Кататимно-имагинативная терапия. Примеры сессий Деньги: Мотивы хранения и накопления

Психолог: Игорь, здравствуйте. Проходите, располагайтесь. Давайте продолжим и сегодня мы попробуем понять, как устроен ваш внутренний мир по отношению к деньгам.

Игорь: (Пожимает плечами). Ну, давайте.

(Психолог проводит вводную часть сеанса кататимно-имагинативной терапии, настраивая клиента на работу с образами. Которая включает в себя стандартную технику релаксации, помогая снизить уровень тревоги и погрузиться в состояние свободного образного мышления).

Психолог: Расположитесь поудобнее в кресле. Сделайте медленный вдох и выдох. Закройте, пожалуйста, глаза. Представьте, что вы находитесь на большом зелёном лугу. Стоит тёплый, ясный день. Вы слышите, как колышется трава под лёгким ветром. Солнце мягко согревает ваши плечи. Вы делаете шаг — и чувствуете под ногами упругую, прохладную землю. Дышится легко и свободно. Вокруг только мир и покой. Всё ваше напряжение уходит в эту землю, растворяется в ней. Вы идёте вперёд, туда, где вас ждёт что-то важное…

(Пауза 15 секунд).

Психолог: А теперь, сохраняя это состояние спокойствия, представьте, что вы стоите перед входом в место, где хранятся все ваши финансовые накопления и сбережения. Это может быть древняя сокровищница с массивными дверями или современный банк. Посмотрите на это здание… Войдите внутрь. Что вы видите?

Игорь: Ну… я захожу. Это какой-то старый банк. Или не банк… Огромный такой зал, высокие потолки. Тихо очень. Как в библиотеке. Пыльно немножко. Психолог: Опишите помещение. Оно просторное или тесное? Яркое или тёмное?

Игорь: Просторное. Но тёмное. Окна есть, высокие, но они грязные, пыль на стёклах, свет почти не проходит. Лампы под потолком, но горят еле-еле, тускло-жёлтым. Атмосфера… сонная. Всё как в замедлённой съёмке.

Психолог: Как организована защита? Есть ли замки, сейфы, охранники?

Игорь: Защита?.. (Задумчиво). Да вроде есть. Дверь тяжёлая, металлическая, когда я зашёл, она со скрипом открылась. А внутри… ну, решётки на окнах. Сейфы стоят вдоль стен, старые, обшарпанные. Охранника нет. Вообще никого нет. Или есть?.. Нет, пусто.

Психолог: Вы чувствуете себя здесь в безопасности?

Игорь: Да вроде безопасно. Но как-то… мёртво. Никто не охраняет, никто не интересуется. Всё просто лежит и пылится. Спокойно, но неприятно.

Психолог: Что именно хранится в вашей сокровищнице? Это золото, монеты, документы? Всё лежит в порядке или хаотично?

Игорь: (Вздыхает). Там… ну, пачки денег. Несколько. Они просто навалены кучей на полу возле сейфа, не в самом сейфе. Сейф открыт, но внутри пусто. А эти пачки… они не новые. Видно, что старые купюры, пыльные. Ещё есть какие-то коробки. В них, наверное, тоже что-то есть, но они запечатаны, я не открывал. Или открывал, но забыл. Всё в беспорядке.

Психолог: Есть ли здесь хранитель, банкир или кто-то, кто отвечает за ваши сбережения? Как вы к нему относитесь?

Игорь: (Нервно усмехается). Хранитель… Ну, мама, наверное. Но её здесь нет. Я тут один. Должен быть я, наверное. Но я не хочу этим заниматься. Возиться с этими пачками… пересчитывать их, убирать. Скучно.

Психолог: Вы сказали, что пачки лежат возле сейфа, а не внутри. Что мешает вам убрать их на хранение?

Игорь: Лень. Честно говоря, лень. Сейф открыт, положить — секундное дело. Но я стою и смотрю на этот бардак, и у меня нет сил. И смысла нет. Они всё равно скоро закончатся.

Психолог: Не мешает ли эта система защиты вам самим пользоваться своими сокровищами? Или, наоборот, вы легко их оттуда берёте?

