Дотла

– И он соблазнил тебя и затащил в постель в первый же вечер, – без зазрения совести, будто высказывать подобное девушке – абсолютно в порядке вещей, продолжил один из друзей.

В таких случаях, наверное, не одной мне бы пришлось засомневаться в своих дальнейших действиях. С одной стороны, уж больно хотелось ударить Богдана, вмазать со всей дури по его картинной физиономии, а с другой стороны, мне стало неимоверно смешно. Просто смешно! Он соблазнил меня? Чем? Клубничным эскимо?

Боже… какой идиот.

Но я всё-таки решила исполнять действия по очереди и сначала со всего размаху залепила Богдану ярую пощёчину, оставив на его смазливом лице ярко-красный след от моей ладони, а потом уже от души расхохоталась, подняв над пляжем крик стайки чаек.

– Ох, какие темпераментные у тебя бабы пошли, дружище, – Костя похлопал друга по плечу, когда мой смех, наконец, стих.

– Во-первых, я не баба, а во-вторых, с чего вы взяли, что он меня соблазнил? – негодующе потёрла руку, которая от удара горела огнём.

– Он сам нам сказал, – честно признался Костя, глядя мне в глаза.

– Хм… Ну если мороженое и прогулка в парке может считаться актом соблазнения… – протянула я, злорадно улыбаясь.

– Богдан, у вас что, ничего не было? – спросил Сергей, до которого, видимо, только сейчас дошёл смысл всего произошедшего.

– Не было, – ответил тот, обиженно потирая щеку.

– Ясно, мальчики. Вы тут разбирайтесь, а я пойду – мне работать надо.

Я развернулась и решительно направилась к спасательной вышке – продолжать свою работу.

– Что, даже не целовались? – уже вслед крикнул мне Костя.

– Нет! – обернувшись на пару секунд, смело показала парням средний палец. Жестом направила их туда, куда им самая дорога, с их ложью, подхалимством и лестью.

Ох, и позабавили меня эти парни. Так же, как и рассердили. И когда это только они успели поспорить? Вернее, как абсолютно адекватные люди решились на такой поступок? Разве это нормально? Не позавидуешь тем девочкам, которые оказались бы или ещё окажутся на моём месте.

Тоже мне, обольститель нашёлся!

Да-а-а, Стася… Можешь теперь по личности Богдана свою магистерскую диссертацию писать на тему: «Особенности соблазнения эскимо».

За размышлениями и вечер подкрался неожиданно быстро. Небо затянулось тучами, ветер небрежно трепал зонтики и разбрасывал по песку покрывала отдыхающих. Кажется, надвигался шторм. Пока люди разбегались по домам, я спешила закончить уборку.

Вон кто-то оставил полотенце – нужно подобрать. Почему оно должно мокнуть? Придёт человек в следующий раз на пляж и заберёт его.

Пока складывала в большую картонную коробку в спешке оставленные людьми вещи, на мои плечи приземлились первые капли дождя. Мигом оглядев береговую линию, я увидела небольшую компанию в воде. Они что, с ума сошли? Купаться в такую погоду нельзя! Дождь пустился с новой силой и теперь сопровождался громом и молниями. Нет, определённо, они полные идиоты. Куда они лезут?

Тем временем один из них опрометчиво нырнул в воду, оставив своих товарищей на берегу. Моё сердце учащённо забилось, прежде чем я снова взяла себя в руки и подбежала поближе к компании парней, с ужасом узнав в них старых знакомых.

– Вы что! Кто плавает в такую погоду? – в возбуждении набросилась на них.

– Это не мы, а Богдан решил искупаться. Нам ещё жить не надоело! – развёл руками Костя.

– Значит, ему надоело? – кивнула на показавшуюся из воды рослую и крепкую фигуру.

– А мы-то тут при чём? – возмущённый Сергей неприязненно посмотрел на меня.

Ну да! Конечно… Отговорить друга от бредовой идеи никому не пришло в голову…

В это время волны начали подниматься, накрывая собой Богдана, который и не думал плыть обратно. От этого жуткого зрелища моя душа ушла в пятки, руки похолодели от страха. А если этот недоделанный мачо вдруг утонет? Однако моего нешуточного беспокойства весёлая компания на берегу совсем не разделяла. Они азартно и шумно обсуждали возможную высоту волн и преодоление их другом, пока я пристально всматривалась в силуэт парня, закрученного в пучину морской воды. Новый поток накрыл его, и всё… Богдана больше не было видно. Вернее, он показался и вновь скрылся под волной. Там явно что-то не так…

Не дожидаясь реакции его веселящихся приятелей, я тотчас сбросила со ступней босоножки и кинулась в бушующее море.

