Зимний вернисаж

Падал первый снег

Ночью падал тихо первый снег,Чтоб проснулся в сказке человек…Он укрыл всё белым серебром,Все изъяны спрятал под ковром.В кружевных одеждах рощица берёз,И каштанам старым он навеял грёз.Бальные наряды у седых осин,И горят на белом кисти у рябин!Все земные дали в неге белоснежной,Нравятся природе новые одежды.Тишь кругом… ни звука, словно в полусне,Сосны сочиняют сказки о зиме.Всё пройдут деревья – стужи, испытания,Чтоб весной украсить наше мироздание.

Любимый парк

Люблю наш парк и летом, и зимой,Роскошной осенью и ласковой весной.И утром розовым, и на закате дняВсегда он место силы для меня.Там белки бегают и соловьи поют,Цветёт шиповник и фонтаны бьют.Там ели голубые смотрят ввысьИ бродит кошка, так похожая на рысь.Там бабьим летом в шорохе листвыВсе звуки гаснут, утопают до поры.А если выдалась вдруг снежная зима,Как в царстве берендеевом она…Так в нашей жизни всё идёт по кругу,Бегут, сменяют времена друг друга!Лишь только у природы, как и у венца,Нет завершенья… нет начала… нет конца.

Февральская ретроспектива

Сонет февралю

Рыдает вьюга, ветер подвывает,Фонарь немного развевает мрак,Он маяком сквозь пелену моргает,Чтоб редкий путник не слетел в овраг.В замёрзших переулках одиноко,В неспящих окнах догорает свет.А в бездне снежной где-то рыжим окомЛуна бессрочный продолжает бег…Наступит утро, белизной сверкая,Гордиться будет новым серебром,Но срок придёт – и все снега растают.Распустятся подснежники ковром.Печали зимние уйдут, как сон,И хором птиц весна разбудит дом…

«Мы гуляли, как в апреле…»

Мы гуляли, как в апреле,В феврале под звон капели.Солнце плавило сугробы,И хотелось очень, чтобыПоскорей пришла весна,Как всегда, надежд полна.Но наутро вновь буран,Солнце в феврале – обман.Ещё будут злые вьюги —Северных широт подруги —И сугробы наметут.Ко́роток февраль, но крут!

«О чём ты плачешь, вьюга, за окном…»

О чём ты плачешь, вьюга, за окном,Глубокие сугробы наметаяИ покрывая снежным полотномПростор земной от края и до края?Так прячешь от морозов до весныРостки, готовые с теплом проснуться.Они хрупки, их сохраняешь ты,Чтоб жизни круг не смог замкнуться.Когда придёт весеннее тепло,Растопит постепенно все намёты,В проталинах, как огоньки, светлоРаспустятся повсюду первоцветы!И зазвенит ручьями талая вода,Та, что зима в сугробы напитала.И благодарно расцветёт земля —Всё это значит, что весна настала!

«Февраль припорошил округу всю снежком…»

Февраль припорошил округу всю снежком,Морозец напоследок щиплет щёки.В горшке расцвёл на подоконнике моёмЧудесный цикламен, опережая сроки.Ещё немного, и весна придёт в наш дом,Расплавит солнце зимние сугробы,Рассеется хандра, как надоевший сон,И запоют ручьи, поэты и природа.

«Метёт февраль, все дали заметает…»

Метёт февраль, все дали заметаетПеред уходом, как последний вздох.Не хочет знать, а может быть, и знает:Всему свой срок придёт, всему свой срок!А где-то там, под слоем пышно-снежным,Уже проснулись хрупкие ростки,Чтоб в марте звонком солнечно и нежноЗажгли подснежники немые огоньки…

«Таких снегопадов не помнит Москва…»

Таких снегопадов не помнит Москва,Февраль всё метёт, заметает,Но солнце диктует, что скоро веснаИ вся эта роскошь растает.И побегут по оврагам ручьи,Наполнят весельем природу,Вернутся домой непоседы-грачи,Весну принесут и погоду.И станет вокруг всё светлей и милей,И жизнь вновь затеплится счастьем.И где-то опять запоёт соловейС любовью, надеждой и страстью.

