Духовная мудрость Азии. Вероучения и мистические практики

Михаил Сергеев, Наталья Степаненко

Духовная мудрость Азии. Вероучения и мистические практики

Светлой памяти моего учителя Бибхути Ядава.

М. С.

Михаил Сергеев – американский ученый-религиовед русского происхождения, доктор философии (Темпльский университет, 1997). В течение 35 лет преподавал историю религий, философии и модернистского искусства в различных американских вузах, включая Университет искусств и Пенсильванский университет. Опубликовал более 200 академических, литературно-публицистических и журналистских статей в 14 странах мира. Автор и редактор-составитель 15 книг.

Наталья Степаненко – аспирант кафедры религии и религиоведения Санкт-Петербургского государственного университета.

© Сергеев М. Ю., Степаненко Н. А., 2025

© Издание на русском языке. ООО «Издательство АЗБУКА», 2026

КоЛибри®

* * *

Азия – это не просто континент, а духовная вселенная. Если представить мир как живой организм, то Индия будет его сердцем, Китай – разумом, а Япония – душой. В Индии человек ищет освобождение; в Китае – гармонию; в Японии – форму, в которой проявляется внутренний покой. Из Индии исходят ритмы, что разошлись по всему Востоку: дыхание вед, тишина Будды, прозрачность джайнской этики, огонь сикхской веры. Из Китая – мудрость равновесия и уважение к порядку вещей. Из Японии – чувство красоты как выражение духовной дисциплины.

Такое путешествие невозможно совершить иначе, чем сердцем и мыслью. Поэтому мы приглашаем вас пройти его вместе с нами – шаг за шагом, от древних гимнов Индии до японских храмов, где утренняя тишина звучит громче слов. И пусть каждая страница этой книги станет для вас не просто рассказом, но шагом на собственном пути к пониманию мира и самого себя.

Михаил СергеевНаталья Степаненко

Введение

Приветствуем вас, любезный и пытливый читатель! Если вы раскрыли, а тем более купили эту книгу, то, судя по всему, вами движет страсть к самообразованию, а главное, к самопознанию. Смеем надеяться, что наша скромная, но проделанная от всего сердца работа окажет вам посильную помощь в ваших благородных устремлениях.

Сразу оговоримся, что эта книга предназначена не для специалистов-религиоведов или философов, а именно для таких, возможно, вполне далеких от академического мира людей, которые находятся на перепутье своей жизни и задаются вопросами о ее смысле и духовном предназначении. Если это так, то книга, которую вы держите в руках, написана для вас.

Мы вовсе не собирались поучать или наставлять – да и вряд ли кто из нас, смертных, вправе это делать. Мы лишь хотим поделиться тем, что узнали, прочувствовали и переосмыслили, странствуя по бескрайним дорогам азиатской духовной мысли – от гималайских монастырей до японских садов камней, от шумных индийских базаров до тихих китайских пагод.

И если на этих страницах вы испытаете знакомые чувства – удивление, сомнение, радость узнавания или легкую ностальгию по утраченному единству с миром, – значит, мы не зря писали. Ведь именно с удивления и начинается всякая философия и всякая вера.

Каждая человеческая культура начинается с удивления. Перед бездонным небом, вспыхивающей молнией, дыханием ветра, первым и последним вдохом человека – древние люди не просто боялись или радовались. Они вопрошали. Из этого вопроса, направленного к невидимому, родилась религия – первая попытка осмыслить тайну бытия и придать смысл человеческой жизни.

Азия – пространство, где эти вопросы зазвучали особенно настойчиво. Здесь зародились почти все великие религии мира: индуизм и буддизм, джайнизм и сикхизм, конфуцианство и даосизм, шинто и многие другие традиции. Каждая из них – особая нота в великой симфонии духа. Но все они, несмотря на различие языков, обрядов и богов, направлены к одной цели – понять, как человек связан с целым.

Религия – не наука в строгом смысле слова. Она обращена не только к разуму, но и к сердцу, к самой сути человеческой личности. Поэтому изучать ее следует с особой чуткостью – так, чтобы разум не подавлял чувство, а чувство не затмевало разум.

