Та самая старшеклассница

– Просто мы помешали его распорядку.

Коралина, признаться, и не надеялась услышать ответ на свой риторический вопрос. Рассматривала незнакомку получше, пытаясь вспомнить, была ли она среди поздравлявших? Светло-каштановые крупные кудри длиной до подбородка, очки в массивной черной оправе… Нет, Коралина не могла точно сказать, видела ли ее ночью под террасой или нет.

– Что значит «помешали его распорядку»? – нахмурилась она. – Это ненормальная реакция. Если бы я психовала каждый раз, когда что‐то идет не по плану, меня бы уже давно упекли в дурку за агрессию.

Незнакомка улыбнулась с долей беззлобного снисхождения.

– У Миши расстройство аутистического спектра. Мы уже привыкли к его особым привычкам и стараемся подстраиваться, чтобы не нарушать его внутренние сценарии. Он не любит неожиданностей. Как бы тебе объяснить… Он привык совершать пробежку в одно и то же время. Если пойдет дождь и тем самым нарушит его планы, то Миша весь день не будет находить себе места, потому что не выполнил свой обязательный ритуал.

Коралина продолжила развивать мысль:

– А сегодня его ритуалу помешали мы. Сперва я прицепилась, хотя он планировал бегать один, потом скейт вылетел под ноги…

Девушка щелкнула пальцами, одновременно с этим опуская скейт обратно на колесики.

– Бинго! Что для нас мелкие неприятности, которые незначительно портят утро, то для Миши – катастрофа. Поэтому постарайся быть к нему терпимее. Ты привыкнешь, и вы еще подружитесь.

Коралина поумерила негодование. Раздражение из-за недружелюбности Миши сменилось смущением.

– Я уже в этом не уверена, – честно призналась она. – Тот Миша, который поздравлял Марка в полночь, и этот… Как два разных человека! Мне кажется, он не…

Но договорить она не успела. Незнакомка громко расхохоталась. Насупившись, Коралина скрестила руки на груди.

– Что смешного?

– Тысяча извинений! – все еще смеясь, проговорила девушка. – Миша вчера сидел дома, потому что не мог пойти против правил и нарушить комендантский час. А ты видела Дениса – его брата-близнеца.

У Коралины отвисла челюсть. Она потерла виски кончиками пальцев.

– Я уже начинаю путаться…

Незнакомка снова звонко засмеялась.

– Нестрашно, ты же новенькая. Кстати, я Анжела, но для друзей Желе. – Она протянула руку. – А ты – Коралина как коралл, я запомнила.

Значит, она все‐таки была в той компании.

Коралина пожала руку и спросила:

– А почему Желе?

– Я все детство тащилась по лимонному желе. Вот Денис и придумал сокращать мое имя. С тех пор и прицепилось. В этом есть даже что‐то французское, не находишь? Как Рене.

Коралина замялась. Рене и Желе сложно назвать очень уж похожими именами. И все же она кивнула. Вроде «желе» было как раз французским словом.

– У вас у всех есть прозвища? – спросила она. – Анжела – Желе. Марк – Маркус. А Миша и Денис?..

Желе качнула головой, и ее кудри подпрыгнули.

– У кого‐то есть прозвище, у кого‐то нет. Мы их не придумываем специально. К Мише и Денису так ничего и не приклеилось.

Позади нее во дворе хлопнул багажник машины, и женщина, такая же миниатюрная, как Желе, позвала ее:

– Пора ехать!

– Иду! – крикнула Желе через плечо и пояснила Коралине: – К нам приехали родственники из Ханты-Мансийска, вот везем их на пляж, пока еще не набежал народ и солнце не так палит.

– Ты не поедешь с Марком в развлекательный центр? – Коралина предприняла еще одну попытку разузнать про встречу.

– Поеду. Мы собираемся после трех, я успею вернуться. А ты откуда знаешь? Маркус рассказал? Давай тоже с нами!

Из двора снова донесся женский голос, но уже настойчивее:

– Анжела!

– Да иду я! – обернулась Желе. Подхватив скейт, она пообещала Коралине: – Мы зайдем за тобой!

Кивнув ей в спину, Коралина развернулась и трусцой побежала обратно. Настрой для пробежки пропал, и стартовать заново не хотелось.

На Лимонной улице забрезжил более уверенный солнечный свет. Он бликовал на асфальте и домах, на окнах и зеркалах припаркованных во дворах машин. Раннее утро покидало Лимонную улицу, сдаваясь яркому солнцу.

