Стать хищной птицей

– Да вроде неплохо. – Щегол пожал плечами без особого энтузиазма.

Самое главное, чтобы Анисимого убили. А страшно тут или нет, он перетерпит. В техникуме тоже сначала было страшно и неуютно. Под конец ничего не изменилось, конечно, но привыкнуть он к этому смог. И тут привыкнет.

– Здесь никто не должен знать твою личную информацию. Для всех ты только Щегол. Никаких имен, дат, мест. Так проще молчать, если тебя начнут пытать. – Чиж смотрел будто в самую глубь его души, отчего становилось еще неуютнее.

– Пытать? – Щегол поперхнулся на этих словах.

– А ты думал, что в детский лагерь попал? Тут тебе не шуточки.

– Но мы иногда балуемся и рассказываем друг другу истории из жизни, – Сизый попытался разрядить гнетущую атмосферу. – Когда освоишься, мы обязательно поболтаем. – Несмотря на осуждающий взгляд Чижа, он продолжил: – Сокол с Ласточкой этого не любят. Глухарь только слушает, а вот я, Чиж и Сорока постоянно болтаем. Правда, я до сих пор так и не разобрался, какие из рассказов Сороки правда, а какие вымысел.

– Хватит уже языком трепать! – грозно окрикнул его Чиж.

– Не обращай внимания. – Парень махнул рукой, словно слова Чижа ничего для него не значили. – Чиж у нас немного нудный, но это из-за того, что вечно сидит тут и строит из себя Игната.

– Кого? – не понял Щегол.

– Игнат Шелягин, – устало пояснил Чиж. – Образ, который мы создали, чтобы шерстить интернет. Не светить же своими именами и не привлекать лишнего внимания к Птицам?

– Да! – Сизый залился смехом. – Образ старого деда.

– Почему именно дед?

– Потому что старики могут не нарочно зайти туда, куда заходить не следует. – Чиж устало потер переносицу. – И ничего им за это не будет.

– Верно. – Сизый хлопнул Чижа по плечу. – А то этот урок уже пройден.

Чиж сбросил руку Сизого с плеча и недовольно фыркнул, отворачивая монитор от Щегла, чтобы тот ненароком ничего не увидел. Щегол особо и не собирался заглядываться на чужие секреты.

– Все нормально будет! Дай себе время, чтобы привыкнуть, а потом делай выводы. Вначале всегда тяжело.

– Ага. Тебе-то откуда знать? – Чиж поднялся из-за компьютера и прошелся по комнате.

– Спускаемся на ужин. – Снизу раздался голос самого старшего из Птиц – Глухаря.

Сизый тут же подскочил со своего места и как ребенок побежал вниз по лестнице. Неожиданно для Щегла, но Чиж подскочил вслед за ним и, усевшись на перила, поехал вниз по ним, опережая Сизого. Спускаясь по лестнице, они толкались и смеялись, и в итоге Чиж свалился на пол первого этажа и проиграл Сизому.

– Я снова выиграл, а ты снова лох. – Сизый довольно улыбнулся Чижу.

Щегол тоже спустился вниз и увидел, что все члены Гнезда уже равномерно распределились по гостиной. На небольшом столике стояло блюдо, где лежали куски пирога с картошкой, а все поочередно брали их. Диван поделили между собой Чиж и Сизый. Глухарь сидел в кресле и что-то читал, несмотря на галдеж вокруг него. Сокол, включив на магнитофоне какую-то кассету, оперся на подоконник. Ласточка заняла второе кресло, а Сорока кружила по комнате с куском пирога, так и намереваясь отбить место на диване. Щегол невольно улыбнулся, остановившись посреди лестницы.

– Что ты встал! – прикрикнул Сизый, размахивая рукой перед Щеглом. – Мы, между прочим, тебе место на диване заняли.

– Предатели! – Сорока села на спинку дивана и обиженно толкнула парней в спины. – А ты, – она ткнула пальцем в Щегла, – мошенник, нашел к кому подмазаться в первые минуты.

