Мошенник

Смех и радость наполнили машину, когда мы отправились в ближайший студенческий кабачок. Там мы планировали обмыть этот автомобиль, который стал для нас символом нашей дружбы и веселья. Этот вечер обещал стать незабываемым. Впереди нас ждало много веселых историй, приятных разговоров и, конечно же, воспоминаний о том, как с помощью одной лишь машины мы смогли объединиться и создать атмосферу настоящего праздника.

После успешного завершения обучения в аграрной академии в 1997 году, я продолжил свое образование на юридическом факультете Кыргызского Национального Университета. Это решение было основано на моем стремлении расширить свои знания и навыки, чтобы впоследствии успешно работать в области права и экономики.

В 1997 году, в кругу родных и друзей, я впервые, по сути, заново открыл для себя человека, который присутствовал в моей жизни ещё в детстве. Это была Индирa. С ней меня связывали не только общие знакомые, но и некоторые воспоминания о нашем микрорайоне. Однако настоящим открытием для меня стало то, что я никогда не знал её имени, хотя прекрасно помнил её лицо. Этот юбилей стал не просто праздником, а поворотным моментом, открывшим двери в воспоминания о прошлом. На 50-летнем юбилее, друг моего отца Карыпбек был в центре внимания. Он был одноклассником моего отца и одновременно сослуживцем мамы Индиры. Его жизненный путь пересекался с множеством людей, и каждый из гостей мог рассказать интересные истории. Я всегда помнил его как человека мудрого и доброго, и эта встреча не стала исключением: вокруг царила дружеская атмосфера. Когда я увидел Индиру в этот день, не мог не отметить её проницательный взгляд и необыкновенную красоту. Она была тонкой как лист тростника, с фигурами, которые плавно переходили от одной линии к другой. Эта легкость, казалось, была не только внешней, но и внутренней. Время словно замедлилось, когда она проходила мимо, и в ней чувствовалась замечательная смесь разных культур и традиций. В свои 19 лет Индирa уже успела многого достичь, она одна из первых, еще в 1997 году применила тактику «олений хоровод».

«Олений хоровод» — это популярная в соцсетях модель отношений, при которой женщина окружает себя множеством поклонников. Индира держит их в статусе ухажеров, заставляя конкурировать за свое внимание, но не торопится делать выбор и избегает серьезных обязательств. Такая стратегия имеет свои плюсы, но строится на определенных правилах: Суть явления: вокруг красавицы-Индиры образуется очередь из мужчин, которые стараются, дарят подарки, влюбляются и доказывают свою значимость. Главный принцип: Фокус смещается с одного «нормального» партнера (Нургазы) на создание целой группы претендентов, где каждый выступает в роли «оленя» (поклонника).

Цель: Поднятие самооценки, получение ресурсов мужчин и возможность выбрать лучшего из лучших (Нургазы-у него на тот момент есть и квартира и машина, да и характер мягкий, таким мужчинкой легко управлять), оставаясь «главным призом» для других мужчин.

Она работала на рынке Дордой, помогая бабушке в кафе. Это место было не просто работой для неё, а частью её жизни, местом, где она выросла и научилась ценить труд. Каждый день Индирa взаимодействовала с различными людьми, который приносили туда свои истории и впечатления, вбирая в себя богатство культуры и традиций. Вспоминать о детстве — это словно перелистывать старые книжки, каждая страница которых хранит тепло воспоминаний. Мы с Индирой были соседями в микрорайоне; хотя тогда я был слишком молод, чтобы это осознавать, но уже тогда её улыбка оставила отпечаток в моём сердце. Вспоминаю, как мы часто встречались на детских площадках, но никогда не общались на серьезные темы. В тот день на юбилее, когда я увидел её вновь, в моей голове тут же всплыли образы тех беззаботных дней. Я помнил, как мы с ней играли вместе, но наши пути разошлись, когда взрослые миры начали навязывать нам свои рамки и правила. Индирa обладала харизмой и духом свободы, что притягивало меня к ней даже в юном возрасте. Индирa училась на экономическом факультете Национального университета. Я был восхищён её целеустремлённостью, которая уже тогда выделяла её на фоне сверстников. Она не только работала, но и стремилась к знаниям, желая построить свою карьеру. Разговоры на юбилее касались её будущих планов. Индирa говорила о том, как мечтает подняться по карьерной лестнице и стать успешной женщиной. В тот момент мне стало очевидно, что она познает мир одновременно с окружающими её людьми — на практике, в работе, исследуя экономические теории и пытаясь применить их в жизни.

