Заставь поверить. Бывшие

И лишь по вытянувшемуся лицу Нестора понимаю, что мы не одни.

– Говоришь, я Мессия? – раздается над головой.

От неожиданности подпрыгиваю на месте и чуть не разливаю свое шампанское.

– Твою мать, Титов! Колокольчик на тебя нужно повесить! Чтобы не подкрадывался больше так тихо!

В шоке наблюдаю, как этот нахал швыряет мою сумочку Нестору и приземляет свой зад рядом со мной.

– Не-ет! Тебе сюда нельзя!

Пытаюсь его выпихнуть. Луплю по плечу, по предплечью. Но этот гранитный памятник даже не колышется. Кажется, проще выбить иллюминатор и катапультироваться, чем избавиться от этого непрошеного гостя.

– Ты осторожнее. Запястье еще вывихнешь, – усмехается Мистер Заботливый.

– У нас здесь врач. Вылечит! – в надежде на помощь, стреляю взглядом в Нестора.

«Умоляю, сделай что-нибудь!» – смотрю на него.

Однако тот прикидывается слепо-глухо-немым и с блаженным выражением лица продолжает потягивать свое шампанское.

– А ты не сильно приветливая с Мессией. Не боишься, что придется долго каяться? – плотоядно ухмыляется. – На коленях стоять, прощения выпрашивать. В устной форме.

Руслан по-хозяйски забирает из моих рук бокал и, сделав глоток, так же беспардонно возвращает.

– Я уже свое откаялась. Еще в твое прошлое явление.

Шампанского больше не хочется. Ни щекочущих нос пузырьков, ни аромата, ни освежающей легкости.

С легкостью вообще беда. Как рукой сняло после появления одного несносного типа.

– Предлагаю утрясти вопрос, по которому ты явился сюда, и разойтись с миром, – перехожу в деловой режим.

– Я бы с удовольствием, но разойтись не получится.

Титов тянется к моей голове. Снимает со лба розовую повязку для сна. И натягивает ее на свою голову.

– Ээ – на миг роняю челюсть. – Ты серьезно?

Даже не знаю, что сказать. На языке одни ругательства. А за ребрами – паника.

– Расслабляйся, дорогая, – поглаживает меня по ладони. – Нам еще четыре часа вместе лететь.

– Ты совсем?.. – глотаю продолжение фразы.

– Будешь себя хорошо вести, разрешу поспать на плече, как в старые добрые времена, – на секунду, сдвинув повязку с глаз, подмигивает чудовище.

– Руслан – становится совсем не до шуток.

Четыре часа рядом с этим мужчиной я не выдержу.

– Можешь даже похрапеть мне на ушко. Насколько я помню, ты это делаешь тихо. Тарахтишь как котенок.

– Этот котенок тебе сейчас все глаза выцарапает!

Решительно сдираю свою маску с его непослушной шевелюры и толкаю оккупанта в бок.

– Значит, буду играть вслепую, – тот смиренно пожимает плечами и, отобрав несчастную повязку, сообщает: – К сожалению, другого места для меня в этом самолете нет.

– То есть? У вас целый отсек на четверых! По два сиденья на каждого.

– Понимаешь, в чем дело Женя, конечно, еще тот засранец. Но его Эго не вмешается в кресло эконом-класса. Мне пришлось уступить, – трет переносицу.

– Ты отдал ему свое место? – нервно сглатываю.

– Кто-то додумался усадить моего агента и его даму в хвост самолета. – Титов натягивает повязку на глаза. – Наверное, этот кто-то очень хотел, чтобы я составил ему компанию.

Откидывает сиденье почти до горизонтального состояния и, пристроив ладонь на мое колено, изображает спящего.

Глава 11

Аэропорт Ниццы встречает нас палящим солнцем и толпой журналистов. Охота на сборную начинается буквально с трапа.

Радуясь тому, что заранее договорилась о приеме со службой безопасности аэропорта, я сижу на своем месте. Стараясь не пялиться на дремлющего соседа, терпеливо жду, когда нам расчистят коридор.

Как только пилот выходит прощаться, толкаю Титова.

– Спящая красавица, пора просыпаться. – С грустью смотрю на маску для сна, которая за четыре часа полета на лбу этого упыря стала мне чужой.

– Неправильно будишь, – ворчит он. – Целовать надо.

Задирает заспанное, колючее лицо вверх и вытягивает губы.

