Тоска по нерассказанной истории

– Да как ты смеешь, нахал! Проваливай отсюда! Это вино – для моих друзей.

– Но у тебя же его так много, дядюшка! Посмотри на размер этого кувшина. Ну разве тебе жалко одну чашечку?

– Я сказал: убирайся! Что за гадкий мальчишка!

– Гадкий?! Мальчишка?! – взвизгнул младенец. – Не только не дал вина, так еще и оскорбляешь меня! Ну держись, мерзкий старый скупец! Безвольный хрен свиньи! Грязная ослиная задница! Заплатишь ты за свою жадность – и дорого!

Небесное дитя обрушило на него еще несколько проклятий в том же роде и в бешенстве умчалось прочь.

– Ужасный младенец! – воскликнул бог Красной горы. – Этого мальца не помешало бы высечь как следует – хотя бы прутом по икрам!

Он добрался до горы Четырех зеленых матерей и быстро забыл о встрече, увлекшись пиром. Вино оказалось изумительным, праздник веселым, и день пролетел в беззаботном ликовании.

А тем временем Небесное дитя все еще кипело от злости и мучилось от жажды. Вскоре его осенила мысль: если проследить за огненным следом, что оставил за собой медведь, можно, пожалуй, найти источник того самого вина. Он вскочил на облако и полетел, пока не добрался до Небесного сада. Заметив на деревьях спелые и сочные плоды, мальчик незаметно проник внутрь, стараясь тихо прокрасться мимо сторожевых духов. Наконец он наткнулся на раскидистое дерево, чьи ветви ломились от налитых соком персиков. Не теряя времени, юнец сорвал пять плодов и стремглав выскочил из сада. Вновь взобравшись на облако, он улетел далеко-далеко, прежде чем остановиться и насладиться добычей. Фрукты оказались настолько вкусными и сочными, что утолили не только жажду, но и голод. Съев три персика, дитя решило оставить два плода себе про запас. Мальчик уже собирался вновь пуститься в путь, как вдруг перед ним из ниоткуда возник огромный светящийся дракон и заговорил:

– Небесное дитя, Небесное дитя, – проговорил дракон, – я летел к Южному морю, как вдруг уловил дивный персиковый аромат. Уж не из Небесного сада ли у тебя плоды?

– Ну и что? – настороженно ответил младенец. – Тебе-то какое дело?

– Небесное дитя, я весь день скитаюсь по небу и ужасно проголодался. Поделись со мной хотя бы одним или двумя персиками.

Младенец хотел было отказать, но вспомнил, как обидно ему было, когда бог Красной горы не дал даже капли вина. Как закипел он тогда от злости и жажды! «Не хочу быть таким же, как этот жадный старый горный пень, – подумал он. – Небеса велели всем существам быть добрыми друг к другу, и, когда они забывают об этом, мир погружается в раздор».

– Я собирался приберечь эти персики на потом, – сказал мальчик дракону, – но ты сейчас голоден, а я сыт и доволен. Бери, они теперь твои.

Он бросил дракону оставшиеся фрукты, и тот проглотил их целиком за один раз.

– Благодарю тебя, Небесное дитя, это было восхитительно, – сказал дракон. – Ты поистине щедр. Хочешь прокатиться у меня на спине? Полетаем, повеселимся!

– Еще бы! – воскликнул младенец и ловко вскочил на спину дракону.

Дракон летал, кувыркался и переворачивался в воздухе, а Небесное дитя визжало от восторга и смеялось во весь голос. В какой-то момент, в разгар головокружительных пируэтов, дракон громогласно испустил газы, и из-под его хвоста вырвалось пурпурное облако с алыми молниями. Раздался громогласный пук! Оба разразились хохотом. Затем дракон издал сокрушительную отрыжку, и из пасти вылетела персиковая косточка. Это повеселило их еще больше. С того дня они стали лучшими друзьями и пустились в удивительные странствия как по небесам, так и по земле. Все их похождения, если бы кто-то собрал их в одну книгу, наверняка сложились бы в увесистый том. Особенно веселой считается история о том, как герои попали в лес, где жило целое войско злобных чудовищ. По ночам монстры выходили из убежищ и наводили ужас на жителей окрестных деревень. Есть дивный рассказ о том, как дракон и младенец развязали с ними войну, но мы оставим его на другой раз.

А между тем косточка, которую выплюнул дракон, летела, летела и приземлилась прямо в сад у дома бога Красной горы, а потом сама собой зарылась в землю. Ни один из четырех богов не заметил этого: все они крепко спали, впав в винную дрему. Сон их был так глубок, что никто не может сказать точно – спали они день, месяц, год или целую сотню лет. Если бы они и правда проспали сто лет, то, проснувшись, обнаружили бы в саду не прежних зверей-спутников, а их потомков – так сменяли друг друга твари из поколения в поколение, охраняя покой хозяев. Но боги бессмертны, а их чувство времени настолько отлично от человеческого, что вряд ли бы они и заметили разницу.

