Дебаг моей любви

— У нас есть зацепки? — спросил Макс, открывая ноутбук прямо в конференц-руме.

— Есть, — ответил Саша. — Мы с Леной нашли несколько подозрительных входов. Все они были сделаны из внутренней сети, но IP-адреса маскировались через VPN. Один раз предатель ошибся, и мы получили реальный адрес.

— Какой?

— Это адрес офиса. Нашего офиса. Кто-то из команды, кто работал допоздна и имел доступ к серверной.

Макс побледнел. Он посмотрел на Лену, потом на Сашу, потом снова на Лену.

— Вы хотите сказать, что предатель — один из нас?

— Или тот, у кого есть ключ от офиса, — ответила Лена. — Охрана, уборщики, бывшие сотрудники, которые не сдали пропуска. Вариантов много. Но мы проверим всё.

Макс встал, прошёлся по комнате и остановился у окна, где только что стоял Андрей.

— Ладно, — сказал он. — Три дня. Я даю вам три дня. Никому ни слова. Даже Паше. Особенно Паше. У него язык без костей.

— А Кристине? — спросил Саша.

— И Кристине. И Зине. И всем. Это только между нами. Если кто-то узнает, что мы ведём внутреннее расследование, предатель заметёт следы и мы никогда его не найдём.

Макс вышел, и они остались вдвоём в большой пустой комнате, где ещё витал запах дорогого парфюма Андрея и страха инвесторов. Лена закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, глядя на Сашу усталыми глазами.

— Три дня, — сказала она.

— Три дня, — повторил он.

— Мы не успеем.

— Успеем. Я в тебя верю.

— Ты в меня веришь или в нас?

— И в тебя, и в нас, и в то, что мы сможем найти предателя, даже если он умнее нас обоих.

Лена подошла к нему, взяла за руку и прошептала почти в губы:

— Если мы провалимся, меня уволят. С волчьим билетом. Второй раз.

— Не уволят.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я не позволю.

Она хотела что-то сказать, но в коридоре послышались шаги, и они отскочили друг от друга так быстро, будто их ударило током. В дверях появился Паша с двумя кружками кофе и с таким лицом, будто он только что выиграл в лотерею, но не успел проверить билет.

— О, вы здесь, — сказал он, ставя кружки на стол. — А я вас везде ищу. Там упал тестовый стенд, без вас не запустится. Я уже полчаса пытаюсь понять, в чём дело, но, кажется, я случайно удалил какую-то важную таблицу из базы данных. Или не случайно. Я не помню. Я вчера не спал, потому что Катя сказала, что хочет поговорить «о нас», а «о нас» — это всегда страшно, особенно когда ты не знаешь, что именно она хочет обсуждать.

— Паша, — перебила его Лена. — Тестовый стенд. Где?

— В серверной. Я там всё настроил, но теперь оно не работает. Думаю, проблема в правах доступа. Или в кофе, который я пролил на клавиатуру. Но я вытер, честное слово.

— Иди в серверную и ничего не трогай. Мы сейчас придём.

Паша кивнул и убежал, оставив кружки на столе. Лена взяла одну, сделала глоток и поморщилась.

— Он положил три ложки сахара. Я не ем сахар.

— Я люблю сахар, — сказал Саша, забирая кружку. — Можешь не благодарить.

— Я и не собиралась.

Она направилась к двери, но на пороге остановилась и, не оборачиваясь, сказала:

— Саша, если за три дня мы не найдём предателя, я сама уйду. Чтобы тебя не подставили.

— Не смей, — ответил он, и его голос прозвучал жёстче, чем он планировал.

— Это мой выбор.

— Это глупость. Мы команда. Мы вместе нашли улики, вместе будем их распутывать. И вместе будем нести ответственность. Не смей брать всё на себя.

Она обернулась. В её глазах блестели слёзы, но она не плакала — сдерживалась, как умела, как привыкла за годы работы в мужском коллективе.

— Ты слишком хорош для меня, — сказала она.

— А ты слишком плоха для меня, — усмехнулся он. — Идеально подходим.

Она улыбнулась, и это была та улыбка, ради которой он готов был копаться в логах ещё три ночи подряд. Потом она взяла его за руку, сжала на секунду и выпустила, как выпускают птицу, которой предстоит долгий полёт.

— Пошли, — сказала она. — Тестовый стенд сам себя не починит.

— А Паша?

— Паша будет молча стоять в углу и не мешать. Я ему прикажу.

