Полная версия
Навсегда там, где сердце
- Да, Господин… - понеслось ему вслед от поникшего воина.
«Очень интересно, получается…» - заработали шестеренки у меня в мозгу – «У них саахан пропал… а у меня, как я поняла, теперь появился… уж не ты ли это «шиза» моя являешься тем самым сааханом?»
У меня снова засвербело между лопаток.
«Быстро соображаешь…» - откликнулись у меня в голове – «Но об этом чуть позже, когда никого не будет рядом, а то я еще маленький и слабый, могут засечь…»
Глава 3
Нас троих отвели в так называемую баню… Ну что я могу сказать… Наверное только спасибо и на этом… Сами понимаете в каком виде я была после четырех дней пребывания под палящим солнцем, а про удобства вообще не заикаюсь… Так что обнаружив палатке большую бочку наполненную водой, я не задумываясь стянула с себя одежду (оставила только нижнее белье) и полезла в воду… и плевать, что она была настолько холодной, что у меня свело зубы. Когда я стягивала свою любимую футболку (которую теперь придется выбросить) у меня случился приступ щекотки, мне показалось, что чьи-то маленькие лапки побежали по мне со спины, по ребрам и затихли в районе груди, но я стерпела и только стиснула зубы от холода.
Я быстро помылась, вылезла из бочки и обнаружила, что моей одежды нет, а вместо нее были штаны чуть ниже колена и рубашка из грубой серой ткани, а вместо моих любимых кроссовок меня ждали сандалии а-ля «древний Рим», но делать нечего, пришлось облачиться в то, что есть. На удивление водные процедуры мы закончили почти одновременно (я чуть замешкалась с новой обовью), я уже подошла к выходу, когда ко мне в палатку вошел один из охранников, явно намереваясь поторопить меня, но увидев, что я готова просто молча, пропустил вперед и слегка придал ускорения, толкнув рукоятью кнута в спину. Я смолчала, про себя пообещав ему, что мы еще вернемся к этому «разговору».
После этого нас отвели к длинному столу под навесом, где нас накормили (если конечно это можно было назвать едой), какой-то пресной кашей. Все это время я внимательно наблюдала за своими попутчиками и никак не могла понять, что же с ними стало, с этими сильными и волевыми людьми, я надеялась, что хотя бы «Волк» не сдался, а у стены он ответил горгулу так специально, чтобы тот подумал, что «сломал» волю. Но похоже он действительно пал духом и на самом деле смирился со своей участью… Признаться меня это пугало, потому как я прекрасно осознавала, что я гораздо слабее «Волка».
Я быстро съела свою не вкусную еду, так как желудок требовал что-то более существенное, чем хлеб и вода, пусть даже это «существенное» будет совсем не вкусным.
После нашего завтрака или обеда, я так и не определилась, нас отвели в подобие казармы. Длинный деревянный барак с маленькими узкими окнами под потолком и двумя рядами двухъярусных кроватей (надо ли говорить, что разделение на «М» и «Ж» тут не предполагалось… Да и вообще, мне показалось, что появление тут «Ж» в принципе было не возможно… Я получилась исключением…), нас подтолкнули к двум дальним койкам, а потом охранник крикнул кого-то по имени. Из другого конца, на звук, пришел здоровый детина, тоже с кнутом.
- Привет, Гил, что новеньких привел? – пробасил он.
- Здорово, Харм, да, только пару часов назад со стены сняли. Господин сказал, чтобы они отдохнули пару дней, а потом их на тренировку нужно определить… Это дохасифф из последней партии.
«Дохасифф – это смертники… И личная собственность Назура…» - поведал мне голос в голове.
От такой новости я едва не вздрогнула, но все-таки сдержалась и не подала виду, что понимаю их разговор, я продолжала стоять, так же как и «Волк», и второй парень, опустив глаза в пол.
- Что и этот тоже? – кивнул Харм в мою сторону – Мелкий он какой-то…
- Мелкий не мелкий, а троих наших положил… К тому же, с каких это пор ты обсуждаешь приказы Господина?
- Не кипятись, Гил, я не обсуждаю приказы…дохасифф, так дохасифф… Ладно, я разберусь с ними, можешь не сомневаться.
А потом повернулся к нам и рявкнул:
- Так, отребья, быстро расползлись по своим щелям, и чтобы я вас не видел и не слышал до самого вечера!