Первым от невыносимого желания справить нужду пробудился бог Синей горы. Все еще сонный и слегка ошарашенный сновидением, в котором он котом бродил среди кип книг в кабинете скорбящего историка, дух с трудом поднялся на ноги и побрел к уборной. Но, не пройдя и полпути, он с ужасом понял, что не успеет добежать. Не желая позориться перед друзьями, он свернул в сторону, в заросли бамбука, и там облегченно помочился с наслаждением, которое обычно никто не ценит. Подняв глаза к небу, бог заметил нечто странное.

Над горой, в сумерках быстро темнеющего неба висело зловещее облако – густое, пурпурное, с алыми молниями внутри. Бог Синей горы, конечно же, не мог знать, что это были проделки дракона.

– Недобрый знак, – озабоченно пробормотал бог. – Надеюсь, не предвестие раздора меж нами.

Закончив, он встряхнул мужское достоинство, убрал его и уже собирался вернуться к остальным с чувством глубочайшего удовлетворения, как вдруг заметил еще одну странность. Среди высоких бамбуковых стволов росло маленькое деревце, на котором висел один-единственный огромный персик. Бог Синей горы подошел поближе и прикоснулся к нему, завороженный безупречной формой и томящим обещанием вкуса. В этот миг он не желал ничего сильнее, чем сорвать плод и проглотить его целиком.

Он уже хотел сорвать персик, но не ведал, что вскоре после него, по той же самой причине, проснулся и бог Красной горы. Правда, мочевой пузырь у того был не так переполнен, как у друга, так что он без спешки прошел к уборной, спокойно справил нужду и, уже возвращаясь обратно, заметил в небе пурпурное облако с красными молниями. Оно заставило его остановиться.

– Недобрый знак, – пробормотал он. – Надеюсь, не предвестие раздора меж нами.

Он уже собирался продолжить путь, как заметил среди бамбука бога Синей горы. Любопытство взяло верх, и бог Красной горы направился в сад.

– Досточтимый друг! – окликнул он. – Что ты там делаешь в зарослях?

Бог Синей горы вздрогнул и обернулся с виноватым видом. Бог Красной горы нахмурился, поведение друга показалось ему подозрительным. Он заметил рядом с ним деревце с единственной веткой и огромным налитым персиком.

– Что это? – спросил он, приближаясь.

– Это мое, – поспешно ответил бог Синей горы. – Я нашел – значит, принадлежит мне.

– Что ты несешь? – бросил бог Красной горы, уставившись на плод, такой спелый, такой соблазнительный, что он тут же и сам попал под его чары.

– Говорю тебе – мое! – настаивал бог Синей горы.

– Ишь ты как! Это ведь мой сад. Ты не можешь просто ткнуть пальцем на что-то и сказать «это теперь мое»! Это моя земля!

– Почему не могу? Ты бы никогда его не нашел! Если бы ты не пришел, я бы уже давно его съел. А узнал ты о персике только потому, что тебе вечно надо везде совать нос.

– Ах вот как! Мне, значит, нельзя сунуть нос в собственный сад? Ты серьезно? Отойди от дерева, я хочу получше рассмотреть плод.

– Нет! Я сказал: «Мое»!

– Глупости!

И начался спор, голоса становились все громче, с каждой фразой накал все рос и рос.

Крики разбудили богиню Зеленой горы. Первое, что она увидела, открыв глаза, – зависшее над вершиной пурпурное облако с красными молниями.

– Недобрый знак, – пробормотала она. – Надеюсь, не предвестие раздора меж нами.

Тем временем боги Красной и Синей горы продолжали пререкаться так яростно, что о сне не могло быть и речи. Богиня поднялась и пошла посмотреть, что происходит. Подслушав спор, она быстро поняла, из-за чего шум, и, заглянув в заросли, тоже увидела персик. Едва она заметила плод, тот тут же околдовал и ее. Она тоже захотела его попробовать. Правда, никаких оснований требовать его себе у нее не было. И все же…

– Ради нашей дружбы и гармонии… – сказала она, прерывая горячий спор.

Оба бога вздрогнули от неожиданности, увидев перед собой подругу.

– …мы должны поделить плод между собой. Посмотрите, какой он большой – вполне хватит на всех.

Боги Красной и Синей горы нахмурились и недовольно переглянулись.

– А с чего ты вообще решила, что тебе положена доля? – буркнул бог Синей горы. – Это ведь не ты нашла этот персик.

– И это не твой сад, – добавил бог Красной горы, – а мой. Все, что тут растет, принадлежит мне.

С этими словами все трое завелись пуще прежнего по поводу персика.

Бог Красной горы в пылу ярости вышагивал по зарослям, размахивая руками, – и вдруг наступил прямо в лужу, оставленную богом Синей горы.