Сокол долго всматривался в новенького, который так и не решался взять свою порцию еды, а после сам захватил пирог и отнес Щеглу.

– Гнездо примет тебя только тогда, когда ты сам почувствуешь себя его частью. Это небыстрый путь, но ты сам его выбрал. – Он сдержанно улыбнулся, а после протянул еду Щеглу.

Глава 2

Дети Филина

…Мальчишкой в серой кепочке остаться, самим собой, короче говоря. Меж правдою и вымыслом слоняться по облетевшим листьям сентября. Скамейку выбирая, по аллеям шататься, ту, которой навсегда мы прошлое и будущее склеим. Уйдем – вернемся именно сюда…

Борис Рыжий. Мальчишкой в серой кепочке остаться

Он бежал. Бежал так быстро, будто если замедлится хоть на секунду, то тут же будет разорван дикими животными. Как только высокий забор оказался позади, мальчик со всех ног понесся к лесополосе, чтобы укрыться от нежелательных глаз тех, кто точно захочет вернуть его обратно. Голые ветки деревьев хлестали его по лицу, оставляя царапины, что безостановочно кровоточили. Несмотря на попытки мальчика прикрыть лицо руками, ветки все равно дотягивались до него. Следы на лице болели, но он не мог отвлекаться даже на них, потому что если остановится, то его найдут. Найдут и заставят вернуться.

Мальчик прикрыл глаза, чтобы спасти хотя бы их от беспощадных веток, и из-за этого не заметил корень клена, выпирающий из-под земли. От неожиданности он вскрикнул, но тут же закрыл рот рукой и, потеряв равновесие, покатился вниз с пригорка. Он прижал голову к коленям и изо всех сил надеялся, что его побег будет оправдан и его не вернут обратно. Когда мальчик ударился ногой обо что-то твердое, из глаз брызнули слезы, которые он мигом стряхнул прочь. Когда бесконтрольное падение завершилось, мальчик наконец-то осмелился открыть глаза.

Прямо перед ним открывался вид на огромную поляну, вдалеке виднелся большой и красивый дом. Даже отсюда он мог видеть, сколько там растет фруктов и овощей и какой там богатый скотный двор. Желудок предательски заныл, и мальчик согнулся пополам, чтобы хоть немного ослабить эту боль. Только от мыслей, какая там может быть вкусная еда и сколько всего он мог бы съесть, аппетит разыгрался с новой силой.

Рискнув быть пойманным хозяевами дома на воровстве, мальчик кинулся к высокому забору. Если бы не ноющая боль в ноге, то он пустился бы со всех ног к еде. Он не ел последние два дня, и именно это стало главной причиной его побега, не говоря уже о синяках, которыми было покрыто все тело. Железный забор переливался на солнце, и свет отражался прямо в лицо мальчика. Из-за забора выглядывала ветка яблони, на которой висело огромное красное яблоко – оно так и просилось, чтобы мальчик сорвал его и съел. Он уже давно представил, как откусывает сочную мякоть и его голод тут же исчезает. Желудок издал протяжный вой, и мальчик тут же сорвал яблоко. Дерево чуть наклонилось к нему, а после вернулось в прежнее состояние, слегка пошатываясь на ветру.

– Ты кто? – Из калитки вышел высокий парень с метлой в руках. – Филин! У нас воры.

Испугавшись, что его сейчас отправят обратно, мальчик со всех ног кинулся прочь, обратно в лесополосу, где его будет уже труднее схватить. Услышав за спиной топот ботинок, он быстро догадался, что подросток с метлой решил догнать его, чтобы сдать своим родителям. Из-за слабости и боли в ноге, которую он повредил, мальчика быстро поймали за ворот куртки. Он оставил попытки вырваться, чтобы нога перестала болеть и он смог с новыми силами дать отпор.

– Филин решит, что нам с тобой делать. – Подросток грубо толкнул его в плечо, а после насильно потащил за забор.