«Волк» и второй парень заняли одну кровать, мне достался нижний ярус другой. Я расстелила матрац и растянулась на кровати, прикрыв глаза.
«Ну что, поговорим, моя персональная шиза?»
«Я не шиза, я саахан… Хранитель, если переводить на твой язык…»
«Хорошо, хранитель, так хранитель… А имя то у тебя есть?»
«Имя мне должен был дать хозяин, когда первый раз взял в руки… Но ты никак меня не назвала… Поэтому у меня нет имени…»
«Я могу еще это исправить? Или таки и останешься безымянным?»
«Наверное, можешь, я не знаю…»
«Ну, тогда покажись мне, а то я даже не знаю кто ты или что…»
«Ты же меня держала на руках, потом дала мне хлеба, а потом согласилась на завершение обряда…»
После его слов я поняла кто такой этот саахан, это был тот самый крысеныш, который меня укусил за палец. Тем не менее, в процессе его рассуждений, я почувствовала щекотку от лопаток до плеча, а потом по руке до самой кисти. Я подняла руку и посмотрела на тыльную сторону запястья, не много не доходя до «браслета», там красовалась живая татуировка… нет, не странного крыса, как я ожидала, а вполне приличного дракончика, с треугольной головой, кожистыми крыльями и довольно длинным хвостом, который обвился вокруг моей руки.
«А ты изменился…» - я провела пальцем второй руки по голове, а потом и по спине дракоши.
«Я принял ту форму, которая ближе тебе по духу.»
«Пожалуй я назову тебя Оберег, а коротко буду звать Обер… Ты не против?»
Дракон посмотрел на меня очень внимательно, потом почесал кончиком хвоста себе нос, а потом юркнул под рукав и оттуда снова в область лопаток.
«Мне нравится… И значение этого слова мне тоже нравится… Тут никто и никогда не спрашивает у нас нравится ли нам имя… И вообще, тут нас используют только в качестве оружия и уж никак не охранителя…»
«А тут – это где? И кто вообще такие эти сааханы?»
«Сааханы – это тайное оружие воина. Никто и никогда не говорит, какую форму принял саахан. Как правило, обряд проводят, когда мы еще слепые детеныши, нас никогда не спрашивают, кем мы хотим быть… Если саахан не нашел хозяина до того, как у него откроются глаза, то он вырастает тем кем хочет, но такого почти не бывает… Только Назур использует нас без хозяев… Он выращивает нас, а потом выпускает на арену, к таким как вы - дохасифф… И поверь, мало, кто из вас выходит с арены живым… Саахан может принимать любую форму, какая ему только заблагорассудится, даже форму оружия…»
«Кто такой Назур?»
«Это горгул… Он правитель этих земель.»
«Ах вот оно что… А почему ты не остался у него? И почему, когда появилась возможность сбежать, ты остался со мной?»
«Я не хотел превращаться в монстра. А с тобой остался по тому что я тебя выбрал… Я наверное единственный саахан, который сам выбрал себе хозяина… Все думают, что без двуногих мы не сможем провести обряд… А я смог… И ты меня приняла и разрешила остаться…»
«Тот сон – это был обряд?»
«Это был не сон, а полноценный обряд и то, что ты восприняла его как сон ничего уже не изменит… Ты только не сердись на меня, Хозяйка. Я хотел, как лучше…»
«Я не сержусь, просто я вообще ничего не понимаю…»
«Ты разделила со мной смерть. Когда я попал под копыта коня, я думал, что больше не проснусь, но ты исцелила меня… Прости, что я укусил тебя, но так наша кровь смешалась и я смог выжить и сейчас благодаря этому я могу чувствовать тебя. Потом ты разделила со мной жизнь… Отдала последний кусок хлеба, не смотря на то, что сама уже два дня нормально не ела… И я смог помогать тебе беречь силы. А потом ты позволила мне остаться с тобой. И я смог сберечь твою память у стены забвения. Я благодарен тебе, Хозяйка, за то, что ты меня приняла и позволила быть с тобой всегда…»
«Обер, я еще не знаю, чем для меня это обернется, но я не против того, что бы ты был рядом… И я думаю, что благодаря тебе мои шансы на понимание ситуации значительно возросли… Скажи, где мы находимся? Это ведь не Земля?»