Игорь: Да я легко беру. Дверь открыл, зашёл, взял пачку, вышел. Никто не спросил, не остановил. В том-то и дело, что легко. Может, слишком легко. Я даже не чувствую, что беру своё. Как будто в чужой карман залез. А потом чувствую вину.

Психолог: Игорь, посмотрите внимательнее. Там, в глубине зала, за этими коробками, вы видите что-то ещё? Может быть, есть другие ценности, не только деньги?

Игорь: Да… там дальше, в углу, стоит небольшая стеклянная витрина. Она закрыта, но она чистая, в отличие от всего остального. Внутри что-то блестит. Не золото… медаль? Нет, это значок. Старинный. И монета. Одна монета, серебряная, очень красивая. Она лежит отдельно, на бархатной подушке.

Психолог: Возьмите в руки эту монету. Ту, что лежит на бархате. Что вы чувствуете?

Игорь: (Голос становится тише, исчезают нотки наигранной бравады). Она тяжёлая. Холодная сначала, а потом теплеет в руке. Она… настоящая. Она не пыльная. Я не знаю, откуда она у меня. Это не родительские деньги. Это моё. То, что я… нашёл? Или заработал? Странно. Я чувствую гордость. И мне жаль её тратить. Её нельзя тратить.

Психолог: Как эта ценность может работать на вас, а не просто лежать без движения?

Игорь: Не знаю. Она не для продажи. Она… для напоминания. Что я тоже могу что-то создать. Но это было давно. Сейчас я даже не помню, за что я её получил. И это грустно.

Психолог: Посмотрите на ваш банк целиком. Есть ли что-то, что вы хотели бы здесь изменить? Может, навести порядок, рассортировать ценности?

Игорь: Надо бы окна помыть. И лампочки вкрутить новые. Чтобы видно было. И эти пачки… дурацкая привычка. Мама даёт деньги на учёбу, на еду, а я беру и спускаю налево-направо. Не потому что весело, а потому что не ценю. Легко пришло — легко ушло. Но монету эту я никогда не отдам. Она только моя.

Психолог: Представьте, что вы смогли навести здесь порядок. Деньги лежат в сейфе, витрина сияет, вы включили свет. Что вы чувствуете, глядя на это?

Игорь: …Спокойствие. И стыдно немного, что я довёл до такого. Ведь это не просто помещение. Это я сам. Я запустил себя. Я хочу, чтобы здесь было светло. И чтобы я знал, что у меня есть. А не просто брал пачки наугад.

Психолог: Поблагодарите свою сокровищницу за то, что она показала вам. За эту монету — вашу личную ценность. Медленно выйдите из банка, забирая с собой новое понимание ваших отношений с накоплениями. Возвращайтесь на луг. Почувствуйте траву под ногами, солнечное тепло… Я начинаю счёт от одного до пяти. На счёт пять вы откроете глаза, бодрые и отдохнувшие.

Психолог: Раз… вы постепенно возвращаетесь… Два… чувствуете своё тело… Три… слышите звуки вокруг… Четыре… Пять. Игорь, вы открываете глаза. Добро пожаловать обратно. Игорь: (Медленно открывает глаза, смотрит в одну точку, трёт лоб).

Психолог: Какие открытия вы сделали о своём отношении к сбережениям?

Игорь: (Уже серьёзно, без прежней наигранности). Я понял, что я не скупой. И не жадный. У меня другая проблема. Я не чувствую, что эти деньги — мои. Я к ним отношусь как к расходникам, как к бумаге. Но монета… она моя. И её жалко. Значит, я могу копить, если это по-настоящему моё. Просто сейчас в моём «банке» почти ничего моего нет. Всё чужое.

Психолог: Как это связано с вашей реальной финансовой стратегией? С тем, что вы тратите деньги родителей, не задумываясь?

Игорь: Напрямую. Пока мне дают, я не взрослею. Я гость в этом банке. Мне не нужно заботиться о защите, о пополнении. Мне нужно… начать самому зарабатывать ту самую «серебряную монету». Даже если это небольшие деньги. Но мои. Чтобы я сам положил их на эту бархатную подушку.

Психолог: Игорь, это не просто открытие. Это первый шаг к тому, чтобы стать хозяином, а не гостем. Спасибо вам за эту глубокую работу.