– Отпусти! Не отдавай меня им! – Мальчик резко дернулся и ударил того головой по носу.

– Псина! – выругался подросток и выронил из рук метлу.

Воспользовавшись моментом, мальчик поднял ее и направил на противника, защищаясь, как мушкетер шпагой. Парень выставил руки вперед, намереваясь поймать ребенка, но тот крутился вокруг него, будто оса у тарелки с вареньем. Как бы мало сил ни было у этого проворного мальчишки, он сделает все возможное, чтобы не вернуться обратно. Пока в руках метла, он может не бежать, напрягая больную ногу, а обороняться с места. Как только незнакомец подбирался ближе, а его руки, словно ветки, тянулись вперед, мальчик ударял по ним черенком метлы.

– Дрозд, что тут происходит? – Из калитки вышел мужчина. Половину его лица скрывала густая темная борода, а взгляд казался добрым, хоть и усталым. Мужчина остановился у забора, а после мягко улыбнулся. – Давайте-ка в дом пройдем. Там и решите все вопросы. Нечего за забором ругаться.

– Никуда я не пойду! Вы меня им отдадите!

Мужчина понимающе кивнул и медленно подошел к ветке яблони, что так и выглядывала из-за забора. Он сорвал еще одно яблоко и присел на корточки перед мальчиком. Мужчина улыбался и выглядел самым добрым человеком на свете. Но мальчик не впервые сталкивался с таким взглядом, который обычно принадлежал злым людям.

– Ты хотел взять яблоко? Бери, – мужчина протянул руку мальчику. – Ты можешь взять это яблоко и уйти, а можешь бросить свое оружие и присоединиться к нам за обедом. Кажется, сегодня мы зажарили курицу, верно? – Он повернулся ко второму парню, но, не дождавшись ответа, продолжил: – Насильно тебя никто никуда не поведет, это я обещаю.

Мальчик выхватил яблоко из рук мужчины и хотел было уже бежать в лесополосу, но его желудок снова заныл. Рисковать было не впервой. Он уже рискнул, совершив импульсивный побег и приблизившись к этому дому. Так почему бы не рискнуть снова? Он замедлил шаг, а после обернулся. Мальчик нахмурился и еще раз окинул взглядом мужчину, что был добр с ним.

– Так уж и быть, я пообедаю с вами. – Его пальцы сильнее вцепились в метлу. – Но только если вместе с оружием.

Мужчина коротко кивнул и вместе с Дроздом вошел в калитку. Он дождался, пока мальчик последует за ними, а после затворил ее на щеколду. Мальчик ухватился за метлу и шел с ней, как часовой с оружием на плече.

– Давай только в дом ее не понесем? Пусть подождет тебя у крыльца. – Мужчина подмигнул мальчику. – Ее никто не украдет.

– Точно?

– Обещаю. – Задумавшись на пару секунд, мужчина продолжил: – Меня зовут Филин, а тебя?

– Филин? Что, как в энциклопедии? – Мальчик засмеялся. – Я не скажу, как меня зовут. Раз вас зовут Филин, то меня Тигр.

Филин долго молчал, а после кивнул и пошел вместе с мальчиком в дом. С порога сразу открывался вид на гостиную, совмещенную со столовой. Стол был таким большим, что за ним легко могли поместиться десять человек. На столе стояло блюдо с курицей, зажаренной в духовке с овощами. Мальчик изо всех сил хотел кинуться на эту курицу и руками схватить теплое мясо, запихивая его в себя крупными кусками. Но на его плечо опустилась тяжелая рука Филина.

– Сначала вымой руки. Таз с теплой водой стоит на табурете. А потом приступим к еде.

Когда мальчик пошел к тазу с водой, то случайно столкнулся с девочкой, которая неожиданно вышла из-за угла. Она широко распахнула голубые глазки и, не отрываясь, уставилась на неизвестного гостя. На вид она была примерно того же возраста, что и мальчик. Ее темные волосы были собраны в косу. Кожа светлая, словно чистый мрамор, а одежда идеально выглаженная и в полном порядке. Девочка была будто домашний котенок, что только столкнулся с дворовым щенком. Мальчик отшатнулся назад, чтобы не замарать голубое платье девочки своей грязной одеждой.