– Я сейчас агента твоего позову. У вас такие заботливые отношения. Пусть он и целует. Хоть взасос!

Забираю у предателя Нестора свою сумочку и первой выстраиваюсь на выход.

– Похвальная находчивость. Но Женю лучше так не впечатлять. – Титов с зевком отрывает зад от кресла. – Работа у него нервная. Может неправильно отреагировать.

– А что блондинку он не для таких услуг прихватил? – спрашиваю с улыбкой.

– Виктория у него в личном пользовании, – разводит руками. – Мне по статусу положено пользоваться благами сборной.

Встает ко мне так близко, что чувствую спиной каждый его кубик и каждую горячую выпуклость.

– Не переживай. Я обо всем позабочусь, – выдыхаю томно на ухо этому мерзавцу. – Наш массажист Аркадий уже на месте. От его золотых рук стонут даже немые.

Руслан неожиданно кладет ладонь на мой живот и плотно прижимает к своим бедрам.

Несколько секунд стоим не двигаясь. Я – потому что не хочу показывать страх. Он – потому что мудак, решивший поразить меня скоростью своей эрекции.

– С этим тоже к Аркадию? – хрипит в висок Руслан и одновременно потирает пахом по ягодицам.

От наглости я на миг теряюсь. Одна часть меня мечтает расцарапать его холеный фейс. А другая, безумная, уставшая от целибата, требует продолжить. «Еще немного игры. Еще чуть-чуть близости».

– А с этим сам! – сочувственно глажу его по плечу. – Упражнения на мелкую моторику – обязательная часть тренировок. Улучшают нейромышечную связь, – бросаю с улыбкой.

И пока не растеклась перед этим самцом рекой Миссисипи, спешу к трапу.

***

В отличие от полета, с трансфером до отеля и расселением все проходит как по нотам.

Вспомнив, что он здесь не на отдыхе, агент Титова берет клиента в оборот. Всю поездку они обсуждают предстоящую фотосессию и интервью французскому журналу. Спорят по телефону с Хакимовым. А на месте расходятся по своим номерам. Руслан – с сумкой на плече. Евгений – с блондинкой на буксире.

Я тоже не медлю. Убеждаюсь, что вся команда устроилась, как нужно. Отправляю Яне завтрашний график. И иду снимать стресс.

Для начала оставляю вещи в небольшом уютном номере с видом на авеню Принцессы Грейс. Надеваю скромный черный купальник, который купила еще два месяца назад. И, накинув сарафан, спускаюсь к просторному, окруженному пальмами внутреннему бассейну.

Кроме меня из команды здесь только Макс. Но он слишком увлечен разглядыванием девиц на дальнем шезлонге, потому я со спокойной совестью сбрасываю сарафан и прыгаю в воду.

Получается, конечно, не так эффектно, как у длинноногой брюнетки с полной высокой грудью. Ни плавных движений, ни томного взгляда. Но это именно то, что мне необходимо после четырех часов рядом с бывшим.

От облегчения я даже забываю, что впереди половина рабочего дня: встреча с фотографами, представителями спонсоров и общий сбор за ужином.

Пользуясь возможностью, наматываю с десяток кругов по бирюзовой дорожке. Даю мышцам долгожданную нагрузку, а голове – необходимый отдых.

Однако стоит выбраться на бортик, реальность подкрадывается ко мне в виде знакомого загорелого мужского тела в синих плавках.

Как и стоило догадаться, тело не скучает. Пристроив загребущую пятерню на поясницу недавней брюнетки, оно внимательно слушает ее рассказ. Потягивает прямо из горлышка минеральную воду. И, кажется, обеспечивает себе потное кардио на ближайшую ночь.

По-хорошему, как координатор сборной, я просто обязана вмешаться. Если чудо-агент не следит за режимом звездного подопечного, то мне по статусу положено.

Однако стоит сделать шаг в их сторону, как взгляд останавливается на отражении в зеркальном окне.

Как хищник, заманивающий добычу в свою ловушку, Титов следит за каждым моим движением. Брюнетка из купальника выпрыгивает, чтобы привлечь его внимание. Трется пышной «четверкой» о мускулистое плечо, облизывает язычком пухлые губы. Но этот охреневший лев реагирует так вяло, будто не замечает ее стараний.

– Не наигрался за четыре часа, – цежу сквозь зубы себе под нос. – Провоцируешь.

Делаю еще один шаг и останавливаюсь.

