Игра начинается или Охота на Темного Князя

Тот вечер в его квартире начался как обычно. Он готовил ужин – слишком искусно для парня, который якобы жил один.

– Где ты научился так готовить? – спросила я, наблюдая, как он ловко орудует ножом.

– Жизнь длинная. – Он ухмыльнулся. – Приходится осваивать разные навыки.

Я не придала значения его словам. Пока не увидела шрам на его спине, когда он наклонился за упавшей ложкой. Символ. Перечеркнутый круг с тремя когтями.

– Что это? – Я коснулась пальцами.

Он вздрогнул, будто обжегся.

– Старая глупость.

Его кожа под моими пальцами была холодной.

– Ужин, похоже, нам сегодня не светит. Пошли погуляем? – проговорила я.

Солнце все еще ласкало кожу, но теперь его лучи казались холоднее. Дэмиан вел меня по аллее, его шаги были бесшумными, будто он не касался земли. Я не заметила этого сразу – слишком увлеклась его рассказом о Венеции XVI века.

– Ты представляешь, Каролина, каково было стоять на мосту Риальто и наблюдать, как город просыпается?

Я замедлила шаг.

– Ты говоришь так, будто сам это видел.

Он рассмеялся, и в этом смехе было что-то… слишком идеальное.

– Просто хорошая фантазия.

Солнце играло в его темных волосах, когда он улыбнулся мне в ответ. Эта улыбка – бесстыдная, самоуверенная – должна была насторожить. Но вместо этого что-то теплое и глупое екнуло у меня под ребрами.

– Куда пойдем? – Я скрестила руки на груди, делая вид, что еще раздумываю.

– В кафе за углом. Или, если хочешь чего-то более… приватного, – его взгляд скользнул по моей шее, – тогда можем уединиться.

Я рассмеялась, но не потому, что было смешно. А потому, что нервы пели во мне тонкой, дрожащей струной.

– Кафе, серьезно? – твердо сказала я. – Наглость – второе счастье? И вообще-то, мы так и не поужинали.

– Нет. Жаль, а я вот подумал, что деточка решила проверить на мне свои чары.

Он подался вперед, и вдруг его запах ударил мне в нос – дорогой парфюм с легкой горчинкой табака.

Я отшатнулась. Не потому, что испугалась. А потому, что поняла: этот запах – он витал в кабинете Валентина в те вечера, когда приходили те, с кем он вел непонятные разговоры. Да и гормоны уже вовсю играли во мне. Я очень хотела его соблазнить, потому что мне надоели эти вопросы без ответов. Но братец этот на мои чары, как он недавно только произнес, не реагировал. А мне, почти шестнадцатилетней девчонке, хотелось шалить и просто радоваться жизни.

Мы сели в маленьком кафе, затерянном между деревьев. Кафе оказалось уютным, с затемненными стеклами и полупустыми столиками. Я выбрала место у окна – спиной к стене, с хорошим обзором на выход.

– Смотрю, кое-чему тебя научил мой папа́. Осторожность превыше всего? – Дэмиан откинулся на спинку стула, наблюдая, как я осматриваю помещение.

– Привычка.

И я пересела так, чтобы мне было видно все, но чтоб на меня внимания никто не обращал.

Привычка – это вторая натура, прочитала я когда-то в какой-то книге. Да, много их прочитала за это время. Папаня Дэмиана постарался на славу. Он сделал из меня… Кого же – я так и не решила за эти годы. Но, как я помню, впереди маячило мое двадцатилетие, которое и изменит все. А вот что именно – все? Я совсем не понимала.

Посмотрела на сына Валентина. Порадовалась, что он перестал изображать своего отца. Парень в какой-то степени стал самим собой. Почему я так думала? Да потому что с некоторого времени у меня появился дар. Я начала чувствовать ложь во всех ее проявлениях. Даже могла сказать, когда по телику шла какая-то передача, кто прав, а кто прикрывает ложь белыми нитками.

Официантка, миловидная девушка с веснушками, подошла к нам.

– Кофе? – спросила она.

– Двойной эспрессо. Без сахара, – ответил Дэмиан, даже не взглянув в меню. Его пальцы постукивали по столу – ритмично, как метроном. – А тебе?

– Горячий шоколад, – произнесла я.