«Нет, не Земля, этот мир называется Алдор…»
После этих слов у меня внутри все похолодело, я конечно понимала, что это не мой дом, но после того, как Обер подтвердил мои догадки во мне поселился холодный комок страха.
«Ты боишься, Хозяйка? Но чего?»
«Я боюсь… Я боюсь неизвестности, боюсь того, что тут происходит, боюсь того, что со мной будет, но больше всего я боюсь, что больше никогда не увижу свою семью…»
На какое-то время мы оба замолчали и задумались каждый о своем, но потом мое любопытство все же взяло верх.
«Обер, а все-таки, что тут происходит и что это за место?»
«Мне неприятно это говорить, Хозяйка, но ты – раба, раба Назура. Он тут хозяин, он тут господин и он правитель пустынных земель. Он создал это место для развлечения богатых… Тут каждый, кто может заплатить, получит развлечения по вкусу. Кто-то придается плотским утехам, кто-то получает удовольствие от более жестоких игр, а кто-то ходит посмотреть на бои…»
«М-да, ситуация прямо скажем не айс… Ладно, тут я в принципе предполагала, что столь «изысканные» украшения на моих руках и шее появились не случайно, но почему такая разница? Кому-то досталось железо, кому-то кожа, а мне и этим двум «гаврикам» прям таки «царские»… В чем подвох?»
«Тем, кто склонился сразу и добровольно, ничего не грозит, они в полной мере осознают свое положение и не собираются сопротивляться, Назур таких либо продает другим хозяевам, либо оставляет тут для обслуги. Тем, кто решился показать свой норов, но потом опомнился, Назур уготовил судьбу воина на арене или наложницы в доме утех, они иногда гибнут, но не часто и только тогда, когда это позволит Назур… На них одеты оковы с которыми справятся его люди. А что касается тебя, кота и альвара, то вы смертники, вами будут заниматься элита войска Назура, но не сразу, а чуть позже, но при этом контроль над вашими оковами имеет только Назур. И такие как вы гибнут часто… точнее они всегда гибнут, по тому, что постепенно действие стены забвения ослабевает и тогда такие не покорные предпочитают смерть, чем вечное рабство… А кот и альвар справятся с действием стены гораздо быстрее, чем простые люди. Тебе помог я.»
«Так зачем же ты тогда со мной остался, если знал, что, я, скорее всего, погибну?»
«Я все равно бы погиб… Конь Назура сильно меня травмировал… И если бы не ты, я бы погиб той же ночью… Я это осознаю и я благодарен тебе, Хозяйка…»
«Обер, можно тебя попросить, не называй меня хозяйкой, я не хотела тебя привязывать, я просто согласилась на твою компанию и возможно, если бы ты захотел – дружбу… И до сих пор так и остается, если у тебя есть возможность и если ты захочешь, ты можешь в любой момент уйти, я не хочу, чтобы ты страдал вместе со мной…»
«Это был мой выбор и я теперь никогда от тебя не уйду… Но если ты так хочешь, я могу звать тебя просто по имени… Обычно люди и нелюди требуют от нас к себе именно такого обращения…»
«А откуда ты это знаешь? Откуда ты вообще знаешь то, что только что мне рассказал? Ведь как я поняла, ты еще маленький?»
«Да, я еще слишком молод и я буду расти вместе с тобой, а знаю я это все от других сааханов, у нас единая память до тех пор, пока у нас не появится хозяин или пока мы не погибнем. При появлении хозяина мы тоже можем делиться информацией с собратьями, если она не касается наших хозяев.»
«А ты тоже делишься своими знаниями?»
«Теперь уже нет, я отрезал себя от остальных, так как я выбрал себе хозяина и сейчас я должен обеспечить твою безопасность. А если я буду, как раньше, находиться в эфире, то Назур может узнать, что я не погиб и что у его раба появился саахан… Для тебя это будет означать гибель, при чем в ближайшее время, не смотря на ту прибыль, которую ты можешь принести Назуру, он не станет рисковать и не будет ждать, пока я вырасту, по тому что чем старше и сильнее я становлюсь, тем сложнее тебя убить.»
«Еще один вопрос… Ты назвал моих соседей котом и альваром?»
«Да, тот, кого ты называла волком, на самом деле черный кот, у вас их называют пантерами, он перевертыш или многоликий. А альвар… Если я правильно понял твои образы, то это что-то близкое к эльфам, только я не понял, что это значит…»
«Обалдеть…» - выпала я в «осадок».
