Наследие гуля

Наследие гуля

Япония, 1550 год. Период Сэнгоку.

Истошный вопль разрезал царившую в лесу тишину. Уродливая морда, покрытая гниющими струпьями, исказилась от ненависти и страха. Глаза монстра налились кровью. Ядовитые капли падали с клыков, выжигая на земле дымящиеся проплешины.

Место укуса опухло, а вокруг страшно вздулись вены. Охотник практически не чувствовал левой руки, хотя сейчас это его мало беспокоило.

Главная особенность высших гулей ‒ умение отращивать дополнительные конечности. Воину удалось отсечь две демонические клешни, но чудовище быстро регенерировало. Монстр увеличил дистанцию. Замер. Натянутая кожа с треском лопнула. Из позвоночника потянулись новые извивающиеся отростки.

«Ему не справиться со мной. Так почему он не отступает? Что заставляет эту тварь стоять на смерть?»

‒ Что ты здесь охраняешь?

Гуль взревел и, ломая ветки, ринулся в атаку. За спиной угрожающе раскачивались четыре длинных шипа.

‒ Это тебе вряд ли пригодится.

«Дыхание жизни!»

Изогнутый клинок блеснул золотом. Воин присел ‒ массивная клешня просвистела в считанных миллиметрах от лица. Меч описал в воздухе широкую дугу и со свистом обрушился на противника.

Тварь вновь пронзительно завизжала. Не удержавшись на ногах, гуль повалился набок. В воздух взвился фонтан рыхлой земли. Полоса рассеченной плоти раскрылась на плече монстра. Мускулистая рука безвольно повисла на разорванных сухожилиях. Нельзя было терять ни минуты ‒ нужен один решительный удар. Нечего бояться ‒ никто из людей не пострадает.

«Зов зверя!»

Демоноборец осклабился и зарычал. Зрачки вытянулись, руки мгновенно покрылись густой шерстью, а на пальцах появились длинные, кривые когти. Неутолимая жажда крови застелила ему глаза. Прыжок. Лезвие, окутанное ярким синим огнём, с отвратительным хлюпаньем вонзилось в напряженные мышцы. Миг ‒ и чудовище со стороны наблюдало, как его собственная туша с глухим стуком ударяется о камни. Конечности забились в судорогах.

Монстр захрипел в последний раз. Обиженно. Горько. Морда искривилась от боли, глаза потухли. Тварь была мертва. Если можно было так говорить о существе, которое несколько десятков лет назад превратилось в омерзительного трупоеда.

«Дыхание жизни!»

Оружие вновь вспыхнуло золотым, и охотник пронзил им всё ещё трепыхавшееся тело. Раздался хлопок. Лёгкие паутинки пепла мягко закружились в воздухе. Голова чудовища, усохшая, словно осенний цветок, осталась лежать в высокой траве. Носком сандалии демоноборец толкнул её в сторону.

Как только бой завершился, рана дала о себе знать. Сжимая левую руку, воин упал на колени. Выбора не было.

«Тень!»

Клинок утонул в чёрной дымке. Глаза заволокло пеленой тьмы. Оглянулся: небо, деревья, земля ‒ всё окрасилось в багровый. Мгла вокруг сгущалась, но он не двинулся с места. Мир демонов искажал действительность, создавал зловещую, враждебную среду, обманывая чувства. Однако у него было неоспоримое преимущество ‒ невообразимая скорость регенерации. Место укуса запылало фиолетовым пламенем, и уже через пару секунд от раны не осталось и следа.

«Упокоение!»

Катана приобрела свой первоначальный облик. Охотник встряхнул головой и медленно поднялся на ноги.

Жители деревни наняли его, чтобы избавиться от монстра, поселившегося в окрестностях. За прошедшие месяцы гуль утащил в лес более десятка женщин, детей, стариков и заядлых любителей ночных посиделок, а местный правитель в ответ на жалобы только беспомощно разводил руками. Во времена междоусобных войн никому не было дела до простого населения. Поэтому твари, прячущиеся во тьме, получили гораздо больше свободы. А демоноборцы ‒ в разы больше монет.