– Простите, – буркнул он и вернулся к тазу с водой.

– Это ты ругался на улице с Дроздом? – Девочка улыбнулась. – Я видела. Ты бойко держался.

Ее голос был таким приятным, что мальчик доброжелательно улыбнулся и, не задумываясь, схватился за мыло с табуретки. Он постарался тщательнее отмыть свои руки, чтобы не выглядеть дикарем среди этих людей. Грязь забралась глубоко под ногти, и ему никак не удавалось ее достать, поэтому он засунул руки глубже в карманы и пошел к столу. За столом уже сидели Дрозд и та милая девочка. Филин одобрительно кивнул мальчику, и тот послушно уселся на свободный стул. Как только перед ним оказалась полная тарелка мяса и овощей, он накинулся на нее, будто звереныш. Мальчик жадно отрывал мясо от кости и даже не жевал его, а просто бездумно глотал.

– Не спеши, – тихо сказал ему Филин. – Тут еще много всего. Никто у тебя не заберет еду.

Когда все уже закончили прием пищи, мальчик никак не мог перестать есть, хотя уже был сыт. Его лицо было перепачкано жирным соком из-под курицы, и, почувствовав, как с подбородка начинают стекать капли, он посильнее натянул рукав кофты и вытер им свое лицо, все больше размазывая присохшую грязь. Насыщение пришло вместе с чувством тошноты, и желудок снова заболел. На его лице появилась болезненная гримаса, и он поспешил выйти из-за стола и покинуть этот дом поскорее.

– Постой, я провожу, – Филин поднялся из-за стола вслед за мальчиком.

Когда они вышли за порог, мужчина не спешил прогонять беглеца, а остановился на крыльце. На улице был легкий ветерок, что раздувал в стороны пушистые волосы мальчика. Они путались между собой и лезли в глаза. Мужчина стоял на крыльце и смотрел в какую-то неопределенную точку на небе. А после сказал:

– Составишь мне компанию? Хочу немного посидеть в беседке и насладиться хорошей погодой. – Он опустил взгляд на мальчика. – А одному наслаждаться погодой – неправильно.

Завернув за угол дома, Филин зашел в небольшое деревянное строение и сел на лавку. Он долго всматривался в мальчика, сидящего перед ним. Его лицо было в ссадинах и царапинах, а синяки на руках не могли скрыть даже рукава кофты. Взгляд как у настоящего Маугли, одичалый и враждебный. Филин видел: одно неверное движение – и он подорвется с места и побежит прочь.

– Откуда ты? – Филин сложил руки в замок.

– Если я скажу, вы отправите меня обратно, – мальчик взглянул на него исподлобья.

– Не отправлю, просто хочу честно поговорить. Если желаешь, я тоже отвечу на любой твой вопрос.

– На любой? – Он задумался, а после спросил: – Почему вы зовете себя Филином? У вас же должно быть имя.

– У меня есть имя. Но это имя связывает меня с прошлой жизнью, где я был очень плохим человеком. Поэтому я оставил его в прошлом, как и свои поступки. И начал все с чистого листа.

– Ого. – Мальчик нахмурился и кивнул, принимая такой ответ. – Я сбежал из детского дома.

– Тебя там не кормили?

– Воспитательница сказала, пока я не перестану баловаться, не увижу ни куска хлеба. А я ничего не делал, они сами на меня накинулись. Ночью набросились с подушкой, мне было нечем дышать. Но воспитательница решила, что это я их побил. – Поддавшись обаянию мужчины, мальчик рассказал все.

