Кровь императора

Очаровательно.

– Вы прекрасны, ваше высочество, – прошептала Уита, закрепляя украшения в моих волосах. Ее пальцы дрожали. Гребень с рубинами скользнул в белую прядь и замер, вспыхнув кровавым огнем.

– Спасибо.

Я не отвела взгляда от зеркала. Смотрела, как улыбается эта новая я. Спокойно. Уверенно. Опасно.

– Куда мы отправляемся?

– Вам нужно зайти к лекарю, – выдохнула Уита. – Убедиться, все ли в порядке. Его величество очень беспокоится.

Я едва не скривилась.

О чем император беспокоится – я знала лучше других. Не о моем здоровье и безопасности. О своей шкуре он беспокоился и сейчас просчитывает, чем эта история может ему аукнуться.

– Еще вам необходимо зайти к шаману, – продолжила Уита тихо и монотонно. – Вы были в горах, и он должен вас осмотреть. Лучше это сделать в кабинете, где есть много его специальных приспособлений.

Она явно повторяла чужие слова. Чужие приказы. Лекарь и шаман не пришли к принцессе – они позвали ее к себе. Под предлогом. Это фактически оскорбление. Только выгодно ли мне сейчас быть оскорбленной?

Окружающие считали, что я вернулась ни с чем. А тут неожиданный поворот, и благородные доны не верят, хотят убедиться, а скорее – разоблачить. Полагают, император скрывает мой провал, заметает следы, спасает остатки репутации. И раз я теперь никто, пустое место, неудачница подле короны – со мной можно не считаться.

Всегда думала, что политика – грязное дело, и теперь мне предстояло порядком выпачкаться.

Я улыбнулась своему отражению.

Скандалить не входило в мои планы. Я решила: ни во что не ввязываться, быть тихой, незаметной, переждать. Сопротивляться лишь при необходимости.

Нужно написать новый сюжет своей жизни, стать хозяйкой своей судьбы. И пора начинать.

* * *

Лекарь оказался крепким мужчиной в годах. Седина тронула виски, но руки были твердыми, взгляд – цепким. Серо-зеленые одежды, опрятный, собранный. В кабинете пахло сухими травами и чем-то спиртовым, на полках теснились склянки, на столе – стопка белых лоскутов.

– Ваше высочество прекрасно выглядит, – склонился мужчина в поклоне. – Позволите ли осмотреть себя?

– Конечно. Ведь его величество так волнуется.

Я сказала это ровно, без эмоций. Лекарь вскинул бровь, но промолчал.

– Выйди, – бросил он Уите.

Уита замешкалась, не зная, что предпринять. Ее госпожой была я, но и лекарь выше ее по положению. Что делать?

– Уита останется, – сказала я. Голос прозвучал прохладно, я смотрела на лекаря в упор, не мигая. – И на будущее: моим слугам отдаю приказы только я.

Повисла тишина.

Мужчина медленно, с усилием склонил голову.

– Простите, ваше высочество.

Но из-под густых бровей лекарь бросил на меня взгляд – острый, внимательный, оценивающий. Я видела, как он сканирует мои жесты, осанку, выражение глаз. Ищет прежнюю Олею. Не находит.

Уита стояла статуей. Казалось, она опасалась даже дышать, чтобы ее тоже не засосало в наше противостояние. Жизнь не готовила ее к таким разговорам. Она была бедной, простой девушкой, которая умела заплетать косы и подавать платья, а не стоять между принцессой и придворным.

– Вы переволновались перед ответственным делом, – я улыбнулась. Медово. Сладко. Опасно. – Оценкой моего драгоценного здоровья. Поэтому позволили себе лишнего. Так ведь?

Лекарь дернул щекой.

– Как скажете, – снова склонил голову мужчина, не собираясь обострять ситуацию.

Пока не начался переворот, наше положение сильно разнилось. Где я – и где он.

Лекарь же был разумным мужчиной и умел анализировать ситуацию. Прямолинейный. Честный. Грубоватый. Как такой прижился при дворе, в этом гадюшнике лжи и лести?

Видимо, талант. Недюжинный. В книге ему пели дифирамбы – когда он лечил принцессу, вытаскивал ее с того света, боролся с ее лихорадкой ночами напролет. Это не могло не радовать и вселяло оптимизм. Все же именно он будет лечить меня, если что.

И я заулыбалась пуще прежнего.

– Приступайте, – поторопила я.