Он ухмыльнулся. Кофе принесли слишком быстро. Я заметила, как официантка вздрогнула, когда их пальцы случайно коснулись.

– Извините! – Девушка покраснела.

Но Дэмиан лишь улыбнулся:

– Ничего страшного.

Официантка поспешила уйти, но я увидела: ее рука, та, что коснулась его, дрожала.

– Ты ее напугал, – тихо произнесла, посмотрев на не очень нехорошего человека.

Он поднял бровь.

– Я?

– Она выглядела так, будто обожглась.

Дэмиан медленно провел пальцем по краю чашки.

– Вы, люди, очень… – Он помедлил. – То, чего не знаете, пытаетесь оправдать с помощью реализма. Поверь мне, девочка, магия и вся фигня, как ты говоришь, – она существует.

Я фыркнула. Он протянул ко мне руку. Сжал мою. Я почувствовала не просто прохладу – ледяное дыхание, будто из открытой морозильной камеры.

– Не смотри на меня так, Каролина, тебе многому придется научиться. – Его голос стал мягче, но в глазах что-то вспыхнуло.

Я отодвинулась.

– Угу. Ночами не сплю от вашей доброты.

А потом наш разговор плавно перешел на книги, музыку и, конечно, на Париж, который он якобы обожал. И с каждой минутой я чувствовала все сильнее: он лжет. Но самое странное, он знал, что я это понимаю. И ему было интересно. В какой-то момент – я так и не поняла – его пальцы сомкнулись на моем запястье. Горячие. Крепкие. И вдруг кольцо (то самое, с черепом) загорелось.

– Отпусти. – Я не дернулась. Просто посмотрела ему в глаза.

– А если нет?

– Тогда тебе придется объяснить своему дорогому папочке, почему у тебя сломаны пальцы, – мягко сказала я.

Он рассмеялся, но отпустил.

– Поверь мне, дорогая, я знаю, что я делаю. А вот тебе надо научиться самоконтролю. – проговорил он. – Каролина. – Его голос изменился, стал слишком глубоким, слишком древним. – Ты не должна носить кольцо. И когда ты его успела забрать?

Я отступила.

– Возможно, когда ты спал. И почему я не могу носить свою прелесть? Я в нее влюблена, как тот хоббит из сказки.

– Деточка. Твоя, как ты говоришь, прелесть в один момент сдаст нас с потрохами.

Я округлила глаза.

– Потому что оно сработает не сейчас, а позже. Верить надо не в сказки.

Внезапно поднялся ветер, сорвав листву с деревьев.

– Неужели правда, что ты и Валентин – драканы?

Он улыбнулся, и в этот раз клыки были слишком острыми.

– Да, деточка, как и ты.

Я развернулась и побежала. До дома я бежала, не оглядываясь.

Его смех преследовал меня – колокольный, ледяной.

– Не так быстро, моя дорогая.

Добежала до квартиры Валентина и поняла, что если сейчас туда зайду, то уже не выйду. Откуда было это знание, я не понимала. Развернулась и пошла на соседнюю улицу, туда, где жил Дэмиан. Он встретил меня улыбаясь. Произнес только одно:

– Время придет – я все подробнее расскажу.

Я только хмыкнула.

Глава 7. Тени прошлого

И мне опять захотелось пошалить. Дракан, значит, я или где? Отлично. Значит, я смогу сделать так, чтоб Дэмиан рассказал мне все и сейчас. Не нужно завтра, а надо сегодня. Это неведение меня словно убивало.

Я подошла к нему близко и обняла. Почувствовала, как «братец» вздрогнул. Посмотрела на него. При моем росте в полтора метра это было очень сложно, голова закружилась. В его глазах я увидела свое отражение. Нащупала в его кармане какую-то очень суперскую безделушку. О, еще одна моя «прелесть». Отступила. Повернулась. И пошла к себе в комнату.

– Каролина, верни. – Его голос звучал слишком серьезно.

Я решительно повернулась к нему, и в его глазах что-то изменилось. Зрачки сузились в вертикальные щели. На секунду, но я увидела.

– Ничего не брала! – произнесла я слишком быстро, сжимая в руках «прелесть», которая на ощупь была чем-то гладким, отполированным до зеркального блеска. Камень казался холодным, но потом я почувствовала тепло.