Филин кивнул, оставив жалость к ребенку при себе. Каким бы сильным ни было желание обнять этого несчастного и защитить от всего зла, что творится в мире, Филин не мог себе этого позволить. Он сам видел, как мальчик готов был драться за яблоко с тем, кто старше его на пару лет. Жалость сломает все, что растил в себе этот мальчик. Филин мог дать ему цель в жизни и кров, но жалости здесь не было места.

– Что ты умеешь? – Филин провел пальцами по своей бороде.

– Я умею драться, умею перелазить через забор, умею карабкаться по деревьям. Еще сам застилаю постель и мою посуду. А если есть тряпка, то и пол могу помыть, только зубной щеткой пользоваться еще не умею.

– Хочешь начать все заново? Как я. Перестать быть беспризорником и воришкой.

– Хочу. – Мальчик нахмурился, ища подвох в словах мужчины.

– Сколько тебе лет?

– Мне двенадцать.

– Хорошо. Будешь помогать по хозяйству. Здесь ты в безопасности, так всегда и будет. С этого момента тебя зовут Скворец, и ты живешь с нами. – Филин наклонил голову набок, наблюдая за реакцией мальчика на предложение о доме.

– Правда? Мне можно остаться? – Он подскочил с лавочки и радостно подпрыгнул. – Прям насовсем?

– Правда. Если ты останешься с нами, то должен будешь соблюдать правила, ты согласен?

Хоть Скворец и не был образцовым ребенком, что беспрекословно следует любым заповедям людей старше, он был готов поступиться гордостью, чтобы обрести крышу над головой. Место, где он будет не мальчиком из второй комнаты, а Скворцом, самостоятельным человеком. Взаперти даже самое сильное животное превращается в покладистого котенка, но на вольных хлебах с особенным покровителем у Скворца будет шанс самому стать особенным, сохранив свой характер.

– Я буду стараться, честно.

Филин сдержанно кивнул, надеясь не показывать свою радость и облегчение от того, что этот ребенок будет пристроен. К моменту, когда они вернулись в дом, посуда после обеда была уже вымыта и дети разошлись по комнатам.

– Соловушка, Дрозд, подойдите, пожалуйста.

Дверь комнаты справа открылась, и из-за нее высунулись красивая девочка с косичкой и высокий мальчик-подросток. Они перевели взгляд на Скворца, переглянулись и подошли к Филину. Дрозд пренебрежительно сморщил нос, но после покорно поднял взгляд на Филина, будто верная собачка. Внешность у Дрозда была явно не собачья. У него были полуприкрытые карие глаза, темные волосы и орлиный нос. Если бы вместо потертой футболки на нем была белая рубашка, то Дрозда явно можно было принять за аристократа.

– Это Скворец. Теперь он будет жить с нами. Скоро сбор урожая, а значит, дополнительные руки будут нелишними. Он теперь тоже член нашей семьи, а значит, мне – сын, а вам – брат.

– Но он же воришка! – возразил Дрозд, но его голос утонул в радостном вскрике Соловушки:

– Здорово! Как чувствовала, что ты не просто так сюда попал. Хочешь, покажу тебе наших животных? Пошли! – Девочка вцепилась в руку Скворца. – Пап, можно? – Получив в ответ кивок, она бегом помчалась на улицу, волоча мальчика за собой.

Несмотря на ноющую боль в ноге, Скворец терпел и бежал следом за этой девочкой. Когда они свернули вправо по тропинке, перед ними появился большой загон, поделенный на сектора. В нос ударил характерный запах, и тошнота от бега и переизбытка еды в желудке с новой силой подступила к горлу. Сдержав неприятные ощущения, Скворец решил: в детском доме пахло куда хуже. Они встали на деревянный ящик, чтобы лучше рассмотреть животных. Оглядев загон со всех сторон, он заметил гусей, свиней, кур и большую корову. Завороженно глядя на этот мини-зоопарк, Скворец раскрыл рот, не в силах сдержать свой восторг. Он впервые видел таких животных не на картинке. В детском доме он мог только наблюдать за воробьями и голубями из окна. А теперь перед ним стоит корова и смотрит прямо на него.