Наша беседа на юбилее плавно перешла к обсуждению культурных традиций. Индирa чувствовала себя связанной с разными культурами, что, по её словам, делало её личность более богатой и многослойной. Она говорила о значении уважения, традиций и не забывала о корнях — своей родословной. Этническая идентичность играла важную роль в её жизни, и это было заметно по тому, как она говорила о своей семье. Эта встреча стала для меня не только возможностью заново узнать Индиру, но и осознать, как глубоко мы можем быть связаны с людьми, даже если жизни иногда ведут нас разными путями. Мы стали обсуждать общие интересы, различные аспекты жизни и будущее. Я увидел, как она мечтает о том, чтобы изменить мир вокруг и помогает другим находить своё призвание. Воспоминания о юбилее 1997 года и встрече с Индирой остались в моём сердце как символ становления личности. Индирa, будучи амбициозной и умной, не только напомнила мне о детских воспоминаниях, но и показала, какой силой могут обладать мечты и желания. Каждый человек приносит в нашу жизнь что-то уникальное, и иногда именно такие встречи помогают нам взглянуть на мир с новыми глазами. Эта история — не просто воспоминание об одном юбилее, она о том, как люди продолжают влиять друг на друга, несмотря на время и расстояние. Индирa стала для меня примером стремления к самосовершенствованию и важности взаимодействия с окружающим миром. Эти размышления о нашем прошлом остаются актуальными и сегодня, вдохновляя стремиться к большему и не забывать о своих корнях. А мне был 21 год, я только закончил аграрную академию. Я поступил на работу в Айылбанк, а она бросила работу в кафе и пошла работать кассиром в Автобанк. С этого дня у нас появились общие интересы.

В 1999 году я принял важное решение: продал свою любимую машину ВАЗ-21099. Эта продажа стала началом нового этапа в жизни. Мы с Индирой устроили свадьбу на 300 человек. Это было грандиозное событие, полное радости и смеха. Большинство гостей были знакомы с нашей семьей, и я понимал, что многие из них, скорее всего, останутся лишь приятными воспоминаниями. Я был против такой масштабной свадьбы, но отец настоял. Он считал, что, приглашая своих друзей и знакомых, мы отдаем дань уважения традициям. В его понимании, не пригласить их было бы неправильно.

