Ревизор: возвращение в СССР 58

– Загадочная, честно говоря, ситуация. – согласился и Боянов. – Как-то расточительно с их стороны. Надо бы с ними переговорить, чтобы они лишние номера сдали.

– Сперва, наверное, надо бы Ивлева спросить, мало ли ему что-то по этому поводу известно.

– Ну давай уже тогда после того, как нас снова с этих рядов выпустят. Вон он там, в паре рядов от нас, сидит уже с этими важными японцами. И что они его туда от нас утащили?

На этом и договорились.

***

Япония, Токийский театр

Руководители Токийского театра были со мной очень любезны. Не задавая никаких вопросов, рассказывали, как у них тут все устроено. Я, честно говоря, не понимал, почему именно я должен все это слушать вместо Боянова и Вишневского. Ну что я во всей этот театральной деятельности понимаю? А вот им было бы полезно. Ну слава богу, хоть не мучали меня всякими неудобными вопросами про московские театры, на которые трудно было бы ответить. Я же тот еще театрал…

Когда все расселись в зале, на сцену выскочили местные артисты в кимоно разного цвета и дали с пылу с жару нам представление. Все это было ярко, громко, суматошно и красочно.

Что-то подобное я, кстати, видел в Китае, когда у нас наступало время культурной программы после переговоров. Ну, как сказать, для азиатов, видимо, это что-то действительно приятное глазу и уху. Но меня лично ни китайский вариант, ни японский особо не впечатлили. Возможно, помогло бы проникнуться, если бы я знал язык и мог хотя бы понять, о чем они между собой на высоких тонах переговариваются во время этого действа. Анастасия Григорьевна что-то мне на ухо исправно бормотала, но было так шумно, что я половину не понимал.

Наконец, яркое и красочное, хотя и чрезмерно шумное, представление закончилось. Естественно, мы, и я в том числе, начали аплодировать. Какая разница, что я не в восторге? Я же не японец, чтобы оценить по существу. Артисты наверняка старались, я уверен, что выступали они вполне добросовестно, чтобы свой уровень показать перед заезжими гостями и своим руководством. Японцы все же люди очень старательные. Так что можно быть уверенным, что нам продемонстрировали самое лучшее, что они были способны сегодня предъявить.

На этом приветственная программа в части выступления закончилась, и у нас появилась возможность сняться с мест. Ко мне тут же подскочил мой сопровождающий.

– Товарищ Ивлев! Дальше у нас по плану торжественный обед, но для него мы проследуем в другой ресторан. Вам нужно будет подойти через десять минут, которые выделены на сборы, к нашему лимузину. Мы сразу в этот ресторан и отправимся.

Я нисколько не возражал. Физкультурой очень хорошо с утра позанимался. Так что завтрак, более чем уверен, уже полностью переварился. Вполне неплохо будет и пообедать. Ну и тем более, что я всегда люблю, когда путешествую за рубежом, разные новые блюда пробовать. В Азии, конечно, с известной осторожностью, крайне маленькими кусочками, чтобы сильно не пострадать, если туда накидают всяких острых специй чрезмерно. Но иногда получаются достаточно любопытные вкусовые ощущения. Будучи в Японии, я рассчитывал, что тут побольше рыбы будет и морепродуктов, в которых японцы, само собой, проживая на островах, прекрасно разбираются.

Ну и опять же, учитывая, что они встречают иностранных гостей, угощать должны, конечно, самой свежей и качественной едой. Вряд ли им нужны скандалы на тему, что заезжие артисты, прибывшие в Токио, отравились из-за недостаточно хорошего гостеприимства со стороны Токийского театра.

Сомневаюсь, конечно, что руководство Токийского театра в этом случае поголовно харакири сделает. Но естественно, что для них ничего хорошего в такой ситуации однозначно быть не может.