Странник не спешил возвращаться в деревню.

«Высшие гули редко охотятся в одиночку. Стая обычно состоит из десяти-пятнадцати особей…»

Прислушался. Напрасно ‒ вокруг царила мёртвая тишина.

«Никого? Что ж, видимо, и такое случается».

Воин поднял клинок, и тот слабо блеснул в лунном свете. Обагрённое кровью лезвие не утратило своего очарования.

‒ Работа мастера, которому нет равных, ‒ едва слышно прошептал странник. ‒ И только мне известна твоя цена.

Увидев своё отражение, он скривился от досады и отвращения. Карие глаза почти утратили свой цвет. Некогда красивое лицо избороздили глубокие морщины. Волосы поседели, а колени по ночам частенько ныли от долгой ходьбы. На вид ему было не меньше пятидесяти ‒ удивительное долголетие для такого скитальца!

‒ Что, старик Хито? ‒ хрипло рассмеялся он. ‒ И кто теперь скажет, что тебе всего двадцать лет?

Зачарованное оружие, искусно отбиравшее жизнь кровожадных чудовищ, проделывало то же самое со своим владельцем. Медленно, день за днём, капля за каплей высасывало из него жизнь. Но Хито не жаловался и не сожалел. Он сам выбрал этот путь.

«Это всё, что я могу сделать, чтобы искупить вину перед этой землёй и её жителями».

Поднявшись на ноги, охотник внимательно осмотрелся и окончательно убедился в том, что возвращаться в деревню ещё слишком рано. Внутреннее чутье подсказывало: его работа не окончена. Вокруг, куда ни посмотри, тянулись к небу голые стволы сосен и кое-где на опушках зеленела сочная трава. Тонкий серп луны освещал редеющий лес. И только жуткий смрад, исходивший от крови высшего гуля, напоминал о том, что здесь произошло. Эти монстры не питаются свежим мясом. Убив жертву, они относят её в логово и выжидают несколько дней, прежде чем приступить к трапезе.

Хито осторожно вытянул руку и двинулся вдоль зарослей, из которых выскочило чудовище. Почувствовав на ладони едва заметный холодок, он остановился.

‒ Ну, посмотрим.

Клинок раздвинул толстые стебли, обнажая широкий подземный лаз.

‒ Так я и думал, ‒ мужчина с пренебрежением сплюнул в сторону.

Он уже знал, что ждёт его в тёмном подземелье. Гули используют пещеры в качестве временных убежищ ‒ они не переносят солнечный свет. К тому же будущую пищу нужно где-то хранить.

Первым делом проверил вход. Вместо песка и глины рука наткнулась на твердую каменную стену. Прощупывая катаной путь, демоноборец ползком забрался внутрь. Метров через тридцать тоннель увеличился настолько, что удалось не только встать, но даже расставить руки в стороны. Мерное голубое свечение остроконечных кристаллов, усыпавших потолок, позволяло видеть далеко впереди.

С каждым шагом вонь становилась сильнее. Охотник нисколько не удивился, когда через несколько минут, рыча и завывая, из-за угла выскочили трое. Уродливые тела были обтянуты бледно-синей кожей, заплывшие гноем глаза хищно сощурены. Монстры ощерились и отпрянули, обнажая кривые желтые клыки. Они чувствовали его силу. Отлично понимали, что перед ними стоит убийца вожака. Чудовища клацали зубами, не решаясь напасть первыми. Хито неспеша двинулся вперёд. Когда между ними осталась пара метров, гули наконец бросились в атаку. Разгоряченный воин принял боевую стойку. Проход оказался слишком узким для демонов. Сталкиваясь друг с другом, они, визжа, ударялись об острые камни.