Утро новогодней ночи

К утру растает ночи волшебствоИ новый день… нет! – Новый год настанет,И кто-то миру распахнёт окноИ что-то в повседневности исправит.И взглядом добрым сквозь ресницыОн поведёт вокруг и улыбнётся,И чашкой кофе с запахом корицыНаполнит мир, и мир проснётся…

Желаю вам…

Пусть Новый год начнётся с тишины,Когда снежинки падают, сверкают…И где-то удивлённый глаз луныЗа снежной пеленой мелькает.Пусть Новый год начнётся с тех вестей,Что всё у нас благополучно.Что больше нет в стране больных детейИ одиноким старикам живётся лучше.Пусть Новый год начнётся с волшебства,Когда пушистый снег укроет все печали!И к нам вернётся та прекрасная пора,Когда мы праздники и даты отмечали.А всем, кто пишет сердцем и душой,Желаю новых, ярких вдохновений!Пусть вас минует творческий покой,Ловите радость поэтических мгновений.Желаю всем я в буднях волшебства,Пусть дарит жизнь лишь творческие муки.Любовь, тепло друзей подарит вам онаИ не оставит места одиночеству и скуке.Пусть всё исполнится – надежды, и мечты,И чудеса, когда часы пробьют двенадцать!Я всем желаю незабвенной новогодней суетыИ где-то с новым счастьем повстречаться!

Наталья Волошина

Поэт, сценарист, продюсер. В 2010 году окончила продюсерский факультет РАТИ (ГИТИС). В 2020 году состоялась премьера фильма «Немедийный», в котором она выступила генеральным продюсером. В 2023 году – всероссийская премьера поэтической драмы «У людей так бывает», где она является автором сценария. С 2013 года пишет стихи. В 2024 году прошёл её первый сольный поэтический вечер с программой «Свет». В 2025 году состоялось четыре сольных вечера. В 2025 году награждена медалью Александра Блока за вклад в развитие современной литературы. За период 2024–2025 годов вышло три авторских альбома со стихами: «Свет», «Глас», «Медведь» (посвящён 80-летию Великой Победы). В настоящее время работает над сценарием для экранизации книги Александра Волошина «Погружение».

Уходящему году

Провожаю я в прошлое этот год.Он уставший, но всё ещё близкий.Подарил он мне всё, что успел или смог,Прошлогоднего того списка.Вспоминаю, как сильно ждала я его,Торопясь предыдущий отправить.Намечтала я столько себе всего,Не стесняясь свой список составить.Загадала любовь! Заказала я счастье!Новой жизни почувствовать вкус!И коснулся вдруг ангел меня за запястье,И сказал: «Верь и жди. Я займусь».Я доверилась ангелу. Просто ждала.И в момент долгожданных курантовСамых близких своих я душой обняла,Оказавшись в раю. Как у Данте.И с момента того начались чудеса,Растворились чистилище с адом,Я смотреть научилась людям в глазаИ делиться своим райским садом.Отдавать и дарить, Бога благодарить!Говорить о любви, о прекрасном!И конечно же, веру в сердце хранить,Просто знать, что я жду не напрасно.Год прошёл. Провожаю теперь и его.Получила любовь я и счастье!И теперь загадаю всего для него!В чьи объятья решилась упасть я.

Снег. Первый

Сегодня выпал снег. Первый.Впервые зиму мы с тобой встречаем.И этот снег с тобою наш. Первый.И отмечаем мы его. Чаем.Мы познакомились весной. Прошлой.И видели, как прошлогодний снег. Таял.Ты в переписке звал меня крошкой.Ростки любви вижу. Её листая.Прожили лучшее с тобой. Лето.Огонь наш с солнцем замешав. Ярко.И улыбался в небе ангел. Где-то.Что наслаждаемся его. Подарком.Второе лето подарила. Осень.Благодарить мы Бога. Не устанем.Теперь мы счастье не себе. Просим.Друг другу дарим. И не перестанем.Сегодня выпал снег. Белый.Впервые зиму я с тобой встречаю.И будет бой курантов вскоре. Первый.И знаю, что теперь я загадаю.

Московский снег

Московский снег,Он кажется мне тёплым…Пушистая он шуба на земле.Тепло и мне, и птицам перелётным.Я из Сибири. Греюсь в январе.Ребёнком помню треск и страсть мороза,Коньки и санки – лучшие друзья,Я не боялась нового прогноза,В мороз и солнце холод воспоя.Сибирский снег.Он был такой холодный!Глаза – стекло, и толком не вдохнуть,Но по теплу страдал мой дух голодныйИ к перелётным птицам смог прильнуть.Он полетал по зимам на планете,Искал пушистый тёплый снег себе,Найдя искристые снежинки эти,Мерцающие счастьем лишь в Москве.