Здесь важно различать два понятия – предвзятость и точку зрения. Предвзятость искажает восприятие, превращая его в набор стереотипов и эмоций. Точка зрения, напротив, есть выражение жизненного опыта, культурного багажа, собственного пути человека. Баланс между личной позицией и академической беспристрастностью – одно из высших искусств в преподавании и изучении религии.

Зачем же всё-таки изучать религии, если мы не стремимся стать их адептами? Потому что мир сегодня стал тесен. Расстояния между культурами исчезли, а непонимание – нет. Чтобы говорить с другими народами на языке мира, нужно знать их язык веры. Ибо религия – это не просто набор догматов и ритуалов; это душа цивилизации, ее внутренняя музыка. Без понимания этой музыки невозможно услышать ни искусство, ни философию, ни саму историю Азии.

Многие мыслители пытались объяснить, откуда возникает религия и почему она столь устойчива. В XIX–XX веках появились разные теории: социологические, психологические, философские. Карл Маркс видел в религии отражение общественных условий – «опиум народа», утешение для угнетенных. Его интересовала социальная функция веры. Зигмунд Фрейд рассматривал религию как коллективный невроз – проекцию детской зависимости, способ защититься от тревоги перед неведомым. Карл Густав Юнг предложил иной взгляд: религия – естественный язык архетипов, универсальных образов коллективного бессознательного. Она не иллюзия, а глубинная форма самопознания.

И если взглянуть на религии Азии сквозь призму этих теорий, мы увидим, что они задолго до западной науки предвосхитили все три подхода: Будда – как психолог, исследующий страдание; Конфуций – как социолог, ищущий гармонию общества; индийские мудрецы – как философы, осмысляющие бытие как Единое.

И всё же, сколько бы веков ни миновало, религия не умирает. Она не умирает потому, что человек смертен. Мы знаем, что умрем, – но не знаем, что ждет нас после смерти. Этот внутренний разрыв, это глубоко экзистенциальное беспокойство и есть источник религиозного чувства. Наука не дает ответа, что происходит за чертой жизни. Религия не доказывает, но свидетельствует. Она окутывает душу, словно одежда, в которой человеку теплее жить под холодным небом неизвестности. И пока человек способен чувствовать этот холод, религия будет существовать – как дом, где горит огонь.

Наука отвечает на вопрос «как?», религия – на вопрос «почему?». Философия соединяет их, задавая вопрос «зачем?». Наука ищет закономерности, религия – смысл, философия – целостность. Но на Востоке это разделение никогда не было полным. В Индии, Китае, Японии религия и философия сливаются: размышление – уже молитва, познание – путь спасения. Мудрец, размышляющий о природе бытия, и монах, погруженный в медитацию, идут одной дорогой – дорогой внутреннего пробуждения.

Определений религии множество. Альфред Норт Уайтхед[1] видел в ней бегство от одиночества. Фридрих Шлейермахер[2] – чувство абсолютной зависимости от высших сил. Николай Бердяев – путь к свободе. Но, пожалуй, наиболее полное определение звучит так: религия – это система верований, норм и институтов, предлагающих окончательное объяснение и целостный путь жизни человека. Это и вера, и мораль, и община – три столпа, на которых держится духовная жизнь. В азиатских традициях это особенно ощутимо: религия – не только то, во что верят, но и то, как живут; не только символы и догматы, но и дорога – от неведения к прозрению, от разделения к единству.

Слово «Азия» нередко вызывает географические ассоциации – континент, где восходит солнце. Но в контексте этой книги Азия – не столько место, сколько путь сознания. Здесь человек искал не господство над природой, а гармонию с ней. Здесь Бог или абсолют мыслится не как личный повелитель, а как дыхание мира, как незримая ткань, из которой соткано всё сущее. В Индии этот путь называли дхармой, в Китае – дао, в Японии – путем (до). Разные слова, но одно устремление: жить согласно высшему порядку вещей. Если европейская религиозная традиция часто стремилась к разделению – между Богом и миром, между телом и духом, – то Азия искала пути соединения, где священное и повседневное переплетены, как свет и тень на поверхности воды.