Лекарь принялся за работу. Пальцы у него были прохладные и уверенные – он проверял пульс, заглядывал в зрачки, слушал дыхание. Я была послушной, не возражала и все это время отрешенно смотрела в окно. Только благодаря этому наткнулась взглядом на парнишку.

Он сидел на дереве, в развилке ветвей. Обычная одежда – серые штаны, простая рубаха. В руках – ножницы и ведерко. Маленький шпион, который притворяется, что занимается делом.

Он внимательно наблюдал за тем, что происходит в комнате. И встретился со мной взглядом. Испуганно замер. Насторожился, склонил голову в поклоне и первым отвел взгляд, продолжая имитировать полезную деятельность.

Чтобы выиграть у генерала этот заговор, нужно было прилагать усилия давным-давно. Не жить в праздности и неге, не прятаться за стенами. Император проиграл еще до начала противостояния.

Генерал оплел своей сетью весь дворец. А возможно, и всю империю. У него были свои люди – среди прислуги, стражников, среди таких вот мальчишек на деревьях. В его ведении была армия. В его руках – власть.

Но у него были и слабые места.

Народ. Люди ненавидели перемены. Смена правящего режима – это стресс, который не проходит бесследно. Переворот пугал. Отвращал. Воспринимался в штыки. В книге генерала сгубило то, что его не приняли. Ни знать. Ни простые люди. Началась смута.

Дворяне и чиновники – вот еще его слабое место.

Империя Солнца – богатое государство. Торговый хаб. Сюда стекались товары со всего мира. Здесь был теплый, даже жаркий климат большую часть года. Здесь были хорошие законы. Железное их соблюдение – благодаря армии. Удобство торговли – благодаря хорошему расположению и множеству построенных мостов на другие континенты. Все, что нужно, ты получишь здесь, в столице.

Чиновники и дворяне жили припеваючи. Система их кормила, поила, одевала в золото. Беспорядки могли пошатнуть эту систему. Разрушить хаб. Перекрыть доходы.

А отгрызть такое лакомое положение торговой державы хотели бы многие.

– Ваше высочество в прекрасной форме, – голос лекаря выдернул меня из размышлений. Он смотрел на меня так, словно увидел призрака. – Удивительно. Еще вчера вас принесли с гор – всю израненную, в крови. А сегодня вы не нуждаетесь в моих услугах.

Он был ошарашен. И не скрывал этого.

– Чем может быть оправдано такое быстрое восстановление? – уточнила я.

– Если бы вы были магом… Шаманом… – Лекарь запнулся. – Или благословением Богини.

Он смотрел на мои волосы. На эту белизну, которая не была сединой. Которая пришла вместе со мной оттуда, откуда обычно не возвращаются.

– Ваши волосы невероятно красивы, – выдохнул мужчина.

Пугающе красивы. Да…

Я вернулась с того света. Это оставило отпечаток – на теле, на душе. Но другим об этом знать совсем не обязательно.

– Дары Богини не могут быть обычными, – сказала я, не скрывая довольства.

Теперь-то он поверит, расскажет. Слухи поползут. И хорошо.

– Уита, отправляемся к шаману. – Я повернулась к служанке, которая все еще стояла ни жива ни мертва. – А вам, – я взглянула на лекаря, – пора доложить о моем состоянии.

– Его величество будет рад, – склонил голову мужчина.

Он хмурился.

Лекарь принадлежал к одной из немногих знатных семей. Тех, что поддерживали генерала.

– И не только ему, – бросила я.

И вышла, не оглядываясь.

План быть тише воды, ниже травы рушился на глазах. Я не умела быть незаметной. Не в моем это характере.

Но вот ни во что не вмешиваться…

Может быть, это еще можно осуществить.

Может быть…

* * *

Шаман смотрел на меня во все глаза. Это был мужчина невысокого роста, среднего возраста, щуплый, с жидкой бородкой и глазами на выкате, которые придавали ему вечно удивленный вид. Вырос при дворе и искусно умел врать. Не придерживался ничьей стороны, а на самом деле работал и на генерала, и на императора.

Но придется переманить его на свою сторону. Во что бы то ни стало. Потому что досидеть незаметно до конца переворота у меня не было теперь ни единого шанса.