Мой отец поначалу вообще не принял свою сноху Индиру, девушку, которую его сын любил, из-за ее незнания кыргызского языка и обычаев. Отец считал, что сноха отдаляет их от его любимого сына, вертит им как вздумается. Вот как культура и язык могут создавать барьеры между близкими людьми, и какие последствия возникают, когда любовь сталкивается с предрассудками и непониманием. Культуры разных народов отличаются не только языком, но и обычаями, традициями и мировосприятием. В Кыргызстане язык играет огромную роль в жизни общества. Он не просто средство общения, но и важный элемент идентичности. Для Дуйшенгазы-ата, который всю жизнь прожил в Кыргызстане, знание кыргызского языка и понимание местных традиций были настолько важны, что отсутствие этих качеств в снохе Индире стало камнем преткновения. Проблема заключалась в том, что Индиру воспитали в интернациональной, русскоязычной семье, ее отец был казахом, а мама наполовину калмычка, наполовину уйгурка, и она хорошо говорила на русском, но с кыргызским языком у нее не сложилось. На первых порах общения со свекром Индира забывала надевать платок, забывала традиционный поклон, пыталась использовать русскую лексику, думая, что это поможет установить контакт. Но, к сожалению, подобные попытки лишь усугубляли ситуацию. Каждый раз, когда она здоровается со своим свекром, используя русский язык, либо готовила из курицы, грибов или из рыбы (которую он как бывший моряк вообще не переносил), а не говядины, отец морщился и, казалось, уходил все глубже в свою неприязнь. Дуйшенгазы-ата был человеком с устоявшимися взглядами и предвзятым мнением относительно всего, что касалось русскоязычных. Его поколение выросло в условиях, когда кыргызская культура подвергалась давлению других культуры, включая русскую. Он не мог понять, почему его сын, надежда и опора всего клана, выбрал женщину, которая не имела никакого отношения к кыргызской культуре. С каждым разом, когда Индира пыталась наладить контакт, свёкр реагировал на неё с недоверием и даже агрессией. Эти события вызывали у меня внутри огромный конфликт. Я начинал осознавать, что моя любовь к Индире оказывается в зависимости от того, сможет ли она получить одобрение на этот брак, от моего отца. Это понимание приходило с сильными эмоциональными последствиями. Я не знал, как поступить: продолжать защищать свою жену или пытаться объяснить ей, что ее усилия были напрасными. Индира, не зная норм моего общества, искренне пыталась достигнуть доверия и понимания. Она была готова учить кыргызский язык как никогда раньше, изучая обычаи и традиции, чтобы быть близкой к своей семье. Но для свекра этого было недостаточно. Он не хотел принимать её, не искал общих точек соприкосновения. Опыт, который я переживал, научил нас важным урокам о том, как сложны и многогранны отношения в семье. Каждая возможность для общения — это шанс научиться чему-то новому, понять другую точку зрения и принять её. Однако иногда культурные барьеры становятся непреодолимыми. Я стремился быть посредником между двумя мирами, но оказывается, что некоторые вещи невозможно изменить. Думаю, самое сложное — это отсутствие воли к пониманию и искренней привязанности. Даже при наличии любви и уважения, культурные различия могут казаться непреодолимыми, если одна сторона отказывается хоть немного открыться для другого. Со временем я пришёл к выводу, что такие конфликты могут привести к разрыву отношений. Если бы мой отец смог взглянуть на ситуацию другими глазами, возможно, он бы по-другому отнёсся к Индире. Но он думал, что сноха плохо влияет на его сына.

Не знаю, что было бы тогда, если не вмешался Карыпбек-ата и не повлиял на своего друга Дуйшенгазы. Я купил старикам путёвку в санаторий на Иссык-Куле, что стало приятным подарком старикам. Там со своим другом Карыпбек и поговорил по душам. Крестный отец Карыпбек объяснил своему другу детства, насколько важно быть готовым принимать чужие обычаи и язык, даже если они отличаются от привычного для тебя. Эта любовь требует понимания, терпения и смелости. Карыпбек открыл глаза моему отцу, что для его сына понимание — это основа любых отношений. Им нужно быть на шаг впереди в своём стремлении к гармонии и единству, иначе они рискуют потерять близких. Карыпбек надеялся, что каждый из нас сможет научиться понимать и принимать различия. Важно помнить, что любовь не знает границ, и она может преодолеть любые преграды, если мы готовы работать над собой и стремиться к взаимопониманию. В конечном счёте, только любовь и понимание способны создать крепкие родственные связи, и, возможно, именно это — настоящий смысл нашего существования. Каждый из нас сталкивается с индивидуальными конфликтами, которые порой затрагивают не только личные отношения, но и культурные различия. История о невозможности принятия Индиры свекром, моим отцом — это не просто личная драма. Это повествование о том, как важна культура и язык в построении мостов между людьми. В моей жизни произошла эта ситуация, которая стала в будущем причиной глубокого внутреннего конфликта и требовала осмысления

После свадьбы мне выпало назначение в город Кара-Балта. Это решение дало мне возможность находиться на некотором расстоянии от отца, что помогло избежать конфликтов.

В этом маленьком, но уютном городке, в районной больнице, 4 мая 2000 года родился наш первенец Аслан. Этот день стал одним из самых радостных в нашей жизни. Это произошло прохладным дождливым майским днем. С появлением малыша на свет вдруг погода изменилось – засияло солнышко и стало теплее, как будто природа приветствовала рождение гения. А вот у близких людей его рождение вызвало много тревог. Малыш родился с крупной и немного деформированной головой, что тревожило родителей. Правда уже через два-три месяца голова ребенка приобрела нормальные размеры. Когда бабушка впервые увидела внука, то она, всплеснув руками, воскликнула: "Какой же он толстый!" Но маленький Аслан вопреки всем тревогам рос и спокойно созерцал мир.