В течение тысячелетий эти учения формировали не только веру, но и искусство, политику, общество. Храмы и пагоды, каллиграфия и танец, музыка и ритуал – всё становилось выражением внутренней гармонии, в которой религиозное и эстетическое были неразделимы. Поэтому, рассказывая о религиях Азии, невозможно отделить догму от поэзии, философию от повседневного опыта, слово от молчания.

Каждая глава этой книги – приглашение взглянуть на духовный опыт Азии изнутри и извне: глазами современного исследователя, но с уважением к внутреннему дыханию традиции. Мы старались не просто описать вероучения, а услышать их музыку – ту, что звучит между строк древних текстов, между вздохами медитации, между шагами паломников по каменным тропам.

Эта книга не энциклопедия и не свод фактов. Она – путешествие. Путешествие во времени и пространстве, в котором мы вместе с читателем ищем то, что объединяет индийские веды и китайские каноны, японские ритуалы и буддийские притчи. Мы хотим показать, как различные народы Азии по-разному, но с одинаковой страстью искали ответ на один и тот же вопрос: что есть истина внутри нас самих?

Книга создана в диалоге двух голосов – женского и мужского, поэтического и философского, эмоционального и аналитического. И этот диалог – не случайная форма, а отражение самой природы духовного опыта: ведь истина рождается не в одиночестве, а во встрече.

Азия – это не просто континент, а духовная вселенная. Если представить мир как живой организм, то Индия будет его сердцем, Китай – разумом, а Япония – душой. В Индии человек ищет освобождение; в Китае – гармонию; в Японии – форму, в которой проявляется внутренний покой. Из Индии исходят ритмы, что разошлись по всему Востоку: дыхание вед, тишина Будды, прозрачность джайнской этики, огонь сикхской веры. Из Китая – мудрость равновесия и уважение к порядку вещей. Из Японии – чувство красоты как выражение духовной дисциплины.

Такое путешествие невозможно совершить иначе, чем сердцем и мыслью. Поэтому мы приглашаем вас пройти его вместе с нами – шаг за шагом, от древних гимнов Индии до японских храмов, где утренняя тишина звучит громче слов. И пусть каждая страница этой книги станет для вас не просто рассказом, но шагом на собственном пути к пониманию мира и самого себя.

Для удобства восприятия мы снабдили каждую главу, то есть религию или духовную практику, отдельным глоссарием и списком персоналий.

Часть I. Религии Индостана

Глава 1. Индуизм. Те самые арии и современность

Обзорная экскурсия по индуизму, или При чем здесь слон и баньян

Если бы кого-то попросили описать Индию кратко, метафорически, лучше всего подошла бы древняя притча про слепых мудрецов, которые наощупь решили изучить слона (некогда блестяще переведенная в стихотворной форме Самуилом Маршаком на русский язык). Суть притчи состоит в том, что каждый из мудрецов, по очереди ощупав слона с разных сторон, пришел к абсолютно разным выводам: тот, кому досталось ухо, сказал, что слон похож на веер, кому нога – на дерево, тот, кто ощупывал хвост, сказал, что слон – это веревка, тот, кому бок, назвал его стеной, ощупывавший же хобот мудрец пришел в полное замешательство, ведь из хобота выходила вода и в нем двигались потоки воздуха… Мораль притчи в том, что для понимания некоторых вещей нужно большое любопытство, немного терпения, открытый взгляд и готовность смотреть на эти вещи с разных сторон одновременно, в противном случае можно не только не увидеть главного, но и «принять слона за шершавую веревку».

Индия, таким образом, – воистину страна контрастов, уникальная и неповторимая, наследница Хараппской цивилизации, загадочно исчезнувшей около XIV века до н. э., родоначальница десятичного исчисления[3], обладательница тропического муссонного плодородного климата, колыбель тех самых ариев, не дававших покоя печально известному лидеру первой половины XX века, родина аюрведической медицины и йоги, богатой национальной кухни с бесчисленным количеством самых разнообразных ароматных специй и, конечно, источник пестрой, кажущейся зачастую западному человеку сказочной, глубокой религиозной ведийской традиции, включающей в себя как мировые, так и национальные вероучения.