– Ваше высочество, в вас проснулся дар шамана. Именно это может объяснить то, что вы выжили после покушения. Шаманов убить невероятно сложно, живем мы долго и можем продлевать своей паре жизнь, если ритуал объединения полный, – не без гордости рассказывал мужчина. Он говорил и одновременно поглаживал бородку – жест выдавал самодовольство пополам с тревогой. – Сила у вас большая, отсюда такое быстрое физическое восстановление.

– Богиня была очень щедра, – промолвила я, пытаясь сообразить, чем мне это может грозить.

Внутри все похолодело. Кажется, в первой книге мелькала информация, что сильный дар шамана может убить, если его не осваивать. Надеюсь, несколько дней у меня есть. Пальцы невольно сжались в кулаки – пришлось заставить себя разжать их, чтобы не выдать волнения.

– Вы должны предоставить мне информацию по моему дару. Он ведь может быть опасен, если я не контролирую свою силу. И для меня. И для окружающих, – намекнула я, глядя мужчине прямо в глаза.

– Конечно, ваше высочество, – раздвинул губы в натянутой улыбке шаман.

Улыбка вышла кривой, словно он проглотил что-то кислое. Я видела, как в его выпученных глазах мелькнул расчет. Он еще никому ничего не доложил и не получил на мой счет никаких инструкций. Но в магии может таиться для меня много опасностей. Дар не был описан в романе, это новый виток сюжета, и о нем я ничего не знаю. Все, что остается – собирать крохи информации по тому, что я прочла в книгах.

Проснувшаяся во мне магия – это прекрасный способ меня убить. Просто не давать информации, не учить – и я сама себе наврежу. А потом они скажут, что это боги прибрали к себе облагодетельствованное дитя.

По спине пробежал холодок. Нужно успеть что-то предпринять до того, как шаман доложит генералу и императору и те скажут ему, что делать. А броситься к ним с докладом он постарается как можно быстрее. Интересно, где хранится информация по профессии у этого мага?

Взгляд невольно метнулся к полкам, заставленным свитками и толстыми фолиантами в кожаных переплетах. Сердце быстро стучало в груди.

– Что ж, тогда я отправлюсь на свежий воздух. Он полезен мне, чтобы окончательно оправиться. Вы пришлете слугу, когда подготовите для меня информацию.

– Да, хорошей вам прогулки, ваше высочество, – склонился в новом поклоне мужчина.

Я вышла в коридор и, завернув за угол, прижалась спиной к прохладной каменной стене. Сердце колотилось где-то в горле. Пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.

– Беги и найди три больших листа бумаги, – отдала я распоряжение остановившейся рядом со мной в недоумении служанке.

Она не понимала, что происходит.

– Но как же вы тут без меня? – залепетала Уита, испуганно хлопая ресницами.

– Бегом! – рыкнула я, и девушка, подхватив юбки, бросилась исполнять распоряжение.

Я осталась одна в полутемном коридоре. Тишина давила на уши. Где-то далеко слышались шаги стражи, но здесь, у кабинета шамана, было пустынно. Сердце в груди стучало как бешеное. Я переживала за свою жизнь, как никогда. На Земле меня сбила машина неожиданно, там не было времени что-либо понять или переживать. А сейчас у меня был стресс, и это еще мягко сказано. Ладони вспотели, в горле пересохло.

Как я и предполагала, шаман собрался идти с докладом довольно быстро. Дверь отворилась, и он вышел в коридор, на ходу поправляя воротник. Закрыв кабинет на ключ, он быстро засеменил в противоположную от меня сторону.

Я выждала, пока его шаги стихнут, и как можно бесшумнее скользнула к двери. Внимательно осмотрела замок. А он был такой… Явно для декорации стоял. И удача была на моей стороне: дверь открывалась внутрь. Отступив на шаг, я со всей силы ударила по ней ногой – грохот эхом разнесся по коридору, доска хрустнула, и дверь распахнулась.

На грохот тут же прибежала дворцовая стража – трое мужчин с легким оружием – и застыла в нерешительности. Это императорский дворец, я принцесса, наследница трона. Что они должны сделать в ситуации, когда я решила войти в кабинет шамана, пусть даже без его ведома?

– Скройтесь с глаз моих, – отдала приказ, стараясь, чтобы голос звучал властно, хотя внутри все дрожало.

Стражники переглянулись и, не проронив ни слова, растворились в полумраке коридора. Я же вошла в кабинет и прикрыла за собой немного помятую дверь. Докатилась! Я стала взломщицей. Кошмар!