Они вышли в коридор, и Саша заметил Андрея, который стоял у кофемашины и смотрел на них с таким выражением, от которого у него похолодело внутри. Он ничего не сказал, просто поднял кружку в насмешливом приветствии и ушёл в сторону кабинета Макса. Лена тоже его заметила, но не подала виду. Только рука, которую она положила на клавиатуру, дрожала. Совсем чуть-чуть. Настолько, что это заметил бы только тот, кто знал её так же хорошо, как начинал знать Саша.

Они зашли в серверную, и Паша, который сидел на корточках у стойки с серверами, поднял на них глаза, полные надежды и отчаяния одновременно.

— Я ничего не трогал, — сказал он. — Честно. Даже дышал через раз.

— Молодец, — сказала Лена, садясь за компьютер. — А теперь отойди подальше и не мешай профессионалам работать.

— А как же я? — обиделся Паша.

— А ты будешь морально поддерживать. Молча. Мысленно.

Паша вздохнул, отошёл к стене и замер, глядя на них с преданностью собаки, которую оставили ждать у двери магазина. Саша сел рядом с Леной, и они начали разбирать код, который Паша умудрился сломать за каких-то полчаса.

— Вот здесь, — сказала Лена, указывая на строчку. — Он удалил не таблицу, а всего лишь индекс. Но без индекса запросы тормозят так, будто база данных залита бетоном.

— Починим за пять минут, — ответил Саша, уже набирая команды.

Он чувствовал её плечо рядом со своим, её дыхание, запах жасмина и чего-то ещё, что не мог определить, но точно хотел чувствовать каждую ночь. Три дня. У них было три дня, чтобы найти предателя. Три дня, чтобы спасти проект. Три дня, чтобы не потерять друг друга в этой безумной гонке, где на кону стояло всё. И он знал, что они справятся. Потому что у них не было выбора.

А Паша стоял у стены, смотрел на них и почему-то улыбался. Когда Саша поймал его взгляд, джуниор быстро отвернулся к серверам и сделал вид, что изучает маркировку на кабелях. Но улыбку спрятать не успел.

Глава 6. Ночь в серверной и разговор по душам

Тестовый стенд они починили к восьми вечера. Паша, как и обещал, простоял у стены три часа, изредка вздыхая и почесывая усы, но ни разу не влез с советами. Саша даже зауважал его за это терпение, потому что сам он на месте Паши давно бы уже начал задавать глупые вопросы и предлагать нерабочие решения. Лена закрыла ноутбук, потянулась, и Саша услышал знакомый хруст её позвонков — звук усталого, но довольного человека, который сделал своё дело.

— Всё, — сказала она. — Теперь работает. И даже быстрее, чем раньше.

— Я гений, — скромно заметил Саша.

— Мы гении, — поправила она, и это «мы» прозвучало так естественно, будто они работали в паре не три дня, а три года. — Ты добавил индекс, я оптимизировала запросы. Командная работа.

— Так и запишем в резюме.

Паша наконец отошёл от стены и подошёл к ним с таким видом, будто собирался произнести речь. Усы его взволнованно подрагивали, и Саша понял, что сейчас начнётся что-то душещипательное.

— Ребята, — начал Паша, — я хочу сказать... вы крутые. Я многому у вас учусь. И не только коду. Но и тому, как надо работать. И как... ну, в общем, я всё сказал.

— Паша, ты плачешь? — спросила Лена, вглядываясь в его лицо.

— Нет, — всхлипнул он. — Это усы вспотели.

— Иди домой, — сказал Саша, похлопав его по плечу. — Отдохни. Завтра будет новый день и новые баги.

— А вы?

— А мы ещё поработаем. Надо проверить логи за сегодня.

Паша кивнул, вытер усы рукавом и вышел из серверной, оставив после себя запах пончиков и детской обиды на то, что его не берут во взрослые игры. Саша посмотрел на Лену, она — на него, и в этом взгляде было всё: усталость, напряжение, желание и то странное чувство, когда ты хочешь быть рядом с человеком даже тогда, когда всё вокруг идёт не так.

— Он знает? — спросил Саша, закрывая дверь.

— Что именно? — Лена подошла к окну, за которым уже зажглись огни вечернего города.

— Про нас. Он смотрел на нас так, будто мы только что признались в любви при всём офисе.

