Как найти парня за лето?

Если честно, я немного завидовала Линь: у нее была страсть, затмевающая для нее все остальное. А я же плавно перетекала от одного увлечения к другому, ни на одном не задерживаясь надолго. Пока моя кузина все карманные деньги тратила на кухонную утварь и ингредиенты, я скупала книги и записывалась на всевозможные курсы, часами смотрела видеоуроки и читала статьи обо всем подряд, но ничто меня не увлекало.

Жаль, нельзя получить диплом по случайным фактам, тогда бы все мои проблемы вмиг разрешились. Я бы точно была круглой отличницей по специальности «Бесполезная информация».

Самое забавное, что еще совсем недавно меня это совершенно не волновало. Я была еще слишком маленькой, чтобы вникать во «взрослые дела», но этим летом – накануне выпускного класса – основной темой разговоров моих ровесников вдруг стали планы на будущее и учеба в колледже. Даже не выпускной бал. И вопрос, что мне делать дальше, повис надо мной невидимой грозовой тучей.

– Тебе придется учиться выживать без меня, – усмехнулась я. – И потом, вдруг тебя отберут в новый сезон «Шеф-повара»? На съемки меня не пустят. Том не поймет.

Линь тяжело вздохнула.

– Ты права. А я не могу его подвести.

Она фанатела от Тома Количчио, одного из судей «Шеф-повара», не меньше, чем я от всех Крисов из «Мстителей». Серьезно, от всех без исключения.

Проблема была в том, что Линь не обладала моим, как она сама его называла, «золотым языком». Я совершенно не умела готовить, но мое чувство вкуса было развито лучше, чем у большинства, и я могла распознать ингредиенты любого блюда и определить, чего ему не хватало. Как крыса Реми из мультфильма «Рататуй» за минусом кулинарного таланта.

А если попробовать построить на этом карьеру? Уверена, королевским семьям и сейчас нужны дегустаторы.

В кухню, напевая под нос песню из корейского сериала, что мы с ней смотрели на прошлой неделе, зашла мама. Подойдя к плите, она заглянула в кастрюлю.

– Пахнет очень вкусно, Линь.

– Спасибо, Dì[5], еще пара минут, и будет готово.

– Твоей маме так с тобой повезло. Учитывая, что повар из нее никакой.

– Не говори так, будто она совсем не умеет готовить, – укорила я.

Тетя Сара была старшей сестрой мамы, поэтому я должна называть ее Bác[6], но она категорически мне это запретила, заявив, что из-за этого чувствует себя старой. Но и Di я ее звать не могла. Отсюда просто «тетя Сара».

– Уметь подогревать еду не равно готовке. – Мама привалилась к Линь и со значением вскинула брови. – Ты забываешь, что я с ней выросла. Да, она старше, но в основном это я помогала вашей Bá на кухне, а она мыла посуду, и на том спасибо.

– А ты забываешь, что я продолжаю с ней жить, и потому не могу с тобой согласиться, иначе мне крышка, – ехидно улыбнулась Линь. – Но мы все прекрасно знаем, кто на самом деле готовит в этом доме.

Они засмеялись, а я мысленно поразилась, как они похожи. Удивительно, но Линь пошла больше в мою маму, чем в тетю Сару. В детстве все принимали Линь за мамину дочь, а меня считали соседской девочкой, приходящей каждый день поиграть.

И их трудно было в этом винить. У них были одинаковые темно-карие глаза и округлые черты лица, они обе были высокие, с темными волосами и светлой кожей. Хотя теперь Линь делала в салоне карамельное мелирование.

У меня тоже были темные глаза и волосы, но у них волосы были прямыми, а мои завивались. И мои глаза были на тон светлее. Я как-то нашла в цветовой палитре название точного оттенка моих глаз – Magnolia Elemental. Не представляю, какое отношение эти два слова имеют к данному цвету, но мне стало чуточку легче, что мои глаза не банально «коричневые».

Я всегда знала, что отличаюсь от родных. Если на то пошло, во мне с трудом можно узнать азиатку, настолько моя внешность… другая? Моя, и все. Лишь впервые увидев папу, я поняла, что я выгляжу не как я, а как он. Как этот совершенно не знакомый мне человек. У меня такое же, как у него, вытянутое лицо с заостренным подбородком. Я так же, как он, легко загораю. Я даже подозревала, что широтой стопы тоже пошла в него, хотя не проверяла, так что не могу утверждать наверняка.

Похлопав Линь по голове, мама выпрямилась.