Декабрь

Оставлю частичку себя навсегдаВ последнем листке декабря,Отжившее я постараюсь отдать,Очистив себя от себя.Отдам декабрю я сомненья свои,Оставлю ненужный мне страх.Грядущий же год, я прошу, подариМечту, что держу я в руках.Мечтаю прожить наступающий год,Чтоб в счастье и радости быть,А новый пусть будет не хуже, чем тот,Что в памяти буду хранить.Мне год уходящий принёс волшебство,Которое долго ждала.Познанье себя подарил для того,Чтоб близким его отдала.О многом узнала я, годы спустяСтихи начала вдруг писать,И, эту возможность теперь обретя,Не в силах я больше молчать.Мечтаю раскрыть миру душу свою,Дарить людям свет и тепло,Отдать их тому, кто стоит на краю,А также кому повезло…Хочу рассказать вам все мысли свои,Делиться мечтаньями вновь,Стихи вам дарить, дорогие мои,И чувствовать вашу любовь!

Марина Дзамашвили

Любит читать, творить и ещё раз творить! Марина – гибрид. С детства её воспитывали в грузинско-русских традициях, и она впитала в себя историю, культуру двух народов. Родители (филологи) рано научили Марину писать и читать. И она вошла во вкус, читала везде, где только можно было: за едой и без еды, на переменах в школе и даже на школьных уроках, на тутовом дереве и на крыше сарая, под одеялом с фонариком и на полу в библиотеке под стеллажами. Писать маленькие рассказы начала тайком от всех, ещё в начальной школе. Сочинения в старших классах писала с большим удовольствием. Удивила родителей, когда через много лет принесла им почитать главы из своего первого романа. Они прочитали, переглянулись, помолчали и дружно сказали: «Почему молчала и раньше не писала?» – «Я не писатель! Я только учусь!»

За пять часов до Нового года

«Новый год на носу, а снега нет! Мир перевернулся! Климат сошёл с ума! На деревьях почки набухают, травка зеленеет! Что делать?! Быть Новому году или не быть?! Быть, конечно, быть! Никто не отменял тридцать первое декабря, ёлку, шампанское и бой курантов! – думала Надежда, выкладывая горячие хачапури на тарелку. – Да и Георгий запаздывает, неужели в магазинах такие очереди? До Нового года осталось пять часов, а его всё ещё нет».

Дома было тихо. Тикали часы. Она направилась в гостиную, достала из шкафа белоснежную накрахмаленную скатерть. Старинная скатерть с вышитыми воздушными и затейливыми мережками была очень красива и торжественна. Надежда взмахнула руками, и скатерть опустилась на стол, придавая ему праздничный вид. Вдруг над её головой раздался топот ног, какой-то скрежет, приглушённые крики. Затем всё стихло.

«Опять соседи-молодожёны выясняют отношения. Ох уж эта молодёжь! – подумала она. – Вот мы с Георгием уже сорок семь лет женаты. Всё было: и сладко, и горько, и пусто, и густо. Детей и внуков вырастили, правнука дождались. Главное ведь – душу и любовь сохранить, не запачкать, не разбить и не расплескать. Как всё это соседям молодым разъяснить, не знаю».

Она посмотрела на потолок, взгляд её переместился на сверкающую хрустальную люстру. Поблёскивающие подвески мелко задрожали, и в ту же минуту раздался ужасный грохот. Надежда кинулась в прихожую, распахнула настежь входную дверь и стала подниматься быстро по лестнице на пятый этаж. Оказавшись у дверей соседей, она глубоко вздохнула и нажала на кнопку звонка.

На звонок никто не реагировал. Там шло Бородинское сражение. Слышались крики, всхлипы, грохот падающей посуды. Надежда продолжала звонить, а соседи-молодожёны продолжали битву. Вдруг мгновенно наступила тишина. Дверь немного приоткрылась. В проёме двери показалось расцарапанное лицо мужчины с немым вопросом в глазах: «Что надо?»

Надежда испуганно спросила у лица:

– Слава, у вас всё в порядке? Помощь не нужна?

