Звёзды и ведьмы

Однажды при нём мы завели разговор, что пришла пора продавать вещи из коллекции Марины Юрьевны. Я хотел избавиться от часов, но понимал, что они ничего не стоят, и предложил пианино. Кроме меня, на нем никто не выучился играть, а я к нему больше не подходил. Опасался, что «видения» вернуться. Поэтому хотел избавиться от ужасного инструмента, который вызывал во мне сплошной негатив. К тому же настройщик утверждал, что продать его можно быстро и выгодно: пианино «с историей», изготовлено известным немецким мастером. Чибис принялся уговаривать нас не делать этого. Он высказал мнение, что без пианино гостиная будет выглядеть значительно хуже.

Нам пришлось признаться Олегу в нашем бедственном материальном положении и в том, что мы не знаем, как жить дальше. Не исключено, что придётся бросить учебу и зарабатывать на пропитание. Олег вышел на балкон покурить, а когда вернулся, предложил оригинальный план выхода из, казалось бы, безнадежной ситуации.

Сам Олег нуждался в средствах не меньше, чем мы. Его отец, при большом количестве правительственных наград, богатств не нажил, и довольствовался скромной (по генеральским меркам) пенсией, половину которой посылал сыну. Если во Владивостоке на эти деньги можно было существовать, но никак не в Москве, в ее столичной суете и множеством расходов, связанных с учебой в престижном университете. Поэтому Олег часто подумывал о приемлемом для студента заработке.

До армии Чибис трудился свадебным фотографом. А в этой профессии, как в никакой другой, важны «правильные» знакомства в среде потенциальных потребителей. Олегу часто приходило на ум, как использовать наши московские связи, однако он стеснялся сказать нам, думая, что мы поднимем его на смех. Самолюбие, выражающееся у него, в том числе, и в боязни выглядеть нелепо, порой побеждало здравый смысл.

Но вот, он все–таки преодолел себя, и, бледнея и заикаясь, предложил заняться организацией свадеб и праздников. Если Татьяна профессиональная актриса, то роль ведущей не должна доставить ей затруднений. Мне Олег предложил стать ее помощником и исполнителем юмористических куплетов (мои вокальные данные Чибис не оценивал высоко, но утверждал, что на такого красавчика, как я, станут смотреть, даже если я буду просто стоять с открытым ртом). На Нину, поскольку она была гораздо свободнее, чем мы, возлагались обязанности по приему заказов и решение организационных задач. Себя Чибис предложил в качестве фотографа и водителя с машиной (тогда он был единственным из нас, у кого имелись права, к тому же отец прислал ему денег на старенькие «жигули»).

Идея выглядела авантюрной, и могла сказаться на наших отношениях с друзьями. Она не понравилась нам еще и потому, что ее высказал Чибис, а не кто-то из нас. Но, тем не менее, спустя неделю отчаянных споров, мы приняли ее. И уже через полгода не жалели.