– Детка. Не ври, я почувствовал. Из тебя воровка никудышная, – перебил он меня. Придвинулся ближе и произнес, сжимая мои руки: – Ну, я жду.

– А что это такое, не подскажешь? Не?

Дэмиан забрал из моих рук этот камешек. Значит, это еще один загадочный артефакт, как и мое кольцо. Почему я так подумала? Да потому что я уже изучила свою «прелесть». Я все-таки успела рассмотреть, пока этот нехороший недочеловек не успел спрятать его. Он был обсидианового цвета, поверхность будто выточена из тьмы. И при этом она мерцала изнутри таинственными всполохами. А когда он его спрятал, я почувствовала разочарование. Ну что он все скрывает? Тайны эти уже надоели.

– Каролина. – Он помедлил. – Ну просил же, не будь любопытной. Когда надо будет, тогда все расскажу. А теперь ступай в свою комнату.

Я поморщилась: обижал меня всегда такой снисходительный тон. И еще терпеть не могла слащавости.

– Запомни свой сон. Он будет важным. Запомни каждую деталь, – помедлил этот… ну как его еще назвать-то, я уже не думала. А вот его слова повисли в воздухе, словно ядовитый газ. – Все станет понятно по твоему сну.

Я выдернула руку из его горячей хватки, кожу под пальцами покалывало, будто от статического электричества.

– Ты говоришь как герой дешевого мистического романа, – фыркнула я, но голос предательски дрогнул.

Потому что сны… Эти прокля́тые сны… Каждую ночь одна и та же картина: бесконечная лестница, уходящая в темноту. Голоса, шепчущие за спиной. И чувство, будто за мной наблюдают. Дэмиан и еще одна высокая фигура отбрасывали странную тень на стену – слишком длинную, слишком изломанную для обычного человека.

– Сейчас только правду скажи. Кольцо носила? – спросил он тихо.

Ложь уже вертелась на языке, но что-то в его взгляде заставило меня ответить правду.

– Да, папочка, – ответила я, а Дэмиан поморщился.

Он дома всегда надевал маску «Валентина». Сейчас же эта маска поплыла, и стали проступать черты самого Дэмиана, того, с кем мы недавно гуляли по городу.

Я хотела рассказать про вспышку. Про тень на стене. Про слова, что я должна ему доверять.

Он закрыл глаза, будто от боли.

– Глупая девочка, – прошептал он, но в его голосе не было злости. Только усталость. – Ну и зачем надо было будить пророчества раньше времени? Ну просил же тебя. Теперь, дорогая моя, начнется твое обучение раньше, чем я думал.

– Чего?

Я в ужасе посмотрела на дракана. Да я сейчас только поняла, что никто не врал. Он древний, пусть не такой, как Валентин. Но почему-то сейчас я подумала: а какое же все-таки настоящее имя у моего «доброго дядюшки»?

Внезапно Дэмиан схватил меня за плечи. Его пальцы горели сквозь ткань рубашки.

– Послушай внимательно. Помнишь, я говорил тебе, что тебе нельзя раньше носить свою прелесть?

Я кивнула, что-то такое помнила, но, вообще, у меня травма: я опекуна потеряла, хотя этот и надевал лицо Валентина. Но вот он не тот, и носить долго не мог – прорывалась сущность. Не знала, с чем это было связано. Да и мне как-то параллельно было.

– Каролина, твое любопытство может нас погубить. Ну вот зачем? – проговорил он в пустоту.

– Отлично! Значит, я буду заперта в каком-то бредовом сне? – Я засмеялась – резко, истерично.

– Нет. – Он вдруг прижал ладонь к моему лбу. – В своем сне.

Я смотрела на него, он – на меня.

– Прости, – успел сказать он.

Я хотела спросить, что это значит, но он притянул меня к себе.

Его губы коснулись моего лба – и мир поплыл. Глаза слипались, тело стало ватным. Последнее, что я увидела перед тем, как погрузиться во тьму, – его лицо, искаженное болью.

Я проснулась в месте, которого не знала.

Каменные стены. Запах серы. И голоса.

– Здесь слишком опасно ей быть. Зачем ты ее привел?

– Но кольцо уже активировано. Стражи идут уже по ее следу. И рано или поздно они ее найдут. Что мне предпринять?

