Хроники "ОРКС". Том 1

Муо активировала запись, прокашлялась и заговорила — уже не тем щебечущим голоском, каким просила сок в баре, а по-деловому, чётко, как настоящий разведчик. В пещере стало тихо, только её голос разносился под каменными сводами:

— Значит так, Неф. Привет тебе с Форго-3. У нас тут уже два месяца прошло, а у тебя, наверное, ещё пара дней. Странно это, да? Ладно, к делу.

Она переключила изображение на планшете, и над тактическим столом развернулась подробная карта Империи.

— Я вступила в местную гильдию авантюристов в Вектрополе. Она называется «Союз Ищущих» — что-то среднее между наёмниками, охотниками на монстров и курьерами. Берут всех: зверолюдей, полукровок, даже таких, как я, с подозрительной внешностью. У них система рангов: медный, бронзовый, серебряный, золотой, мифриловый. Чтобы получить следующий ранг, нужно выполнить определённое количество заданий и получить рекомендации от старших. Я пока бронзовая — выполняла простые задания, чтобы не привлекать внимания: сопровождение караванов, поиск пропавшего скота, зачистка подвалов от гигантских крыс. — Она поморщилась, и нос её забавно сморщился. — Крысы там реально гигантские. С собаку размером. И воняют. Но не монстры, просто мутировавшая фауна. Местные говорят, что это из-за магии, но я думаю, что просто экология такая.

Она увеличила фрагмент карты:

— Благодаря гильдии я получила доступ к картам и закрытым архивам. Империя Скуторум — вот она. Крупная держава, почти вся равнинная. Прерии, редкие леса, несколько горных гряд на севере, у границы с Тетоникусом. Климат тёплый, субтропический — у них тут вечное лето. Основные дороги: Via Principalis — главный тракт с севера на юг, соединяет столицу с портовыми городами. Ещё две дороги помельче идут от Вектрополя на восток — Via Orientis Minor и Via Meridiana. Остальное — укатанный грунт, в сезон дождей превращается в непролазную грязь. Местные используют лошадей, повозки и иногда ручных виверн для быстрой связи.

Она переключилась на детальную схему столицы и над столом поплыла огромная карта города, окружённого стенами:

— Вектрополь — огромный город. Население около полумиллиона, если верить местным записям. Есть стены высотой метров пятнадцать, акведуки, термы, форум, несколько рынков. И арена — Колоссеум Скуторис — вмещает до восьмидесяти тысяч зрителей. Там наш командир и машет мечом. — Она улыбнулась, но тут же снова стала серьёзной. — Деньги тут такие: медные ассы, серебряные сестерции, золотые ауреусы. Один ауреус — это двадцать пять сестерциев, а сестерций — четыре асса. Для понимания: буханка хлеба стоит один асс, комната в дешёвой таверне на ночь — два сестерция, хороший меч — около пятидесяти ауреусов. Раб-носильщик — от ста до пятисот ауреусов в зависимости от силы и навыков. Гладиаторы вроде Вика стоят тысячи, если они знамениты. Наш командир уже стоит около трёх тысяч ауреусов, если верить букмекерам. Я проверяла.

Она перешла к следующему слайду — карте сопредельных государств:

— Теперь о соседях. Сухопутная граница только на востоке. Там три страны: Королевство Тетоникус — горцы, суровые ребята, живут в крепостях на скалах, воюют с Империей каждые лет десять. Сплендорф — богатое королевство, славятся магами и алхимиками, у них там своя Академия, даже круче имперской. Моферунд — федерация вольных городов, торговая республика. С ними у Империи вооружённый нейтралитет: торгуют, но друг другу не доверяют. Между ними спорные территории, где никто не живёт, кроме монстров и разбойников.

Она сделала паузу, и голос её стал чуть тише — та часть доклада явно тревожила её больше всего:

— И самое интересное: монстры и нелюди. Местные называют их «проклятыми расами» или «детьми бездны». Есть зверолюди — их терпят, но не любят, часто обращают в рабство. Есть полукровки с демоническими чертами — этих боятся и стараются изгонять. Есть эльфы — но не такие, как в играх, а дикие, лесные, они почти не контактируют с людьми. И есть настоящие монстры: гарпии, мантикоры, виверны, гигантские пауки. Они живут в диких землях. Гильдия на них охотится за награду. Но, что важно — некоторые монстры выглядят как люди, только с неестественными глазами или движениями. Местные называют их «подменышами» и сжигают на кострах. Я пометила несколько случаев в восточных провинциях — надо будет проверить.

Она закончила запись и посмотрела на Вика, ожидая его части доклада. Её глаза снова стали огромными и немного испуганными — роль разведчика давалась ей хорошо, но каждый раз, когда она думала о том, с чем они могут столкнуться, в душе просыпался тот самый маленький запуганный демон, каким она была когда-то.

Вик поднялся, обошёл тактический стол и начал диктовать — медленно, размеренно. В этой части пещеры голос его звучал глухо, но каждое слово было весомым, как камень, уложенный в стену:

— Неф, слушай внимательно. Я внедрился в гладиаторскую школу, одну из крупнейших в Вектрополе. Моя легенда: варвар с далёких восточных земель. Мои способности позволяют не скрывать неуязвимость — здесь это принимают за благословение богов или мощную магию. Местные уже шепчутся, что я любимец бога войны. За два месяца я прошёл путь от новичка, которого все списывали со счетов, до «восходящей звезды». Сейчас мой ранг — «серебряный меч», скоро будет «золотой». Если всё пойдёт по плану, через месяц я буду уже рядом с императором.

Он остановился у голограммы арены, которая развернулась над столом — огромный овал, окружённый ярусами зрительских мест. Схема была детальной: ложи патрициев, императорская трибуна, выходы для зверей, подземные камеры для гладиаторов.

— Арена — это не просто развлечение. Это политический инструмент. Император Нерон Клавдий Скутор — да, его правда так зовут, и нет, это не смешно, особенно когда он рядом, — использует игры, чтобы контролировать плебс и демонстрировать силу знати. Патриции соревнуются, чьи гладиаторы лучше, тратят целые состояния на их подготовку. Я уже привлёк внимание нескольких влиятельных домов: дом Флавиев — военная элита, дом Корнелиев — старые деньги и землевладельцы, и дом Валериев — новая знать, разбогатевшая на торговле. Через них я получаю доступ к закрытой информации. Флавии обсуждают войну с Тетоникусом. Корнелии шепчутся о странных смертях в сенате. Валерии предлагают мне контракт на следующий большой турнир. Всё это — ниточки, за которые можно потянуть.

Он переключил голограмму на схему императорского дворца — величественного здания с колоннадами, внутренними садами и лабиринтом коридоров.

— Император — фигура противоречивая. Не молод, около пятидесяти, амбициозен, но подозрителен до паранойи. Постоянно меняет советников, казнит приближённых по малейшему подозрению. В прошлом году казнил своего лучшего полководца Марка Корвина за «сговор с Тетоникусом». Все знали, что Корвин был предан Империи до мозга костей. Это похоже на паранойю... или на то, что кто-то из окружения императора нашептывает ему ложь. Возможно, Геоид. Нужно копать глубже. Я планирую попасть на приём во дворец после следующего турнира — как только выиграю, а я, конечно, выиграю, меня пригласят.

Он вернулся к карте Империи, увеличив сектор с сельскими территориями:

— Рабство здесь основа экономики. Треть населения — рабы или вольноотпущенники. Рабы работают на полях, в рудниках, в домах знати, на арене. Гладиаторы тоже рабы, но с особым статусом: мы ценный товар, нас кормят, тренируют, лечат. Успешный гладиатор может выкупить свободу и стать вольноотпущенником. Многие потом остаются в школе как тренеры или уходят в наёмники. Я планирую добиться этого через пару месяцев, чтобы иметь больше свободы передвижения. Сейчас каждый выход в город это согласование с ланистой. Свободный гладиатор может ходить куда угодно.

Он сделал паузу и переключился на бытовые зарисовки:

— Быт простого люда: крестьяне живут в деревнях из глинобитных хижин, питаются кашей из полбы, овощами, иногда рыбой или мясом. Городские плебеи ютятся в инсулах — многоэтажных доходных домах, где на первом этаже лавки, выше — квартиры. Богатые патриции живут в домусах — особняках с внутренними двориками, фонтанами, мозаиками. Термы — общественные бани, центр социальной жизни. Форум — рынок и место собраний. Религия — пантеон богов. Есть ещё культ «Нерождённого Бога», но о нём пусть Су расскажет.

Он посмотрел прямо в записывающее устройство, и его зелёные глаза вспыхнули тем самым светом, который Неферит видела в первую ночь у костра.

Су поднялась и сменила Вика у записывающего устройства. Она отставила чашку, поправила платье и встала так, чтобы её лицо было хорошо видно на записи. Её движения были плавными, как всегда, а голос — спокойным и размеренным, словно она диктовала медицинский протокол. И в каком-то смысле так и было.

— Я обосновалась в квартале знахарей под видом травницы и алхимика. Моя легенда: целительница из Сплендорфа, путешествующая в поисках знаний. Местная медицина примитивна: кровопускания, припарки из грязи, молитвы богам, иногда ампутации без наркоза. Мои методы — травы, настойки и немного «магии», на самом деле, синтез простых лекарств из окружающей среды — быстро принесли мне репутацию искусной лекарки. Ко мне приходят и бедняки, которым нечем платить, и слуги патрициев, которым нужна деликатность. Через них я собираю слухи. Очень много слухов.

Она вывела на голограмму несколько изображений — травы, схемы магических кругов, анатомические зарисовки местных жителей.

— Местная магия существует, и она действительно связана с эфиром, хоть и называют её иначе — «поток», «искра», «дар богов». Маги здесь не редки, их обучают в Академии Арканум в Вектрополе, под строгим контролем Империи. Неконтролируемых магов называют «дикими» и либо уничтожают, либо принуждают к службе в имперских легионах. Маги здесь специализируются: огонь, вода, земля, воздух, ментальная магия, иногда — исцеление. Но их понимание эфира фрагментарно, они действуют через ритуалы и заклинания, а не через прямую волю, как ты. Я заметила, что у некоторых одарённых есть аномалии, похожие на эфирное истощение: дрожь в пальцах, неконтролируемые выбросы, быстрая утомляемость. Возможно, кристаллы уже где-то прорастают, отравляя магический фон.

Она показала карту города с красными отметками.

— Слухи о «подменышах» участились в последние полгода. В основном в бедных кварталах и пригородах. Люди пропадают на несколько дней, а потом возвращаются «другими» — так говорят соседи. Изменяется походка, голос, привычки. Я проверила два случая. В одном, вероятно, просто психическое расстройство: женщина пережила смерть мужа и потеряла рассудок. Но во втором... — она сделала паузу, и её голос стал жёстче, — ...во втором случае женщина двигалась странно: слишком плавно, слишком механически. Её кожа была неестественно гладкой и холодной на ощупь, как полированный камень. Я не успела взять образцы — её сожгли до моего прихода. Толпа. Суеверия. Соседи сказали, что она «смотрела сквозь них».

Она сделала глоток остывшего отвара и продолжила — теперь с тенью тревоги в голосе:

— Ещё один важный момент: в Империи существует культ «Нерождённого Бога». Подпольная секта, верящая, что истинные хозяева мира придут из-за звёзд и изменят реальность. Их пророчества говорят о «каменных ангелах», которые спустятся с небес и очистят мир от скверны. Они поклоняются кристаллам, которые называют «слезами богов» или «искрами творения». Думаю, это прямое влияние Геоидов или их агентура, работающая с местным населением. Секта запрещена официально, но имеет последователей даже среди знати. Я пытаюсь внедриться через пациентов, но осторожно — они параноидальные и проверяют новичков. Одна женщина рассказала мне, что на собраниях они пьют какой-то раствор и «видят истину». Скорее всего пыль, вызывающая галлюцинации и привыкание. Возможно какая то новая технология контроля.

Она закончила запись, и в пещере повисла тишина — густая, наполненная тревожными мыслями. Отвар в чашке совсем остыл, но Су не замечала этого. Её жёлтые глаза смотрели куда-то в темноту.

Вик объединил все три доклада, добавил карты, схемы, пометки. Его пальцы быстро скользили по голографической панели, компилируя итоговый пакет. Красные маркеры — подозрительная активность. Синие — безопасные маршруты. Жёлтые — требуется проверка. Зелёные — подтверждённые данные. Карта пестрела, как лоскутное одеяло.

— Итоговый пакет для Неферит. Пусть анализирует: связи между домами, слухи о подменышах, активность секты, географию возможных точек прорастания грибницы. Возможно, она увидит закономерности, которые мы упускаем. У неё свежий взгляд и мозги, не замыленные местной рутиной. — Он на мгновение замолчал, глядя на мигающий значок передачи. — Пусть не торопится. У нас есть время еще. Но когда она прибудет, мы должны быть готовы действовать быстро.

Муо активировала передатчик. Данные ушли через ретранслятор — пока ещё старый, тот, что стоял у входа в пещеру, — за пределы орбиты, где через несколько часов их перехватит «Феникс» в подпространстве. На планшете Муо загорелся зелёный индикатор успешной отправки.

— Отправлено! — Она сладко потянулась, хрустнув суставами. — Теперь ждать ответа. — Зевок, широкий и искренний. — Я спать. Завтра в гильдии новый квест — надо разобраться с виверной, что повадилась таскать овец у одной деревни. Скукота. Овцы, виверна, крестьяне с вилами... Хочу уже нормальных Геоидов искать! Настоящих!

Су встала, забирая пустую чашку:

— Всему своё время, Муо. Мы закладываем фундамент. Разведка, сбор данных, налаживание контактов — это девяносто процентов успеха. Остальные десять, собственно — бой. Неферит и Крис оценят нашу работу. А если нет, Кристина всё равно будет слишком занята, чтобы ворчать. Ей бы только кулаками махать.

Вик кивнул, глядя на гаснущую голограмму. Тактический стол медленно сворачивал карты, схемы, доклады — всё, что они собирали два месяца, теперь сжималось в крошечный пакет данных, летящий через пустоту космоса к их хвостатому тактику. Где-то далеко, на борту «Феникса», Неферит через день получит эти данные. А для них здесь, в мире магии и средневековья, пройдёт ещё месяц. Месяц, за который нужно сделать ещё больше. Месяц, за который нужно подобраться к императору, внедриться в секту, проверить подозрительные случаи. Месяц, который может стать решающим.

Муо уже нырнула за занавесь, отделявшую её крошечную спальную нишу. Оттуда донеслось шуршание — она заворачивалась в одеяло. Су заваривала себе новую порцию травяного отвара, и пар медленно поднимался к каменному потолку, смешиваясь с прохладным воздухом пещеры. А Вик стоял у входа, глядя в темноту за маскировочной сеткой, туда, где над скалами загорались две луны. Голубая, большая, низко висящая над горизонтом. И жёлтая, маленькая, робко выглядывающая из-за спины старшей сестры.

Су, не оборачиваясь, тихо произнесла:

— Ты думаешь о ней.

Это был не вопрос.

Вик не ответил. Но его пальцы перестали тянуться к пустому нагрудному карману. И в зелёных глазах, отражавших свет двух лун, мелькнуло что-то, чему не было названия.

Глава 11. Среди звезд

Голографический стол в центре тактического отсека мерцал, разворачивая над своей поверхностью целую вселенную: карту Империи Скуторум, трёхмерную модель Вектрополя, схемы гладиаторской арены, портреты ключевых фигур и длинные столбцы текстовых отчётов. Рядом висели отдельные окна — геологическое сканирование равнины, пометки Су о «подменышах», краткая история войн за последние десять лет, собранная Муо. Синий свет голограмм заливал отсек, и в этом свете лицо Неферит казалось вырезанным из алебастра — бледным, хищным, прекрасным.

За столом, поджав под себя ноги, сидела Неферит. Чёрный матовый костюм обтягивал тело как вторая кожа, шипы на плечах тускло поблёскивали в холодном свете голограмм. Фиолетовые глаза с голубыми вертикальными зрачками быстро бегали по строкам отчёта, выхватывая ключевые слова. Она сидела так уже третий час, и за это время не проронила ни слова — только иногда тихо фыркала, натыкаясь на особенно нелепые строки.

Кристина развалилась в кресле напротив, закинув ноги на край стола. В руке был неизменный стакан с чем-то янтарным, на этот раз, кажется, разбавленным водой. То ли похмелье давало о себе знать, то ли Су перед уходом успела провести воспитательную беседу о вреде алкоголя. Скорее второе. Кристина наблюдала за Неферит с тем ленивым любопытством, с каким сытый лев наблюдает за мышью. Наконец ей надоело ждать.

— Ну что, хвостатая, изучила? — Она сделала глоток и поморщилась. — Что скажешь про нашего командира-гладиатора? По-моему, гениальный план. Я бы сама так сделала, если бы могла притворяться человеком.

Неферит оторвалась от голограммы. Медленно, очень медленно, словно само движение требовало невероятных усилий, она подняла голову и посмотрела на Кристину. На её лице появилось выражение такого глубочайшего скепсиса, что, будь оно оружием, пробило бы броню линкора. Она пару раз моргнула, затем издала короткий смешок — холодный, резкий, словно звон разбитого стекла о каменный пол.

— Гладиатор. — Она произнесла это слово так, будто оно было ругательством на мёртвом языке. — Он. Решил. Стать. Гладиатором. — Каждое слово было отделено паузой, как удары молотка по гвоздю. — Я, конечно, всё понимаю. Он — бессмертная машина разрушения. Он способен голыми руками разорвать всё, что попадётся под руку, включая, я подозреваю, небольшие луны. Но это? Это его великий план? Махать деревянным мечом на потеху толпе, как какой-то... как... — она не нашла подходящего оскорбления и просто взмахнула рукой, словно отметая саму идею как нечто недостойное обсуждения.

Она поднялась и начала расхаживать вокруг стола. Хвост хлестал воздух.

— Это настолько нелепо, что могло прийти в голову только, яподозреваю, ему. Или тебе, Кристина. Вы с ним мыслите одинаково... как бы это помягче выразить... прямолинейно. Как два тарана, которые видят стену и думают: «О, стена! Надо бить!». И бьют. И стена рано или поздно ломается. Но знаешь, что? Есть другие способы. Можно обойти стену. Можно сделать подкоп. Можно убедить того, кто за стеной, что ему выгоднее открыть ворота. А можно... — она остановилась и посмотрела на Кристину с выражением учителя, уставшего от непонятливого ученика, — ...можно вообще не связываться со стеной, а найти того, кто её построил, и. ладно, это слишком сложная метафора для тебя. Забудь.

Кристина хмыкнула, ничуть не задеваясь:

— Именно благодаря это нелепости, мы все выжили и все в ОРКС, включая тебя, уголек. И, вообще-то это классика. Внедрение через арену — древний как мир способ. Становишься знаменитым, на тебя обращают внимание знатные вельможи, получаешь доступ в высшее общество. Что тут нелепого? Вик уже «серебряный меч», скоро будет «золотой». К нему уже подкатывают три влиятельных дома. Через пару месяцев он получит аудиенцию у императора. По-моему, план работает.

— Нелепо то, — процедила Неферит, — что он существо, способное, вероятно, в одиночку уничтожить армию, — притворяется рабом с деревянным мечом. Это всё равно что... — она задумалась, подбирая сравнение, — ...что дракону притворяться ящерицей. Унизительно. Для дракона. И для ящерицы. И для всех, кто на это смотрит.

Она фыркнула и снова уселась за стол, поджав ноги. На лице застыло всё то же выражение превосходства, но теперь к нему примешивалось что-то ещё — что-то похожее на неохотное признание.

— Хотя... — голос стал чуть менее язвительным, словно она делала одолжение, произнося эти слова, — ...надо признать, в этом что-то есть. Местная аристократия помешана на гладиаторах. Это видно из отчётов. Для них гладиатор — не просто раб, а что-то вроде... рок-звезды, только в сандалиях. Если он станет чемпионом, перед ним откроются двери любого дома. Он сможет наблюдать за элитой изнутри, выявлять Геоидов среди них, влиять на решения. Грубо, топорно, без малейшего изящества, но... возможно, сработает. Не то чтобы я ожидала от него утончённой интриги, это было с нашей встречи еще понятно. Он, в конце концов, мужлан с сигарой, который называет меня «дорогушей». Какая уж тут утончённость.

Она вернулась к изучению данных, и её пальцы быстро забегали по сенсорной панели. Над столом возникли новые голографические окна — отчёты о «подменышах», собранные Су.

— Что действительно важно и на чём вам всем стоит сосредоточиться, вместо того чтобы восторгаться гладиаторскими подвигами, — это так называемые «подменыши». Местные сжигают их на кострах, считая чудовищами в человеческом обличье. Су зафиксировала несколько случаев, в основном в бедных кварталах и пригородах. Люди пропадают, потом возвращаются «другими». Изменяется походка, голос, привычки. И ты, и Муо, и даже сам Вик, кажется, подозреваете, что это могут быть Геоиды с неудачной мимикрией. Я права?

— Ну да. А что, не похоже? — Кристина отставила стакан и подалась вперёд. — Двигаются странно, кожа холодная, эмоции не соответствуют... По всем признакам — неудачная мимикрия.