— Паша — джуниор, — ответила Лена, не оборачиваясь. — Он видит то, что хочет видеть. Если он хочет видеть романтику, он её увидит. Если захочет увидеть профессиональное сотрудничество, увидит и его.

— А что он увидит на самом деле?

Лена наконец обернулась, и в её глазах горели отражения ночных огней. Она подошла к нему, остановилась в шаге, и он почувствовал, как её дыхание касается его щеки. Это было опасно. Это было неправильно. Это было то, от чего у него перехватывало горло и подкашивались колени.

— На самом деле, — сказала она тихо, почти шёпотом, — Паша увидит то, что мы ему покажем. И пока мы не нашли предателя, мы покажем ему только работу. Ты понимаешь?

— Понимаю, — ответил Саша, хотя на самом деле не понимал, как можно быть так близко и не касаться.

Она, словно прочитав его мысли, сделала шаг назад и села за компьютер, включила монитор и открыла логи доступа. Её пальцы забегали по клавишам, и это было заклинание, которое возвращало их из мира чувств в мир работы, дедлайнов и подозрений.

— Смотри, — сказала она, показывая на экран. — Сегодня ночью снова был вход. В три пятнадцать. Под учёткой того же старого админа.

— Как он это делает? — спросил Саша, садясь рядом. — Мы же заблокировали все старые учётки после прошлого раза.

— Значит, у него есть доступ к админ-панели. Кто-то из тех, кто может разблокировать пользователей.

— Макс?

— Макс может. Я могу. Ты можешь. И ещё пара человек из отдела безопасности, которые работают удалённо и которых мы никогда в глаза не видели.

— И Андрей, — добавил Саша, и это имя повисло в воздухе, как облако дыма.

Лена промолчала. Но её пальцы на секунду замерли, и этого было достаточно, чтобы Саша понял — она думала о том же. Андрей появился слишком вовремя. Андрей знал о расследовании. Андрей имел доступ ко всему, потому что инвесторы дали ему полный карт-бланш.

— Ты не хочешь его подозревать, — сказал Саша, глядя на её профиль.

— Я не хочу подозревать никого, — ответила она. — Но я должна. Это моя работа.

— А если окажется, что это он? Что ты сделаешь?

Лена повернулась к нему, и в её глазах была такая боль, что Саша пожалел о своём вопросе. Она не ответила. Вместо этого она встала, подошла к окну и прижалась лбом к холодному стеклу.

— Я расскажу тебе одну историю, — сказала она, и её голос был тихим, почти безжизненным. — Андрей и я работали вместе пять лет. Он был моим наставником, потом партнёром, потом женихом. Мы собирались пожениться. Я купила платье. Сняла ресторан. Пригласила гостей.

Саша слушал, не дыша. Он чувствовал, как внутри него закипает злость на человека, которого он почти не знал, но уже ненавидел всей душой.

— За две недели до свадьбы я нашла в его ноутбуке документы, — продолжила Лена. — Он продавал код нашего проекта конкурентам. Не потому, что ему нужны были деньги. У него и так их было много. А потому, что ему нравилась игра. Ему нравилось обводить всех вокруг пальца.

— И ты...

— Я пошла к начальству. Предъявила доказательства. А он... он переиграл меня. Сказал, что это я ворую код, а документы подделала, чтобы оговорить его. Начальство поверило ему. Потому что он умеет убеждать. Потому что он всегда умел убеждать.

— Тебя уволили?

— Меня уволили. С волчьим билетом. А он остался. И продолжил воровать. Но уже осторожнее, так, чтобы никто не заметил.

Лена замолчала. В серверной было тихо, только вентиляторы гудели, и где-то далеко сигналила машина. Саша подошёл к ней, встал рядом, и она сама прижалась к его плечу.

— Я не хочу, чтобы ты думал, что я мщу, — сказала она. — Я не мщу. Я просто хочу, чтобы он больше никому не навредил.

— Я и не думаю, — ответил Саша, обнимая её за плечи. — Я думаю о том, что ты невероятно сильная. И что я горжусь тем, что нахожусь рядом.

— Не гордись раньше времени. Мы ещё не нашли предателя. Может, это и не он.

— А если он?

— Тогда будет очень больно. Но я справлюсь. Я уже справлялась.

Они стояли у окна, и огни города отражались в стекле, создавая иллюзию, будто они парят где-то на тридцатом этаже, высоко над суетой и проблемами. Саша знал, что это иллюзия. Что завтра снова будет работа, подозрения, бесконечные логи и допросы. Но сейчас, в этот момент, когда Лена прижималась к нему, а её дыхание согревало его шею, он чувствовал себя так, будто всё будет хорошо. Обязательно будет.