– Покорми ее, – Соловушка вручила ему пучок травы, только что сорванной прямо из-под ног.

– Что? – Скворец изумленно посмотрел на нее.

– Возьми траву и протяни ей. – Девочка улыбнулась, щуря глаза на солнце. – Ее зовут Антонина.

Дрожащими пальцами Скворец взял траву и предложил ее большому животному, дыхание которого он чувствовал на руках. Корова фыркнула, и теплые капли ее слюны оказались на ладони мальчика. Она понюхала траву и принялась жевать ее с аппетитом. Ее горячие мягкие губы слегка коснулись пальцев Скворца, и он испуганно дернулся, но, увидев, что опасности корова не представляет, продолжил кормить ее.

– Вот видишь, это не так страшно. – Соловушка засмеялась и уверенными движениями потрепала животное за ухом, после чего она развернулась и ушла.

Скворец воодушевленно вцепился в сетку забора, припав к нему лицом. Наверное, он мог бы стоять так целую вечность, наблюдая за жизнью животных, которые строили свои порядки. Заметил, что у курочек есть своя иерархия и свои группы, в которых они ходят по ограде. Он заметил, что корова может подолгу жевать один пучок травы, глядя в одну точку. Соловушка стояла рядом с ним и периодически поглядывала на Скворца, наблюдая за его эмоциями. Солнце понемногу подбиралось к горизонту, и над лесополосой повисло оранжевое пятно. Оно постепенно бледнело, превращаясь в розовый залив.

– Идем в дом? – тихо позвала его девочка.

Скворец ничего ей не ответил, а лишь едва заметно кивнул. Спустившись с ящика, он тут же повалился на землю от нестерпимой боли в ноге. Он сжал челюсть, чтобы не расплакаться, и его зубы скрипнули. Скворец ухватился за место, где болело, но от его прикосновения стало только хуже, и он приглушенно всхлипнул. Казалось, будто нога попала в капкан, и от каждого движения ступня отрывается от тела.

– Что с твоей ногой? – Соловушка опустилась прямо перед ним на колени.

– Ничего.

– Дай посмотреть.

– Нет! – Крик не остановил ее, и Соловушка подняла штанину мальчика.

На лодыжке красовалась огромная царапина, украшенная огромным синяком сбоку. Кровь уже запеклась, но лодыжка припухла и с трудом помещалась в кроссовку. Если бы Соловушка увидела только это, Скворец не стал бы так вопить. Но девочка обнажила не только лодыжку, но еще и голень, которая также была украшена старыми гематомами и ссадинами. Какую бы часть тела Скворца девочка ни увидела, везде ее ждала бы одна картина. Не такое первое впечатление хотел произвести Скворец. Соловушка восхищалась тем, как он стоял против Дрозда. И тогда он был героем. А сейчас, когда синяки и раны выставлены напоказ, он, избитый былыми обидчиками, был уязвимым.

– Не говори никому. – Скворец говорил тихо.

– Тебе нужно обработать рану, иначе будет хуже.

– Пожалуйста, не говори им. – Он был готов встать перед ней на колени, лишь бы она молчала.

– Я что-нибудь придумаю. Жди здесь.

Скворец закрыл глаза, представляя жалостливый взгляд Филина и насмешки Дрозда. Что он еще может ждать от девчонки? Она по-любому пойдет и расскажет сейчас всем. Он все еще может попытаться придумать героическую историю о том, как он защищал какого-нибудь щенка от хулиганов или заступался за одноклассницу. Скворец мог бы лгать сколько угодно, да только их не обмануть. Они увидят и все сразу поймут. Поймут, что он вовсе не сильный мальчик, а обычный трусливый забитый ребенок.

– Пошли в баню.

– Что? Куда? – Вернувшись обратно на землю, Скворец увидел Соловушку, у которой в руках были какие-то бутыльки и бинты.

– В баню. Там есть вода. Буду обрабатывать твои травмы.