Медлить было нельзя.

Глава 3. Море волнуется раз!

Вода стала почти ледяной, и плыть оказалось очень трудно, можно сказать, невозможно. Неистовый шторм, выплёскивая всю свою мощь, накрывал меня, не давая возможности уверенно держаться на воде.

– Господи, помоги! Господи, помоги!» – кричала я, глотая смешанную с песком солёную воду, и в тот момент, когда мне удалось ухватить Богдана, силы были уже на исходе.

Несмотря на то, что вода несколько уменьшала массу тяжёлого тела, вытянуть парня из серой бездны стало сложной задачей.

«Ещё немножечко. Давай», – мысленно подбадривала себя, но берег всё никак не приближался. Хорошо, что Костя бросился к нам, когда я уже практически не могла двигать, ни руками, ни ногами. Он перехватил Богдана, освобождая меня таким образом от нелёгкой ноши.

Как мы оказалась на берегу, в моей памяти не осталось. Очнулась от того, что меня кто-то трясёт за плечи, и, открыв глаза, увидела испуганного Костю. Уже в следующее мгновение я лежала перевёрнутой на живот, чувствуя резкое давление на корень языка. Это тотчас спровоцировало рвотный рефлекс и кашель.

Немного придя в себя, я подала слабый голос, оставаясь на мокром песке под дождём:

– Как он?

– Богдан, на удивление, не так сильно пострадал. А вот ты нас совсем перепугала! – Костя заботливо склонился надо мной, помогая встать.

– Я рада, – в изнеможении не смогла сказать ничего внятного. Язык будто окаменел, тело налилось свинцовой тяжестью, не слушаясь моих приказов.

– Сейчас мы тебя приведём в чувства, – сказал Сергей и подхватил меня на руки. – Героиня ты наша.

***

Я сидела в кресле, укутанная пледом, и отогревалась тёплым чаем с бергамотом. Вокруг обыкновенная обстановка простой квартиры – ничего выдающегося. Съёмное жильё, где поселились мои новые знакомые.

– Спасибо тебе, Стася! – Богдан бережно поправил соскользнувший с плеча край плотной ткани.

– Не за что, – бессильно ответила я.

– Нет, ты жизнь мне спасла. Ты очень смелая девушка. Самоотверженная, – покачал головой он и погладил рукой мои ещё слегка влажные волосы.

– А почему ты полез купаться в шторм? – я строго посмотрела на парня.

Богдан вздохнул, но всё-таки признал:

– Глупый потому что.

– Это я уже поняла, – кивнула с серьёзным видом, отпив из кружки немного чая. Ароматный дымок напитка поднимался с его тёмной глади.

Мы дружно рассмеялись, тем самым разгоняя непривычную тишину, воцарившуюся в комнате.

– Чем я могу отблагодарить тебя? – опустившись передо мной на корточки, спросил он.

– Не знаю, – скромно пожала плечами. – Разве что пустишь пожить к себе?

Недоумённый Богдан уставился на меня, а я поспешила уточнить, что это была всего лишь шутка.

Не знаю, что на меня нашло, но я принялась рассказывать парню обо всех своих проблемах и неудачах, случившихся за последнее время. Может, просто нужно было выговориться, а может, и поплакать у кого-то на плече. Не знаю… В любом случае, на голову бедного парня вылилась вся горечь мох бед и неприятностей, а потом его мужественное плечо оросилось потоком безудержных слёз.

– Что-то моя спасительница совсем расклеилась, – улыбнулся Богдан, в то время как я запивала свою обиду уже слегка остывшим чаем.

– Извини. Просто навалилось как-то всё… – хмыкнув, вытерла тыльной стороной ладони сырую кожу щёк.

– Ничего страшного, кажется, я смогу тебе помочь…

***

Громыхая ключом в замочной скважине, я пыталась отпереть чужую квартиру.

– Давай помогу, – Богдан взял из моих рук простенький брелок и с лёгкостью открыл дверь за пару секунд. – Входи. Осматривайся.

Я переступила порог жилища, в котором мне отныне предстояло обитать. Внутри чисто, убрано. Ничего лишнего в комнатах не наблюдалось, старого хлама тоже не было замечено.