Диалог между Никитой и психологом

Никита (30 лет, фрилансер, работающий в сфере графического дизайна и веб-разработки. Он приехал в Москву из небольшого провинциального города восемь лет назад, сумел построить карьеру самостоятельно, без чьей-либо поддержки. Однако эта самостоятельность имеет обратную сторону: Никита не умеет делегировать, не доверяет ни партнёрам, ни финансовым институтам, а главное — самому себе. Его доход нестабилен: в удачные месяцы он зарабатывает очень прилично, но эти деньги быстро «растворяются» — уходят на текущие расходы, погашение мелких кредитов, технику, внезапные траты. Накоплений практически нет, и это является для него источником постоянной, фоновой тревоги.

Никита трудоголик, но его трудоголизм не приносит удовлетворения. Он страдает от «синдрома самозванца»: ему постоянно кажется, что он работает недостаточно усердно, что конкуренты его обойдут, что клиенты перестанут обращаться. Поэтому он работает сверх нормы, часто жертвуя сном, отдыхом, личной жизнью. Однако чем больше он работает, тем сильнее ощущение, что он «зарабатывает мало». Эта иррациональная связка «больше работы — больше денег — больше безопасности» не срабатывает, потому что деньги не задерживаются в его жизни, утекая сквозь пальцы из-за отсутствия системы и внутреннего права на накопление).

Психолог: Никита, добрый вечер. Проходите, устраивайтесь. Рада Вас видеть. Как прошла ваша неделя?

Никита: (Садится, ставит рядом рюкзак, трёт переносицу). Здравствуйте. Честно говоря, неделя была… плотная. Очень плотная. Я в прошлый раз ушёл от вас с таким воодушевлением, думал — сейчас всё наладится, выстрою график, буду работать спокойно. Но в понедельник утром прилетело сразу три срочных заказа от постоянных клиентов, один другого важнее. Отказать я не мог — испугался, что больше не обратятся. И понеслось. Работал до двух-трёх ночи каждый день, спал урывками, питался чем попало. Деньги вроде капают, но я даже не успеваю их тратить, потому что нет времени выйти из дома. И самое дурацкое — ощущение, что я опять в том же болоте, из которого пытался выбраться. Тот наш разговор кажется теперь каким-то далёким сном.

Психолог: Слышу в ваших словах разочарование и усталость. Вы описываете классическую ловушку фрилансера: страх потери клиента заставляет хвататься за всё подряд, и в итоге теряется самое главное — себя. Но важно то, что вы вообще заметили этот контраст между «воодушевлением» и «болотом». Это уже шаг. Как вы думаете, что именно заставило вас в понедельник утром забыть про все договорённости с самим собой и снова нырнуть в этот водоворот?

Никита: (Задумывается, хмурится). Страх. Обычный липкий страх. Я посмотрел на эти письма и подумал: «А вдруг они обидятся? Вдруг решат, что я ненадёжный? Вдруг отдадут эти заказы кому-то другому, и тот другой им понравится больше, и я потеряю их навсегда?» И всё. Руки сами потянулись к клавиатуре. Я даже не попробовал договориться о сроках, просто согласился на всё, как робот.

Психолог: Страх потери, страх оказаться ненужным — очень мощный двигатель. И он напрямую связан с темой, которую мы начали исследовать на прошлых встречах. Итак, закройте, пожалуйста, глаза. Сделайте несколько глубоких вдохов и выдохов. Медленный вдох… и длинный, плавный выдох. Позвольте телу обмякнуть, раствориться в кресле. Почувствуйте, как мышцы лица, шеи, плеч отпускают напряжение. С каждым выдохом Вы погружаетесь всё глубже в состояние внутреннего покоя и безопасности.

(Вводная часть сеанса построена по методу кататимно-имагинативной терапии. Психолог последовательно проводит клиента через стандартные техники расслабления: фокусировку на дыхании, снятие мышечных зажимов. Это позволяет снизить фоновую тревогу и плавно подвести клиента к порогу, за которым начинается свободная игра воображения).