– Нет. Не нужна, – сказал мужчина и захлопнул дверь.

– Получила! Так тебе и надо, старая перечница! Нечего лезть не в свои дела, – бормотала себе под нос женщина, спускаясь по лестнице на свой этаж.

В этот момент подъехал лифт и из него вышел увешанный пакетами и пакетиками мужчина. Надежда кинулась к нему, пробуя отобрать часть пакетиков. Мужчина отдал ей всего один, самый лёгкий.

– Иди, иди, сам донесу.

– Гоша, где ты был так долго? – нервно теребя фартук, спросила она.

– В очереди в магазине стоял. Что случилось?

– У молодожёнов война идёт! Уже имеются раненые. А ведь скоро Новый год! Что будем делать?

– Ничего. Главное – не вмешиваться. Ты на стол уже накрываешь? Ведь скоро все наши прибегут. Да и до Нового года всего четыре часа осталось.

– У меня всё готово! – целуя мужа в щёку, сказала Надежда. – Пойди побрейся, а то колешься, как ёжик.

Мужчина засмеялся, обнял жену, поцеловал в висок и сказал:

– Через пять минут буду готов к труду и обороне!

Надежда кинулась к шкафу доставать посуду и приборы. В руках у неё всё спорилось, накрытый скатертью стол превращался прямо на глазах в произведение искусства. У соседей-молодожёнов в это время краткое перемирие закончилось, сражение вспыхнуло с новой силой. Женщина посмотрела на люстру – та медленно раскачивалась.

Топот ног нарастал, крики усиливались, загремело стекло, послышался стук оконной рамы.

– Господи, только не это! – прошептала Надежда и кинулась к своему окну.

За окном было темно. Фонари освещали улицу. Ветки растущего рядом с домом дерева царапали стекло.

У соседей возникла пауза. Но вдруг сверху что-то белое пролетело и опустилось на одну ветку дерева, затем пролетело тёмное, но большое и тоже повисло на другой ветке. Затем медленно летело что-то розовое, маленькое, воздушное, затем летели предметы интимного туалета.

Всё это опускалось на ветки дерева в различных цветовых вариациях и комбинациях. Вскоре дерево напоминало вещевую новогоднюю ёлку. Затем вещепад внезапно прекратился. Надежда заворожённо всё это разглядывала и думала: «До Нового года почти ничего не осталось, нужно этих воинов помирить».

В этот момент к ней подошёл Георгий и обнял за плечи.

– Надя, что случилось? Неужели снег пошёл?! – спросил он, заглядывая ей через плечо. Увидев увешанное вещами дерево, даже присвистнул: – Да, всякое бывало, но до такого не доходили!

– Видишь, соседи ёлку украшают! Нужно эту войну прекращать! Это не дело! Всем Новый год испортят, а себе в первую очередь! – нахмурив брови, сказала Надежда.

Неожиданно прозвучал звонок. Георгий пошёл открывать дверь. Надежда кинулась следом. На пороге стояли соседи-молодожёны и переминались с ноги на ногу. Волосы у них были всклокочены, глаза горели. Георгий с Надей рассматривали их с интересом и молчали.

Паузу нарушил молодожён Слава:

– Простите нас, но мы хотели бы забрать наши вещи с дерева. Из вашего окна это удобней сделать.

Георгий распахнул дверь и с улыбкой сказал:

– Конечно, конечно, проходите. С удовольствием поможем.

Соседи нерешительно вошли. Молодой муж направился с Георгием к окну. В это время Надежда увлекла хлюпающую носом девушку на кухню.

– Настя, девочка моя, давай умоемся, глазки накрасим, платье красивое наденем, ведь через три часа Новый год! Как встретим его, так весь год и проживём!

– Не хочу, не буду. Не хочу с ним ничего встречать. Всё надоело, ревнует меня даже к фонарю. Всю душу вывернул, – размазывая слёзы, говорила Настя.

– В жизни всё бывает, девочка. Поверь, и это тоже пройдёт! Он же тебя любит! Ведь почти каждый день тебе букеты носит. В глаза заглядывает, не знает, чем тебе угодить. И ты его любишь, ведь, когда его ждёшь, музыку включаешь и пританцовываешь. Блинчики ему печёшь. Пылинки с него сдуваешь. Ты же женщина, учись мудрости. Ведь криками и битьём посуды ничего не добьёшься, только раздражать его будешь. Давай, успокаивайся. Времени не остаётся. Пойдём к тебе домой, быстро там все осколки уберём, пока мужчины здесь возятся.