Волоча за собой раненую ногу, Скворец сумел добраться до постройки. Соловушка вошла следом за ним. Она взяла с прилавка таз, набрала в него воды из бочки и поставила рядом со Скворцом, расставляя с другой стороны все вещи, что принесла с собой. Девочка села на корточки перед Скворцом и влажным полотенцем начала протирать ногу. Несмотря на то что Скворцу было невыносимо больно, он терпел. Соловушка постаралась разбавить тишину хоть какими-то разговорами:

– Я стащила из дома аптечку, так что не кричи сильно, чтобы никто не узнал.

– Я, по-твоему, трус? Я вообще не буду кричать! Мне же не пять лет.

– Будешь молодцом тогда. – Девочка улыбнулась, взяла ватку и нанесла на нее перекись водорода. Когда она дотронулась ею до ноги Скворца, он вздрогнул. – Потерпи немного. Будет щипать.

Скворец снова стиснул зубы и зажмурил глаза. Тонкие бледные пальцы девочки ухватились за посиневшую лодыжку. Он готов был убиться, если по щекам прокатится хоть одна слезинка или послышится даже приглушенный всхлип. Вскоре кожи коснулось что-то прохладное. Боль тут же отступила, и когда Скворец открыл глаза, то его нога была уже перебинтована.

– Это все? – Он поднял взгляд на Соловушку. – Вот видишь, мне было совсем не больно. – Скворец широко улыбнулся. – На самом деле, это все потому, что ты – просто мастер врачевания.

Соловушка засмеялась и подперла ладонями подбородок. В это мгновение Скворцу показалось, что девочка со светло-голубыми глазами похожа на кошку, что внезапно встретилась по дороге домой. Эта кошка сразу же бросилась тереться о ноги, а затем увязалась до самого подъезда. Она появилась так внезапно, что уже даже не вспомнишь, в какой момент эта кошка стала частью чего-то сокровенного и нерушимого. В какой момент эта кошка стала частью тебя?

Глава 3

Гнездо

…Дай просто так и не проси молиться за душу грешную, – когда начнет креститься, останови. …От одиночества, от злости, от обиды на самого, с которым будем квиты, – не из любви…

Борис Рыжий. Дай нищему на опохмелку денег

Из-под деревянной рамы дул прохладный утренний ветерок, и Щегол только сильнее кутался в стеганое одеяло. Прикрыв нос, он постарался еще хоть на немного провалиться в сон, чтобы оттянуть как можно дальше реальность, где его дом теперь – Гнездо.

Когда Щегол проснулся ночью от чьего-то храпа, то не сразу вспомнил вчерашний день. Но он оглядел комнату, увидел Чижа со свисающими на пол ногами и Сизого, который издавал эти ужасные звуки, и все встало на свои места. Тогда Щегол вздохнул и с головой укрылся одеялом, представляя, что завтра он проснется в родном городе, в квартире, где прожил всю жизнь. С утра прозвенит будильник, и он обязательно проспит работу, второпях соберется, забыв позавтракать с мамой. Она, как всегда, будет ворчать, когда Щегол выбежит на улицу в легкой куртке, и вечером тоже будет ворчать о том, как же сильно он похудел с этой работой. Щегол посмеется над этим, поцелует ее в макушку и уйдет спать, ведь завтра будет точно такой же день.

Проснувшись уже утром, на лице он ощутил теплое дыхание и невольно поморщился. За окном слышалось щебетание птиц, которое заглушал стук дождя по крыше, покрытой шифером. Что-то мокрое и холодное коснулось его лба, и Щегол открыл глаза. Прямо перед ним стояло животное, похожее на белого медведя. Тягучий сон тут же как рукой сняло, и Щегол подскочил с раскладушки, прихватив с собой одеяло. Деревянный пол был холодный и леденил ступни, но на паласе стояла собака, не желая подпускать Щегла ближе. На самом деле животное не думало нападать, а просто, усевшись посреди ковра, пристально смотрело на Щегла.