

И в её глазах, которые я видела столько раз, появляется новая эмоция для меня — холодная и колючая, токсичная, ядовитая.

Торжество.

Губы растягиваются в самодовольной улыбке.

— Да ладно, Дим, она уже нас застукала. Ну правда, хватит этих игр. Ты ей расскажешь, или мне самой это сделать?

Г