Одна из всех...

Ирина Макарова

Одна из всех...

Глава 1

- Дочка, Анечка, подойди ко мне. Видишь, моя хорошая, болезнь меня одолела. Слабая я. Очень плохо мне. Тяжко тебе придётся без меня, без мамы твоей. Помни меня и мои слова запомни. Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всей душою твоей, и всем разумением твоим. Сия есть первая и наибольшая заповедь. Вторая же, подобная первой: Возлюби ближнего своего, как самого себя. Подойди ко мне, я тебя обниму.

Аня, не понимая, о чём это говорит мама, подошла к кровати, на которой лежала изболевшаяся её мать. Нагнулась и посмотрела очень близко ей в глаза. Глаза были полны слёз и страха. Мать прижала Аню к себе, поцеловала дочку в лоб.

- Бедная моя дочка, ты даже не представляешь, что тебя ждёт дальше.

Анна отошла от кровати, обернулась, посмотрела на свою мать и с детской легкостью побежала на улице играть. Не могла тогда тринадцатилетняя девочка понять, что это последняя минута жизни матери и последние её слова, которые изменят жизнь всей семьи, и тяжелее всех будет именно ей.

В этот же день мать скончалась. Верующие люди говорили: Отошла в вечность. Хоронили всей деревней. Большое горе настигло дом хорошей и добропорядочной семьи. Матери всего 45 лет, детей шестеро.

Муж очень хороший человек, работящий, честный и дети - дочь Аня тринадцать лет, она старшая, затем два мальчика и ещё три девочки. Младшей Верочке всего два годика.

- Ох, ох, деточки вы, деточки! Да как же вы, милые, такие малые, остались без матушки? Да как же можно помочь сиротам? И что же ждёт всех вас? Помоги всем вам Господь! — и прочие причитания проговаривали окружающие.

А дети стояли, смотрели на свою маму, вернее, на женщину, очень необычно выглядевшую. Не понимая того, что мамы больше нет. Они остались одни с бедой. Смерть. Дети впервые увидели смерть своего очень родного, очень близкого, очень доброго, заботящегося человека. И мама их, добрая, любящая их всех, лежит в очень странном, необычном, страшном ящике. Она не двигается, она их не зовёт, не зовёт их есть, не просит ни о чём, не заставляет что-то сделать, даже не окликает их. Вокруг много женщин сильно плачут, рыдают, говорят очень странные слова....

Как же такое можно понять? Вчера эти женщины-соседки, встречая на улице их, детей со своей мамой, здоровались, радовались встречи, разговаривали, а сейчас они рыдают и, глядя на детей, говорят: "Вы теперь сироты, ох, что же будет с вами, жалко вас, несчастные, Помоги им Господи, пропадут ведь пропадут...

Яков Антонович один и рядом с ним шестеро малолетних детей. Они стояли и ничего не понимали - вокруг них очень много людей, женщины плачут, старушки рыдают, мужчины по своему мужицкому обыкновению молчат. Деревенская традиция в тот момент поразила и детей и Якова Антоновича. Не ожидал такой откровенной помощи от односельчан - поминки в голодные годы получились достойные. Со всех домов принесли кушанья, кто что смог - подруги мамы принесли блинчики с творогом и с вареньем, винегрет - очень вкусный и необычный (в этом винегрете были малосольные огурчики, много зелени и вкусное душистое масло) капусту, овощи. Все соседи, друзья Якова Антоновича по работе и просто односельчане постарались помочь хорошему человеку. Многие женщины подходили к детям и их отцу со слезами, говорили очень скорбные слова и нарекали им трудную и несчастную жизнь. Дети ничего не понимали. Много людей, много еды, накурено, взрослые сидят за большим столом. А у детей были только вопросы — что же происходит и зачем всё это? И где же их мама? А мамы нет и никогда больше не будет. Как можно объяснить такое детям? Их мамы больше нет... Вечером дети заснули. Тяжёлый день, много слёз и непонятные ощущения всего происходящего. Разлеглись кто куда: кровати были не у всех. Кто на сундук, кто на печку, кто на полу. Отец ушёл спать на крыльцо. Анна очень долго сидела около печки, смотрела, как женщины убирали со столов, мыли посуду, подметали пол и говорили странные фразы: «Что же теперь будет? Девчонке то всего тринадцать, а она ещё и с таким увечьем. Дети все малые. И кому нужен Яков с шестью детьми в деревне? Женщины такой нет, которая подошла бы ему. Нет ему спокойствия. Да и детям его тоже будет трудно.

- А мне Аню жалко, скорбь и тоска по жизни, ничего хорошего ее не ждет, не будет ей в жизни счастья .. ох..

- Думаю, помочь надо будет этой девчонке всем нам.

- Правду говоришь, будем помогать, кто, чем может. Не приведи Господи нашим детям такой участи – перекрестилась соседка и прочитала молитву, успокоилась.

Аня сидела и слушала этих женщин, которые для нее всегда казались добрыми и хорошими, и не понимала, почему они так говорят про нее и что вообще значат их слова.

Наступил поздний вечер. Все ушли. Младшие братишки и сестренки уснули, отец ушел спать на крыльцо, было слышно, как он плачет и причитает: «Как же так, почему, зачем, что теперь делать, как быть..?»

