Дитя хаоса – 2. Королевство Мариджа

— Я не должен был выжить, -шептал он в пустоту. -Я должен был быть там. Вместо него.

Однажды к нему подошёл Герберд -драконо-человек с острова вулканов. Его чешуя отливала медью, а глаза были цвета пепла.

— Ты не сможешь победить Легион, если сломаешься сейчас, -сказал он без предисловий. -Поехали со мной. На остров вулканов. Там ты научишься контролировать магию -или она уничтожит тебя.

Генри не ответил. Но на следующий день он сел на корабль.

Остров вулканов встретил их жаром и дымом. Скалы трещали от напряжения, в воздухе витал запах серы, а под ногами дрожала земля.

Тренировки были жестокими.

Герберд не жалел его:

— Снова! Выпусти силу, но не дай ей поглотить тебя!

Генри пытался. Он вызывал чёрные шары магии, но они вырывались из-под контроля, взрывались, ранили его самого. Шрамы покрывали руки, плечи, спину. Однажды он едва не сорвался в кипящую лаву -Герберд успел схватить его за шиворот.

— Ты боишься своей силы, -рычал драконо-человек. -Но страх -это слабость. Преврати его в ярость. В решимость. В оружие.

Генри падал, вставал, снова падал. Он был на грани смерти десятки раз. Но каждый раз поднимался.

День, когда ему исполнилось шестнадцать, должен был стать праздником. Но вместо этого пришло письмо.

Тот самый конверт. Печать рода Индрис. Почерк отца.

Генри вскрыл его дрожащими руками. Строки о тревогах, о том, что Тёмный Легион приближается… И -обрыв. Чернильная клякса. Бурое пятно на бумаге. Кровь.

Истерика накрыла его волной. Он закричал, швырнул письмо на землю, начал топтать его.

— Нет! Нет! Почему?! Почему опять?!

Герберд попытался успокоить его, положил руку на плечо:

— Генри, дыши. Мы разберёмся…

Но Генри не слышал. В голове зазвучали голоса -шёпот тьмы, обещание силы, если он отпустит контроль. Он развернулся и ударил. Магия рванулась вперёд, отбросив Герберда к скале.

— Убирайся! -хрипел Генри. -Все вы! Я один! Я сам!

Драконо-человек поднялся, отряхнулся. В его глазах не было гнева -только понимание.

— Вот она, твоя боль. Используй её. Но не дай ей тебя съесть.

Так прошли два года.

Генри тренировался до изнеможения. Падал. Вставал. Снова падал. Герберд учил его слышать магию, чувствовать её течение, отличать голос тьмы от своего собственного разума.

Он научился: гасить вспышки ярости, прежде чем они превратят его в монстра; направлять силу в точные удары, а не в слепые взрывы; видеть грань между контролем и отчаянием.

Но он так и не отпустил смерть Дариуса. И не простил себя за то, что выжил.