– Любопытная девчонка, – произнес очень усталый голос, такой знакомый.

Я обернулась и увидела его – Дэмиана. А тот, у кого он что-то спрашивал, растворился в воздухе.

Но не тот, кого знала. Его кожа изменилась, обнажив красное под ней. Рога. Когти.

– Проснись, Каролина, – прошептал он.

Я вскрикнула и вынырнула из сна.

Дэмиан сидел рядом, его лицо было бледнее обычного.

– Что это было?! – Я отползла от него.

– Правда. – Он сжал кулаки. – Ты видела меня таким, каким я бываю в том мире.

– Дракан.

Не вопрос – констатация. Он кивнул.

– Но я не твой враг.

– А кольцо?

– Оно… – Он вздохнул. – Говорил же: ключ. А ты – та, кто поможет нам.

Я истерично засмеялась.

– Нам? И что теперь? Я все-таки схожу с ума.

Он поднялся, его тень растянулась по стене – с рогами, с крыльями.

– Нет, с ума по отдельности сходят. А мы с тобой вдвоем, так что успокойся, детка, – усмехнулся этот гад. – Теперь ты в опасности. И… – Он замолчал. – Я должен защитить тебя. Даже если это убьет меня.

Он исчез утром. Оставил только записку: «Детка, надо сделать так, чтоб тебя не нашли стражи. Для этого я должен сделать кое-что. Не теряй». И каплю крови вместо подписи.

Глава 8 Сон. Откровение во тьме

Тихий гул голосов, скрип парт, шелест страниц – лицей жил привычной жизнью. В коридорах после звонка спешили ученики: кто-то торопился на урок, кто-то лениво переминался у стены, дожидаясь друзей. Из кабинетов доносились обрывки фраз учителей.

– Итак, квадратное уравнение…

– Кто может назвать основные события Вандемьерского мятежа?..

В одном классе идет контрольная: слышно, как скрипят ручки, кто-то украдкой вздыхает, а строгий преподаватель медленно прохаживается между рядами. В другом – бурное обсуждение: кто-то горячо доказывает свою точку зрения, кто-то смеется, а учительница тщетно пытается навести порядок.

В столовой – очередь: кто-то берет компот, кто-то недовольно ковыряет вилкой в макаронах. За соседним столом громко рассказывают анекдот, и смех разносится по всему залу.

А на последней парте в дальнем кабинете я и моя подруга Элизабет тихонько играем в крестики-нолики, пока учитель пишет на доске. Окно приоткрыто, и легкий ветерок шевелит страницы наших учебников.

Тени уже вытягивались, цепляясь за мостовую, когда я вышла за ворота лицея. Осенний воздух был прохладен и прозрачен, пахнул опавшей листвой и дымком из дальних труб. Ничего необычного. Просто обычный день и такой же, как всегда, вечер. Я поправила сумку на плече, невольно замедляя шаг: не хотелось возвращаться в пустую квартиру, где ждали лишь учебники да тиканье часов. Да ведь этот нехороший – чтоб ему в одном месте пусто было – слинял опять. Не, ну каков? Меня обвинил и свалил. Дела ему надо решать. Выставил меня крайней так же, как всегда делал Валентин. И меня уже берут сомнения, что дядюшку моего доброго так и звали – Валентин. Надо будет поинтересоваться у Дэмиана, а может…

– Эй, Каролина! – Голос заставил меня вздрогнуть.

Обернувшись, я увидела Армана – одногруппника, который сидел у окна и рисовал каракули в тетради вместо конспектов. Он догнал меня, слегка запыхавшись, улыбка кривая, как всегда.

– Ты чего одна? Давай, провожу. – Он махнул рукой, будто это было само собой разумеющимся.

Я хотела отказаться, но что-то в его взгляде остановило меня.

– Ну… ладно.

Мы зашагали рядом, и Арман тут же начал рассказывать что-то про сегодняшнюю контрольную, про то, как учитель даже не заметил, что он списал. Я кивала, но мысли были где-то далеко. Потому что я чувствовала, как кто-то смотрит. Сначала я решила, что мне показалось – просто ветер шевельнул ветку, или тень мелькнула не там, где надо. Но потом холодок пробежал по спине. Будто чье-то внимание тяжелым полотном легло на плечи.

– Ты чего притихла? – Арман нахмурился.