– Ты уверен, что это уместно? – спросила, осмотревшись вокруг. – Насколько я поняла, жилплощадь лично тебе не принадлежит…

– Конечно, абсолютно уверен, – тотчас кивнул он. – В этой квартире жила моя бабушка, но она умерла больше года назад. Квартирантов здесь нет, так что скромная резиденция теперь в твоём полном распоряжении.

– А почему ты не пустил сюда постояльцев? – изучая нехитрую обстановку, задала обоснованно напрашивающийся вопрос.

Богдан как раз помогал вносить мой скромный багаж и, ставя небольшую спортивную сумку на немного затёртый паркет, пояснил:

– Знаешь, не доверяю я чужим людям.

– Так я ведь тоже чужая, – поспешила заметить в ответ, кружась по просторной гостиной.

– Нет, ты другое дело, – покачал головой он и, отправившись за второй сумкой, поговорил из коридора: – В общем, сама знаешь… И это самое незначительное, что я могу сделать для тебя.

– Не боишься, что я попрошу ещё что-нибудь? – с издёвкой в голосе осведомилась я.

– Звучит заманчиво! – Богдан вернулся с оставшимися вещами, после чего позвал меня смотреть ванную, кухню и спальню. – Я на это очень надеюсь.

– А сам-то ты где живёшь? – усмехнулась непрозрачности его намёка.

– Тут недалеко, – отмахнулся он, не назвав точного адреса. – На соседней улице. Так что жди меня на новоселье.

– Хорошо, приходи завтра вечером. Я как раз пирог испеку.

И что я такое говорю? Какой пирог? Я никогда в жизни ничего не пекла. Даже не знаю, как это делается. Ладно, придумаю что-нибудь.

Богдан, довольно улыбаясь, уже стоял у двери, оставив на тумбочке в прихожей ключи от моего временного пристанища.

– Тогда до завтра, – подмигнул он и указал на одиноко лежащий брелок. – Он твой.

– До завтра, – попрощавшись, я закрыла за ним дверь и устало пошла разбирать свои вещи.

На это занятие у меня ушёл почти весь вечер. Потом ещё час был потрачен на лёгкую уборку и закупку продуктов в ближайшем супермаркете. Пополнив запас еды в холодильнике и осмотрев заметно посвежевшую атмосферу комнат, я приняла душ и улеглась в постель. Всё-таки хорошо, что Богдан решил мне помочь. И хоть он наотрез отказывался от платы за предоставленную квартиру, а для себя я уже решила, что отблагодарить парня как ни крути, но нужно.

Впервые за долгое время мне не пришлось волноваться перед сном. Ни проблемы, ни ненавистная, изнуряющая на жаре работа не терзали меня в этот вечер. Со спокойной улыбкой я погрузилась в удивительный и сказочный мир ночных грёз, однако эта волшебная фантазия радовала меня совсем недолго.

Очнувшись от непонятного стука и шума, вскочила с кровати и посмотрела на часы, которые показывали два часа ночи. Может, мне показалось? В этот момент за пределами спальни вдруг что-то упало, жутковато звякнув в темноте.

Нет. Не показалось. Явно, в квартире кто-то был. Но кто? Вор?

К горлу подступил комок страха. Тело забила частая, неподвластная дрожь. Я практически на ощупь, едва ориентируясь в пространстве под светом луны, подошла к полке с книгами и, вооружившись толстым томом по психологии, который решила почитать перед сном, стала подкрадываться к приоткрытой двери спальни. Руки тряслись, боясь уронить предмет защиты. Учебное литература – не оружие, конечно, но в случае чего ударить может больно. На это и надеялась…

Кажется, громыхание доносилось из кухни, но уже в следующую секунду на полу в коридоре показалась полоска света. Этот негодяй забрался в ванную. Что там можно найти грабителю? Мой новый шампунь и крем? Странно.

Я медленно и тихо ступала по холодному паркету, держа на готовности тяжёлое издание.

Дверь в ванную комнату была открыта. От дикой паники я крепко зажмурила глаза, делая едва слышные глубокие вдохи и выдохи. Сердце заходило от испуга и леденящего ужаса.

Кто он? И что ему нужно? Непременно, он убьёт меня как нежелательного свидетеля, но, видимо, только после того, как ограбит квартиру.

Боже, помоги…

Набравшись мужества, я осмелилась, наконец, открыть глаза.

Мужчина в светлой рубашке и тёмно-бежевых брюках склонился над раковиной. Не теряя ни секунды, тотчас кинулась вперёд для того, чтобы нанести ему удар, но что-то пошло не по моему плану. За секунду до предполагаемого нокаута он резко обернулся и отстранился, а атака приготовленной к нападению книгой пришлась на кафельную стену.