Встал, потянулся с удовольствием, мышцы разминая. Тут смотрю, ко мне тесно сплоченной группой Боянов, Вишневский и Миронов двигаются. И лица у них какие-то озабоченные. Неужто какие-то проблемы возникли с самого первого дня нашего пребывания в Японии? – удивился я. Какие, интересно? Что им, тут порепетировать, что ли, не дадут перед тем, как спектакль ставить, и сразу в бой отправят? Ну а с чего еще им такими напряженными быть?

Но нет, вопрос, что мне задали, был совершенно на другую тему.

– Паша, может быть, хоть ты в курсе, почему нам дополнительные номера выделили в том общежитии, где наши артисты живут? Мы же в гостинице уже расположились. Я-то думал, что японцы продуманные, и все у них учтено. – сказал Боянов. – Не так и богато живут на этих островах, чтобы они так шиковали и по два номера в разных местах на троих человек выделяли.

Вот же блин, они все же узнали о том, что что-то нечисто с размещением. Хотя, в принципе, логично, что узнали.

– Ну, тут такое дело, – начал объяснять я. – Дело в том, что этот номер, в который мы все заселились, японцы с какой-то дури, понятия не имею с какой, для меня одного выделили. Ошибка какая-то, я так понимаю. Просто я подумал, что смысл мне там одному жить. Скучно же все-таки...

– Да, как-то неудобно вышло, – расстроенно сказал Андрей Миронов.

Я с ним был полностью согласен. Конечно, неудобно. Достаточно уважаемые в СССР люди, прибыв в Японию, случайно оказались в гостях у молодого начинающего драматурга, который вместе с ними летел. Черт, надо было мне как-то раньше это с ними обговорить. Но я, честно говоря, думал на эту тему, еще когда мы в номер заселялись. Но крайне странно бы выглядело, если бы я этот вопрос тогда поднял. Вряд ли мне бы поверили, что весь этот номер для меня одного выделили. Подумали бы еще, что я плохо длительный тяжелый перелет перенес, и у меня какие-то проблемы. С чего бы вдруг японцы на одного меня такой номер зарезервировали?

Так-то, конечно, сейчас тоже этот вопрос не очень весело выяснять. Но, с другой стороны, за психа меня теперь уже не принимают, раз сами тоже узнали, что им и другие еще номера выделили. Да, однозначно, такой вариант мне выгоднее при всем его неудобстве.

– Надо же, какая странная ошибка, – наморщив лоб, сказал Боянов со сложным выражением лица.

– Ну да, я сам до конца понять не могу, с чем это может связано, – со вздохом сказал я. – Японцы люди восточные. Кто их до конца поймет?

– Ну, разве что, – сказал Боянов. – Паша, ты главное скажи, мы тебя не стесняем в этом номере?

– Мужики, да вы же видели этот номер. Вы что, хотите, чтобы я там один по четырем комнатам ходил и пробовал, какое эхо в каждом из этих пустых помещений? Нормально же вроде все. Устроились хорошо, правильно? Буду очень признателен, если вы и дальше будете спокойно там жить. Хорошо?

Все трое некоторое время напряженно думали. Понимаю даже, о чем. Неловкая ситуация в чистом виде. Сказать, что не будут вместе со мной жить, тоже как-то оскорбительно. Я же их пригласил к себе, и они уже и заселились. Да и жить в гостинице пять звезд всяко лучше, наверняка, чем в тех номерах, что им, как и другим артистам «Ромэн», выделили. Понятия не имею, какие там условия, но сильно сомневаюсь, что не хуже, чем в пятизвездочной гостинице. Да и съедешь сейчас, – явно меня обидишь. А будешь дальше жить, – как-то неудобно, что вломился, по сути, в чужой номер.

Блин, со всех сторон неудобная и неловкая ситуация вышла.

И тут мне совершенно неожиданно переводчица на помощь пришла. Привык я уже, что она обычно помалкивает и ни во что не лезет. Да и вообще, особенно от нее каких-то ремарок не дождешься. Единственное, что вчера вот пару историй рассказала, а то вообще опасался, что она будет за мной молчаливой тенью ходить.