«Отдыхай, Хозяйка, скоро за вами придут…» - прошелестел у меня в голове на последок голос Обера, а потом я уснула.
Глава 4
«Нари, проснись.» - прошептал Обер где-то на задворках сознания.
И буквально в следующую секунду всех обитателей казармы (а их за время моего сна значительно прибавилось) разбудил протяжный звук рога, после чего все по вскакивали со своих кроватей и выстроились в ряд вдоль центрального прохода и только около нас осталось не много места. Мои «собратья» по несчастью довольно резво по соскакивали со своих мест и встали рядом с остальными, я чуть замешкалась и была не приятно удивлена тем, что мои браслеты и ошейник засветились и не сильно нагрелись.
«Поторопись, Хозяйка, если не выполнишь то, что от тебя требуется, тебя ударит разрядом, а если и это не сработает, оковы начнут сжиматься и будут воздействовать на тебя до тех пор, пока ты не подчинишься» - просветил меня Обер.
«А этот Назур знает толк в подчинении своей воле…» - съехидничал мой внутренний голос.
Я подпрыгнула с кровати и в мгновение ока оказалась рядом с остальными, как раз между котом и альваром. И надо сказать очень во время, как раз в это самое время в проходе появился Харм.
«Хозяйка, опусти глаза, не провоцируй охрану.» - посоветовал Обер.
Я поспешила исполнить его совет и уткнулась взглядом в пол.
- Так, отребья, все кроме новичков после жратвы на полигон. А вы, - он остановился напротив нас, - сегодня еще тут, а с завтрашнего дня вместе со всеми будете брюхом землю пахать. Сегодня можете осмотреться, но так чтобы у меня с вами проблем не было, иначе пожалеете, что не сдохли у стены. Сейчас быстро всем жрать и по местам!
Все собравшиеся молча, развернулись и отправились на выход, так и не подняв глаз от пола. Я тоже пошла на выход, по дороге не заметно осматривая своих соседей. У большинства из них оковы были похожи на кожаные, но, как я уже знала, это только внешне. И только человек пять не считая нас троих могли «похвастаться» чешуйчатыми «украшениями».
Завтрак прошел быстро и в полной тишине, ни намека на попытку заговорить или даже оторвать взгляд от тарелки. В процессе поедания не вкусной каши, я успела заметить, что по лагерю перемещаются несколько десятков вооруженных кнутами и мечами воинов, помимо этого было несколько человек, таких как Харм, вооруженных только кнутом. Когда я попробовала поднять взгляд, чтобы осмотреться по внимательнее, этот самый кнут щелкнул в опасной близости от моей головы и Храм прикрикну.
- Жрать, я сказал!
Больше испытывать судьбу я не решилась, быстро доедая остатки завтрака.
Снова раздался сигнал рога, и надсмотрщик снова щелкнул кнутом.
- Пошевеливайтесь!
К нему присоединились несколько охранников, основную массу народа охранники повели к воротам, видневшимся в нескольких метрах от «столовой», а нас троих Харм, как опытный пастух, отделил от основной массы и прижав к стене казармы, провел краткий инструктаж.
- Сегодня вы останетесь тут, за пределы территории выходить нельзя, разговаривать между собой нельзя! Советую до времени вечерней жратвы не попадаться мне на глаза! А сейчас быстро в казарму и навести там порядок!
Парни без лишних рассуждений отправились выполнять приказ, мне тоже ничего не оставалось, как последовать за ними. На пороге я остановилась и осмотрела фронт работы… Постели не застелены, полы грязные… Пока я размышляла с чего начать ребята отыскали ведра и ушли за водой, мне ничего не оставалось, как заняться спальными местами. К моменту возращения парней я уже справилась с половиной поставленной себе цели, а именно, одна сторона казармы была приведена в порядок, и там оставалось только помыть полы. Это я предоставила сделать моим спутникам (с детства ненавижу драить полы). Через какое-то время я справилась и с остальной частью кроватей и решив не мешать парням вышла на улицу, чтобы оглядеться. И вот что предстало моему взору…
Казарма занимала большую часть пространства, справа находились «удобства», такие как туалет, а-ля душевые и уже знакомые мне палатки с бочками внутри (в количестве три штуки). Слева была «столовая» и собственно все это было обнесено забором высотой в полтора человеческих роста. Осмотрев «удобства» я решила пройти вдоль забора, но стоило, мне приблизится к нему на расстояние вытянутой руки, как мои «украшения» ощутимо нагрелись, а из казармы послышалось недовольное ворчание Харма. Я решила не искушать судьбу и благоразумно отошла от забора. Более или менее осмотревшись, я вернулась в казарму, к тому времени ребята уже все закончили и сидели каждый на своей кровати.