Никита: (Закрывает глаза, дыхание постепенно становится глубже и ровнее. Плечи, которые были подняты, заметно опускаются. Лицо разглаживается).

Психолог: Представьте, что перед вами возникает зелёный луг. Солнце стоит высоко, но не жжёт, а ласково согревает. Вы слышите, как стрекочут кузнечики, как ветер шелестит высокой травой. Где-то неподалёку журчит ручей — прозрачный, прохладный. Вы чувствуете под ногами мягкую, упругую землю, она пружинит при каждом шаге. Оглядитесь. Небо сегодня ясное, голубое, ни облачка. Вы здесь одни, и это место — только ваше, здесь вы в полной безопасности. Никакие срочные заказы, никакие дедлайны не могут сюда проникнуть. Это Ваше убежище.

Никита: (Лицо становится спокойным, даже чуть расслабленным, дыхание ровное).

Психолог: Пройдите по этому лугу. Подойдите к ручью, наклонитесь, зачерпните прохладной воды в ладони, умойтесь. Почувствуйте, как свежесть смывает остатки напряжения и усталости. Вы обновлены и спокойны. А теперь поднимите голову и посмотрите вдаль. Там, на краю луга, вы видите место — ваше личное хранилище, ваша сокровищница. Подойдите к нему. Как оно выглядит?

Никита: Стены покрашены в тёмно-зелёный цвет, приятный. Дверь массивная, но уже не пугающая, а внушающая уважение — тёмное дерево с коваными накладками. Замок современный, кодовый, но стилизованный под старину. Вокру аккуратно подстриженная трава, даже кусты какие-то посажены. Выглядит ухоженно.

Психолог: Замечательно. Подойдите к двери. Вы знаете код? Вы можете войти?

Никита: Я подхожу, набираю код — свою дату рождения, почему-то именно её. Дверь открывается легко, без скрипа. Внутри уже не темно — горит мягкий свет. Стены выбелены, чисто. В центре помещения стоит несколько современных сейфов. Они разного размера и цвета.

Психолог: Прекрасно. Опишите эти сейфы. Что они символизируют для Вас?

Никита: Самый большой — тёмно-синий, почти чёрный. Он похож на солидный, надёжный сейф. Рядом с ним — средний, зелёного цвета, более лёгкий на вид. И совсем маленький, красный, похож на шкатулку. Я понимаю, что большой — это для крупных накоплений, для «подушки безопасности». Зелёный — для текущих проектов, для денег, которые работают прямо сейчас. А красный… не знаю, для чего-то очень личного, может быть, для подарков себе или близким.

Психолог: Это очень зрелая структура. Вы уже начинаете внутренне разделять ресурсы по функциям. Попробуйте открыть большой, тёмно-синий сейф. Что вы там видите?

Никита: (Пауза, лицо становится напряжённее) Я открываю… Там пусто. Совершенно пусто. Только на дне лежит какая-то старая монета, одна-единственная, потёртая. Я смотрю на эту пустоту, и внутри возникает знакомое чувство — стыд и тревога. «Ничего не накопил».

Психолог: Заметьте, как привычная мысль («я ничего не накопил») тут же вызывает привычное чувство (стыд и тревога). Но теперь, когда у вас есть структура, вы можете посмотреть на эту пустоту не как на приговор, а как на задачу. Закройте пока большой сейф. Откройте зелёный, средний. Что там?

Никита: Открываю зелёный… Здесь есть деньги. Пачки купюр, но они лежат неаккуратно, вперемешку, какие-то квитанции, договоры. Хаос. Как будто я скидывал сюда всё подряд, не разбирая. Мне становится неловко от этого беспорядка.

Психолог: Беспорядок в «рабочем» сейфе может говорить о том, что текущие финансы плохо организованы, вы не контролируете потоки. Это тоже важная диагностика. А теперь откройте маленький красный сейф-шкатулку. Что там?

Никита: (Выражение лица меняется, становится мягче, удивлённее). Здесь… здесь фотографии. Старые, мои детские, родители молодые, друзья. И несколько писем. И маленький ключик на ленточке.

Психолог: Как интересно. Ваш самый маленький, личный сейф хранит не деньги, а то, что для вас действительно ценно — память, связь с прошлым, ключ от самого дорогого ресурса. Это ваша эмоциональная сокровищница. И она не пуста. Что вы чувствуете, глядя на это?