– Товарищи, – сказала она, – лично я очень расстроюсь, если вы мою компанию покинете. Скажу, что я лично Павлу Тарасовичу очень за гостеприимство благодарна. Гостиница замечательная, настоятельно вам рекомендую обязательно и в бассейн сходить поплавать, и тренажерный зал посетить. Это полезно для здоровья…

Вот молодец, выручила, так выручила. Ситуация сразу же стала не такой неловкой, как только что была. Дала она мужикам дополнительный повод, чтобы все оставить так, как есть, и не испытывать прежнего стеснения. Раз уж женщина попросила, да еще в летах, что ж ты за мужик будешь, если начнешь сейчас копытом бить и демонстративно переезжать в другое место.

– Давайте, наверное, поторопимся, – сказал я, благодарно кивнув ей. – У нас там уже выезжать скоро надо будет на торжественный обед. Я думаю, будет здорово, если мы не будем никого задерживать. Рассчитываю на то, что японцы нас какими-то вкусными местными блюдами угостят.

Увел ловко тему в сторону. Надеюсь, это сработало. По крайней мере, никто никаких заявлений в мой адрес новых делать не стал о том, что съезжать собирается. Ну и слава богу.

***

Италия, Сицилия

Ждать нового звонка от дяди по поводу знакомства с потенциальными невестами пришлось не так и долго, всего несколько дней. Но Альфредо, конечно, за это время очень сильно извелся. Ну а вдруг там ни одного варианта вообще для него не будет, девушки будут откровенно страшные?

Как тогда дядя воспримет его отказ, отказываться нужно будет, к чему жениться на крокодиле, если дела в гору пошли?

А еще важнее, как Коста воспримет этот отказ! Ведь, фактически, согласившись вначале познакомиться, а затем отказавшись от дальнейших каких-то действий, он этим прямо скажет одному из серьезных людей в сицилийской Коза Ностре, что дочери у него страшненькие.

Если он просто из-за завода так обиделся, что боевиков за ним прислал, то на какие действия он будет способен, если такое личное оскорбление от него получит?

Мелькнула у него позорная мысль, если девушки некрасивые все, предложить брату своему на одной из них жениться. Все же он не директор завода с большими перспективами, а еще недавний безработный, который по его милости только и получил какую-то приличную работу… А по идее, крестного отца вполне устроит, если Джино и Коста породнятся через другого племянника Джино, а не именно его.

Но как она мелькнула, так он ее и отверг. Это же потом всю жизнь у него чувство вины будет перед братом, что заставил его на крокодиле жениться. Смысл быть богатым и успешным, если каждый раз, встретившись с братом и его женой, будешь вспоминать, как родную кровь подставил?

Так что Альфредо, когда ехал на эту встречу, сильно, конечно, волновался. Скоро выяснится, не появится ли у Косты еще одна причина охотиться за его скальпом…

Ресторанчик был так себе на внешний вид, вполне провинциальный. В принципе, что еще ожидать, если он в пяти километрах от города расположен. Но внушало количество боевиков вокруг него.

А тут именно что были боевики. Часть из них Альфредо даже знал, это были люди Джино. А часть не знал, это, видимо, были люди Косты.

Ну, хоть ни одного знакомого лица из тех боевиков, которых его телохранители ранили в ресторане, защищая его, тут не оказалось. То ли они еще в тюрьме сидят, то ли Коста уже смог вытащить их оттуда, но благоразумно решил их на такое специфическое мероприятие в охрану не звать.

Джино его встретил на входе в ресторан. Ну как на входе, столики были расставлены просто под деревьями. Погода на Сицилии обычно хорошая, большую часть времени вполне можно на свежем воздухе завтракать. Тем более в самую жару внутри запаришься, а на воздухе в тени деревьев все же комфортнее себя чувствуешь во время трапезы.