«Обер, тебе не кажется, что они какие-то заторможенные?» - спросила я у своей персональной ши… ой, простите, саахана.
«Они не сохранили себя у стены забвения, в отличие от тебя, и сейчас находятся под заклятием. Как долго оно будет на них действовать - я не знаю, но как только оно ослабнет, эти двое начнут искать свою смерть, они не смогут жить так, как им уготовил Назур.»
«А их можно как-то расшевелить и попробовать привлечь на свою сторону? Я не хотела бы закончить свою жизнь в этом гадюшнике.»
«Хозяйка, ты хочешь сбежать?!!»
«Я бы очень этого хотела, но я понимаю, что это не реально, по крайней мере - пока…»
«Пока на тебе и твоих потенциальных союзниках есть оковы, на вас будет воздействовать сила при любом нарушении запрета… Харм сказал, что вам нельзя выходить за пределы отведенной территории и как только ты приблизилась к ограждению – оковы нагрелись, если ты попробуешь заговорить с соседями, они тоже начнут нагреваться, а может и ударят более серьезно…»
«И что, нет возможности обойти этот запрет?»
«Оковы перестают действовать только на арене, это сделано для того, чтобы никто не мог повлиять на исход боя, но как только ты покинешь круг, они снова начнут работать… Расшевелить твоих спутников можно будет тоже только на арене, по крайней мере кота… Как только он обернется – заклятие с него спадет, но тогда есть риск, что он кинется на любого, кто будет в тот момент рядом… Во второй своей ипостаси они могут быть очень вспыльчивыми…»
«Ты хочешь сказать, что он может стать большой неуправляемой черной пантерой, которая может сожрать любого?»
«Именно… Это слишком рискованно, Хозяйка… И как бы это не было для тебя печально, но пока не время для побега…»
«Я понимаю это, Обер… Мне придется еще много понять и обдумать, а пока я постараюсь просто выжить… - я ненадолго задумалась, а потом мне в голову пришла одна мысль, - Обер, но ведь как-то же возможно их снять? хотя бы в теории?»
«Оковы спадут с трупа… Или их может снять Назур… Но ты же понимаешь, что он этого делать не станет…»
«Понимаю…»
Остаток дня я просто провалялась на кровати, общаясь с Обером на тему устройства этого мира. Мне стало понятно, что это не техномир, тут царит средневековье и тут есть магия. А еще я порадовалась, что в свое время, на Игрищах, я научилась «махать» парными мечами типа катана. По словам Обера, это умение мне очень пригодиться, но его придется шлифовать и шлифовать. Помимо этого мне стало известно, что тут, на Алдоре, проживает несколько рас. Основная и самая многочисленная конечно люди, они занимают большую часть суши. Рядом с ними, довольно спокойно, уживаются альвары и многоликие, но только по тому, что живут в заповедных лесах, в которые человеку, без приглашения, входа нет. Еще есть горгульи, на территории которых мы сейчас и находимся. Это не очень многочисленный, но очень жестокий народ. Живут они в пустынях, так как очень не любят воду и по возможности стараются ее избегать. Еще есть островные жители, это вампиры и гарфины (из объяснений Обера я поняла, что это что-то среднее между орком и гномом… Не можете себе этого представить? Вот и я не смогла…). Чаще всего к Назуру попадают люди, островные жители встречаются редко, но все же бывает… А вот альваров и многоликих пока в «коллекции» Назура еще не было. (Как и иномерян, но он пока этого не знает).
Ближе к закату вернулись остальные обитатели казарм и вскоре Харм согнал нас всех на ужин. После чего нам дали примерно полчаса времени на то чтобы привести себя в порядок и объявили отбой.
Следующее утро снова началось с шепота Обера о том, что пора вставать. На этот раз я не стала медлить и поднялась с постели как раз в тот момент, как протрубил рог, поэтому у меня была пара секунд до появления Харма, чего мне как раз хватило, чтобы привести свою кровать в порядок. (Терпеть не могу не заправленные постели…)
Потом было построение, завтрак и нас всех выгнали на полигон… Ну что я могу сказать… Такая полоса препятствий мне не могла присниться даже в страшном сне…
Начиналось все очень безобидно, охранник приставленный следить за нами отправил нас на разминку и пробежку для разогрева, потом были отжимания, приседания и прочие упражнения (спасибо тренеру за то, что гонял меня до десятого пота), которые я выполнила относительно легко. А вот после была полоса препятствий, выжить на которой было не то что не реально, но весьма затруднительно… Стоит отметить, что она была сделано так, что каждому доставался абсолютно новый ее вариант и не возможно было предугадать, что выпадет следующему бегущему. Когда подошла моя очередь, я мысленно помолилась, составила завещание и чтобы не напороться на ускорение в виде удара кнутом (а такое при малейшем промедлении было весьма вероятно), рванула вперед. Примерно на первой четверти дистанции у меня в голове ожил Обер.
«Нари, виз!» - скомандовал он.
Я не сразу сообразила, что это и увернулась от летящего мне в грудь бревна только чудом, после этого я стала более внимательно относиться к подсказкам Обера и реагировала на его команды незамедлительно, что собственно и мне выйти живой с этой проклятой полосы… Именно живой, а не целой и невредимой… За время прохождения полосы, я стала «счастливой» обладательницей нескольких синяков на ногах и огромной гематомы на ребрах (как они не сломались при таком ударе, для меня осталось тайной, но как дышать я вспомнила не сразу). После полосы нас ждал не большой перерыв, а потом был спарринг, как выразился охранник – «сегодня на кулаках». По какому принципу выбирались противники я не поняла, но мне достался здоровенный детина с «кожаными» кандалами и дикой ненавистью в глазах. Мне пришлось вспоминать все, чему меня учил тренер и даже не много больше, но из этой не равной схватки я выползла живой и с парой смачных синяков на лице, в то время, как мой противник остался лежать в кругу без сознания. И хочу отметить это не я его, это он сам не удержал равновесие, я только в нужный момент поставила ему подножку… (да, в уличных драках я тоже участвовала…). Как любил говорить мой тренер: «Чем больше масса, тем сильнее грохот…». И сегодня я была с ним согласна.
Окончив поединок, я мельком оглядела толпу, отметила, что кот и альвар тоже справились с поставленной задачей, не так радикально конечно, но тоже уже стояли в стороне, опустив взгляд в пол. У кота была рассечена бровь, кровь с нее заливала ему глаз и капала на землю, но он это будто не замечал. А альвар был помят и потрепан, но на первый взгляд без серьезных травм.
«Обер, почему кот не пытается остановить кровь или хотя бы вытереть ее?»
«Это воздействие заклятия. Он сейчас не воспринимает ничего кроме прямого приказа».
«Печально, будет жаль, если он истечет кровью, по моим ощущениям зацепило его сильно и в идеале ему не помешало бы зашить рану…»
«Этого никто не будет делать… Если не выживет, значит не достаточно сильный, а слабым тут дорога только одна…»
«Я понимаю это, но мне это не нравится…»
От «общения с собой» меня оторвал грубый оклик охранника и болезненный щелчок кнута по спине, который как раз пришелся между лопаток. Обер у меня в голове болезненно зашипел, а я почувствовала, как по спине покатилось что-то горячее. Я обернулась и глянула на охранника, который явно ждал от меня выполнения какого-то приказа и видя, что я не особо спешу его выполнить снова начал разматывать кнут. Во мне начала поднимать голову ярость, и я была готова уже кинуться на него, когда мои оковы начали нагреваться и в этот самый момент подал голос Обер.
«Хозяйка, тебе нужно встать в строй, не нужно им показывать, что стена забвения на тебя не повлияла…»
Я отвернулась от охранника, все еще пытаясь унять свой гнев, и отошла к остальным невольникам, чтобы унять жжение браслетов и ошейника.
Сегодня из тридцати пяти человек на своих двоих с полигона вышли лишь двадцать, остальных пострадавших утащили в неизвестном направлении охранники, в казармы они больше не вернулись… К слову, тот здоровяк, который неловко упал, пришел в себя очень вовремя и шатаясь встал в строй, как раз тогда, когда нас собирались выводить с полигона. Я только сейчас заметила, что солнце начало садиться.