Коралина снова пересеклась с пожилой соседкой в спортивном костюме и ее собакой. Та выглядела заметно бодрее и даже, казалось, улыбалась. Коралина тоже слегка улыбнулась – одним краешком рта. Люди здесь казались на удивление радушными. Разумеется, если не считать Мишу. Но после разговора с Желе дуться на него так сильно уже не хотелось.

Она задумалась о том, почему ее здесь так тепло приняли. Уже трое человек пригласили ее в свою компанию – невообразимо! Раньше она могла только мечтать о таком, с завистью наблюдая за школьными компашками со стороны. Коралиина и сама не раз пыталась к кому‐нибудь присоединиться, но на нее всегда смотрели как на навязчивого младшеклассника, лезущего к более старшим ребятам с дружбой, которая была явно ему не по возрасту.

Может, все дело в теплом климате, море и пальмах? Невозможно озлобиться в таких условиях. Вся жизнь как на курорте! Впрочем, почему «как»? До сих пор не верилось, что теперь она живет в Сочи. Живет, а не просто приехала с мамой в отпуск! Все равно что перейти через портал и попасть в другой мир на далекой планете.

Вернувшись домой, Коралина тут же пошла в душ. Смыв с себя липкий пот, смешанный со следами неловкости из-за знакомства с Мишей, она переоделась в пижаму и набросила на плечи самое большое полотенце, которое было в новом доме. Она всегда сушила волосы естественным путем, чтобы не портить их феном, но из-за этого одежда и все, к чему прикасалась, тут же становилось мокрым. Часа через три, когда волосы полностью высохнут, можно будет переодеться в сухое.

Смартфон завибрировал – пришло сообщение от папы.

Папуля

Доча, с днем рождения! У нас уже почти обед, а у вас только утро, но я надеюсь, что ты уже проснулась и я тебя не разбудил. Если разбудил – извини! Я узнал у мамы, где ближайший к вашему новому дому пункт выдачи, и отправил подарок. Он уже пришел и ждет тебя. Надеюсь, тебе понравится! Еще раз поздравляю, моя милая и уже такая взрослая девочка! Извини, что в этом году не смогу поздравить тебя лично. С моей стороны было бы нетактично приезжать и смущать твою маму. Но в следующем году, когда у вас все устаканится на новом месте, я обязательно приеду! А может, ты захочешь навестить меня на каникулах или вместе встретить Новый год. Помни, что я тебя очень люблю. Всего самого наилучшего, верных друзей и спокойного моря!

В следующем сообщении были данные для получения доставки.

Коралина грустно поджала губы. В прошлом году родители долго тянули с новостью о разводе, чтобы не портить дочери пятнадцатилетие. Сообщили спустя два дня. Но она и без того понимала, к чему все шло: по натянутым улыбкам и притворно беспечным разговорам.

Стоило отдать родителям должное – они в самом деле старались не вмешивать ее во все, что между ними происходило. Мама без конца повторяла, что они разводятся друг с другом, а не с Коралиной, и у нее по-прежнему есть оба родителя. Она была благодарна им за это. Всегда чувствовала, что в семье ее любят. Пусть даже в это число не входила бабушка.

Заслышав шум на первом этаже, Коралина вышла и оперлась о перила. По приглушенному разговору мамы и дяди Яши стало понятно: они спорят о том, прийти с тортом к ней в комнату или позвать именинницу на кухню. Дядя Яша выступал за второй вариант, чтобы не мешать личному пространству Коралины. И она в который раз про себя отметила, что мама не ошиблась в своем выборе.

Она поплотнее закуталась в полотенце и сама спустилась к ним. Мама, завидев ее, тут же переполошилась.

– Торт! Свечи! Так, куда я дела зажигалку? Яша!

– Мам-мам, да не надо свечей, – осадила ее Коралина. Дядя Яша, похлопав себя по карманам, принялся судорожно искать зажигалку. – Дядь Яш, ну правда, не надо!

На поиски зажигалки ушло несколько минут, но найти ее среди коробок и пакетов, которые еще не успели разобрать, оказалось невозможным.

– Ну ладно, в этот раз без свечей. – Смутившись, мама скрылась на кухне. Коралина услышала пластиковый «чпок», а через минуту мама вернулась, протягивая шоколадный торт и виновато улыбаясь. – В этот раз все не так. Не смогла найти в вещах форму, представляешь? Обещаю, я испеку твой торт сразу, как освоимся. На первое сентября, а? Что скажешь?