— Саша, — сказала она, не поднимая головы.

— М?

— Ты не боишься, что из-за меня у тебя будут проблемы?

— Какие?

— Любые. Работу потеряешь. Репутацию. Друзей.

— У меня нет друзей. Только коллеги. А работу я всегда найду. Я хороший программист.

— И скромный.

— Это я тоже.

Она засмеялась, и этот смех был таким тёплым, таким живым, что Саша забыл о всех подозрениях, предателях и дедлайнах. Он взял её лицо в ладони и поцеловал. Медленно, нежно, так, чтобы она почувствовала, что он здесь. Что он никуда не уйдёт. Что она не одна.

— Нам пора, — сказала она, отстраняясь, но не убирая рук с его плеч. — Уже поздно.

— Останься, — попросил он.

— Не могу.

— Можешь. Ты просто не хочешь.

— Не хочу, чтобы нас видели вместе. Пока рано.

Она права, конечно. Она всегда права, это бесило и притягивало одновременно. Саша вздохнул, взял её за руку, и они вышли из серверной, выключив свет. В коридоре было темно, только аварийные лампы горели над выходами, и их шаги гулко отдавались в пустом офисе.

— Саша, — сказала Лена, когда они остановились у лифта.

— Да?

— Ты мне нравишься. Очень. И я боюсь этого.

— Чего именно?

— Того, что я могу тебя потерять. Из-за Андрея. Из-за работы. Из-за всего этого безумия.

— Не потеряешь, — ответил он, нажимая кнопку вызова. — Я умею дебажить даже самые сложные отношения.

— Ты опять за своё.

— Я серьёзно.

Лифт приехал, они зашли, и двери закрылись, отрезав их от всего мира. В тесной кабине, где пахло дезинфекцией и чужими духами, Саша притянул Лену к себе и поцеловал уже не нежно, а требовательно, так, чтобы она запомнила этот момент навсегда. Она ответила, и на несколько секунд они забыли, кто они, где они и зачем всё это.

Лифт остановился на первом этаже, двери открылись, и они отскочили друг от друга как ошпаренные. В холле никого не было, только охранник за стеклянной дверью читал газету и не смотрел в их сторону.

— До завтра, — сказала Лена, выходя на улицу.

— До завтра, — ответил Саша, глядя, как она садится в такси и уезжает в ночь.

Он постоял ещё минуту, вдыхая холодный вечерний воздух, а потом пошёл к своей машине, которая одиноко ждала его на парковке. Внутри всё кипело, бурлило, требовало действия, разгадки, ответов. Он знал только одно: он сделает всё, чтобы защитить её. Даже если для этого придётся рискнуть всем, что у него есть. Даже если это «всё» — не так уж и много.

Дома он не спал до трёх, сидел на кухне, пил котел кофе и смотрел на телефон, в котором горели сообщения от Лены: «Спокойной ночи. Ты справишься. Мы справимся». Он ответил: «Спокойной ночи. Я в тебя верю». И это была не просто фраза, а обещание, которое он собирался сдержать любой ценой. Даже если эта цена окажется выше, чем он предполагал.

Глава 7. Утро подозрений и случайная улика

Саша не помнил, как уснул, но проснулся от того, что телефон вибрировал на тумбочке уже в десятый раз. На экране высветилось имя Лены и сообщение, которое заставило его подскочить с кровати: «Срочно приезжай. Я кое-что нашла». Он не стал уточнять, что именно, не стал задавать вопросы, просто натянул первые попавшиеся джинсы и выбежал из дома, забыв даже кофе, который обычно считал обязательным ритуалом перед началом любого дня, включая выходные и отпуска. Всю дорогу до офиса он прокручивал в голове возможные варианты: может быть, она нашла IP-адрес предателя, может быть, взломала его переписку, а может быть, это что-то связанное с Андреем, от чего у неё внутри всё оборвалось и она не смогла ждать ни минуты.

Офис встретил его тишиной. Было всего восемь утра, и даже охранник на первом этаже клевал носом за своим столиком, не обращая внимания на то, кто входит, а кто выходит. Саша поднялся на лифте на их этаж и сразу увидел Лену — она сидела за своим столом, вчерашняя, с красными от бессонницы глазами и кружкой уже остывшего чая в руках. Перед ней лежала распечатка, которую она перечитывала уже, кажется, в сотый раз, и её пальцы слегка дрожали, когда она переворачивала страницы.