Если подойду, Руслан точно обернет все против меня или всерьез поверит, что я ревную. Остается или игнорировать, или

Вторая идея настолько безумная, что я тут же запрещаю себе о ней думать.

«Алина, это непрофессионально! Алина, фу!», – твержу мысленно. К сожалению, злость, скопившаяся за последние дни, оказывается сильнее рассудка.

Забив на зеркало, я разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и подплываю к скучающему Максу.

– Как устроился? – спрашиваю, поправляя лиф купальника.

– Нормально.

Насмешливые зеленые глаза парня заинтересованно сканируют меня от макушки до пупка. Темно-русые брови удивленно взлетают вверх.

– Хотела предупредить, – осторожно начинаю, – Хакимов зачем-то намекнул нашей Легенде, что у нас с тобой связь.

– Ого! Тимурович мутит, – ухмыляется Макс.

– Да-а, – тяну, не зная, как сделать свое предложение.

– Предлагаешь закрепить легенду? – Горинов ловит мысль на лету.

– Эм Титов сейчас занят. Скорее всего, не заметит.

Пусть и с запозданием мой мозг возвращается на место. Я медленно сдаю назад – к дорожке для плавания. Но Макс оказывается быстрее.

– Тогда сделаем так, чтобы заметили все, – с хитрой улыбкой шепчет он. И, сократив расстояние, накрывает мой рот своими губами.

Глава 12

Стараниями Макса я выхожу из бассейна на ватных ногах, с ожогом на спине от пристального взгляда Руслана и с пунцовым румянцем.

Ничего общего с изначальной задумкой расслабиться и успокоить нервы перед фотосессией. К сожалению, фарш невозможно провернуть назад.

Чтобы не испортить себе оставшуюся часть рабочего дня, я больше не экспериментирую. В номере быстро сушу волосы феном. Переодеваюсь в строгий льняной костюм и делаю легкий макияж, как и положено менеджеру элитной сборной.

Убедившись, что внешне все в порядке, спускаюсь в конференц-зал отеля, где должна состояться первая съемка.

– Привет, у вас все готово? – здороваюсь с нашим фотографом Альбертом.

Он уже третий год сотрудничает со сборной и наловчился делать потрясающие кадры даже с такими непослушными моделями, как наш Макс.

– Привет. Мне сказали, что вы самого Титова привезли! – сыплет соль на рану фотограф.

– Это какая-то проблема?

– Шутишь? У меня агентства в очередь выстроятся на покупку контента. – Он нетерпеливо заглядывает мне за спину.

– Любая продажа только после согласования с федерацией.

– Право первой ночи ваше. Все помню, не переживай! – Альберт наводит объектив куда-то в коридор. Долго прицеливается. И со словами: – Черт! Он выглядит еще круче, чем в прошлом! – делает первый кадр.

***

Минут через пять, когда к нам присоединяется Хакимов, начинается полноценная фотосессия. Вначале Альберт снимает отдельно теннисистов. Находит правильные ракурсы, корректирует свет. Затем начинается моя нелюбимая часть – групповое фото сборной.

Здесь кривляются уже все. Скалится на тридцать два зуба Калинин. Лыбится с высоты своего роста Мирский. Натужно улыбается Максим. И что-то там, встав у меня за спиной, изображает Титов.

– Давайте, покажите мне командный дух, – подзадоривает всех Альберт. – Кто здесь планирует вынести французов на их же корте?

Не знаю, на кого именно нацелены эти фразы. Скорее всего, это какой-то хитрый психологический ход. Но он работает.

Вместо разномастных улыбок вся сборная преображается. Теперь не только Мирский кажется настоящей глыбой, а даже босс забывает о больной ноге и вытягивается в полный рост без опоры на трость.

На этом моменте я немного расслабляюсь и забываю, кто стоит за моей спиной. Федерация получит свои фото для билбордов и отчетов на самый верх. Все, как требовали спонсоры, – с огнем в глазах и уверенностью в позах.

Однако уже следующей фразой Альберт убивает на корню всю мое спокойствие.

– Кто приехал, чтобы повторить матч семилетней давности?! – гордо произносит он.

И от горячего дыхания в затылок меня волной уносит в прошлое.

Туда, где я так же стояла на фотосессии в финале Кубка. Тогда еще не менеджером, а просто девушкой первой ракетки – Миши Никитина. Уверенная, что мой парень меня любит. Счастливая от того, что команда дошла до финала. Наивная и слишком молодая, чтобы разбираться в мужских играх.