Коралина кивнула. Конечно, она понимала. Переезд в другой город давался нелегко.

Она перевела взгляд с улыбающихся мамы и дяди Яши на «Прагу» из супермаркета. Обычно мама пекла для нее «День и ночь»: шоколадные коржи чередовались с ванильными и были щедро пропитаны сметанным кремом, а сам торт покрывала шоколадная глазурь. Но «Прага» тоже ничего.

– Время подарков! – спохватился дядя Яша и скрылся среди коробок.

Пока он шуршал и чертыхался из-за прилипшего к пальцам скотча, Коралина улучила момент и, набравшись смелости, спросила:

– Мам, можно я после обеда поеду в развлекательный центр? Я познакомилась с нашими соседями по улице, моими ровесниками, и они зовут меня с собой.

У мамы от удивления расширились глаза.

– Ты уже успела с кем‐то подружиться? Так быстро? Это же замечательно! Конечно, поезжай, только возвращайся не позже восьми, ладно? У нас будет праздничный ужин.

– Хорошо, – пообещала Коралина и расслабила плечи.

– Нашел! – радостно воскликнул дядя Яша. – Коралина, это тебе от нас с твоей мамой.

Он протянул ювелирную коробочку из изумрудного бархата. Внутри лежала тонкая золотая цепочка с подвеской в виде ракушки. Через прорези верхней створки проглядывала перламутровая жемчужина.

– Она открывается, – подсказала мама, по-прежнему держа торт.

Коралина подцепила ногтем створку, обнажая раковину. Жемчужина лежала среди мелких фианитов, которые мерцали, стоило только солнечному лучу попасть на них.

– Нравится? – нервно уточнил дядя Яша.

– Очень, – искренне ответила Коралина. – Спасибо!

Мама и дядя Яша выдохнули, как саперы, обезвредившие бомбу.

– Торт на завтрак! – провозгласила мама.

Коралина захлопала в ладоши, поддерживая ее.

Глава 3

«Лимонная» банда

Gym Class Heroes – Cupid’s Chokehold / Breakfast in America

Britney Spears – Circus

До трех часов дня Коралина не находила себе места. Она успела сходить в пункт выдачи за подарком от папы – новыми беговыми кроссовками и плюшевым брелоком в виде Багза Банни, который сразу повесила на рюкзак.

Вернувшись домой, Коралина со всей ответственностью взялась за разбор коробок и пакетов, чтобы наконец разложить одежду. Заняла руки, чтобы убить время, и заодно нашла то самое платье, в котором хотела поехать в развлекательный центр. Мятного цвета, с короткими рукавами-бабочками, резинкой на талии и юбкой-колокольчиком. Как назло, платье нашлось на дне самой последней коробки и было таким измятым, что пришлось потратить целых полчаса, чтобы избавиться от складок! Еще полчаса ушло на макияж: Коралина подкрасила ресницы и применила тысячу и одну уловку, чтобы замаскировать «лягушачий рот».

Оставалось только решить, что делать с волосами. Собрать в хвост на затылке, а затем заплести косу? Соорудить пучок или лучше два? Оставить распущенными?

Ответ нашелся сам собой. Пока она раздумывала над прической, снизу донесся мамин голос:

– Коралина, к тебе пришли!

Замерев со жгутом из волос, который она намеревалась скрутить в пучок, Коралина молниеносно расправила пряди и прошлась по ним пальцами, наспех расчесывая. Что ж, придется идти с распущенными.

Сбежав по лестнице, Коралина скромно улыбнулась соседу. Маркус – она все‐таки решила называть его именно так – стоял в прихожей с профессиональным зеркальным фотоаппаратом и беседовал с мамой и дядей Яшей:

– …недалеко, в пяти остановках. Это семейный развлекательный центр – там батуты, игровые комнаты, кинотеатр, боулинг, кафе, игровые автоматы…

– Игровые автоматы? – напрягся дядя Яша.

– Аэрохоккей, футбол, танцевальные платформы, – пояснил Маркус. – Не азартные игры. Обещаю, мы присмотрим за Коралиной и не оставим ее одну. Я провожу ее домой и доставлю не позже…

– Восьми, – подсказала мама.

– Не позже восьми, – галантно улыбнулся Маркус.