Уже через два года семья переехала в большой и деловой город Бишкек. Но малыш как будто впитал дух спокойного, немного сонного городка Кара-Балта. Я его отец, управляющий Карабалтинского филиала ОАО «Айылбанк», проводил много времени на работе. А мать маленького Аслана Индира посвящала все время ребенку. Мы снимали небольшую, но уютную квартиру и чувствовали себя счастливыми. С появлением сына мир наполнился новыми красками. Аслан рос умным и любознательным мальчиком. Я всегда старался обеспечить ему лучшее образование. Он посещал самый лучший детский сад в городе, а затем и престижную школу. Я понимал, что образование — это ключ к будущему. Да, на это уходила вся моя зарплата, но это меня не останавливало. Я подрабатывал репетиторством, чтобы обеспечить Аслану все необходимое. Я верил, что каждый вложенный в его образование доллар— это инвестиция в его будущее. Каждый урок, каждая книга, каждый момент, проведенный вместе, были важны для нас. Мой сын стал источником вдохновения и гордости.

Моя карьера началась в ОАО «Айылбанк», где я проработал пять лет. В этой работе мне запомнился один случай. Кредитование фермеров под урожай пшеницы — это распространенная практика, способствующая развитию сельского хозяйства. В данном случае, фермеры обязались погашать кредиты, поставляя на Карабалтинский мелькомбинат пшеницу не ниже третьего класса. Это требование было обосновано необходимостью поддержания высокого качества продукции. Тем не менее, мелькомбинат, по всей видимости, проявил халатность. Он принял более 3000 тонн пшеницы, но качество некоторых партий оставляло желать лучшего. Когда ОАО «Айылбанк» решило вывезти пшеницу, оказалось, что мелькомбинат не отдал 200 тонн по цене 3 сома за килограмм, сославшись на отходы. Это решение вызвало серьезные вопросы, и мне поручили заняться взысканием недостачи. На первый взгляд, казалось, что ситуация была простой, однако у мелькомбината был опытный адвокат, который представил результаты экспертизы. Согласно этим данным, недостающие 200 тонн были признаны зерноотходами на сумму 600 000 сом, что могло сыграть решающую роль в судебном процессе. Не желая сдаваться, я внес в протокол судебного заседания запись о том, что эти отходы должны быть переданы ОАО «Айылбанк». Несмотря на мои усилия, я проиграл дело и получил выговор от руководства. Однако на этом история не закончилась. Суд выдал исполнительный лист на 200 тонн зерноотходов по цене 3 сома за кг, на сумму 600 тысяч сомов, это 7 000 долларов. Эти отходы, представляющие собой щуплые зерна и семена других злаков, были не так уж бесполезны. Зима выдалась особенно суровой, и корма стали дефицитом, дороже чем пшеница. Это обстоятельство и изменило ход событий. Мне удалось продать зерноотходы по цене 4 сом за килограмм на сумму 800 тысяч сом (9 300 долларов), что оказалось выгодным решением. Я закрыл недостачу в 7 000 долларов и даже смог заработать на машину 2 300 долларов. Эта ситуация научила меня важному уроку: иногда даже в самых сложных обстоятельствах можно найти выход и извлечь пользу. Всегда стоит искать альтернативные решения и быть готовым к неожиданным поворотам. Эта работа стала для меня настоящей школой жизни. Я познакомился с практическими аспектами бухгалтерского учета, финансового анализа и управления. Каждый день приносил новые вызовы, и я стремился стать лучше, изучая не только теорию, но и практику. Все это время я чувствовал себя как многие блестящие, перспективные молодые люди, стремящиеся к успеху и готовые преодолевать преграды на своем пути.

И уже работая в ОАО «Айылбанке» юристом, я и параллельно защищал интересы своего отца в суде, который длился, с перерывами 24 года. Я был внешне очень похож на главного героя фильма «Салам Нью-Йорк», который выйдет позже. Это было для меня хорошей практикой, дело, касающееся взыскания с моего отца, задолженности в размере 4 743 долларов США 52 цента. Данная сумма вытекает из Договора, заключенного 26 марта 1998 года, о строительстве жилого дома на долевых началах, расположенного по адресу: улица Тыныстанова, дом 7 А, квартира 7. Эту квартиру в центре города, отец приобрел вместо своей старой трехкомнатной квартиры в 4 микрорайоне и дачи.

Считаю вышеуказанное исковое заявление абсолютно необоснованным. Моя позиция опирается на несколько весомых аргументов.

