Данилов. Тульский мастер 2

Я вставил глиняный «проводник» в замочную скважину. Закрыв глаза, я отсек всё: давящую темноту, ночные запахи, учащённый стук чужого сердца за моей спиной. Осталась только внутренняя тишина и тончайшая нить внимания, которую я направил вглубь этого металлического лабиринта.

Магический импульс, посланный по глине, заставил стать её для меня щупом. И в ответ, в моём сознании, начала проступать карта. Тактильная, беззвучная, но невероятно чёткая. Я чувствовал шероховатости внутренних стенок, тугие, сжатые витки пружин, холодные, гладкие цилиндры штифтов, вставших на свои места, как солдаты в карауле.

Пот выступил на лбу и висках, но не от усилия, а от предельной концентрации. В ушах стоял не реальный звук, а его ментальное эхо: тихие, шелестящие щёлк… щёлк… щёлк, будто кто-то невидимый внутри замка аккуратно передвигал шестерёнки.

И вот кульминация. Последний штифт, самый упрямый, сдался под мягким, но неумолимым давлением магии.

Я открыл глаза, аккуратно и бережно снял замок и толкнул дверь.

Она поддалась не сразу, открывшись с протяжным скрипом, который, казалось, разорвал ночную тишину. Казалось, этот звук разнесётся на километры и разбудит всех в округе. Из щели хлынул поток воздуха, спёртого, тяжёлого. Он пахнул на меня самим временем: пылью веков, сухим прахом бумаг, сладковатой гнилью органики и чем-то ещё… металлическим, острым, как будто в этом воздухе десятилетиями продолжали висеть молекулы химических соединений.