– Ну, я пойду накрою стол, чтобы нам не попало. Нина, поможешь мне?

– Не вопрос.

Убрав ноутбук в сумку, я спрыгнула с высокого табурета.

– Я тут подумала… – сказала мама, доставая из нижнего шкафчика тарелки и передавая их мне. – На той тропе, где ты ходила, можно где-нибудь поставить палатку?

– Вроде нет. А что?

– Просто было бы здорово отправиться всей семьей в поход в эти выходные. – Не глядя мне в глаза, она неестественно старательно, будто от этого зависела ее жизнь, собирала волосы в аккуратный пучок. – Будет весело.

Я воззрилась на нее, не веря своим ушам.

– Весело. Всей семьей. В поход.

Это шутка такая? Мало нам драмы под крышей, давайте перенесем ее под открытое небо? Да даже сейчас я едва разбирала мамин голос за спором тети Сары и папы в гостиной за стеной. Кто его знает, из-за чего на этот раз: из-за погоды, что посмотреть по телевизору или что они будут пить. Это не имело значения, потому что у тети всегда найдется причина докопаться до папы. Всегда.

Они ссорились с таким жаром, будто это она от него забеременела, после чего он ее бросил.

Спасибо, Господи, за наушники.

– Не знаю, мам. Не думаю, что мы… я просто…

Линь поставила между нами блюдо с хлебными палочками.

– У Нины на выходных свидание.

Чего-чего?

Мы с мамой обе на нее уставились.

– Правда? – нахмурилась мама. – С кем?

– Э-эм…

Прежде чем я успела что-нибудь сказать, Линь пихнула меня в руку. Больно.

– С тем парнем, с которым она познакомилась на тропе вчера. С Иэном? Помнишь, ты мне рассказывала, как он жаловался тебе на своих сестер.

Повернувшись ко мне, она поиграла бровями и что-то беззвучно сказала.

– Да. С Иэном. Я познакомилась с ним на тропе. – Здорово, я что, попугай? Мой мозг лихорадочно соображал. – Он милый. Очень.

Мама засмеялась.

– Хотелось бы на это надеяться, раз ты идешь с ним на свидание. Значит, поход отменяется.

Взвизгнув про себя от радости, я постаралась изобразить разочарование, и у меня даже неплохо получилось.

– Да, жаль.

– Ну ничего, в другой раз. – Она взяла блюдо с хлебными палочками и понесла в столовую. – А ты пригласи своего Иэна в гости. Хочу с ним познакомиться.

– Э-эм… – Я бросила перепуганный взгляд на Линь и замотала головой. – Не стоит. Мы просто сходим куда-нибудь. Зачем его пугать?

– Обещаю, никаких допросов с пристрастием. Может, через неделю? Я скажу папе. И даже приготовлю что-нибудь вполовину менее вкусное, чем Линь.

– Нет, мам, серьезно, давай не… – Я осеклась на полуслове, потому что она обернулась и пригвоздила меня тем особым материнским взглядом, знакомым каждому ребенку. Она очень редко им меня одаривала, хотя с тех пор, как они с папой снова начали встречаться, это стало происходить заметно чаще. – Я его спрошу.

Дождавшись, когда мама выйдет из кухни, Линь отсалютовала мне и лукаво улыбнулась.

– Можешь не благодарить.

Опешив, я вытаращилась на нее с разинутым ртом.

– Не благодарить?.. Зачем ты сказала ей, что у меня свидание с Иэном? Мы ни о чем не договаривались! Я его даже не знаю! А теперь они хотят с ним познакомиться!

Она закусила губу.

– Да, проблемка.

– Проблемка? Это огромная, гигантская, астрономических размеров ПРОБЛЕМА! – прошипела я, сопровождая каждая слово хлопком по лбу.

Линь перехватила мою руку, уберегая меня от мигрени.

– Ну хватит, я в курсе, что у тебя богатый словарный запас, давай лучше подумаем над тем, что мы можем сделать.

– Например?

– Например, у тебя ведь осталась его куртка, так?

– Так… – У меня ушла секунда, чтобы сообразить, к чему она клонит.

Усмехнувшись, Линь выключила плиту и вытерла ладони о джинсы.

– Вот тебе и решение: тебе нужно найти Иэна. И желательно поскорее.

Глава 3

Сбежав с Адского ужина с родителями, мы с Линь ретировались в ее комнату. Пока я выуживала куртку Иэна из горы грязных вещей в углу, Линь плюхнулась на кровать и уткнулась в телефон.