— Что случилось? — спросил Саша, подходя к ней и стараясь не касаться, потому что в пустом офисе каждый жест казался слишком громким.

— Я не спала всю ночь, — ответила Лена, не поднимая головы. — Решила проверить логи ещё раз. И нашла кое-что, чего там не должно было быть.

Она подвинула к нему распечатку, и он увидел таблицу с IP-адресами, временными метками и именами пользователей, которые заходили в систему за последние две недели. Одна строка была выделена жёлтым маркером, и когда Саша прочитал её, у него похолодело внутри. В графе «имя пользователя» значилось «sasha.backend», а в графе «время входа» — 2:43 ночи, вчера, когда он спал дома и даже не прикасался к ноутбуку.

— Это не я, — сказал он, и его голос прозвучал глухо, будто он говорил из-под воды.

— Я знаю, — ответила Лена, и в её голосе была такая уверенность, что Саша почувствовал, как от сердца отлегло. — Ты был со мной. До часу ночи. А потом поехал домой. Ты физически не мог быть в офисе в три.

— Кто-то подделал логи. Использовал моё имя.

— Или украл твой пароль.

— Мой пароль — это фамилия моей первой собаки и год рождения мамы. Его невозможно украсть, его только угадать можно, если ты психолог-экстрасенс.

Лена наконец подняла голову, и он увидел в её глазах не только усталость, но и страх. Не панический, не истерический, а тот холодный, профессиональный страх следователя, который понимает, что идёт по следу, но этот след ведёт в тупик, а предатель всё время оказывается на шаг впереди.

— Кто знает твой пароль? — спросила она.

— Никто. Я его никому не говорил. Даже тебе.

— А ты записывал его где-нибудь? В телефоне, на стикере, в файле на рабочем столе?

Саша задумался. Потом его лицо вытянулось, и он понял, что Лена права, а он — идиот, потому что три месяца назад, когда меняли систему доступа, он записал новый пароль на стикере и приклеил его под клавиатуру своего рабочего компьютера. На случай, если забудет. На случай, если память подведёт. На случай, о котором он даже не думал.

— Под клавиатурой, — сказал он, чувствуя, как земля уходит из-под ног. — Стикер. С паролем.

— Кто мог его найти?

— Кто угодно. Паша, Кристина, Зина, уборщица, охранник, Макс, Андрей. Пол-офиса.

Лена закрыла глаза и несколько секунд сидела неподвижно, собираясь с мыслями. Потом встала, подошла к его компьютеру, перевернула клавиатуру и достала маленький жёлтый стикер, на котором шариковой ручкой было написано «Барон2009». Барон — это была его собака, умершая пять лет назад, а 2009 — год, когда он её завёл. Он думал, что этот пароль гениален, потому что никто не знает ни клички его собаки, ни года, который ничего не значит для посторонних. Но теперь стикер лежал на столе, и Лена смотрела на него так, будто это была не бумажка, а обвинительное заключение.

— Мы должны поменять тебе пароль, — сказала она. — Прямо сейчас. И никому его не говорить. Даже мне.

— Даже тебе?

— Даже мне. Я не хочу знать то, что могут у меня выпытать.

Она села за его компьютер, открыла настройки безопасности и быстро сменила пароль на новый, состоящий из случайного набора цифр и букв, который она записала на листок и вручила Саше.

— Запомни, — сказала она. — И порви бумажку.

Он прочитал: «k3f1rK0rp2025». Усмехнулся, запомнил и разорвал листок на мелкие кусочки, которые ссыпались в урну, смешиваясь с кофейной гущей и огрызками яблок.

— Теперь у нас есть проблема, — сказала Лена, возвращаясь к своему столу. — Кто-то в этом офисе использует твоё имя, чтобы заметать следы. И этот кто-то знает, что я тебя проверяла.

— Откуда он может знать?

— У него есть доступ к документам. К переписке. Может быть, он читает наши сообщения.

— Даже личные?

— Технически — да. Компьютеры корпоративные, переписка корпоративная. Администратор может посмотреть всё, что захочет.

Саша почувствовал, как холодок пробежал по спине. Вспомнил все свои сообщения Лене, все эти «останься», «приеду», «жду в серверной». Если кто-то прочитает их, их тайна перестанет быть тайной. И тогда подозрения падут не только на него, но и на неё. Её карьера. Её репутация. Её работа. Всё, что она строила годами, рухнет в один момент.