Коралина привычно стерла с лица улыбку. Пока сосед договаривался с мамой и отчимом, она успела украдкой рассмотреть его. К ее удивлению, у Маркуса была необычайно бледная для Сочи кожа, словно он выходил на улицу только после заката или наносил несколько слоев максимально мощного SPF-крема [4], обновляя его каждый час. Черные волосы и темно-карие глаза резко контрастировали с этой бледностью, а черты лица напоминали молодого Бена Барнса [5]. Чего уж таить, Коралина все детство была влюблена в принца Каспиана [6].

В рубашке цвета хаки Маркус был безумно похож на Молодого человека из «Слов» [7]. Небрежно растрепанные ветром волосы спадали на лоб, как у парней с винтажных фотографий, что придавало лицу творческую меланхоличную мягкость. Коралина невольно засмотрелась на Маркуса, что, наверное, было совершенно неприлично – так долго пялиться на соседа, пусть и исподтишка.

– Ты все взяла, ничего не забыла? – спросила мама.

Очнувшись, Коралина вцепилась в ремешок сумочки цвета слоновой кости. Вообще, она не очень любила сумки – они всегда казались ей жутко неудобными. То плечо оттягивают, то сползают с него. Но рюкзак с платьем совершенно не сочетался.

– Да, все здесь. – Она похлопала по сумочке. – Телефон, кошелек, расческа.

– А паспорт?

– Взяла.

Дядя Яша вставил:

– Если что, звони-пиши – я сразу приеду и заберу тебя.

– Хорошо, – промямлила Коралина, не зная, куда деться от неловкости. Уж больно эта сцена была похожа на то, что ее отправляли на свидание.

Перед самым выходом, пока она обувалась, Маркус вспомнил:

– Мои родители просили узнать, не хотите ли вы как‐нибудь собраться во дворе, пожарить шашлык и сосиски? А потом, когда поближе познакомимся, можно собраться и с остальными нашими соседями. Мы часто так делаем, особенно по праздникам, когда длинные выходные.

Мама и дядя Яша в замешательстве переглянулись. Они, как и Коралина, казалось, были удивлены такому радушию на Лимонной улице.

– Почему бы и… нет? – нерешительно протянула мама. – Яш, что скажешь?

Дядя Яша пожал плечами, улыбаясь.

– Да я, собственно, только за. Будем дружить домами!

Маркус кивнул.

– Хорошо, я передам родителям. До свидания!

– Пока! – махнула Коралина, выходя следом за ним.

Мама крикнула вдогонку:

– Хорошо повеселитесь!

– Только не слишком хорошо! – предупредительно добавил дядя Яша.

Коралина поскорее захлопнула за собой дверь, пока в ход не пошли лекции о вреде алкоголя и страшные байки о заброшках и стройках.

– У тебя очень милые родители, – заметил Маркус.

– Они мне не родители, – мотнула головой Коралина и поморщилась – ну что она несет?

– Не родители? – нахмурился Маркус, удивленно покосившись на нее. Да ведь глаза у него были абсолютно черные, а не темно-карие, как ей показалось! Или это игра света? На солнце они отдавали горьким шоколадом, в тени были черными, как оникс или турмалин.

Когда молчание затянулось, Коралина встрепенулась и сконфуженно пояснила:

– Моя мама… эм… моя мама. А дядя Яша – отчим. Почти отчим. У них свадьба в предпоследний день августа. А мой родной папа остался в Новосибирске, но я его все равно люблю.

Нервно сглотнув, Коралина мысленно приказала себе заткнуться. Она слишком много тараторила.

Маркус улыбнулся – одними уголками губ, как и сама Коралина. В этом они похожи, хотя у соседа рот был совершенно не «лягушачьим», а вполне обычным. Коралине подумалось, что у него‐то наверняка красивая улыбка.

– Желе сказала, вы успели познакомиться утром, – перевел он тему.

– Да. А еще с Мишей и заочно с Денисом. Они тоже будут?

Маркус кивнул.

– Мы с Денисом лучшие друзья.

– А с Мишей?

Он прищурился, глядя вдаль. Через пару домов стояла компания, к которой они неспешно направлялись.

– С Мишей… сложно. Желе ведь уже рассказала о его диагнозе? Он не разговаривал до пяти лет и не мог втянуться в наши игры. Он не понимал шуток, намеков, часто обижался на нас из-за недопонимания. Потом мы стали старше и научились понимать друг друга. Мы дружим, но Миша больше сам по себе. Его лучший друг – Денис.

Коралина молча опустила взгляд. Она все еще не знала, как правильно вести себя с Мишей. Сторониться? Не лучший выход, если она хочет влиться в компанию. Как‐то по-особенному к нему обращаться? Не будет ли это выглядеть как насмешка, мол, она сюсюкается с ним, будто с неразумным ребенком?