Во-первых, важно отметить, что его единственным источником дохода на сегодняшний день является пенсия, которая выплачивается в сомах. Это обстоятельство делает его финансовое положение довольно уязвимым, так как отсутствуют альтернативные источники дохода, которые могли бы его поддерживать. Учитывая все вышесказанное, полагаю, что данное исковое заявление должно быть отклонено. Согласно статье 307 Гражданского кодекса Кыргызской Республики, денежные обязательства должны быть выражены и оплачены в национальной валюте. Однако в договоре, подписанном 26 марта 1998 года, обязательства не были указаны в сомах, что противоречит действующему законодательству. Вместо этого, сумма была указана исключительно в долларах США, что создает правовую неопределенность. По условиям этого договора, Алпаров Д. осуществил выплату в размере 312 700 сомов, что на момент заключения соглашения и первого платежа соответствует 17 085 долларам США по курсу Национального банка Кыргызстана, равному 18,3018 сом за 1 доллар.

Во-вторых, на основании материалов гражданского дела от 16 февраля 2015 года можно сделать вывод, что передача квартиры была осуществлена с серьезными недоделками, что является нарушением условий договора. В частности, в момент передачи объекта недвижимости не были установлены окна и двери, отсутствовала сантехника, а полы не были покрыты линолеумом, что значительно усложняет проживание в данной квартире. Эти обстоятельства подтверждают, что квартира не соответствовала заявленным стандартам и требованиям, что является весомым основанием для обращения в суд. валюте на дату строительства. Так как без независимых экспертов невозможно определить окончательную стоимость строительства по ст 88-90 Гражданско-процессуального кодекса КР.

В-третьих, Договор о долевом строительстве от 26.03.1998 года, согласно ГК КР — это договор «Строительного подряда», который регламентируется ГК КР, Законом «О защите прав потребителей». Согласно пункту 5 Статья 37. Закона КР «О защите прав потребителей», Последствия нарушения исполнителем сроков выполнения работ (оказания услуг). Согласно акту государственной приемочной комиссии о приеме в эксплуатацию номер 239 от 2 апреля 1999 года, строительство 29-квартирного жилого дома, расположенного по адресу улица Тыныстанова, дом 7 А, завершилось с существенным опозданием. Фактически работы были закончены на 240 дней позже установленного срока, что составляет 8 месяцев. Данная ситуация возникла в результате того, что учреждение «Финансово-кредитный фонд при Министерстве финансов Кыргызской Республики» не исполнило свои обязательства, указанные в пункте 1 договора. Срок завершения строительства, согласно договору, был назначен на август 1998 года, но, к сожалению, не был соблюден. Мой отец Алпаров Дуйшенгазы, выступающий в роли заказчика, обладает правом взыскания неустойки за просрочку выполнения обязательств. Сумма неустойки составляет 114 480 долларов США. Это возмещение связано с задержкой исполнения обязательств на 240 дней и определяется в соответствии с законодательством Кыргызской Республики. Согласно Закону «О защите прав потребителя», размер неустойки составляет 477 долларов США за каждый просроченный день. Эта сумма представляет собой 3% от общей стоимости договора, который составляет 15 900 долларов США.

Таким образом, я пригрозил истцу, что если они взыщут задолженность в размере 4 743 долларов США 52 цента, то тогда мой отец Алпаров Д. имеет законное основание для подачи встречного иска на сумму 114 480 долларов США. Его действия направлены на защиту своих прав и интересов как потребителя. Важно отметить, что получение неустойки может стать важным шагом для обеспечения соблюдения условий договора и привлечения к ответственности сторон, которые не выполнили свои обязательства. Правовая база для таких действий четко прописана в законодательстве, что подтверждает законность требований заказчика. Ситуация также подчеркивает важность соблюдения сроков в строительстве, так как задержки могут привести к финансовым потерям и юридическим последствиям для всех участников процесса.

В 2002 году, когда мне было 26 лет, и я управлял уникальным бизнесом — парикмахерской и кафе под названием «Фасон», расположенным на остановке «Юбилейной» в Бишкеке, со мной приключилась история. Это заведение функционирует до сих пор и стало местом притяжения для местных жителей. Вместе с семьей мы работали над созданием уютной атмосферы, жарили шашлык и продавали пиво. Мои младшие братья служили официантами, и у нас была настоящая семейная команда. Однажды в кафе зашел мужчина лет пятидесяти, который быстро выпил лишнего. Не расплатившись, он начал грубить. В этот момент мой 16-летний братишка жены, не выдержав, нанес ему удар. Ситуация накалилась, но вскоре пришел сын этого мужчины. Мы смогли уладить конфликт мирно, извинившись и выпив по кружке пива. Но через несколько дней нам пришлось столкнуться с настоящими проблемами. Неожиданно появился молодой человек спортивного телосложения, представившийся как «Черный Айбек», смотрящий района. Он потребовал 100 долларов за обиду, причиненную жильцу его квартала. Я пытался объяснить, что вопрос уже был решен, но он не желал слушать. Его ультиматум звучал угрожающе: если не заплатим, наше кафе будет разгромлено. Это была не шутка, и я начал задумываться о том, как защитить себя и свой бизнес. В нашем окружении имелся свой «Улан» — старший брат жены, который пользовался уважением. Я позвонил ему и рассказал о ситуации. Он быстро приехал и предложил план. «Позвоните ему и скажите, что платить не будете. Я спрячусь за барной стойкой», — сказал он. Мы так и сделали. Как только мы заявили, что не собираемся выполнять требования «черного», вскоре к нашему кафе подошла толпа из тридцати человек разных возрастов, готовая к акции. Они переворачивали столы и начали бить меня и братишек. И тут из-за барной стойки вылетает наш Улан. Он берет за грудь их главаря, и не обращая внимания на других нападавших, лупит только «черного». «Что вы стоите, бейте, его»: кричит он всем. Однако, другие парализованы от одного вида огромного Улана-чемпиона по боксу. Куда бы не убегал от нашего богатыря «черный», везде он получал тумаки. В конце концов, «черному» удалось скрыться. Я отправил нашего Улана домой, а сам вызвал милицию. «Черный Айбек»- оказался сыном начальника СИЗО. Поэтому вел себя нагло и написал встречное заявление на меня. Дескать я вместе со своим телохранителем избил его. Милиция начала таскать меня. Однако, у меня имелись связи в прокуратуре, ведь я как никак учился вместе с прокурорами на юридическом факультете. После этого все успокоилось, и этот «черный» при виде меня, обходил меня стороной.

Так получилось, что старший брат моей жены Индиры, по имени Улан, оказался в плену страшной зависимости. Эта история, к сожалению, не редкость. Она начинается с родительского невнимания, которое, возможно, и стало причиной его бед. В 18 лет, когда многие молодые люди только начинают образование, он закончил среднюю школу с трудом, едва ли осознав значение образования. Его достижения в боксе, где он прославился как чемпион, привели его к опасной компании — банде Рыспека Акматбаева. Легкие деньги, обещания богатства и гламурные квартиры быстро соблазнили его, но вместе с этим пришло и разрушение.

Когда ему исполнилось 25 лет, его зависимость от героина стала очевидной. На протяжении последних пяти лет он оставался в этом аду, не в силах выбраться. Постоянные возвращения под «кайфом» в дом стали нормой. Он мог в 4 утра, когда все остальные члены семьи мирно спали, включить музыку на полную громкость, не думая о том, как это влияет на окружающих. В доме царила атмосфера страха и недовольства. Ссоры и слезы стали постоянными спутниками их жизни. Каждая семья заслуживает счастья и покоя, но в их жизни царила тьма, и, к сожалению, она затмевала все светлые моменты.

Ситуация, в которой оказалась его семья, действительно очень тяжелая и эмоционально изматывающая. Это не просто семейные проблемы; это настоящая трагедия, когда близкий человек, который должен быть опорой, вместо этого делает жизнь родных невыносимой. Столкновение с зависимостями — это всегда сложный путь, полный боли и страха. Брат Индиры, по сути, стал источником постоянного стресса для всех. Его поведение не просто разрушало семейные узы, но и создавала атмосферу постоянного страха и переживаний. Когда родные начинают восприниматься как нечто само собой разумеющееся, как прислуга, это свидетельствует о глубоком кризисе. Ожидания, что кто-то будет заботиться о нем, при этом не желая ничего делать взамен, — это путь в никуда.