***

Семь лет назад

– Даже не надейся, Титов! – первое, что я услышала, выйдя из конференц-зала после фотосессии.

Голос был знакомым – Миша. Можно было смело идти вперед. Но что-то меня остановило и заставило спрятаться за колонной.

– А может уже хватит пробиваться наверх через папашу девчонки? – этот голос я тоже узнала, хотя предпочла бы не знать.

– Злишься, Титов? – хмыкнул Миша. – Завидуешь, что я первым ее заметил?

– Злюсь, что прямо сейчас не могу надрать тебе зад.

– Выдыхай, номер второй. Она моя. И завтра после финала я разложу эту детку на своей кровати и поимею во всех позах.

Уже привыкшая, что парни иногда выражаются как портовые грузчики, я не придала особого значения этой фразе.

Да, Миша немного перешел границу. Мое обещание отдаться – не то, чем стоило хвастаться. Но если это хоть немного поможет осадить охреневшего Титова, то переживу. В конце концов, пресса уже давно сделала из нас жениха и невесту.

– А как же Инга? – внезапно продолжил Руслан. – Или нашу врачиху ты поимеешь прямо в раздевалке после матча? Как вчера.

– Что?.. – вырвалось у меня еле слышно.

– Я, так и быть, завещаю ее тебе, – со смешком произнес Миша. – Или не знаешь, как подступиться? Так могу свести, поделим на двоих. Она баба опытная, потянет обоих.

– Ублюдок ты, Никитин.

– Я скоро породнюсь с папой-чемпионом и получу ПМЖ в этой сборной. А ты Будешь дальше радоваться любому приглашению федерации и втихаря дрочить на мою молодую женушку.

– Тебе ведь пофиг на нее. Все ради связей.

– Не тебе, Руслан, учить меня жизни. Сам баб меняешь чаще, чем ракетки.

– Твоя правда. Меняю.

В голосе Титова что-то незаметно изменилось. Исчезла злость и появилась странная насмешка, будто он все это время лишь развлекался.

– Тогда бывай!

Судя по звуку, Миша повернулся к выходу. Чтобы не столкнуться с ним, я испуганно сделала шаг назад. Приготовилась бежать в конференц-зал.

– Постой! – вдруг остановил его Руслан. – Что ты там говорил про Ингу?

– Зачесалось?

– Давно не трахался. Хочу расслабиться перед финалом.

– А ты не промах, Титов! – рассмеялся Миша.

– Кто ж отказывается от хорошего предложения? Давай сегодня вечером. По-быстрому.

– Хорошо, приходи после летучки в ее номере. Я договорюсь, – уверенно бросил Миша и ушел так быстро, что мне можно было даже не прятаться.

Глава 13

До конца фотосессии я стараюсь больше не вспоминать события семилетней давности.

В конце концов, все мы изменились. Я сейчас координатор и менеджер команды. Миша два года назад ушел из тенниса и занялся тренерской работой где-то в средней полосе. А Титов теперь всего лишь третий номер. Легенда, которой еще нужно доказать, что она тянет на сборную.

Мы все – прошлое, которое лучше забыть. А если внутри где-то тянет – не чувствовать! Не цепляться за отголоски тех эмоций! Продолжать жить свою новую жизнь.

Теоретически – проще простого. А на практике

Благодаря работе я неплохо отвлекаюсь. Как только Альберт заканчивает съемку, провожу мужчин к заранее арендованным машинам. И мы все, включая агента Титова и Хакимова, едем смотреть главный корт чемпионата.

С этого момента бразды правления незаметно переходят к Алишеру Тимуровичу.

Именно он, а не я, показывает документы у ворот теннисной арены. Именно он первым выходит из автомобиля и, не глядя по сторонам, сразу же начинает осмотр.

Я ни во что не вмешиваюсь. Словно попала за кулисы театра, устраиваюсь на скамейке и с восторгом слежу за работой босса.

Наблюдаю, как он неспешно проходится по всему периметру. Как, взяв ракетку, лично проверяет высоту отскока мяча и скорость покрытия. Как, остановившись за задней линией, изучает геометрию арены. Придирчиво ищет блики от солнца или прожекторов. Гоняет туда-сюда разомлевших на жаре белбоев и что-то шепчет себе под нос, будто надиктовывает речь на ближайший брифинг.