С затравленным и одновременно растерянным видом я взирала на незнакомца. Его руки были залиты кровью. Некогда белая рубашка тоже испачкана ею, отчётливо виднеясь яркими алыми пятнами на боку. Ткань на плече разорвана, обнажая царапины на коже.

Нет. Это не грабитель. Он ранен.

Ему, наверное, требовалась помощь, но я так и стояла, окаменев от нервного мандража, пытаясь, как в тумане, сообразить, что делал в моей квартире этот незнакомец.

Глава 4. Море волнуется два!

– Ты кто такая и что здесь делаешь? – деловито задал вопрос непрошенный гость, зажмурив глаза от боли.

– Хочу тебя спросить то же самое, – с вызовом ответила я. Держа наготове крепко сжатые кулаки, старалась всё-таки стоять на безопасном расстоянии от незнакомца.

– Вижу, содержательного разговора у нас с тобой не получится, – метнув взгляд по пространству ванной комнаты, заключил он. – Аптечка у тебя тут где?

Ему нужна помощь, и, отбросив уже ослабевший, свой бессмысленный страх, я тотчас бросилась к маленькому шкафчику над раковиной в поисках аптечки с лекарствами.

– Вот. Нашла, – протянула незнакомцу картонный ящичек с множеством бутылочек, баночек и прочих медикаментов.

– Мне бы бинт и какой-нибудь антисептик. Можно перекись – для остановки крови, – слабым голосом попросил он, щурясь от боли.

– Сейчас-сейчас, – спешно заверив, я углубилась в поисках нужных препаратов, – ты пока рубашку сними.

Он вновь поморщился, отдирая обагрённую ткань от своего тела, и присел на край ванны.

Рана, на мой взгляд, казалась не слишком глубокой, но сильно кровоточила.

– Думаю, ни нервы, ни глубокие мышцы не задеты, – внимательно осмотрев повреждение, начала подготовку к его обработке.

– Ты что, врач? – оживился он, наблюдая за тем, как я раскрываю упаковку с бинтом.

– Нет, психолог, – хмыкнула я и, оторвав от марлевой ленты необходимую длину, быстро сформировала большой круглый тампон.

– А, это тот, кто ещё и деньги зарабатывает на ковырянии в людских душах? – ехидно заметил он.

– На твоём месте я бы помолчала, иначе первую медицинскую помощь, будешь оказывать себе сам, – щедро смочив дезинфицирующим средством тряпичный лоскут, строго отчеканила в ответ.

Чужак ничего не сказал, лишь поморщился, когда я начала обрабатывать рану хлоргексидином, а затем перекисью, предотвращая дальнейшую кровоточивость.

Что же с ним всё-таки случилось? Может, на него напали? И вообще, что он делает в моей квартире? Но, словно прочитав мои мысли, ночной гость опередил меня:

– Итак! Объясни мне всё-таки своё присутствие в этой квартире. Уж очень хочется знать.

– С недавних пор я тут живу, – вновь тщательно обеззараживая раневую поверхность, мельком взглянула на своего любопытного «пациента».

– Странно, я тоже тут живу. Вернее, жил в давнем времени, – парень вяло улыбнулся, крепко сжимая кулаки от боли, когда я в очередной раз дотронулась до места повреждения.

Нелепица какая-то… Как он мог жить здесь? Это ведь квартира бабушки Богдана. Или Богдан всё-таки мне что-то не договорил?

Закончив обработку раны и убедившись, что можно делать перевязку, я плотно обмотала чистым бинтом плечо, попутно захватывая окружность крепкого торса мужчины, и с удовлетворением осмотрела свою работу. Хорошо, что кровотечение удалось остановить, а само увечье оказалось не слишком серьёзным, но к врачу я бы ему всё же порекомендовала обратиться.

Облегчённо вздохнув, спрятала аптечку обратно в шкафчик, на всякий случай велев выпить гостю пару таблеток антибиотиков. А то мало ли… Хотя надо отдать должное послушному больному: за прошедшее время он не проговорил ни слова, невозмутимо молчал, позволяя мне промывать рану и накладывать довольно тугую повязку.

– Что значит «Я тоже тут жил»? – несмотря на необходимость проявленного им терпения, моему самообладанию настал конец. Сколько можно строить из себя хранителя секретов и посылать какой-то скрытый смысл вместо нормального разъяснения?

– То и значит, – снова коротко ответил незнакомец и попытался встать.