Надежда и Настя вышли незамеченными из квартиры, поднялись наверх и принялись за уборку. Быстро вымели осколки посуды и новогодних игрушек. Разложили разбросанные там и сям книги, мягкие игрушки, посуду, одежду. Квартира преобразилась. Зажгли разноцветные огоньки на ёлке. Надежда помогла девушке накрыть стол скатертью, поставить на него фужеры, шампанское, фрукты.

– Настя, беги в ванную, приводи себя в порядок. Осталось ещё полтора часа до Нового года, всё успеешь! А я пойду к себе. Утром приходите к нам в гости, – улыбнувшись, сказала Надежда.

Перед тем как нырнуть в ванную, Настя кинулась ей на шею со словами:

– Спасибо вам за всё!

Надежда обняла девушку.

– Всё будет хорошо! Только любите и берегите друг друга, – прошептала ей на ушко женщина.

Подтолкнув девушку в сторону ванны, она вышла из квартиры.

В это время Георгий помогал Славе складывать вещи на кресло. Куча одежды росла. Сначала на кресле оказалась норковая шуба, затем мужская рубашка, пиджак, галстук, один носок. Потом кучу пополнили шарфик и пеньюар.

Когда Надежда пришла домой, она застала мужчин чертыхающимися и пробующими в две руки достать палкой кружевной бюстик и трусики танго. При этом они ещё и разговаривали между собой.

– Слав, ты брось её ревностью мучить! Ты же мужчина! Она ещё ребёнок! Она тебя любит, ведь глазищи у неё горят, когда на тебя смотрит! Блинчики тебе печёт и с ложечки кормит. Иди к ней и мирись! Новый год на носу! Побрейся и целуй её до умопомрачения! Как встретите Новый год, так и проведёте его! – рассудительно говорил Георгий.

– Не простит она мне, что праздник испортил! – бормотал Слава.

– Она умная, простит! Ведь Новый год – волшебный праздник! Иди к ней. Чёрт с этими трусиками. Пусть висят. Завтра достанем. Приходите утром в гости, – говорил Георгий, подталкивая Славу к двери вместе с охапкой одежды.

Слава пятился спиной к двери и благодарил соседа за умные советы. Георгий закрыл за ним дверь. Дома было тихо. Часы показывали, что до Нового года остался всего один час. Звонок в дверь оповестил о приходе детей и внуков. Дом наполнился разговорами, поцелуями, поздравлениями, визгом и смехом.

Надежда с Георгием заговорщицки переглянулись: «Кажется, мы всё успели!»

Все сели за стол, звон кремлёвских курантов совпал со звоном бокалов и традиционной ложкой варенья из рук отца всем членам семьи, затем последовал традиционный тост:

– Пусть мир воцарится в каждом доме и счастье придёт в каждый дом. Долгие лета всем!

Новогодний сюрприз, или Великолепная Морская

Я решила сегодня после работы пойти в огромный магазин, который «Европейский» называется. Зашла. Замерла. Чувствую, не манит, не хочется деньги тратить, и точка! Пересилив себя, уговариваю себя любимую: «Иди, красавица, тебе нужна капелька, глоточек хорошей эмоции, хоть на людей посмотришь, обстановку надо праздничную увидеть, может, бельишко весёленькое себе купишь иль труселяшки игривые! Ну и что, что никто их не увидит, кроме тебя! Зато какой это восторг – знать, что на тебе дорогое, нежнейшее, изысканное бельё! Ну и что, что сверху обычный свитерок и чёрные классические брюки! Зайди и сделай это, не для врагов своих, хотя их у тебя нет, а для себя любимой! Полюби себя, ну а дальше ты сама знаешь!»

Зашла в магазин белья с самым красивым названием – «Пьер Солюж». И тут-то глазки мои и разбежались от обилия товара! Стою, головой кручу-верчу, в глазах всё бельё кувыркается: в цветах белоснежных и розовых, шампань, и красного горошка, и синих в полосочку, и тигровый окрас, и пожар в Африке тоже присутствовали!