Не помню, сколько раз я видела это его «шаманство» – Хакимов руководил сборной еще при отце. И все равно проверка завораживает.

Она гораздо интереснее, чем медитативное просиживание штанов Мирским. Тот устроился на скамейке и молча осматривает пустые трибуны.

Насыщеннее, чем подглядывание за Максом. Эта звезда из всего делает шоу: то фотографирует себя на фоне кортов, то о чем-то шутит с симпатичной девчонкой-белбоем, то устраивает мини-матч с Калининым.

И уж точно безопаснее, чем слежка за Титовым.

Словно возомнил себя еще одним капитаном, Руслан проверяет высоту сетки, меряет в шагах расстояние от задней линии до рекламного щита. А к концу смотра, вместо того, чтобы почувствовать корт, заводит разговор с главным судьей и заставляет смеяться хмурого супервайзера.

Ничего общего с собранным Варфоломеевым, который за час осмотра умудрялся «притереться» к корту и загонять до седьмого пота остальную часть сборной.

«Не сравнивай! Хватит!» – останавливаю я себя, когда заканчиваем и возвращаемся к машинам.

«Лучше суди по игре!» – осаживаю, стоит нам выехать в сторону отеля.

До конца вечера такая установка работает отлично. Я больше не сравниваю Руслана с Варфоломеевым. Не вспоминаю наше прошлое и финал семилетней давности.

Мы как одна большая семья спокойно ужинаем в ресторане. Расходимся на полчаса по своим номерам. И в восемь встречаемся на брифинге в люксе Хакимова.

Обычный распорядок Алишера Тимуровича. Постоянство, за которое его так ценит федерация, и уважают все теннисисты.

К завершению встречи даже без вечерней прогулки меня клонит в сон.

Я зеваю в коридоре по пути в номер. Борюсь с сонливостью под теплыми струями в душе. Однако стоит лечь в кровать и уснуть, то самое прошлое, от которого стараласьубежать, возвращается ко мне в сновидении.

Мне снова двадцать.

На улице зима.

И я вновь в дорогом отеле, куда приехала со своим парнем, чтобы поддержать его в финале Кубка Дэвиса.

***

Семь лет назад

– Алина, не жди меня. Ложись спать. – Несмотря на то что Хакимов объявил отбой, Миша куда-то собирается.

После сцены в коридоре я догадываюсь куда, но мозг отказывается в это верить.

– У вас завтра игра. Капитан не обрадуется, когда узнает, что ты вместо отдыха гуляешь.

Я с ногами забираюсь на свою кровать. Мы с Мишей спим отдельно. Я не хотела спешить с близостью, шутила, что достанусь лишь победителю. А сам Миша, как настоящий джентльмен, не настаивал.

– Я немного пробегусь перед сном. Сброшу напряжение. Перед игрой это даже полезно. – Целует меня в лоб и поправляет одеяло.

– Милый, прошу тебя. Не ходи, – зачем-то цепляюсь за его руку.

– Какая ты у меня еще маленькая. – Он однобоко улыбается. Как собаку, треплет по голове. И, подмигнув на прощание, идет к двери.

После его ухода я не нахожу себе места. Хочется всего и сразу: рвануть за ним в номер Инги, сбежать из отеля или найти Титова и обвинить его во всех своих бедах.

Последнее, конечно, настоящая глупость. Но именно Титов звонит мне вскоре после ухода Миши.

– Приходи через десять минут, – сухо произносит он. – Куда именно, ты знаешь.

Несколько секунд ждет моего ответа. И, не дождавшись, без всяких объяснений кладет трубку.

Пинок от этого нахала срабатывает лучше страха или злости. Я больше не мешкаю. Накинув халат поверх ночной сорочки, сую ноги в мягкие тапочки и иду.

Шлепаю по длинному коридору налево – от люксов к обычным стандартам. Загибая пальцы, считаю номера: «тридцать первый», тридцать второй», «тридцать третий» «тридцать седьмой».

И не останавливаясь, без стука распахиваю дверь.

Возможно, если бы сборная сняла своему доктору люкс с отдельной гостиной зоной или двумя комнатами, ничего бы не случилось. Жильцу и двум гостям хватило бы времени спрятаться за штору или под кровать.

Но федерация сэкономила.

– Нет – Я смотрю на широкую кровать, где развлекаются трое. Обнаженная Инга, Миша на ней. И Титов.