Описывать Индию можно бесконечно долго, так и не охватив всю полноту уникальности этого загадочного и прекрасного места. Однако солью любой страны, конечно, является ее народ, а значит, его культура и религия, в случае с Индией последняя занимает особое место в ее судьбе и представляет огромный интерес не только для ученых-религиоведов, но и для самого широкого круга лиц, интересующихся экзистенциальными вопросами бытия. Попробуем разобраться, откуда появилась ведийская традиция в Индии, включающая в себя не только индуизм, джайнизм, сикхизм, но и мировую религию – буддизм, и почему это древнейшее религиозное направление не только не исчезло за пять тысяч лет, но и получает всё большую популярность в наши дни, не теряя своей актуальности сквозь века и эпохи.

Религия Индии настолько древняя, что точно определить ее происхождение не представляется возможным, однако сейчас ученые приходят к мнению о двух ее источниках. Первый – это коренное население Индии, представители Хараппской цивилизации, существовавшей примерно с 3000 года до н. э. Ее поселение было обнаружено археологами в конце XIX века на территории современного Пенджаба и представляло собой около 260 гектаров хорошо спланированных улиц, расположенных параллельно и перпендикулярно друг к другу. Город был разделен на верхнюю часть с цитаделью и дворцом и нижнюю, где, предположительно, находились небольшие прямоугольные жилые дома. К сожалению, в период британского владычества в Индии руины города Хараппы были сильно повреждены в связи с использованием кирпичей города для строительных нужд.

Язык народа, населявшего Хараппу, до сих пор не расшифрован, однако относительно религиозных убеждений его жителей с уверенностью можно сказать, что в основе их лежал политеистический культ матери-земли, а основными ритуалами были жертвоприношения животных, особую значимость среди которых древние индийцы придавали тиграм, буйволам, слонам и крокодилам. Горожане Хараппы наделяли также большим религиозным смыслом растения, знаки и символы, которые в зависимости от своих проявлений могли сулить благие или предостерегающие предзнаменования. Хараппская цивилизация существовала примерно между 1300 и 3000 годами до н. э. и была современницей Древнего Египта и Месопотамии, превосходя их по занимаемой площади. Около середины II тысячелетия до н. э. эта древняя общность пришла в упадок по причинам, которые точно не известны ученым, однако среди гипотетических приводятся климатические изменения, внутренние экономические причины и нашествия других народов.

Вторым первоисточником индуизма можно считать культуру и верования индоиранских полукочевых племен ариев, которые в результате распада индоиранской общности, предположительно локализовавшейся в районе между реками Днестр и Урал, мигрировали в течение длительного времени в район Пенджаба (территория современной Индии и Пакистана). Арии представляли собой общность людей с достаточно развитой культурой, которые, принеся пантеон натуралистических[4] и функциональных[5] божеств в Индию, не только заложили основу многовековой религиозной ведической традиции Индостана, но и имели впоследствии близкие аналоги в индоевропейских традициях, особенно в иранской (имеется в виду зороастризм), греческой и римской мифологиях.

Ведический пантеон ариев включал в себя несколько центральных божеств, использующих взбадривающий напиток под названием сома. Согласно священным писаниям ариев, сома использовался богами для придания им особых сил перед выходом на битву, что позволяло всегда одерживать верх над противником. Религиозные верования и обряды ариев нашли выражение в писаниях, называемых ведами

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Альфред Норт Уайтхед (1861–1947) – британский математик, физик, философ, логик, богослов. Учился в Кембриджском университете, преподавал в Гарвардском. Соавтор Бертрана Рассела, учитель Роберта Оппенгеймера. (Примеч. ред.)

2

Фридрих Шлейермахер (1768–1834) – немецкий философ, богослов, проповедник. Преподавал в Виттенбергском и Берлинском университетах. (Примеч. ред.)

3

Именно из Индии к персам и арабам около VI века н. э. попала первая запись десятичного исчисления, записанная санскритскими знаками.

4

Натуралистические божества – это боги, которые являются олицетворением сил, явлений и объектов природы (гор, рек, ветра, огня, грома и др.) и управляют природными процессами. (Примеч. ред.)

5

Функциональные божества – это боги, имеющие конкретные сферы влияния (в отличие от верховных богов-вседержителей) и отвечающие за определенные аспекты природы и общества: война, любовь, дождь, мудрость и т. п. (Примеч. ред.)