Аня не понимала, с кем он разговаривает, кого спрашивает. Несколько раз она заглядывала к отцу на крыльцо, видела его одного, уткнувшегося в подушку. Она поняла, что он плачет и разговаривает сам с собой. Но подойти к нему, заговорить и дотронуться она не смогла.

Усталость от переживаний и непониманий сморила девочку. Она легла спать и в надежде на завтрашний день и на разрешение чего-то непонятного, крепко уснула.

Снится ей сон. Теплая, душевная, спокойная, молчаливая, привычно вкусно пахнущая мама стоит около печки, жарит оладушки, поливает их сметаной, рядом крынка с парным молоком. Младшенькие спят, отец уже во дворе, выгоняет корову, кормит кур, гусей, поросятам замешивает кашу, и улыбается такой доброй улыбкой, что радостно становится всем. Мама светится счастьем, дети шалят довольные, купаются в солнечном свете, смех звонкий, детский и никто не знает, что есть на земле горе и смерть близкого человека, после чего меняется все, и в детях, и в семье, и вообще все вокруг.

Аня проснулась рано утром, некоторое время лежала без движения, быстро поняла, что это был просто сон, и она так захотела его продолжения.

«Мне приснилось очень чудесное и замечательное, неужели такое было и неужели теперь такого не будет никогда».

Вчера, вчера, вчера – страшный день, ужасный день.. мама ... отец ... мои братья мои сестры, женщины в черном, соседи и их разговоры.. В ее памяти появлялись события вчерашнего дня.. И разговоры. О чем они говорили ? Обо мне, о моем отце, о детях, о моем увечье. Что все это значило? - Ане было много непонятно.

Громкий голос отца помешал ее воспоминаниям:

- Аня, где ты?

- Здесь я? – ответила дочь.

Отец, увидев дочь, смутился и не понимал, как вести себя дальше, что сказать? Он растерялся, вспомнив вчерашние переживания. Вновь посмотрел на дочь и снова замолк, опустил глаза, в которых уже появились слезы.

Взрослый мужчина, который был уверен до настоящего времени, что его жизнь достаточно успешно сложилась – женился на хорошей женщине, несмотря на то, что она уже была вдовой и с ребенком, обустроил свое хозяйство, родил много детей, построил свой дом – он потерял жену, очень желанную , молодую – слезы просто катились из его глаз. Обняв дочь, девочку тринадцати лет и ничего не сумев ей сказать, он просто плакал. Такой слабости взрослый мужчина в дальнейшем больше не допускал.

А девочка Аня никогда не ощущала такой нежности от своего отца. Других он просто обнимал, а ее впервые с такой силой прижал к себе, что стало страшно ей самой. В эту минуту дочка каким-то чутьем догадалась, что их ждут трудности.

Трудности для Ани начались сразу же на следующий день. Утром за столом ели то, что осталось с поминального вчерашнего стола. Ели молча, только младшенькая в их семье Верочка, совсем маленькая, ничего не понимающая, решила повеселить всех и пропела песенку про «мишку косолапого», которой научила ее мама. Посмеялись все, кроме отца и старшей дочери.

- Всё, поели, пошли во двор, - рявкнул отец и сразу пожалел об этом, потому что не все дети его поняли, но послушались и вышли во двор.

- А где мама? – такой вопрос от мальчиков ошеломил отца.

- Матери больше нет. Теперь для вас всех главной в нашей семье будет Аня, слушайтесь ее, делайте то, что она вам всем накажет.

У Ани задрожали губы, она ничего не поняла, да и дети ничего не поняли. Два мальчика и две девочки подошли к Ане, прижались к ней, а младшенькая Верочка сидела на крылечке и смотрела на них с детской улыбкой, ничего не понимающей тоже.

Началась другая, сложная, не очень понятная жизнь большой семьи.

Глава 2

Деревня 1936 год.

Рано утром Анна у печки вспоминала свою маму, плакала и начинала делать свои домашние дела просто по памяти.

Отец рано начинал топить печь, сидел, курил махорку, ни с кем не разговаривал, молча делал дела во дворе. Младшенькие жили обычной жизнью, слушались старшую сестру и иногда все равно спрашивали про маму. Старшая сестра плакала, отец делал вид, что не слышал детей.

Наступил поминальный день, когда провожали душу усопшего. Особенный скорбный день. В деревнях такие правила и традиции соблюдали с особым отношением.

Женщины договаривались между собой, кто и что будет готовить. Принесли блинчики, котлеты, всякие соленья, кутью с изюмом, пирожки, оладушки с медом, кисель.

В деревне поминальная трапеза запомнилась особой добротой и любовью, тем более в голодный год.

Душу проводили строго по канонам православной церкви. Все молились, «царствие небесное» желали. Опять сильно плакали женщины. И снова Анна услышала слова очень печальные и для нее в тот момент страшные.

- Девчонку очень жалко, поколеченная ведь, что будет с ней дальше.

Сорок дней со дня кончины. Душу Марии проводили из дома, в котором остались муж, теперь уже вдовец сорока лет, старшая дочь тринадцати лет, два сыночка, еще три дочки, последней из которых два годика.