В нос снова ударил запах сушеных трав, воска и еще чего-то, что я не могла определить, как ни старалась. В комнате царил полумрак – свет пробивался сквозь узкое стрельчатое окно, выхватывая из темноты пляшущие пылинки. Сердце колотилось где-то в горле, но времени на страх не было.

Я начала лихорадочно рыскать, просматривая один свиток за другим. Руки дрожали, приходилось то и дело останавливаться и делать глубокие вдохи. То, что мне было нужно, не являлось секретной информацией и в тайниках не хранилось. Благодаря земным романам я примерно знала, что искать. И многое нашла.

Пальцы скользили по пергаменту, глаза жадно выхватывали строки: ритуалы, заклинания, предостережения. Все, что меня заинтересовало после беглого ознакомления, я откладывала, остальное возвращала на полку, стараясь сохранить порядок.

Когда в кабинет шамана осторожно заглянула Уита, я почти закончила. Девушка была бледнее обычного, глаза расширены от ужаса. В руках она сжимала три листа плотной бумаги.

– Входи и прикрой дверь. Привались к ней, чтобы никто не вошел, – приказала я растерянной служанке.

– Ваше высочество, что вы делаете? – прошептала она, оглядывая помещение.

Я не ответила. Забрала бумагу, нашла на столе самописный артефакт и быстро села копировать. На пергамент ложились незнакомые буквы, которые, на удивление, складывались в понятные слова. Информацию обобщала, ритуалы переписывала точь-в-точь – мало ли что, ошибка может стоить жизни.

Перо скрипело по бумаге, чернила ложились неровно, но меня это не смущало. Уита стояла, прислонившись к двери, как было велено, и опасалась того, чем это может закончиться.

Мне невероятно повезло, что шаманизм был несложным даром. Очень узконаправленным, специфическим, но простым.

Тридцать четыре ритуала для связи с потусторонним миром, одиннадцать – для уничтожения незваных духов, девять – чтобы обезвредить чужое колдовство, и семь – для снятия проклятий. Сложных из них – по пальцам руки пересчитать.

Когда шаман вернулся в свой кабинет, я уже закончила и даже сунула нос в другие свитки, разложив их вокруг себя для правдоподобия. В голове гудело от перенапряжения, но я заставила себя выглядеть спокойной.

Застав меня сидящей в его кресле и читающей большой свиток о проклятиях, шаман замер на пороге, выпучив глаза. Челюсть его отвисла, пальцы вцепились в косяк.

– Ваше высочество… – выдохнул он так, словно увидел призрака.

– Я кое-что забыла у вас спросить и вернулась. Не найдя вас на месте, решила подождать, – улыбнулась я медово.

– А как… – мужчина оглянулся на дверь. Взгляд его заметался между мной и сломанным замком.

– Было открыто.

В комнате повисла тишина. Слышно было только тяжелое дыхание шамана да тихий всхлип Уиты, которая спряталась за открытой дверью и делала вид, что ее тут нет вовсе. Доказать, что я выбила дверь, шаман не мог – никто не видел. Выдвигать обвинения против императорской дочери, наследницы, облагодетельствованной богами, – совсем печальная история.

Шаман знал, что я вошла в кабинет без разрешения, взломав его. Знал, зачем я сюда пришла. И… молчал. Как и я, ожидая его реакции. Скопированные листы я давно спрятала в лифе платья – они неприятно холодили кожу, давая надежду освоить дар.

– Что вы хотели у меня спросить? – уточнил наконец шаман, практически незаметно поджав губы. В уголках его рта залегла горькая складка.

Я ему не понравилась. Он затаил обиду и рассчитается при первой возможности. Это читалось в его глазах – маленьких, колючих.

Все-таки распустил отец свой двор. На Земле монархи правили иначе. Да и в этом мире я читала другие примеры. Но здесь, в Империи Солнца, шаман мог позволить себе ненавидеть принцессу – и ничего ему за это не будет. Пока.

– Вы дадите мне почитать информацию о проклятиях, – уведомила я шамана, поднимаясь с кресла.

Копировать ее смысла не было – слишком много. А знать нужно.

– Вам рано изучать такие сложные знания, – заикнулся было мужчина, но я сверкнула на него глазами и направилась к выходу, уволакивая вместе с собой свиток.

Много он понимает в сложном. Я закончила юридический! Вот где было сложно.