В боковых карманах куртки ничего не обнаружилось, но когда я ее потрясла, то услышала звяканье. Ага! Достав из внутреннего кармана пару ключей, я с облегчением выдохнула.

– Хорошо, что я так и не занялась утром стиркой, как планировала.

Линь, не глядя, победно вскинула кулак.

– Хвала прокрастинации! Что ты нашла?

– Пару ключей с брелоком-собачкой. Читательский. Флешку. И пропуск… куда-то. – Я всмотрелась в крошечную выцветшую надпись на сером ключе-брелоке. – Ну, мы хотя бы узнали, что он собачник.

– Вот видишь, мы уже что-то выяснили. – Покончив с телефоном, Линь хлопнула в ладоши и протянула ко мне руки. – Дай мне пропуск и читательский, а сама проверь флешку. Вдруг там найдется что-то полезное.

– Типа номера телефона?

– Сейчас мне бы хватило и фамилии. Но телефон тоже был бы очень кстати.

Я отцепила флешку от металлического кольца и бросила ей связку.

– Ладно, предположим, у нас получится. А что дальше? Предлагаешь выследить его и притащить к нам на ужин? Потому что это будет странно.

– Разберемся, когда найдем твоего Мистера Единорога. Но тащить мы никого никуда не будем.

– Мистера Единорога?

– Парень, у которого при себе тампоны и который не корчит морду при мысли о месячных? – Линь наморщила нос. – Звучит как сказка. Лично я до сих пор не уверена, что он настоящий. В смысле, если бы не куртка, я бы точно подумала, что ты перегрелась на солнце и он тебе привиделся.

Я закатила глаза, но не смогла сдержать смех.

– А что, подходящее прозвище. Хотя бы потому, что, как и настоящего единорога, мы едва ли его найдем.

– Это мы еще посмотрим, – пробормотала Линь. Она терпеть не могла, когда последнее слово оставалось не за ней.

И за что я ее так люблю?..

Достав ноутбук, я вставила флешку в USB-порт и, пока она загружалась, взобралась с ногами внутрь книжного уголка Линь. Раньше, пока я жила здесь, это был мой шкаф, но после нашего с мамой переезда Линь сняла с него дверцы, поставила внутрь скамейку и приделала полки. А неровное сиденье скрыла парой бархатных подушек, которые сшила сама.

И это вместо того, чтобы заполнить мой бывший шкаф вещами или перебраться в старую комнату Bá. Но Линь заявила, что ей лень и что одеваться куда проще, когда вся одежда под рукой, то есть разбросана по всей спальне. Я знала, что это была ложь, но молчала, по той же причине, почему я сейчас ночевала с ней, а не в пустой комнате Bá. Приятно вернуться в привычную обстановку, пусть и всего на пару недель.

Линь вытянулась на спине, так что ее голова свесилась за край кровати.

– Кстати говоря, как у тебя дела с папой? Лучше?

Я не сводила глаз с разноцветного кружка загрузки на экране.

– Все относительно.

– Значит, нет.

Ни для кого не было секретом, что мы с папой не близки. Наши отношения были холоднее, чем у приятелей по переписке, раз в пару месяцев интересующихся друг у друга «как дела». Я и «папой» стала звать его недавно, и то в основном из-за мамы, которая проела мне всю плешь с тех пор, как они обручились.

Я не особо сопротивлялась, потому что это слово в принципе ничего для меня не значило. Просто набор звуков, который я до этого почти не произносила. Для меня звать его «папой» было то же самое, что для мамы звать его «Дэвидом». Я не вкладывала в это какой-то особый смысл. С тем же успехом я могла звать его «яблоком» или «столом».

Если честно, я не горела желанием говорить с папой в том числе и из-за того, как он бросил свою прошлую семью. То он был с ними, то внезапно уже с нами. Будто поменять семью для него не сложнее, чем тарифный план на телефоне. А раз он поступил так однажды, что помешает ему сделать это снова?

Мудрый старина Сильвестр Сталлоне сказал как-то: «Любовь означает абсолютную верность. Все проходит, кроме верности». На верных людей можно положиться. А я сомневалась, что папа к ним относился. Так зачем мне впускать его в свою жизнь, если он, возможно, в ней не задержится?

К тому же я прекрасно жила и без него. Мне всего хватало. Я ни в чем и ни в ком не нуждалась. Но теперь он здесь, мама так ради него старается, и мне хочется, чтобы она была счастлива…

– Не лучше, но и не хуже. Все… сложно. – Я побарабанила пальцами по боку ноутбука. – Все очень сложно.