Никита: Тепло. И грусть немного. Как будто я давно не заглядывал в это… в себя настоящего. Всё бегу, зарабатываю, а то, ради чего всё, — оно вот здесь, в красном сейфе, пылится без внимания.

Психолог: Это очень глубокий и важный инсайт. А теперь, Никита, я попрошу вас мысленно выйти из этой обновлённой сокровищницы и снова оказаться на лугу. Посмотрите направо. Там, за лугом, вы видите дорогу, а за ней — здание. Это современный банк, финансовый институт. Посмотрите на него. Какой он?

Никита: Стеклянный фасад, но он не слепит, а просто отражает небо. Я подхожу ближе. Входные двери широкие, светлые.

Психолог: Войдите внутрь. Оглядитесь.

Никита: Вхожу… Людей немного. Несколько консультационных зон, отделённых невысокими перегородками. В одной из них сидит женщина средних лет, приятной внешности, в очках, спокойная. Она не вскакивает, не бежит ко мне, просто смотрит и ждёт. У неё открытое, доброжелательное лицо.

Психолог: Подойдите к ней, если хотите. Вы можете присесть напротив. Как вы себя чувствуете рядом с ней?

Никита: Я подхожу, сажусь. Она улыбается, но не навязчиво, а по-настоящему, тёплой улыбкой. Спрашивает: «Чем я могу вам помочь?» И я вдруг понимаю, что не знаю, что ответить. Я привык, что мне всегда что-то впаривают, а тут просто предлагают помощь. Молчание затягивается, но оно не напряжённое, а спокойное.

Психолог: Это важный момент. Вы учитесь новой роли — не просителя, не жертвы, а клиента, который имеет право выбирать. Что вы чувствуете в этой паузе?

Никита: Я думаю. И говорю: «Я хочу научиться понимать, куда можно класть деньги, чтобы они не пропадали, и чтобы мне не было страшно». Она кивает и достаёт из ящика стола… большую лупу. И кладёт её передо мной на стол.

Психолог: Что она говорит дальше?

Никита: Она говорит: «Давайте вместе посмотрим на то, что вам предлагают. Не всё сразу, а по одному. И не то, что ярче рекламируется, а то, что понятнее для вас». Она раскладывает передо мной несколько листов — это описания разных счетов, вкладов, инвестиционных программ. Но теперь, глядя через лупу, я вижу не страшные цифры и проценты, а просто информацию. Я могу читать, сравнивать, задавать вопросы.

Психолог: Это называется «финансовая грамотность» в самом глубоком, психологическом смысле — способность видеть детали и не пугаться целого. Как долго вы рассматриваете эти документы?

Никита: Долго. Я вчитываюсь, переспрашиваю, она терпеливо объясняет. Я чувствую себя… взрослым. Не школьником, которого надуют, а человеком, который разбирается. Мы выбираем один вариант — самый простой, накопительный счёт без риска, просто чтобы попробовать, как это работает.

Психолог: А теперь посмотрите: вы оформили этот счёт, и у вас в руках появляется документ или карточка. Что вы чувствуете, держа это в руках?

Никита: Спокойствие. И лёгкое удивление: «Неужели это так просто? Неужели я сам мог прийти и сделать это в любой момент?» Оказывается, страшно было только снаружи, когда я стоял на другой стороне дороги.

Психолог: Именно так. Страх живёт в неведении, а знание даёт опору. А теперь, когда у вас есть этот новый опыт взаимодействия с внешней системой, вернитесь мысленно обратно на луг, к своему хранилищу. Зайдите в него снова. Изменилось ли что-то внутри после вашего похода в банк?

Никита: (Возвращается, оглядывается). Да… Сейфы как будто стали чуть больше. Или мне так кажется. Но главное — большой тёмно-синий сейф больше не кажется пустым и страшным. Я понимаю, что скоро он начнёт наполняться. У меня есть план: маленькими шагами, с зелёного сейфа, наводить порядок в текущих деньгах, а часть аккуратно перекладывать в синий. И красный сейф я теперь буду открывать чаще — чтобы не забывать, для чего всё это.

Психолог: Вы сами только что построили прекрасную внутреннюю финансовую стратегию. А теперь, поблагодарите своё хранилище и тот банк за этот опыт. Выйдите на луг, вдохните свежий воздух, почувствуйте солнце. Заберите с собой это новое чувство — спокойной уверенности взрослого человека, который знает, что у него есть ресурсы, и он умеет с ними обращаться. Медленно возвращайтесь… Почувствуйте своё тело, кресло, руки, ноги. Сделайте глубокий вдох, пошевелите пальцами, и когда будете готовы — открывайте глаза.

Никита: (Открывает глаза не сразу, смотрит перед собой, потом медленно переводит взгляд на психолога. Лицо посвежевшее, взгляд более ясный, но в нём задумчивость). Ох… Как будто внутри переставили мебель. Неожиданно.

Психолог: Поделитесь, пожалуйста. Какие самые яркие ощущения и открытия вы принесли из этого путешествия?

Никита: (Пауза, собирается с мыслями). Самое главное — я увидел, что у меня уже есть ресурсы. Они не денежные, а… смысловые, что ли. Фотографии в красном сейфе, ключ от времени. Это то, ради чего я вообще работаю. Я об этом всё время забываю в гонке. И второе — я понял, что банк — это не монстр. Это просто инструменты. Пока я их не знаю, они страшные. А когда начинаешь разбираться с кем-то спокойным, кто не давит, — оказывается, там всё читаемо. Я реально сейчас представляю эту женщину с лупой и хочу найти такого консультанта в жизни.

Психолог: Это замечательная конкретная цель. Не «пойти и вложить все деньги», а «найти спокойного специалиста, чтобы разобраться». Обратите внимание, как изменилось ваше состояние: в начале сеанса Вы были напряжены, загнаны, говорили про «болото». А сейчас?

Никита: Спокойнее. И появилось ощущение, что я не просто белка в колесе, а человек, у которого есть несколько сейфов, и я сам решаю, что в какой класть. Даже если пока один пустой, это не катастрофа, а задача. Я даже чувствую какой-то азарт, честно говоря. Хочется начать наводить порядок в зелёном сейфе, разобрать эти завалы из квитанций и договоров.

Психолог: Азарт — прекрасный двигатель, гораздо лучше страха. Помните, мы начинали с того, что страх заставил вас хвататься за все заказы? А теперь появился азарт навести порядок. Это качественно иное состояние — состояние творца, а не жертвы обстоятельств.

Никита: Да, точно. «Творец, а не жертва». Хорошая формулировка. И ещё я подумал про эти срочные заказы, из-за которых я загнался в начале недели. В следующую пятницу, когда придёт оплата, я хочу попробовать новую систему. Не тратить всё подряд и не откладывать остатки (которых обычно нет), а сразу, как приходят деньги, распределить их по этим внутренним сейфам. Процент — в синий, на накопления. Процент — на текущие расходы, но аккуратно, с планом. И маленькую часть — в красный, на что-то приятное, чтобы не забывать, зачем всё это.

Психолог: Блестящая стратегия. Она называется «заплати сначала себе». Именно так поступают финансово грамотные люди. Вы сейчас интуитивно пришли к этому принципу через образы. Как вам кажется, что может помешать вам реализовать этот план на практике в ближайшую пятницу?

Никита: Привычка. Старая привычка — сначала заплатить за квартиру, закупиться продуктами, закрыть какие-то срочные дыры, а потом смотреть, что осталось. Обычно ничего не остаётся. Нужно сделать наоборот, но это страшновато: а вдруг на квартиру не хватит?

Психолог: Это рациональное опасение. Но в этом и заключается суть планирования: если вы заранее знаете свои обязательные расходы, вы можете закладывать их в зелёный сейф, а процент в синий — это святое, неприкосновенное. Даже если это 5% от суммы. Важно начать. Пусть синий сейф наполняется медленно, но сам факт регулярности создаёт чувство защищённости, которое невозможно купить ни за какие деньги. Помните, как вы сказали в начале: «страх идёт от пустоты»? Так вот, пустота заполняется не только суммой, но и регулярностью, привычкой