Код выживания

Док вытащил из-под верстака тяжелый металлический кейс и с глухим стуком опустил его перед Янисом. Замки кейса щелкнули, явив миру массивный прибор, похожий на армейскую радиостанцию, опутанную толстыми пучками оптоволокна.

— Это магистральный инжектор «Фаза-Передатчик», — Док похлопал механической ладонью по корпусу прибора. — Он может врезаться в любой зашифрованный кабель связи и создать стабильный зеркальный канал. Ваша цифровая подружка Эхо сможет качать данные прямо с серверов Высшего яруса. Но есть одна проблема.

— Распределительный щит, — кивнул Янис, застегивая плащ. — Ты говорил про Четвертый сектор и банду киборгов.

— Именно, — линзы искусственного глаза Дока сфокусировались на Янисе. — «Стальные Сердца». Они не просто бандиты. Это религиозный культ аугментации. Они считают, что чистая плоть — это ошибка эволюции, и силой затаскивают жителей трущоб в свои подпольные операционные, заменяя органы на дешевое б/у железо. Распределительный узел «Альтер-Ра» находится в самом центре их территории, на заброшенном заводе по переработке тяжелых металлов. Если они заметят тебя, то разберут на винтики за пять минут.

«Я зафиксировала частоту их внутренних переговоров», — на запястье Яниса мгновенно вспыхнул экран терминала. — «Культ использует примитивное шифрование. Я могу заглушить их радары ближнего радиуса и оптические сенсоры на триста секунд. Этого времени хватит, чтобы войти, подключить передатчик и уйти. Но мне потребуется твоя физическая точность, Янис».

— Пять минут, — Янис тяжело вздохнул и взял кейс за тяжелую ручку. Прибор оказался весомым — килограммов десять чистого титана и экранированных плат. — Отличный план, Эхо. Главное, чтобы эти триста секунд не стали последними в моей жизни.

Док протянул Янису старый, но надежно выглядящий импульсный дробовик «Молот», покрытый царапинами.

— Возьми. В Четвертом секторе дипломатия не работает. Если датчики твоей железки дадут сбой, стреляй в сочленения их шейных имплантов. Это их слабое место.

Янис перехватил дробовик, проверил заряд батареи — индикатор светился стабильным синим цветом на девяносто процентов — и закинул ремень оружия на плечо.

Спустя полчаса Янис уже пробирался через Четвертый технический сектор. Атмосфера здесь была еще хуже, чем на Дне. Воздух казался густым от масляного тумана, а стены и пол были покрыты слоем ржавой окалины. Повсюду валялись груды металлолома, остовы старых глайдеров и пустые контейнеры из-под химикатов.

Впереди показались массивные ворота заброшенного завода. Изнутри доносился жуткий, ритмичный скрежет металла по металлу и тяжелые, глухие удары гидравлических прессов. Время от времени сквозь щели в воротах пробивались ядовито-зеленые вспышки сварочных аппаратов. Культ «Стальных Сердец» работал без остановки, перекраивая свои тела в поисках ложного бессмертия.

Янис прижался к огромной ржавой балке у входа, чувствуя, как внутри контейнера в кармане пульсирует «Живой код».

— Эхо, я на позиции, — едва слышно прошептал он в микрофон воротника. — Включай свою магию. Начинаем отсчет.

«Глушение запущено», — ответил терминал. На экране появился цифровой таймер: [05:00... 04:59... 04:58...] «Все камеры и радары в радиусе пятидесяти метров транслируют пустую картинку. Вперед, Янис. Время пошло».

Янис рванул с места, низко пригибаясь к полу. Он тенью скользнул сквозь полуоткрытые ворота завода, сразу попадая в гигантский цех.

Картина внутри заставила бы содрогнуться любого жителя Высших ярусов. На подвесах для сборки машин вместо автомобилей висели человеческие тела. Опутанные десятками кабелей и трубок, они находились в состоянии глубокого медицинского анабиоза. Автоматические манипуляторы со скрежетом срезали органические ткани, заменяя их хромированными поршнями и стальными пластинами. Никакой эстетики киберпанка — только грубое, грязное железо, приваренное прямо к костям.

Среди этого ужаса, спиной к Янису, ходили трое патрульных культа. Их тела были деформированы: неестественно длинные металлические ноги, громоздкие торсы и вместо лиц — глухие стальные маски с одним мерцающим красным фото-элементом по центру. Они держали в руках тяжелые штурмовые карабины.

Патрульные двигались синхронно, но их головы хаотично дергались из стороны в сторону — ИИ «Эхо» успешно выжигала их тактические радары, и киборги пытались понять, почему их системы связи внезапно заполнил белый шум.

Янис проскочил мимо них за ряд тяжелых трансформаторных будок, стараясь не шуметь тяжелым кейсом. До распределительного щита станции оставалось всего двадцать метров. Это был монолитный бронированный шкаф с эмблемой энергетического контроля «Альтер-Ра», уходящий кабелями прямо в потолок цеха.

Таймер на запястье неумолимо щелкал: [03:15... 03:14...]

Янис упал на колени перед щитом, рванул замки кейса Дока и вытащил инжектор связи. Ему нужно было вручную подключить три толстых оптоволоконных зажима к магистральным шинам высокого напряжения. Руки в перчатках слегка дрожали от напряжения.