Нетвёрдой походкой, осмотрительно придерживаясь за стену, он подошёл к входной двери. Проверил, закрыта ли она и зачем-то посмотрел в глазок. Потом прислонил ухо к тяжёлому полотну и прислушался, приказав мне молчать с помощью характерного и понятного жеста.

– Вроде всё чисто, – спустя пару минут задумчиво и почти шёпотом отозвался ночной гость.

– Ты объяснишь, что происходит, наконец? – потребовала я, встав возле двери и перекрыв ему таким образом путь.

– Потом. Всё потом, – деликатно отодвинув меня в сторону, он намеревался сбежать с места выяснения обстоятельств.

– Нет! Сейчас! И куда ты собрался в таком виде? – не отступая, посмотрела на недавнего пострадавшего с перебинтованным плечом и голой грудью, совершенно без рубашки.

– Ничего страшного, – настырно покачал головой он. – Мне действительно нужно сейчас уйти.

С этими словами он поднял меня, крепко сжав мою талию, и отставил в сторону, освобождая себе проход. И пока я подбирала нужные фразы для выражения своего возмущения, он уже скрылся в темноте лестничной клетки.

– Закрой за мной! – донеслось с этажа ниже.

– Какой деловой… А раскомандовался-то как… – пробубнила себе под нос, всё-таки потянувшись за ручку настежь распахнутой двери.

Недовольно грохнув ею и запершись на замок, я отправилась обратно в остывшую постель. Закрыла глаза и уже приготовилась вновь погрузиться в увлекательный мир сновидений, но перед глазами навязчиво стояло лицо незнакомца.

Конечно же, о покое до утра можно теперь забыть: ночь прошла в совершенно неожиданном для меня ключе. Я постоянно размышляла над тем, что произошло. Кто этот человек? Почем он ранен? Как он оказался в квартире бабушки Богдана и какое отношение к ней имеет?

Рой вопросов не находил ни единого выхода в закупоренном улье моей головы. Наверное оттого она так и гудела… А на то, что мне придётся испытать это всё вновь, я даже и не надеялась.

***

Когда солнце щедро одарило землю первыми лучами, я уже была на ногах. Занималась уборкой и приготовлением пищи, однако ночной гость так и не выходил у меня из головы.

Протирая шкаф от скопившейся в нём пыли, никак не ожидала резкого удара по макушке каким-то тяжёлым предметом. Ойкнув от замешательства, я опустила глаза вниз, распознав, наконец, виновницу случившегося подвоха: с верхней полки на меня свалилась потрёпанная книга. Подняв её с пола и ближе рассмотрев, вдруг поняла, что это обычный фотоальбом, только довольно увесистый.

Природное любопытство всё-таки взяло надо мной верх, и я присела в кресло вместе с памятной вещью в руках, аккуратно положила себе на колени и стала листать пожелтевшие от времени страницы.

Скорее всего, это был альбом бабушки Богдана. Множество чёрно-белых фотографий украшали его, рассказывая об истории её рода. Я с интересом изучала лица изображённых на любительских снимках людей и вскоре наткнулась на пару цветных, вполне современных кадров.

На первом были запечатлены молодая темноволосая женщина лет тридцати пяти и статный мужчина, немного постарше своей спутницы. Они сидели на деревянной скамье рядом с большим и красивым кустом сирени. Их глаза излучали неподдельное счастье. На второй же фотографии стояли, крепко обнявшись и задорно улыбаясь, двое молодых людей. В первом темноволосом парне я узнала Богдана, а вот во втором…

Кажется, я сошла с ума, потому, что с карточки неизвестной давности на меня смотрел вчерашний ночной гость. Тот же парень с голубыми глазами… С чёрными, как смоль, волнистыми волосами и откровенной иронией во взгляде.

«Значит, Богдан знает его». – Меня посетила смутная догадка по этому поводу. Мало того, они, скорее всего, не просто случайные знакомые, судя по тёплым дружеским объятиям на фотографии… Кто же такой этот загадочный незнакомец?

Вечером нужно будет обязательно расспросить у Богдана поподробнее о всех проживающих в этой квартире. Когда-либо. Сейчас. В ближайшем будущем. Он не отвертится у меня.