– Ничего. – Я бросила взгляд через плечо: улица была пустынна.

– Не нравится мне этот переулок, – пробормотал он, словно уловив мое напряжение. – Давай пойдем через парк.

Я кивнула, но тревога не уходила. Кто-то был там. Кто-то, кто не спешил показываться. А когда мы свернули за угол, то почудился легкий шаг позади.

Распрощавшись с Арманом у подъезда, я еще раз оглянулась. Пустая улица, ни души. «Наверное, правда показалось», – подумала я, но пальцы все равно сжали ключи в кармане, будто ища опору.

Квартира встретила меня привычной тишиной. Холодильник гудел, часы на кухне отсчитывали секунды, и это монотонное тиканье почему-то сегодня казалось громче обычного.

– Черт, да что со мной? – пробормотала я, наливая чай.

Пар поднимался из кружки, согревая лицо, но внутри оставался холод. Я подошла к окну, отдернула занавеску: двор был пуст. Ни теней, ни движения. Только фонарь мерцал, будто мигая в такт моей тревоге.

– Бред какой-то…

Я допила чай, поставила кружку в раковину и потянулась. Усталость накатывала волной: сегодняшний день выдался долгим.

– Часок посплю, а потом за уроки, – проговорила я и решительно направилась в комнату.

Подушка мягко приняла мою голову, одеяло пахло стиральным порошком и чем-то уютным. Веки становились тяжелее, мысли путались, и вот уже граница между реальностью и сном начала стираться…

Лесная тропинка под ногами была мягкой, усыпанной опавшими лепестками вишни. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь листву, рисовали на земле золотистые узоры.

Я падаю.

Вокруг – ни звука. Только ветер в ушах и ощущение бесконечного полета.

А потом – удар.

Я лежу на холодном камне. Над головой – сводчатый потолок, покрытый странными символами.

– Наконец-то, – раздается голос.

Я поднимаюсь на локти. Передо мной – зал, похожий на древний храм. И в центре он. Валентин. Но не тот, которого я помню.

– Каро…

Его голос прозвучал неожиданно глубоко, словно эхо из колодца. Я обернулась – и мир перевернулся. Его глаза… Левый – голубой, как ледник. Правый – алый, как свежая кровь. Я попятилась, но земля под ногами внезапно стала вязкой, как болото.

– Что… что с тобой?

Он улыбнулся, и в этой улыбке не осталось ничего человеческого.

– Я всегда был таким.

Из-за его спины разорвали воздух крылья – одно белоснежное, с перьями, будто выточенными из мрамора, другое – черное, кожистое, как у древнего дракона. Его кожа была покрыта шрамами, глаза горели неестественным светом. Я задрожала.

– Значит, правда?

Он покачал головой, и тогда я увидела рога – изящные, закрученные спиралью, будто выкованные из обсидиана.

– Не просто дракан. Я Валак. Полукровка.

Ветер поднялся внезапно, завывая между деревьями.

– Этот мир лишь одна из многих завес. А ты, Каролина… Ты ключ. Ведь тебе же сказал об этом Дэмиан?

Я кивнула, мне хотелось закричать, но голос застрял в горле. Тьма сомкнулась вокруг. Камень подо мной начал трескаться. Из щелей выползало что-то черное, маслянистое. Оно обвило мои лодыжки, потянуло вниз…

– Держись!

Это Дэмиан. Он появился из ниоткуда, схватил меня за руку. Его глаза были теперь совсем другими – полностью черными, без белка.

– Проснись, Каролина! – кричал он. – Проснись!

Комната была залита лунным светом. Я вскочила, хватая ртом воздух, как утопающая.

– Это был сон, просто сон…

Но когда я провела рукой по лицу, пальцы намокли – от слез или крови?

В зеркале мое отражение казалось бледным, но… На шее и на лодыжке – следы чьих-то пальцев. Тонкие, как веточки, фиолетовые полосы.

Я проснулась. Огляделась: никого. И опять закрыла глаза, забыв про уроки, забыв про ту жизнь, которая происходила за стенами этой квартиры.

Сон второй. Правда за гранью

Я снова стояла в лесу, но теперь деревья были мертвыми, их ветви – скрюченными в немом крике.

Валентин – нет, Валак – ждал меня, двойные крылья окутывали его, как мантия.