Я вышла в коридор, чувствуя спиной прожигающий взгляд шамана. Пусть попробует меня остановить. Уита вылетела следом за мной, как ошпаренная. Я тоже продемонстрировала этому магу, что наши отношения испорчены. Посмотрим, чем это для кого закончится.

Шаги гулко отдавались в пустом коридоре. Только когда мы завернули за угол и скрылись из виду, я позволила себе выдохнуть. Ноги подкашивались, в висках стучало. Взмокшие от перенапряжения ладони я отерла об одежду. Мне срочно требовалось в свою комнату – просмотреть все, что я выписала, и детально изучить.

Дар шамана необходимо было освоить как можно скорее. Это не только сделает меня сильнее, снимет опасность, висящую над головой, но и в будущем могло пригодиться. Сильных шаманов мало, этим можно зарабатывать на жизнь. Неизвестно еще, как получится с деньгами.

Я прижала руку к груди, туда, где под тканью платья лежали драгоценные листы, и ускорила шаг.

* * *

Был уже вечер, а я безвылазно, весь день, просидела в своих покоях. Не вышла ни на обед, ни на ужин, сославшись на плохое самочувствие. И пока меня никто не тревожил, но я понимала – так будет не всегда.

Пока двор приходил в себя от новой принцессы, я потратила время с пользой и зазубрила все, что удалось вынести из кабинета шамана, даже информацию по проклятиям. У юриста должна быть хорошая память, и с моей было все в порядке. К тому же я использовала метод, которым поделился с нами преподаватель по уголовному праву на втором курсе: выписывать важные, на мой взгляд, вещи своими словами. Очень действенно. Я ужала написанную информацию, отбросив легенды, рассуждения и предположения. Те тоже могли быть полезны, но не критически важны.

Свечи оплыли, комната погрузилась в полумрак, по углам затаились густые тени. За окном давно стемнело, ветер шевелил тяжелые портьеры, и пора уже было ложиться спать.

– Ваше высочество, ужин остыл. Подогреть? – в который раз спросила служанка, стараясь сдержать зевки.

– Нет. Съем так, а ты можешь быть свободна, – отпустила ее я.

– Вы не будете мыться? – растерялась девушка.

– Не сегодня. И в кровать смогу лечь сама. Верь в меня, – улыбнулась я ей.

Мой тон не допускал возражений, а Уита не была глупой. Она ушла, оставив меня в одиночестве. Я прислушалась к скрипу двери, к удаляющимся шагам, к тишине, которая наступила следом.

И действительно принялась за ужин. Жевала механически, почти не чувствуя вкуса, и смотрела на танцующее пламя свечи. Сегодня мне потребуются силы. Я могу ошибаться в своих предположениях, но лучше перестраховаться.

Дар шамана действительно был несложный. Сила у меня большая – тут я верила магу. И учиться я уже изъявила желание. Конечно, шаман может оттягивать мое обучение, но это не продлится долго. Ждать, пока дар меня убьет, рискованно. Логичнее предпринять новую попытку убить уже сегодня. Редкая возможность.

Тем более я невольно предоставила им такой хороший предлог – плохое самочувствие. Если принцессу наутро найдут мертвой, значит, она не смогла оправиться после своей поездки в горы. Меня привезли без сознания, всю в крови. Наверняка многие это видели.

Я отодвинула тарелку – кусок в горло не лез. Встав, я подошла к окну, отдернула портьеру. Внизу раскинулся темный двор, кое-где горели факелы, маячили фигуры стражников. Дворец был одноэтажным, но находился на некотором возвышении от земли. В главных покоях были балконы, у меня тоже. Какой метод выберут для моего убийства на этот раз?

Конечно, они могли запланировать покушение и на завтра, или на другой день. Значит, придется быть осторожной все время. Во дворце не так много людей, способных мне навредить.

Это сам император, генерал, любовница императора, лекарь или шаман. Остальные не смогут сделать это безнаказанно или незаметно. Мой «друг» детства уже попробовал – не получилось. И такой ход был возможен, только если вывезти меня из дворца.

В пользу покушения сегодня ночью говорило и то, что меня не спрашивали о том, что произошло в горах. А ведь я главная свидетельница. Что-то подсказывало: скоро спросят. Что я знаю? Что помню? Что расскажу?

Значит, нужно заставить меня замолчать и как можно скорее.