— Нет. Не похоже. Совершенно. — Неферит резко перебила её и увеличила фрагмент отчёта. Голограмма развернулась, показывая сравнительную таблицу характеристик. — Смотри сюда, гора мышц. Я прочитала архивы ОРКС вдоль и поперёк. Даже самый слабый Геоид, категория «минимальная угроза», способен в одиночку перебить роту рыцарей или отряд любой другой вооруженный отряд. Роту, Кристина. Это десятки подготовленных бойцов в полном вооружении. А этих «подменышей» ловит и сжигает толпа крестьян с вилами и факелами. Ты правда веришь, что существо, способное разорвать человека голыми руками, позволит себя схватить? Что оно будет кричать, молить о пощаде и гореть на костре, даже не попытавшись прорваться?

Она откинулась на спинку, скрестив руки на груди, и в этом жесте было столько же торжества, сколько и презрения:

— Это не Геоиды. Это просто люди. С психическими расстройствами, неврологическими заболеваниями или, возможно, жертвы магических аномалий. А местные, в своём дремучем невежестве, приписывают им демоническую природу и тащат на костёр. Что, кстати, вполне может быть следствием воздействия кристаллов — они способны вызывать мутации и повреждения нервной системы. Это не Геоиды. Это побочный ущерб.

Она перевела взгляд на другой блок данных, и её голос снова стал деловым:

— А вот что действительно заслуживает внимания — это «секта Нерождённого Бога», о которой упомянула Су. Подпольный культ, поклоняющийся кристаллам — тем самым фиолетовым, — которые они называют «слезами богов» или «искрами творения». То же мне, искры. Секретные собрания, странные ритуалы, последователи среди знати... Вот это уже похоже на классическую схему внедрения. Я читала об этом в архивах. Они часто создают культы, чтобы манипулировать населением изнутри. Обещают просветление, силу, бессмертие. Раздают кристаллы, вызывающие привыкание. А потом, когда секта разрастается, начинают разжигать войны, устраивать диверсии, ослаблять государство. Если Су сможет внедриться в секту или хотя бы выйти на её след — это даст нам куда больше, чем охота на несчастных больных, которых местные называют «подменышами». Вот только это все не похоже на только что открывшийся портал

Кристина кивнула, делая глоток:

— Логично. Значит, подменыши ложный след, а секта — настоящий. Запишем. Или ты уже записала?

— Не «запишем», а уже записала. Ещё час назад. Я веду аналитический журнал, в отличие от некоторых, которые ведут только счёт выпитым стаканам. — Неферит переключила голограмму на новый блок данных. — Теперь история войн за последние десять лет. Муо прислала выжимку из архивов Империи. Весьма... познавательно. Приготовься, сейчас я буду читать вслух. Это займёт некоторое время, но я хочу, чтобы ты тоже услышала. Вдруг в твоей голове, забитой мышцами и рецептами коктейлей, найдётся место для одной-единственной полезной мысли.

Она пробежала глазами по строкам и начала зачитывать с выражением глубокого сарказма. Её голос звучал как голос диктора, читающего сводку новостей о конце света.

— Итак. Десять лет назад. Империя Скуторум под предводительством тогдашнего императора — некоего Тиберия Клавдия Скутора, отца нынешнего правителя, — начинает «Великий Восточный Поход» против Королевства Тетоникус. Официальная причина: пограничный конфликт из-за спорных серебряных рудников в предгорьях. Война длится три года. Империя теряет два легиона в горах — два легиона, Кристина, это около десяти тысяч солдат, но в итоге захватывает рудники. Тетоникус отступает, но не сдаётся. — Она пролистнула дальше. — Два года назад. Внезапное предательство. Полководец Марк Валерий, герой войны с Тетоникусом, тот самый, что захватил рудники, поднимает мятеж против нового императора Нерона, который только взошёл на трон после загадочной смерти отца. Причина мятежа: «восстановление справедливости и очищение трона от скверны». Интересный выбор слов, не находишь? «Скверна». Мятеж длится год, опустошая центральные провинции. Войска Валерия доходят почти до стен Вектрополя, но в решающий момент его предаёт собственный союзник — герцог Северных Пределов. Валерий казнён, его семья уничтожена, его имя вычеркнуто из хроник. — Она хмыкнула. — Год назад. «Война Торговых Путей» с Моферундом. Якобы из-за пиратства и пошлин. На самом деле — попытка Империи установить контроль над ключевыми портами восточного побережья. Война длится полгода, заканчивается ничьей и мирным договором. Но за это время обе стороны теряют десятки кораблей и тысячи людей.