— Нам нужно быть осторожнее, — сказал он.

— Нам нужно найти предателя, — поправила она. — Сегодня. Завтра. В крайнем случае — послезавтра. У нас нет времени на осторожность.

В этот момент в офис зашёл Паша. С пончиками, как всегда, и с таким лицом, будто он не спал всю ночь, но не потому, что работал, а потому, что Катя наконец согласилась пойти с ним на второе свидание. Он плюхнул коробку на общий стол, подошёл к Саше и Лене, и его усы радостно затрепетали.

— У меня новость, — сказал он, сияя. — Катя сказала, что я милый. Не просто «милый», а «очень милый». Это успех, да?

— Огромный успех, Паша, — ответила Лена, и её голос потеплел на пару градусов. — Поздравляю.

— А у вас что за лицо? — спросил он, вглядываясь в их осунувшиеся физиономии. — Опять прод падал?

— Хуже, — ответил Саша. — У нас взломали доступы. Под моим именем кто-то лазил в сервера ночью.

Паша перестал жевать пончик. Его усы опустились, и он посмотрел на Сашу с таким сочувствием, будто тот сообщил о смертельном диагнозе.

— Это серьёзно, — сказал он. — Это очень серьёзно. Если инвесторы узнают...

— Они уже знают, — перебила Лена. — И дали нам три дня, чтобы найти того, кто это делает. Иначе — внешняя служба безопасности.

— А что внешняя служба?

— А то, что всех нас будут допрашивать, как террористов. С пристрастием. С проверкой всех девайсов.

Паша побледнел и отставил пончик в сторону, потому что аппетит у него пропал окончательно.

— У меня дома старый ноутбук, на котором я смотрю... ну... всякое. Там такое... Если они увидят...

— Паша, — сказал Саша. — Служба безопасности ищет утечки кода, а не историю твоих браузеров. Ты в безопасности.

— Точно?

— Точно.

Паша выдохнул, допил свой кофе и ушёл на рабочее место, бормоча под нос что-то о том, что пора удалить всё лишнее с жесткого диска и вообще купить новый компьютер, который никогда не подключать к интернету.

Саша и Лена остались одни. Вернее, не одни, но в офисе было так мало людей, что они могли говорить почти свободно, не боясь быть услышанными.

— Это не Паша, — сказал Саша.

— Знаю. У него доступа к админке нет. И ума — тоже.

— И не Кристина?

— Кристина — тестировщица. Она может найти любой баг, но она не сможет подделать логи. Для этого нужны права администратора.

— Макс?

— Макс может. Но у него нет мотива.

— А Андрей?

Лена замолчала. Её лицо стало каменным, и Саша понял, что она боится даже думать в эту сторону. Но и игнорировать эту возможность было нельзя.

— У Андрея есть всё, — сказала она наконец. — И доступ, и мотив, и умение заметать следы. Но если это он, то моя жизнь превратится в ад. Потому что если я его разоблачу, он сделает всё, чтобы уничтожить меня. Снова.

— На этот раз он не один, — сказал Саша, накрывая её руку своей. — На этот раз у тебя есть я.

— А что ты можешь? Ты — бэкенд-разработчик. Твоё оружие — это код и ирония.

— Этого достаточно. Кодом можно найти любого. Иронией — пережить любой кошмар.

Она улыбнулась, и в этой улыбке было столько благодарности, что Саша почувствовал себя героем, хотя на самом деле он просто сидел и держал её за руку, пока остальные сотрудники постепенно заполняли офис, начиная новый рабочий день.

В десять часов пришёл Андрей. В идеальном костюме, с новым айфоном в руке и с видом человека, который знает всё, но не скажет ничего, потому что ему нравится смотреть, как другие мучаются в догадках. Он кивнул Лене, проигнорировал Сашу и прошёл в кабинет Макса, закрыв за собой дверь.

— Что он там делает? — спросил Саша.

— Не знаю, — ответила Лена, но её лицо напряглось, и она сжала ручку так, что побелели костяшки.

Они работали до обеда, не поднимая голов. Саша писал код, правил баги, отвечал на вопросы Паши, который снова что-то сломал в тестовой среде, и всё это время краем глаза следил за дверью кабинета Макса. Андрей не выходил. И это было подозрительно. Слишком подозрительно.