Ток под кожей

Дарья Ахтер

Ток под кожей

Про меня

Я не писательница и не литературная критик. Я — обычная девушка, которая решила записать то, что встретилось на моём пути: не всегда привычные правила, не всегда честные игры и не всегда ожидаемые поступки. Это мой первый опыт — и, честно говоря, мне немного страшно.

Эта книга — не манифест мастерства и не попытка выдать себя за профессионала. Это история, в которую я погружалась по капле: наблюдения за офисными коридорами, ночными совещаниями и разговорами у кофе-машины, где формируются не только планы, но и тайные комбинации. Здесь есть и смешное, и горькое, и абсурдное — но всё это написано от сердца.

Любые совпадения с реальными людьми, событиями или компаниями случайны. Не судите строго мои ошибки и неопытность — они часть первого шага. Читайте с открытым сердцем, и если вас зацепит хоть одна страница — останьтесь со мной до конца. Я буду очень благодарна за ваш честный отзыв, каким бы он ни был: добрым, строгим или прямо указывающим на недочёты. Ваше мнение поможет мне стать лучше и дать этой истории ещё шанс.

Приятного чтения.

Глава 1

«Сбой системы»

Санкт-Петербург встретил утро так, как умеет только он — серым светом, будто город не до конца решил, просыпаться ему или нет.

В офисе энергетической компании «СеверЭнергоСинтез» свет, наоборот, был слишком ярким. Белые панели на потолке давили на глаза так, будто кто-то пытался компенсировать нехватку солнца насилием над сетчаткой.

Дарья Евгеньевна Морозова вошла в здание ровно в 8:57.

В 9:00 у неё начинался ад.

— Доброе утро, Дарья Евгеньевна, — осторожно сказала Екатерина Савельева, не отрываясь от ноутбука.

— Оно пока не доказало свою доброту, — спокойно ответила Дарья, нажимая кнопку лифта.

— У вас совещание через три минуты. И — Екатерина сделала паузу, — генеральный уже там.

Дарья слегка повернула голову.

— Тогда это уже не совещание. Это театр.

— Вы сегодня особенно добрая, — заметила Екатерина.

— Я просто экономлю эмоции на обед.

В этот же момент, на другом конце здания, технический этаж жил своей жизнью: шум серверов, запах кофе и ощущение, что здесь люди чаще разговаривают с оборудованием, чем друг с другом.

Константин Юрьевич Волков смотрел на экран с таким выражением, будто тот лично оскорбил его род.

— Максим, — медленно сказал он.

— Да, Константин Юрьевич?

— Объясни мне, почему у нас на подстанции 4 данные телеметрии прыгают, как студент на стипендии перед экзаменом.

Максим Лебедев наклонился к экрану.

— Ну может быть, это вдохновение системы?

Константин повернул голову.

— Максим.

— Да?

— Если ты ещё раз назовёшь сбой «вдохновением», я назначу тебя ответственным за его духовное развитие.

— Понял. Это техническая катастрофа.

— Уже лучше.

09:00. Большой зал совещаний

Генеральный директор Игорь Павлович Соколов выглядел так, будто уже пожалел о своём карьерном выборе, но было поздно менять профессию.

— Коллеги, — начал он, — у нас ситуация

Дверь открылась ровно в этот момент.

Дарья вошла первой.

Константин — через три секунды после неё.

Они не посмотрели друг на друга.

Но оба заметили друг друга сразу.

Соколов продолжил:

— На объекте «Лахта-Энерго» погиб сотрудник.

Тишина в комнате стала плотнее.

— Несчастный случай? — спросил кто-то из финансового блока.

— Пока так считают следственные органы, — ответил Соколов.

Дарья чуть наклонила голову.

— «Пока» — это самое опасное слово в корпоративной среде.

Константин впервые за встречу посмотрел прямо на неё.

— Особенно когда его произносит генеральный, — добавил он.

Соколов устало провёл рукой по лбу.

— Дарья Евгеньевна, Константин Юрьевич я хочу, чтобы вы оба курировали проверку.

— Вместе? — синхронно спросили они.

Пауза.

— Да.

В комнате кто-то явно получил удовольствие от этой мысли.

Дарья медленно повернула голову к Константину.

— Поздравляю, — сказала она. — Теперь у нас официально корпоративный брак без права развода.

— Я бы попросил алименты, — ответил он. — Но вы, кажется, слишком хорошо считаете бюджеты.

— Я могу сделать исключение. В минус.

— Я тронут.

После совещания

Они вышли в коридор одновременно.

— Вы будете мешать мне работать? — спросила Дарья.

— Только если вы будете называть это работой, — ответил Константин.

— Тогда всё будет идеально.

— Я тоже так думаю.

Пауза.

Слишком короткая, чтобы быть случайной.

— Вы не верите в несчастные случаи? — спросил он.

— Я верю в людей, которые слишком хорошо умеют их организовывать.

Константин чуть усмехнулся.

— Отлично. Значит, мы сработаемся.

Дарья посмотрела на него впервые прямо, без корпоративных фильтров.

— Это угроза?

— Это диагноз.

И где-то глубже, в недрах здания, уже начинал раскручиваться механизм, который никто из них пока не видел.

Но оба чувствовали одно и то же:

Это был не несчастный случай.

Это была точка входа.