– Может, со временем станет лучше? – ободряюще улыбнулась Линь.

– Например, если твоя мама и мой папа перестанут собачиться? – Пораздумав с минуту, я пожала плечами. – Скорее мы дождемся мира во всем мире.

– То есть никогда. – Она покачала головой и вернулась к телефону. – Глядя на тебя, я не могу не радоваться, что мой папаша-мерзавец никогда не пытался к нам вернуться.

Я вскинула брови.

– Ты так говоришь, будто твоя мама пустила бы его на порог.

– Тоже верно. Не зря же после него она практически возненавидела весь мужской род. – Линь покачала головой. – Но вернемся к делу.

Флешка наконец загрузилась, но на ней оказалось всего несколько файлов: доклад по Гражданской войне, PDF-файл первого тома «Удивительный Человек-паук» и папка «Сочинения», в которой был только один файл, и тот длиной всего в одну страницу.

Каковы твои сильные и слабые стороны?

Я всегда считал одной из своих сильнейших сторон мою семью. Благодаря им я чувствую себя особенным, не таким, как все. Они побуждают меня стремиться к большему, не останавливаться на достигнутом. Всю мою жизнь наша большая семья составляла неотъемлемую часть моей личности, моего прошлого и настоящего:

– уроки за кухонным столом по вечерам;

– походы по выходным;

– каникулы всей семьей (особенно поездки на машине в Миннесоту и Пенсильванию).

Но что насчет моего будущего?

Положа руку на сердце, моя семья также является моей слабостью. Они всегда меня поддерживают, но они же меня и ограничивают. Я не знаю, как жить одному. Кто я без своей семьи? Что я… разве я вообще способен на что-то сам по себе?

Однако в последнее время, даже рядом с ними, я порой чувствую себя одиноко. Будто я больше не часть нашей семьи, и теперь мне нужно осознать, кто я. Иногда мне становится страшно…

Я прервала чтение на середине предложения. Там еще оставалась пара абзацев, но я просто не могла читать дальше. Это было не невинное сочинение для поступления в колледж, а нечто иное. Нечто эмоциональное и личное. Очень личное. Я будто заглянула в дневник Иэна. Я, которая даже его фамилии не знала. У меня не было никакого права читать о его сильных и слабых сторонах, не говоря уже о его страхах.

Но его слова звучали так знакомо. Я по себе знала, каково это – чувствовать одиночество в кругу родных и не знать, кто ты и где твое место в мире.

Когда мы переехали в Хьюстон, чтобы быть ближе к папе, я не смогла просто взять и стать с ним одной семьей, как того хотела мама. Как бы она ни старалась, даже спустя два года мы с папой продолжали держать дистанцию. И порой это становилось совершенно невыносимо, и мне хотелось одного – вернуться домой, к Bá, тете Саре и Линь.

Но вот я здесь, и оказалось, что все изменилось, и не в лучшую сторону. Не только потому что Bá больше нет. Все в этом доме осталось как прежде, я знала каждый его дюйм, каждую скрипучую половицу и царапину на стенах, но я больше не чувствовала себя здесь дома. Все стало иначе. И я не представляла, как это исправить.

– Нашла что-нибудь?

Я быстро глянула на Линь и снова на экран, на котором маняще белело незакрытое сочинение. Чтобы не поддаться соблазну, я закрыла крышку ноутбука и выдернула флешку.

– Ничего особенного. Там только доклад по истории и комикс про Человека-паука.

– А доклад не подписан?

– Неа.

Она вздохнула.

– Мистер Единорог умеет держать интригу.

Я тоже вздохнула, но по другой причине, и скрестила на груди руки.

– Если бы людей было так просто найти, частные сыщики остались бы без работы, Шерлок.

– Твоя правда. Ну ладно, Нэнси Дрю, переходим к следующему этапу. У меня есть знакомая в библиотеке, попробую попросить ее посмотреть, что за книги он брал, когда ему нужно их вернуть. Может, даже выясним, как его зовут. – Она задумчиво постучала указательным пальцем по подбородку и нахмурилась. – Или нет. Защита персональных данных и все такое.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Notes

1

Я скучаю по тебе, мама (вьет.).

2

Туристическая окружная тропа протяженностью 3,9 мили недалеко от Остина, штат Техас.

3

По Фаренгейту, по Цельсию это около 32,3 градуса.

4

Бабушка (вьет.).

5

Младший брат или сестра папы или мамы (вьет.).

6

Старший брат или сестра папы или мамы (вьет.).