– Алина? – Миша замечает меня первым. Скатившись с любовницы, он быстро прикрывается футболкой и орет: – Какого черта ты здесь делаешь?!

– Какой же ты – слова застревают в горле, а переносица вспыхивает огнем.

Мне не показалось.

Я не додумала.

Все правда.

Не было никаких нас. Был папа с его связями и амбиции моего парня. Ради них Миша терпеливо ждал и играл влюбленного. Врал мне в глаза и трахал других, пока я представляла себя в свадебном платье.

– Блядь, неужели так сложно было подождать?! – продолжает кричать Миша. – Я же сказал спа – начинает он и резко замолкает от удара Титова.

Только сейчас мне удается рассмотреть Руслана. В отличие от парочки он почти одет. Голый мускулистый торс отливает бронзой в свете напольной лампы. А легкие брюки надежно скрывают то, что находится за ширинкой.

– Завалил хлебало, урод! – рявкает он на Мишу.

И пока тот выпрямляется после удара под дых, Титов широким шагом, переступая через разбросанную одежду и обувь, идет ко мне.

Глава 14

В коридоре лишь я и Титов. Я пытаюсь прийти в себя после сцены, которую только что видела. А он, загородив меня от всех своим большим телом, испытующе смотрит в глаза.

– Давно это между ними? – спрашиваю, облизывая губы.

– А есть разница?

Титов в своем репертуаре. Вопрос вместо ответа. Сухарь непрошибаемый.

– Кроме Инги кто-то еще был?

Хочется взять его за грудки и встряхнуть, но брать не за что. Выше талии обнаженное тело: кубики, мышцы, сухожилия и выпуклые вены. Все слишком опасное, чтобы прикасаться. Не мужчина, а машина «Для секса и спорта», – некстати добавляет мой болтливый внутренний голос.

– Думаешь, мне есть дело до того, с кем трахается твой ненаглядный?

Руслан морщится, будто сама мысль о Мише вызывает отвращение.

– Проклятие.

Отворачиваюсь от него. Титов мне не помощник. Он такой же кобель, как и Никитин. Чудо, что он вообще устроил эту сцену и позвал меня в свидетели.

А вот помощь нужна!

Не представляю, что сейчас делать. Вряд ли в отеле найдется свободный номер. В честь финала все раскуплено еще месяц назад. А ночевать в одной комнате с Мишей нет! Я не смогу!

Мне теперь даже дышать рядом с ним тошно. Но если я выставлю первую ракетку сборной за дверь накануне финала, случится грандиозный скандал.

Не удивлюсь, если этот бессовестный ублюдок привлечет Хакимова, администрацию отеля или охрану.

После предательства я больше не знаю, чего ожидать от Миши.

– Ну что? Надумала? Можем идти? – Титов без спроса берет меня под руку и тянет за собой к люксам.

– Куда? – кажется, я начинаю тупить.

– За шмотками, – закатывает глаза. – Или ты собралась спать в одной комнате с этим придурком?

– Нет. Я не буду с ним спать. Мы вообще с ним – прикусываю язык.

Не хватало еще делиться с этим хамом подробностями своей интимной жизни!

– Тогда соберешь сейчас вещи и пойдем.

Руслан притормаживает возле люкса Никитина и терпеливо ждет, когда я открою.

– Спасибо, дальше я сама.

Не тратя времени на спор, я вхожу в номер. Даю себе пару секунд, чтобы вспомнить, где что лежит. А затем быстро начинаю собираться.

Бросаю на кровать одежду и обувь. Сгребаю в ванной кремы и прочую косметику. Пакую все это в чемодан. И лишь в самом конце вдруг понимаю, что сама до сих пор в пижаме, отельном халате и тапочках.

– Ну что за скотство?! – всхлипываю от отчаяния.

Однако вместо того чтобы посмеяться надо мной или выдать очередную обидную шутку, Титов по-хозяйски подхватывает чемодан и выносит его в коридор.

– Эй, ты куда? – вылетаю следом.

– Вперед, – не оборачиваясь, вещает Мистер Красноречие.

– Я сама отнесу свои вещи вниз и там переоденусь, – роняя тапки, бегу за этим великаном.

– Какой нахрен низ?!

Мы останавливаемся возле двадцатого люкса.

– Холл, – рычу на него.

– Ты всерьез считаешь, что сможешь найти номер? – Руслан пялится на меня как на умалишенную.