— Эхо, какой кабель твой? — прошептал он, вскрывая защитную панель щита плазменным резаком. Изнутри пахнуло озоном и жаром.

«Центральный синий жгут, маркировка Сигма-9», — высветил экран. «Поторопись, Янис. Один из киборгов начал ручную перезагрузку своего оптического процессора. Мое глушение на него скоро перестанет действовать».

Янис наложил первый тяжелый зажим на толстый синий кабель. Прибор в его руках издал громкий, отчетливый писк, фиксируя контакт. Индикатор на инжекторе Дока загорелся желтым цветом: «Синхронизация 34%...»

В ту же секунду в дальнем конце цеха раздался тяжелый металлический топот. Один из патрульных киборгов остановился. Его стальная маска медленно повернулась в сторону трансформаторных будок. Красный фото-элемент на его лице вспыхнул ядовито-бордовым цветом. Он зафиксировал Яниса визуально, в обход заблокированных Эхо радаров.

— Нарушитель плоти! — раздался из динамика киборга мертвый, синтезированный скрежещущий голос. — Изъять углеродные компоненты!

Киборг вскинул свой карабин, целясь прямо в Яниса.

Янис отреагировал прежде, чем успел подумать. Старая армейская привычка ликвидатора — действовать на опережение в зоне аварии — спасла ему жизнь. Он резко перекатился влево, на грязный бетонный пол, в ту же секунду, когда тяжелый карабин киборга выдал оглушительную очередь.

Крупнокалиберные разрывные пули вонзились в бронированный шкаф распределительного щита. Полетели снопы искр, металл обшивки заскрежетал, деформируясь от страшных ударов. Одна из пуль срикошетила от балки и чиркнула Яниса по плечу, разорвав плотную ткань штормового плаща, но, к счастью, не задев плоть.

— Эхо, сколько еще?! — крикнул Янис, вскидывая импульсный дробовик «Молот».

«Синхронизация — восемьдесят два процента! Держись, Янис! Еще двадцать секунд!» — зеленый экран терминала на запястье бешено замигал.

Киборг-фанатик уже шагал прямо к нему. Его длинные механические ноги тяжело вбивались в пол, оставляя вмятины на ржавых листах железа. За ним уже разворачивались двое других патрульных, привлеченные звуками стрельбы. Их красные оптические линзы хищно шарили по темноте цеха.

Янис поймал в прицел «Молота» сочленение шейных имплантов первого нападающего — как и советовал Док.

Ба-бах!

Тяжелый импульсный выстрел разорвал гул завода. Дробовик выдал мощную волну сжатого кинетического воздуха, смешанного с вольфрамовой дробью. Киборга качнуло назад. Металлический воротник на его шее разлетелся, обнажая пучки перебитых кабелей и брызги серой гидравлической жидкости. Стальная маска фанатика безжизненно моргнула красным глазом, и грузное тело рухнуло на пол, едва не придавив Яниса.

— Один есть! — выдохнул Янис, передергивая затвор. На пол с тихим звоном упала дымящаяся гильза.

Но двое оставшихся киборгов уже открыли шквальный огонь на подавление. Пули рикошетили повсюду. Яниса зажало в узком пространстве между разбитым трансформатором и телом поверженного врага. Высунуться для нового выстрела было равносильно самоубийству.

Таймер на экране терминала показывал последние секунды: [00:03... 00:02... 00:01... 00:00]

«Синхронизация сто процентов! Канал связи зафиксирован!» — победно выдал терминал голос Эхо. — «Янис, хватай инжектор и прыгай за силовой кабель за твоей спиной! Я перегружаю центральный распределитель завода!»

Янис вытянул руку, вслепую нащупал тяжелую ручку кейса Дока и с силой рванул его на себя, выдирая оптоволоконные зажимы из щита. В ту же микросекунду Эхо нанесла цифровой удар.

Используя только что созданный зеркальный канал связи Высшего яруса, она пустила обратный высокочастотный импульс прямо в силовую сеть завода «Стальных Сердец». Это был не просто короткое замыкание — это была хирургически точная цифровая диверсия.

Все автоматические манипуляторы культа, собиравшие киборгов, одновременно сошли с ума. Они начали хаотично вращаться, круша всё вокруг себя. Но главное — резервные батареи и аккумуляторы в телах оставшихся двух патрульных киборгов мгновенно перегрелись.

Раздался глухой, свистящий звук. Из сочленений брони фанатиков вырвались столбы густого белого дыма. Их электронные мозги просто выгорели от перенапряжения. Оба киборга замерли на месте, превратившись в безжизненные статуи из ржавого хрома и титана. На заводе воцарилась внезапная, оглушительная тишина, нарушаемая лишь шипением остывающего металла.

Янис медленно поднялся, тяжело дыша и прижимая кейс к груди. Плечо саднило, адреналин стучал в висках. Он посмотрел на замерших врагов, затем на свой плащ.

— Эхо... ты просто невероятна, — тихо сказал он. — Ты сожгла им процессоры на расстоянии?

«Я просто перенаправила избыточное напряжение их собственных генераторов в их же нейро-мосты. Они не позаботились о должной сетевой защите», — в тексте ИИ послышалась едва уловимая гордость. — «Но расслабляться рано. Весь Четвертый сектор сейчас поднимется на ноги из-за шума. Уходим к Доку. Быстро».