– Ах, чтоб тебя! – взвыл бог Красной горы, отдергивая ногу. – Грязное животное! Еще и сад мой осквернил, как какой-нибудь зверь! Отвратительно!

– Не ори на меня! Сам вляпался, неуклюжий боров!

– Поцелуй меня в задницу!

– В твою жирную прыщавую обезьянью задницу? Ни за что!

Не желая стоять в моче, все трое вышли из бамбуковой рощи, продолжая ругаться.

Тем временем проснулась богиня Желтой горы. Увидев пурпурное облако с красными молниями над вершиной, она прищурилась и пробормотала:

– Недобрый знак, надеюсь, не предвестие раздора меж нами.

Так как остальные трое были неподалеку, богиня Желтой горы отлично слышала их перебранку. Узнав, из-за чего именно разгорелся столь шумный спор, она испытала неудержимое любопытство. Осторожно, чтобы ее не заметили, богиня обошла сад, проскользнула в бамбуковую рощу и увидела тот самый персик. Он оказался столь соблазнительным, что она не смогла устоять. Богиня сорвала плод, спрятала его в широкий рукав одеяния и незаметно вернулась.

– Ох, невозможно уснуть, когда вы трое кудахчете, как взбесившиеся куры, – сказала она, спускаясь вниз с террасы, будто только что проснулась. – Да уж, достойное завершение дня – все испорчено вашей мелочностью. Вам должно быть стыдно – ведете себя как жадные дети. Я ухожу домой.

Она позвала своего спутника – оленя-дракона. Тот подбежал и склонил голову, чтобы госпожа могла взобраться. Удобно устроившись на его спине, богиня Желтой горы дала знак – и зверь встряхнул серебряными рогами и золотыми чешуйками на шее. Затем одним мощным прыжком перемахнул через стены дома бога Красной горы и, продолжая грациозно скакать по воздуху, унес хозяйку домой.

Не успели они далеко улететь, а богиня уже не выдержала. Достав персик из рукава, она принялась есть. Это было лучшее, что она когда-либо пробовала. Сочный, сладкий, совершенный персик. Она проглотила плод в несколько больших укусов и выплюнула косточку, выдохнув с глубоким удовлетворением.

Тем временем оставшиеся боги, пристыженные словами подруги, нехотя согласились поделить персик между собой на три части. Но, подойдя к дереву, они обнаружили, что плод исчез.

Мгновение они стояли в оцепенении, а затем бог Красной горы и бог Синей горы обрушились с обвинениями на богиню Зеленой горы: дескать, она воспользовалась моментом, пока они спорили, и утащила персик. Богиня вспыхнула от ярости – обвинения задели ее до глубины души не в последнюю очередь потому, что втайне именно так она и хотела поступить. Осыпав обоих богов проклятиями за клевету, она гордо удалилась к своей спутнице – осенней птице, села ей на спину и взмыла в небо.

Двое богов, переполненные обидой из-за утраченного персика, который каждый считал по праву своим, обнаружили, что им больше нечего было сказать друг другу. Бог Синей горы вскочил на своего спутника – сияющего тигра – и умчался прочь. Когда он скрылся за горизонтом, бог Красной горы проклял и этот день, и вероломных друзей. Он вернулся в дом и попытался помедитировать, но не смог – гнев продолжал кипеть в нем, не давая очистить разум. Тогда он решил выйти на прогулку вместе со своим спутником – огненным медведем.

К вечеру, когда солнце уже клонилось за дальний край неба, бог Красной горы возвращался домой и вдруг заметил на земле персиковую косточку. Она лежала по пути к вершине, где жила богиня Желтой горы, и он тут же понял, кто съел плод. Ярость снова охватила бога Красной горы. Он громко проклинал богиню Желтой горы за обман, бога Синей горы за то, что тот с самого начала не дал ему съесть плод в его собственном саду, богиню Зеленой горы за то, что та пыталась урвать себе кусок, не имея на то ни малейшего права.

Он поклялся, что больше никогда не будет иметь дела с такими лживыми друзьями. И в этот самый час бог Синей горы и богиня Зеленой горы пришли к точно такому же решению. Да и богиня Желтой горы вознамерилась держаться от остальных подальше – из страха, что ее тайна откроется и друзья узнают, кто на самом деле съел персик.

Четверо прежних друзей с гор Четырех зеленых матерей отдалились друг от друга. Каждый затаил обиду на других.

Так был нарушен прежний мир на вершинах – на смену гармонии пришла вражда.

Глава вторая

Жизнь I

Тоска по нерассказанной истории

Влюбленные лежали рядом, обнаженные тела соприкасались, а руки и ноги переплетались..

– Чем заканчивается эта история? – сонно спросила она.

– Я не знаю, – ответил он. – Не уверен, что у нее вообще существует конец. Не уверен, что у нее может быть конец.

– Печально это все.