Закусив губу, Коралина решила, что сегодня не будет высовываться, а лишь присмотрится к остальным. Она хотела поймать волну, а не упасть в грязь лицом.

– Забыл спросить, сколько тебе исполнилось? – выгнул бровь Маркус.

– Шестнадцать. А тебе?

– Семнадцать. Значит, идешь в десятый класс?

Коралина кивнула.

– А ты – в одиннадцатый?

Теперь уже настала очередь Маркуса кивнуть.

Когда они приблизились к компании, их оглушил дружный хор:

– С ДНЕМ РО-ЖДЕ-НИЯ!

Коралина, застеснявшись, поджала губы и украдкой глянула на Маркуса – он тоже выглядел смущенным, будто не любил такое внимание. Вместо ответа он поднял камеру и навел на друзей. Никто из них не успел даже принять позу, как затвор щелкнул. Более того, ребята, казалось, даже внимания не обратили, что Маркус снял их.

К Коралине тут же подскочила Желе. Она переоделась в похожие шорты, что были на ней с утра, только другого цвета, а вместо топа-банданы проколотый пупок обнажала укороченная футболка с кактусом.

– Знакомься: Лера, Миша и Денис, Артем, Графиня и Матвей. – Наклонившись к ее уху, она шепнула: – Графиня и Матвей встречаются, но Денис, Миша и Маркус свободны.

Про Артема она ни слова не сказала, и Коралина решила, что у Желе на него свои виды. Она махнула ребятам рукой.

– Привет. Я…

– Коралина как коралл, – закончили за нее.

– В точку, – пробормотала она. Видимо, все были ночью под террасой.

Коралина осмотрела компанию, но уже успела забыть, кого как зовут. Та девушка с белесыми волосами – Лера или Графиня? И почему Графиня? Может, производное от фамилии? Что стояло за этим прозвищем?

Она задержала взгляд на двух темноволосых парнях – который из них Матвей? Не хотелось попасть в неловкую ситуацию. Она, конечно, не собиралась сегодня никому строить глазки, но вдруг Графиня окажется слишком ревнивой и воспримет любое слово в сторону своего парня как угрозу?

Наконец взгляд остановился на Мише и Денисе. Несмотря на то, что они были близнецами, да еще и оба в шортах и гавайских рубашках, Коралина сразу их различила. Миша улыбался – не то что с утра, – но, казалось, оставался скорее наблюдателем, чем частью компании. Денис же, напротив, что‐то говорил, смеялся, подначивал Артема (или все‐таки Матвея?). Он напоминал сгусток энергии или вечный двигатель.

Желе, заметив, как Коралина растерялась, взяла ее под локоть и повысила голос, чтобы перекричать остальных:

– Идите впереди, мы за вами!

Денис пошутил:

– Что, собралась выдать новенькой все наши секреты? Смотри не отпугни ее, она мне нравится!

У Коралины расширились глаза и заалели щеки. Она даже задержала дыхание от таких слов. Понятное дело, что это было сказано не всерьез, но… до чего приятно слышать такие слова от парня. Да еще и симпатичного.

Денис казался полной противоположностью Маркуса. Загорелый, ясноглазый, с выцветшими от солнца взъерошенными волосами. Слишком шумный, но это даже подкупало. Коралине нравились люди, которые могли растормошить и пуститься в спонтанные приключения. Правда, она не знала ни одного такого человека лично, только читала про них в книжках или видела в сериалах… Но ведь с кого‐то же эти герои списаны! Например, с Дениса…

Галдя, новые знакомые пошли впереди, шутя о людях и местах, о которых Коралина слышала впервые. Она вдруг ощутила себя типичной попаданкой, которая оказывается в середине сюжета и должна быстро вникнуть, кто есть кто и как действовать дальше.

– Вы давно дружите? – спросила она у Желе.

– С детства, – с охотой ответила она и принялась щебетать: – Мы все живем на Лимонной улице, поэтому быстро нашли общий язык. Знаешь, когда родители разрешают погулять, но с условием, чтобы не уходил с улицы? Вот мы и не уходили. Так и подружились. Не в один день, конечно. Сперва я познакомилась с Лерой. Если ты запуталась, то Лера – это которая с розовыми афрокосичками. Мы гонялись друг за дружкой с водяными пистолетиками, и на нас напали Артем и Матвей с водяными бластерами. Мы им тогда задали жару… Ну, или они нам? Уже и не вспомню. Домой вернулись насквозь мокрыми – хоть выжимай! Так мы и держались вчетвером, пока не заметили новую девочку, Аграфену.