Я отошла от окна, бесшумно ступая босыми ногами по холодному каменному полу. Села на кровать, укрылась одеялом и замерла. Прислушивалась к каждому звуку: шелесту ветра за окном, потрескиванию свечи, далекому бою часов.

Время тянулось бесконечно. Я уже начала думать, что ошиблась, что зря накрутила себя, что сегодня никто не придет…

И в этот момент я едва не пропустила то, чего ждала.

Под дверью, в щелку между камнем и деревом, начал сочиться дым. Серый, полупрозрачный, он стелился по полу, сгущался, обретал форму и вот в комнату заползла змея, сотканная из колдовства.

У меня перехватило дыхание. Я замерла, боясь пошевелиться, боясь даже моргнуть. Змея двигалась медленно, плавно покачивая головой. Ее глаза горели серебром – холодным тусклым светом.

В этот момент я немало изумилась. Проклятие – самый сложный способ убить. Колдовство или наемный убийца намного проще. И в тоже время проклятье самый надежный способ, если другой шаман сильнее. Оно практически не оставляет следов. Поэтому шаман выбрал именно его? Проще будет скрыть?

А потом поняла. Чтобы увидеть проклятие, нужен ритуал. Иначе даже самый опытный маг не заметит угрозы для себя. Поэтому проклятие. Поэтому сегодня. Пока я еще ничего не знаю и не умею. Колдовство может обнаружить и другой маг, а проклятие найдет лишь шаман. И придворный, конечно, скажет, что ничего не обнаружил.

Но я видела змею, сотканную из дыма. Видела ее горящие серебром глаза. Без ритуала. Может, как у Аши, у меня есть своя предрасположенность в шаманизме. Если так, то это просто прекрасно. Можно даже не тащить с собой золото при побеге – я сама много заработаю. Но все равно потащу.

Мысли метались, но тело оставалось неподвижным. Змея подползла к кровати, и я не спускала с нее глаз. Внутри сжимался холодный комок ужаса. Тело начала бить нервная дрожь, которую мне с трудом удавалось унимать. Пальцы вцепились в одеяло, костяшки побелели.

Змея замела в изножье кровати. Шипела, угрожающе покачивая головой. Я уже прочитала, как остановить проклятие, если оно еще не пало на меня. После – только с ритуалом, если на это будет время. Но вряд ли мне его оставили.

Чужая магия бросалась на меня, скалилась, угрожающе ползала туда-сюда, но не могла укусить, ранить, убить. Я смотрела ей в глаза, боясь моргнуть. Смотрела и мысленно приказывала: не смей, не подходи, я сильнее.

Воздух в комнате казался мне ледяным. Сконцентрировавшись на змее, я видела только ее холодные злые глаза гипнотизирующих меня. Я не знала, сколько это длилось. Минуты? Часы?

Мы с ней упрямо стояли на своем, мерились волей, силой и упрямством. Пот заливал глаза, но я не смела даже руку поднять, чтобы вытереть его. Мышцы затекли, но я боялась пошевелиться.

И когда я уже думала, что вот-вот проиграю, что все зря, что сейчас эта тварь вопьется мне в горло… змея отступила.

Она дернулась, словно от удара, и замерла. Потом медленно, нехотя, подползла ближе ко мне – но уже не с угрозой, а с покорностью. Опустила голову, серебряные глаза потухли, став обычными, почти живыми.

Моя сила оказалась больше силы придворного шамана. А на это место абы кого не нанимают.

Я выдохнула. Дрожащей рукой вытерла пот со лба. Тело била крупная дрожь – от перенапряжения, от страха, от невероятного облегчения. Теперь проклятие подчинялось мне. Я смотрела на дымчатую змею, свернувшуюся кольцами у моей руки, и не верила. Я сделала это. Я победила.

Важно помнить: нанося вред своей магией, шаман всегда платит цену. И высокую. Но если ему самому пытались навредить, или ворожба нужна для защиты, то это развязывает магу руки.

В голове стучала одна мысль: шаман пытался меня убить. Он заплатит и счет я выставлю сейчас. Нужно все сделать быстро.

Я встала с кровати. Ноги дрожали, подкашивались, пришлось ухватиться за столбик кровати, чтобы не упасть. Накинула на плечи плащ – к вечеру стало прохладно, и теперь, после пережитого, меня знобило так, словно я вышла на мороз.

Взяла змейку в руки. Она была прохладной, почти невесомой, но я чувствовала в ней силу – мою силу, отвоеванную у врага.