– Вернулась.

– Зачем ты мне это показываешь? – Мой голос дрожал, но внутри уже клокотал гнев.

Он взмахнул рукой, и перед нами разверзлась бездна.

Картины вспыхивали, как молнии: отец в окопе, подписывающий договор чернилами из собственной крови; маленькая я, спящая в колыбели, а надо мной – тень с рогами; кольцо с черепом, пульсирующее в чьей-то ладони.

– Ты была выбрана еще до рождения.

Я закрыла лицо руками.

– Прекрати!

Но он продолжал, его голос теперь звучал внутри меня: «Дэмиан – не просто дракан. Он страж и мой сын. Его задача – наблюдать. Моя – готовить тебя».

– К чему?!

Он вплотную приблизился, его разные глаза горели.

– К войне, Каролина. Которая уже идет. И в которой ты не пешка.

Его крылья распахнулись, и тьма поглотила меня.

– Ты должна вспомнить, – сказал он, – кто ты, что ты.

За его спиной что-то шевелилось. Тени сгущались, принимая форму крыльев.

Я вскрикнула, падая с кровати.

Комната была залита странным светом, кольцо на пальце пылало, как уголь. А на стене… тени сходились в знакомые очертания. Череп. Он улыбался.

И шептал:

– Я за тобой наблюдаю, дорогая.

За окном что-то тяжелое ударилось о землю. Стекла задрожали. Где-то вдалеке провыла сирена. Или это кричал что-то?

Я подползла к окну, заглянула вниз. Там, в переулке, стояло оно. Высокое. Слишком худое. С крыльями. Оно подняло голову. Наши взгляды встретились. И я вспомнила. Все.

Глава 9. Плен сновидения

– Я больше, чем дракан. Я полукровка. Как и ты!

Его слова прозвучали как гром среди ясного неба. Я отпрянула, спина ударилась о ствол дерева. Воздух вокруг нас сгустился, наполнился запахом серы и чего-то сладковатого, как испорченный мед.

– Ты бредишь, – прошептала я, но знала: это не бред.

Не во сне. Особенно не тут. Он протянул руку – пальцы удлинились, когти блеснули в солнечном свете.

– Ты всегда знала, Каролина. Где-то глубоко внутри.

Я зажмурилась.

Проснись. Проснись. Проснись.

Открыла глаза. Спальня. Я лежала в своей кровати, простыни были мокрыми от пота. Сердце колотилось так, будто пыталось вырваться наружу.

– Слава богу, – выдохнула я и потянулась к стакану воды на тумбочке.

Рука прошла сквозь стакан. Я замерла. Повторила движение. Снова – только холодное покалывание в кончиках пальцев, но никакого касания.

– Нет, – прошептала я, вскочив с кровати.

Зеркало показало мое отражение – бледное, испуганное. Я подошла ближе, протянула руку. Отражение не повторило движения. Оно ухмыльнулось.

– Ты думала, это так просто, – сказало оно моим голосом, но с хрипотцой, – сбежать?

Я отпрянула. Комната начала расплываться, стены заколебались, как в жаркий день. Пол ушел из-под ног, и я снова…

Упала. В темноту. В холод. В его мир. Приземлилась на колени в том же лесу. Он все еще стоял передо мной, но теперь выглядел иначе: кожа была покрыта узорами, похожими на древние руны, а в глазах плавали целые галактики.

– Добро пожаловать обратно, – произнес он, и его голос прозвучал как десятки голосов одновременно.

Я сжала кулаки:

– Отпусти меня.

– Я не держу тебя.

Он сделал шаг в сторону, и за его спиной открылся вид на… мою квартиру. Там, за тонкой пеленой тумана, я увидела себя – спящую на кровати. А рядом – Дэмиан. Он сидит на краю кровати, его пальцы касаются моего лба. Его глаза полностью черные.

– Что он делает?! – Я бросилась вперед, но невидимая сила отбросила меня назад.

– Готовит тебя, – ответил опекун. – К тому, что придется увидеть.

Я хочу кричать, но воздух сжимается в легких. Тень от его крыльев накрывает меня, и вдруг… Боль. Острая как нож, она пронзает руку. В глазах вспыхивают образы: я, но не я – крылья за спиной, кровь на руках.