– Блондинка, – сказала Коралина и только потом поняла, что сделала это вслух.

– Да, причем натуральная. Новые учителя в лицее постоянно делают ей замечания, думают, что она покрасила волосы в белый – а у нас по уставу запрещено приходить в школу с крашеными волосами. Ей каждый раз приходится показывать детские фотографии, чтобы доказать, что она родилась с таким цветом. Красиво, правда? Прямо как у Дейенерис [8]!

– Вау… – выдохнула Коралина и задержала взгляд на серебристо-платиновой макушке. – Я тоже подумала, что крашеные. Вы с ней сразу подружились или тоже напали с водяными пистолетами?

Желе фыркнула.

– Это она на нас покушалась! Графиня хотела к нам в компанию, но выбирала слишком дикие способы. Один раз она угостила нас домашним лимонадом, но забыла один важный ингредиент – сахар. У меня лицо чуть не вывернулось наизнанку от кислятины! Тогда‐то к ней приклеилось прозвище Графин Лимонада, которое потом сменилось на Графиню.

Коралина прыснула и прикрыла рот ладошкой, представляя себе эту картину.

– Но вы все равно взяли ее к себе.

– У нас не оставалось выбора, – захохотала Желе. Понизив голос, она кивнула на «гавайские рубашки». – Денис и Миша долго держались особняком из-за того, что Миша не хотел ни с кем дружить. Они всегда играли только вдвоем, пока не стали общаться с Маркусом на подготовительных занятиях к школе. Маркус и привел их к нам.

– А как вы подружились с Маркусом?

Желе широко улыбнулась.

– Это забавная история. Ему тогда купили первый фотоаппарат – не зеркалку, обычный. Он ходил и фотографировал все подряд. Мы с Лерой и Графиней попросили его поснимать нас типа как моделей. Он тогда чуть не взвыл от наших бесконечных переодеваний! Артем и Матвей вовремя подоспели и спасли его, иначе он бы больше никогда к нам не подошел.

– Он с детства увлекается фотографией? – удивилась Коралина и посмотрела на спину Маркуса.

– Ага, мы уже даже не замечаем, что за нами ведется фотоохота. Он реально круто снимает. У нас в школе каждый год устраивают тематические выставки с его снимками. Их даже опубликовали в нескольких журналах о путешествиях – в Сочи есть что поснимать. Так что знай, если Маркус как‐нибудь пригласит тебя в пещеру – ему просто нужна компания, это не свидание. Я уже пару раз велась на это, зря только весь гардероб перебирала. Ходила за ним хвостиком, пока он снимал сталагмиты [9] и сталактиты [10].

– Я ни разу не была в пещере.

– Значит, как‐нибудь намекну Маркусу, чтобы он тебя сводил, – подмигнула Желе.

У Коралины глаза на лоб полезли. Она протестующе замотала головой.

– Не надо! Я… я просто так сказала, к слову пришлось…

Желе отмахнулась.

– Брось, что в этом такого? Я же не сватаю вас. И тебе будет проще влиться к нам, если то с одним пообщаешься, то с другим. У тебя на завтра есть планы?

– Нет.

– Тогда готовь купальник, завтра мы тебе покажем один крутой пляж – там почти нет людей, а еще песок вместо гальки. Правда, ехать до него прилично, но это того стоит, поверь.

Коралина слабо улыбнулась. Она даже не стала спрашивать, кто именно из всей компании собирается ехать – завтра и узнает.

– Вы со всеми такие радушные? – вырвалось у нее, когда они подошли к автобусной остановке.

Желе хихикнула.

– Только с теми, кто живет на Лимонной улице. Мы – одна «лимонная» банда.

Они набились в подошедший автобус и заняли всю заднюю площадку. Как Маркус и говорил родителям, развлекательный центр находился всего в нескольких остановках. Завидев его, Коралина округлила глаза от удивления: она не ожидала такого масштаба.

Развлекательный центр походил на столичный ТЦ – огромный и в несколько этажей. Казалось, он мог вместить в себя одновременно пару тысяч человек или даже больше. Оказавшись внутри, Коралина остановилась в замешательстве – в глазах рябило от ярких красок и блестящих поверхностей, в ушах смешались музыка, реклама и объявления о найденных детях, которые ждут своих родителей у стойки информации.