Глаза резко закрыла, потом открыла, смотрю: не я одна такая, удивлённо-растерянная. Оказывается, мужчина лет пятидесяти, приятной наружности, стоит рядом такой же растерянный и смотрит на меня, словно я могу ему чем-нибудь помочь! Ой, не на ту надеешься, милый!

Посмотрели мы друг на друга и пошли в разные стороны, вдоль стеллажей осматривать товар, который, словно живой, в ленточках, рюшечках, блёстках, вышивках весь мерцал, притягивал и сам просился в руки. Но юные продавщицы не спешили к нам с помощью.

Одна из них незаметно подпиливала ногти, другая тихонько ныла:

– Господи, как же ноги болят, целый день стоять и улыбаться. И получать за всё это двадцать пять тысяч рублей. И когда только все упрутся, что им дома не сидится. Уже до закрытия осталось двадцать минут. Пришли тут… эти… и ходят тут, ходят. Ну ничего же не купят. Может, ещё мужик – извращенец! Ну посмотри на них. Сами не знают, что хотят, эти пенсии!

– Да ладно, Вера, не бурчи. Люди пришли подарки покупать кому-нибудь, и даже, возможно, у них денег хватит на одни трусишки! Сейчас эти двадцать минут пролетят… они ничего не выберут. И мы закроем кассу.

– Нет, Света, нужно работать до самого закрытия, ты забыла, что здесь камеры слежения?! А ты ещё ногти подпиливаешь! Пойду поработаю, предложу им последнюю коллекцию, как глянут на цены, сразу им похорошеет!

– Ну-ну! Пенсиям привет!

Девушка Вера, маленького роста, но с пышной грудью, уверенно направилась ко мне.

– Вам помочь? Хотите посмотреть новую новогоднюю коллекцию французского белья? – пробуя выдавить из себя дежурную улыбку, спросила она.

– Да, пожалуй! Будьте так любезны!

– Конечно буду, ведь это моя работа! Вам какой размер нужен? А впрочем, не говорите… сама догадаюсь. Распахните свою куртку, так-так понятно… Четвёртый или пятый, – утвердительно сказала продавщица и сразу принялась перебирать нежнейшее бельё резкими, рваными движениями.

– Нет… неправильно, у меня три с половиной! – гордо приподняв голову, сказала я.

– Таких размеров не бывает! – буркнула она.

– Бывает, девушка! Поверьте мне! Если купить четвёрку, а потом постирать руками в горячей воде, то он превратится в третий с половиной размер! – с улыбкой сказала я.

– Дама, что вы тут несёте, может, при вашем Советском Союзе так и было. А сейчас всё по-другому. Вот, я вам выбрала.

Она протянула мне бюстики и трусики невиданных расцветок, словно мне нужно было срочно ехать на бразильский карнавал.

– Идите и примерьте. У вас ещё десять минут до закрытия магазина осталось.

Мне после таких слов и пренебрежительного отношения к себе совсем расхотелось мерить что-либо.

– Нет, спасибо! В другой раз, – сказала я, нервно сглотнув и изо всех сил стараясь сдержать наворачивающиеся слёзы.

Для сегодняшнего дня это уже слишком. Целый день на нервах, придирки начальства, ценные указания из центрального офиса, ещё и эта пигалица с сиськами! Это апогей! Обойдусь и без белья! Бережно положив бельё на столик, я развернулась с гордо выпрямленной спиной и пошла к выходу.

Вдруг меня окликнули:

– Сударыня, минуточку!

Я обернулась. Ко мне приближался решительным шагом тот самый мужчина, а за ним почти бежала продавщица Вера.

– В чём дело? – спросила я.

– Девушка, Вера хочет перед вами извиниться и вручить VIP-карту любимого клиента с накопительной скидкой. Только вам придётся заполнить анкету с вашими данными.

– Нет-нет, не стоит, в этом магазине нет моих размеров.

– В этом магазине есть всё, и даже ваш! – приятным голосом сказал мужчина, слегка дотронувшись до руки Веры.

– Да, я уже вам подобрала. И даже примерять не придётся. Простите меня! – промямлила она.

Тем временем мужчина подошёл ко мне и, подхватив уверенно под локоть, провёл обратно в магазин, посадил на маленький диванчик. Вторая продавщица Светлана тут же засуетилась, предложила снять куртку, а затем принесла на подносе чашечку чая и конфеты.