Теперь, когда на глаза, пусть и совершенно случайным образом, попалось фото вчерашнего таинственного гостя, его личность всё больше и больше интересовала меня. В глубокой задумчивости закрыв старый альбом, я, чтобы немного отвлечься, отправилась готовить пирог, тесто для которого уже довольно сносно научилась замешивать, – Богдану он точно понравится. Впрочем, даже сосредоточившись на перечислении ингредиентов из рецепта, мне по-прежнему не удавалось заставить себя забыть парня в окровавленной рубашке, так нежданно-негаданно появившегося в моём временном пристанище.

Кто же этот незнакомец? Друг? Брат? Приятель?.. Кем он всё-таки приходится Богдану?

Глава 5. Море волнуется три, или триллер «Пирог»

Буду честна: пирог у меня почему-то опять получился только с третьей попытки, а процесс его приготовления удостоился бы как минимум присуждения премии в номинации «Провал года».

Сначала я положила слишком мало муки, и тесто оказалось очень жидким. Потом, поболтав ложкой в глубокой чаше с намешанным «клейстером», всё же добавила полтора стакана муки, но переборщила, и консистенция вышла очень жесткой и совсем не воздушной, какой должна быть согласно моим представлениям.

Уныло нависнув над посудиной со странной массой, которая выглядела пока совсем не так, как должна была выглядеть, решила разбить туда ещё пару яиц, но не донесла их – они упали прямо на пол, треснув и расплывшись слизким белком по паркету. И, конечно же, мне нужно было на них поскользнуться и упасть, задев рукой пакет с мукой, которая моментально укрыла белым снегом полкухни.

Немного позже, пока я занималась очисткой комнаты от яиц и муки, пирог, как назло, подгорел в духовке, и лишь через часа три мне, наконец, удалось добиться того, чтобы мой кулинарный шедевр хоть немного был похож на яркую и аппетитную картинку в кулинарной книге.

Теперь можно гордиться собой и своей выпечкой. Особенно после таких приключений. Жива осталась, и слава богу. Однако времени перед приходом Богдана едва хватило на то, чтобы успеть привести себя в порядок и красиво сервировать стол.

– Привет. – Богдан вручил мне букет алых роз, на что я недовольно поморщилась.

– Привет. Проходи, – раскрыла дверь и пригласила войти гостя.

– Что-то не так? – нахмурившись в ответ на мою реакцию, поинтересовался он.

– Нет. Просто… просто розы не люблю, – засмеялась я, неприязненно оценив дорогие цветы, и указала рукой в направлении кухни. – Садись за стол.

– Извини, я не знал. В следующий раз исправлюсь, – заявил Богдан, отодвигая стул.

– Думаешь, следующий раз будет? – скептически усмехнулась в ответ, заглядывая в холодильник в поисках красного вина.

– Я уверен в этом, – убеждённый в своей неотразимости, кивнул Богдан.

– Ну-ну… Я помню, какой ты самоуверенный, – рассмеялась я, передав парню два стеклянных бокала, которые вмиг наполнились терпким бордовым напитком.

***

Вечер протекал плавно и неторопливо, разливаясь чувством спокойствия и умиротворённости. Пирог, на моё удивление, оказался очень даже вкусным. Богдан похвалил его и даже попросил отрезать ему ещё один кусочек, немного помечтав о том, какая из меня получится хорошая хозяйка. Впрочем, об истории приготовления сего шедевра я решила умолчать. Зачем пугать парня раньше времени?

– Я сегодня прибирала в шкафу и нашла альбом с фотографиями, – осторожно начала важный разговор.

– Это бабушкин, наверное, – не восприняв с самого начала всё всерьёз, невозмутимо ответил он.

– Я так и поняла. Но, знаешь… – замялась, подбирая слова. Как же спросить про этого незнакомца?..

Рассказывать о ночном визите я пока не решалась. Кто знает, в каких отношениях с ним состоит Богдан? Вот возьмёт и выгонит меня из квартиры за то, что впустила того парня. И что я потом буду делать? В общем, взвесив все «за» и «против», решила держать язык за зубами.

– Так что там не так с альбомом-то? – Он отрезал себе ещё кусочек моей горе-выпечки. Значит, и впрямь понравился пирог.

– С ним точно ничего, но я в нём увидела одну фотографию… Цветную. На этом снимке рядом с тобой какой-то парень. Кто он?

Я отчётливо заметила, как мышцы на лице Богдана напряглись, брови нахмурились, глаза потемнели, а рука, которая тянулась за очередной порцией пирога, вдруг сжалась в кулак. Мгновенная, настолько неоднозначная реакция парня стала для меня полной неожиданностью. Он заметно нервничал, уперев взгляд стену, но потом медленно повернулся и глухим голосом спросил: