Первое чувство. Сборник рассказов

В ответ я тоже получила разноцветные маленькие открытки, которые я спрятала внутрь дневника под обложку.

— Ты знаешь, что сегодня не будет литературы и русского языка? — обратилась ко мне Карина.

— Не слышала об этом, — ответила я.

— Марина Александровна ушла на больничный ещё вчера, мне об этом сказал Антон Петрович, — похвасталась Карина.

Неудивительно, что девушка была в курсе, ведь она являлась самой главной подлизой всех учителей, преподававших у нашего класса. Буквально каждую перемену она проводила в кабинете классного руководителя Антона Петровича, узнавая с помощью подхалимства разные школьные новости и даже подробности личной жизни учителей.

Однако известие о том, что два самых тяжёлых урока отменят, очень радовало, и я даже мысленно похвалила Карину за оперативность информации.

Пока я разглаживала открытки под обложкой дневника, наша подлиза выложила хорошую новость остальным одноклассникам.

Честно признаться, Марину Александровну, учительницу по русскому и литературе, наш класс просто не переваривал. Как только ей поручили преподавать у нас, буквально за пару месяцев все ученики скатились по успеваемости на тройки. Она сильно придиралась к нам и предъявляла завышенные требования.

Мы постоянно жаловались на её самоуправство классному руководителю и даже устраивали забастовки, да всё было без толку — отношение учительницы к преподаванию и нашему классу оставалось прежним.

Каждая аккуратно написанная мной домашняя работа была безжалостно перечёркнута Мариной Александровной. Если я получала тройку, это уже считалось поводом для радости в кавычках.

И что же получается, если сегодня два урока у нас пропадали, значит, оставались ещё два. Физкультура и алгебра.

На алгебре обычно все троечники вели себя смирно и даже тихо, боялись, что учитель вызовет их к доске. Мне бояться было нечего, алгебра была моим любимым предметом, поэтому часто я просилась к доске сама.

Сегодня как раз Иван Иванович стал вызывать первыми к доске именно троечников. Первой жертвой его стала Тоня, Тоня-тихоня, как её все называли. Она долго вертела в руках мел, но так ничего и не написала. Тогда учитель поставил ей в журнал известную оценку и отпустил вымыть зря испачканные руки.

У доски тихоню сразу заменил Андрей. Он долго стоял с розовыми щеками и внимательно вглядывался в довольно простой пример.

— Так у нас и урока не хватит. А задачу нужно решить. Кто-нибудь желает помочь однокласснику? — спросил учитель, окидывая всех учеников внимательным взглядом из-под толстых очков.

Настя Чижикова протянула руку, давая понять свою готовность выручить Андрея.

Учитель, едва взглянув на неё, сразу махнул рукой мне.

— Светикова, иди ты. А Настя выйдет на следующем примере.

Я, конечно, пошла, да только стоять и объяснять алгоритм решения примера Андрею у меня вообще не было никакого желания.

Хотелось мне или не хотелось, а нам всё же пришлось на пару разбирать пример на доске. Лицо Андрея всё также пылало всеми оттенками розового, и мы оба испытывали крайнюю неловкость от нашего вынужденного взаимодействия.

Я видела, что он так и не понимал, что и в какой последовательности нужно считать. Со своей стороны, я старалась, как могла, помочь ему: то кивала на цифры, то незаметно указывала рукой.

Наконец наши общие мучения были закончены, и мы вернулись за парту с оценками 5 и 3.

— Спасибо тебе, — шепнул Андрей и принялся переписывать с доски пример в свою тетрадь.

На моей памяти это был первый раз, когда парень меня поблагодарил, хотя я часто давала списывать ему как классную, так и домашнюю работы.

Глава 2. Записка

В класс вернулась Тоня и незаметно положила на край моей парты небольшой листок в клеточку.

Андрей сразу бросил взгляд в мою сторону, а я, испугавшись, что он может отобрать эту, предположительно, записку, спрятала её в карман джинсов.

Не знаю, о чём в этот момент думал парень, но было видно, что у него резко испортилось настроение.

В раздевалке перед физкультурой я вспомнила о записке и достала её. Меня тут же окружили верные подружки, Лена и Оля.

Втроём мы читали это странное признание в любви и недоумевали, от кого оно.

— Милая моя золотая рыбка, я тебя очень люблю! С.П. — гласила записка.

— И кто это С.П.? — спросила Оля.

— Ума не приложу, — ответила я. — Возможно, что это не мне даже записка, я ведь не какая-то золотая рыбка, а человек.

Девчонки засмеялись, я тоже. Тут в раздевалку вошла Тоня, и Лена спросила её, кто передал для меня записку.

— Записку мне передала девочка из 11 «Б» и сказала, что это от её одноклассника, — растерянно сказала она.

— Ого. Из 11 «Б», там я знаю только моего соседа по улице, Славика. Да и то у него фамилия на М, Малинин.

— Тогда спроси у него, кто у них в классе с такими инициалами, — посоветовала Оля.

— Ну что ты, не буду я спрашивать. Пусть этот кто-то остаётся тайным поклонником, а то с этими расспросами проблем не оберёшься.

Девчонки стали возмущаться моим бездействием, им всем было жутко интересно, кто это С.П. и хорош ли он собой. Я же считала глупой идеей разведывать что-либо.

После урока физкультуры мы дружной гурьбой ввалились в раздевалку, только Тоня вышла попить воды. А когда она вернулась, в руках её была небольшая плитка молочного шоколада в золотистой обёртке, которую она протянула мне.

— Держи, Лиза, это снова тебе, какой-то парень передал.

— Это он! — закричала Оля и выскочила в коридор.

Через минуту она вернулась с расстроенным лицом и фразой: — Ушёл.

Снова начались разговоры о том, был ли это тот же самый мальчик, который передал с утра записку или же кто-то другой.

Я вконец устала от этих разговоров и хотела просто уйти домой, но девочки напомнили мне о шоколадке, предложив её съесть.

— Нет, я пойду и верну её. Найду этого тайного влюблённого и верну. Я не привыкла брать ничего у незнакомых, — возмущалась я.

Но, видимо, самая голодная на тот момент, Лена, стала меня успокаивать, приговаривая, что этот презент может быть от кого угодно. Ведь сегодня День влюблённых, и все дарят друг другу подарки.

Остальные тоже поддержали её теорию, и я сдалась.

Мы сели в раздевалке на лавочку, поровну поделили лакомство и дружно его съели.

— Какая вкусная была шоколадка, — заметила по пути домой Лена. Мы не спеша шли вместе, так как жили по соседству.

Идти было тяжело, накануне ночью выпал снег и почти по колено завалил наши сельские дороги. Снегоуборочная машина, видимо, ещё не приезжала, так как сугробы были везде одинаковой высоты, что на дороге, что на тротуаре.

Мы шли и без конца останавливались, пытаясь отдышаться. В одну из таких пауз сзади раздался крик:

— Золотая рыбка, тебе понравилась шоколадка?

Обернувшись, мы увидели метрах в ста от себя незнакомого парня в сером пальто нараспашку и шапке набекрень. Издали глаза его казались почти белыми, а выражение лица не предвещало мне ничего хорошего, он похабно улыбался и подмигивал мне.

Сердце моё заколотилось от страха. Неужели этот ненормальный и есть тайный поклонник.

Ничего ему не ответив, я схватила за руку Лену и потащила вперёд, всем своим существом ощущая надвигающуюся опасность.

— Ты ведь съела её, не так ли? — кричал он. — Теперь взамен ты должна мне поцелуй. Исполни моё желание, золотая рыбка, поцелуй меня.

— Не буду я тебя целовать! — крикнула я в ответ и ускорила шаг. Лена молча пыхтела рядом, наверно, этот парень испугал и её.

— Тогда отдай мне назад шоколадку! — раздалось позади, и, судя по громкости, уже близко к нам.

Я обернулась и увидела, что парень тоже прибавил шаг и даже пытался бежать, несмотря на глубокие сугробы.

Тогда я тоже побежала, Лена за мной.

Но и парень не отставал, да ещё и кричал на всю улицу:

— Верни мне шоколадку или поцелуй, золотая рыбка!

Я бежала по глубокому снегу, падала, вставала и вновь бежала, мысленно проклиная сегодняшний день, записку, шоколадку, моих одноклассниц и этого незнакомого, но такого пугающего парня.

Неожиданно он налетел на меня сзади и опрокинул на снег, я задохнулась от страха и попавшего в лицо снега. Тем временем он с силой повернул меня лицом к себе и потянулся к моим губам с явным намерением исполнить своё желание. Только я так быстро не была готова сдаться этому наглецу.

Я пихнула его коленом, что было силы. Он дёрнулся, но не ослабил хватку и продолжил свои попытки добраться до моих губ.

Я молча сражалась, упираясь локтями в его шею и грудь, но его будто бы ничто не могло остановить.

Глава 3. Заступник

И тут неожиданно появилась помощь в лице Воронцова.

Андрей лихо откинул парня от меня и помог подняться.

— Слушай ты, козёл, больше не подходи к Лизе даже на метр, иначе будешь иметь дело со мной. А я с тобой церемониться впредь не стану.

Одиннадцатиклассник стоял в глупой позе на четвереньках и только кивал головой.

А когда мы втроём — Лена, я и Андрей покидали поле боя, он неуклюже поднялся и бросил нам вслед:

— Она всё равно подарит мне свой поцелуй, сегодня или завтра я получу своё.

Андрей тут же кинулся исполнять свои недавние угрозы, но обидчик так дал дёру, что не было смысла его догонять.

Когда Воронцов вернулся к нам и попросил рассказать ему, как было дело с самого начала, за рассказ принялась Лена.

Я ещё не могла говорить, меня всю трясло от страха и пережитого.

Андрей подошёл ко мне и обнял за плечи, пытаясь хоть как-то успокоить.

— Я не дам ему спуска, вот увидишь, он больше к тебе не подойдёт, — говорил он мне вполголоса, и я почему-то ему верила.

Воронцов жил на соседней улице, но сегодня он проводил нас с Леной до самого дома.

На прощание он вновь пообещал защитить меня от этого парня.

В течение следующих учебных дней всё было спокойно, я уже не тайного почитателя видела в школе лишь пару раз. Да и то по коридорам школы он передвигался, не поднимая головы, какими-то рывками и внезапными остановками. У меня создалось впечатление, что у парня не всё в порядке было с психикой, и даже странно было осознавать, что этого никто не замечал из учителей.

Ещё большие странности начались в конце учебной недели, с самого утра в пятницу меня подловили две девочки из 11 «Б». Ничуть не церемонясь, они сразу набросились на меня с упрёками.

— Перестань мучить нашего Серёжу, он так страдает из-за тебя. Он нам всё рассказал, как ты с ним поступила.

— И как же я поступила? — возмутилась я.

— Ты не ответила на его искренние чувства, ходишь по школе и игнорируешь его. А ему так плохо, он даже плачет без конца, — с упрёком в голосе сказала мне стриженая под каре голубоглазая блондинка.

— Да, хорош ваш Серёженька, на днях напал на меня, пытался силой поцеловать, не обращая внимания на мои протесты, — с горечью ответила я заступницам.

— Наш Серёжа не мог так поступить, он и мухи не обидит, — протестовала девушка с длинным хвостиком и густой чёлкой на глаза. — Помнишь, Оля, — обратилась она к подруге, — прошлой весной как он переживал за котёнка, которого едва не сбили около школы.

Подруга, видимо, вспомнила этот случай, и они вместе стали приводить мне примеры хороших поступков парня.

Во время их непрекращающихся красочных речей открылась дверь кабинета математики рядом с нами. Краем глаза я увидела, как кто-то тенью выскользнул оттуда и притаился за углом, буквально за спинами девчонок.

Когда они закончили рассказ, этот кто-то выглянул из-за Оли и торжествующе улыбнулся мне. Конечно, это был Сергей, во взгляде которого было что-то зловещее, отчего меня вновь пробрал озноб.

— А, Серёжа, иди к нам, — позвала его та, что с хвостиком. — Мы тут во всём разобрались, Лиза всё поняла, и теперь вы можете пообщаться без нас.

Обе новоявленные свахи улыбались самыми счастливыми улыбками, будто спасли этому маньяку жизнь, не иначе.

Они зашли во всё ещё открытый кабинет, и тут Серёженька окончательно обнаглел.

Он подскочил ко мне со скоростью ягуара и, заискивающе глядя в глаза, сказал:

— Видишь, весь мой класс за меня. Они все в курсе, что я тебя люблю. И если ты откажешься со мной встречаться, они заставят тебя. Так что соглашайся по-хорошему, моя золотая рыбка. Сказав это, он потянулся рукой к моим волосам, видимо с намерением погладить толстую косу на моём плече.

Вот тут моему терпению и самообладанию, видимо, пришёл конец, потому что я, сама от себя такого не ожидая, закричала на весь коридор:

— Да это безумие какое-то! Не буду я с тобой встречаться, ни за что на свете! Оставь меня в покое сейчас же!

После этих слов я развернулась, чтобы, наконец, уйти, но он схватил меня за руку и дёрнул на себя.

В этот момент прозвенел звонок, и в опустевшем коридоре воцарилась тишина.

Я стояла напротив парня и старалась не заплакать, в то время как он вцепился в моё запястье мёртвой хваткой.

Лиза, ты будешь со мной встречаться, по-хорошему или по-плохому, но будешь, я так решил, — прошипел он и заглянул в мои испуганные глаза.

На моё счастье, из кабинета математики вышла учительница Светлана Игоревна и обратилась к нам.

— Паршин и Светикова, вы что, звонок не слышали? Марш на уроки, потом будете обниматься.

Сергей нехотя отпустил меня и пошёл следом за учительницей в кабинет, бросив мне напоследок:

— После уроков я буду тебя ждать у порога школы. Никуда ты от меня не денешься, золотая рыбка.

— «Какая я, к чёрту, золотая рыбка, если не могу исполнить даже одно своё желание, чтобы этот маньяк оставил меня в покое», — с отчаянием думала я, потирая пострадавшее запястье, на котором уже обозначились синяки от пальцев.

Глава 4. Нежданная радость

Вопреки своему решению не плакать, я всё же не удержала слёз около кабинета ИЗО, где сейчас проходил урок у нашего класса.

Внезапно дверь открылась, и я не нашла ничего лучше, как повернуться к выходящему спиной, чтобы скрыть своё состояние.

— Лиза, что случилось? — спросил знакомый голос, и тёплые руки обняли меня за плечи. Секунду спустя, не получив ответа, Андрей заглянул мне в лицо и понял всё сам.

— Теперь я его точно убью, — парень зло посмотрел вглубь коридора, будто ожидая увидеть там моего обидчика.

В этот момент я была так благодарна Андрею за его заботу обо мне и заступничество, что протянула руку к его лицу и провела ладонью по щеке. Так я выразила свои дружеские чувства. Но, видимо, парня смутили мои прикосновения, и он отступил от меня, сказав:

— Ты заходи на урок, а я скоро вернусь.

И я послушно зашла в кабинет. Спасибо учителю ИЗО, Валентину Стефановичу, он никого никогда не ругал за опоздание. Ему всегда был важен результат — готовый рисунок в конце урока, и мы с удовольствием ему его предоставляли.

Сегодня тема урока была «кукла-марионетка». Рисуя привязанные за верёвки шарнирные руки и ноги, я сама ощущала себя некой куклой, у которой внезапно появился злодей-кукловод.

Какие бы жуткие мысли ни посещали сейчас мою голову, внезапно я ощутила спокойствие, как только рядом со мной мягко опустился на стул Андрей.

Ничего мне не говоря, он принялся рисовать, как и все остальные в классе.

Он так усердно выводил линии, а потом закрашивал фон вокруг своей марионетки, при этом не поднимая головы, что я даже слегка удивилась.

Ещё неделю назад на таком же уроке Андрей вёл себя невыносимо. Брызгался водой из баночки, тайком старался провести кисточкой по моим пальцам и испортить заодно и мой рисунок, так как своим он и не думал заниматься.

На других уроках сегодня он тоже был образцом кротости и послушания. Если во время заданий он чего-то не понимал, то шёпотом просил меня помочь, объяснить.

Мне нравилась такая перемена в его поведении. Он стал более ответственным и старательным. И вообще, то, что мы сидели за одной партой, теперь стало приносить мне какую-то необыкновенную, не изведанную ранее радость.

Изредка я могла близко смотреть на него, как он проводит ладонью по своим пшеничным волосам, как мило хмурит брови над стихотворением Цветаевой, пытаясь понять его суть.

Казалось, что большего мне не нужно для счастья, всё и так было очень хорошо.

По возвращении из столовой наш класс ожидала интересная новость.

Школьная библиотека обновляла книжный фонд, а старые фолианты необходимо было вынести из здания и погрузить на телегу.

В поисках рабочей силы Лидия Викторовна, наш библиотекарь, обратилась за помощью к нашему классному руководителю. Антон Петрович, как самый отзывчивый учитель обществознания, сразу же дал ей добро.

Это означало то, что мы всем составом 9 «Б» должны были после 6 урока идти в библиотеку помогать выносить старые книги.

Мои одноклассники подняли шум, всем хотелось прямо сейчас приступить к выносу и погрузке книг, так мы смогли бы прогулять оставшиеся уроки.

— Пойдёте после 5 урока, с химии, так и быть, я вас отпрошу, — сказал Антон Петрович.

Глава 5. Священная книга

В библиотеке уже с час стоял невыносимый шум и толкотня. Мальчишки без конца сновали от книжных полок к выходу. Мы же с девочками, прежде чем вынести очередную стопку на улицу, внимательно просматривали все экземпляры. Дело в том, что Лидия Викторовна разрешила всем взять себе на память понравившиеся книги, так как остальные пойдут в пункт приёма макулатуры.

Благодаря её щедрости у нас накопилось изрядное количество книжек, которые мы складывали в угол.

— Хватит уже их перебирать, давайте скорее помогать, на улице то уже темнеть начало, — проворчал проходивший мимо Юрка Чижиков.

Оторвавшись от разглядывания книг, мы с Олей и Леной нехотя пошли к дальним стеллажам.

В течение примерно получаса все мы будто зомби носили книги в телегу. В тёплых шубах от такой работы нам с девочками становилось очень жарко, и мы без конца останавливались отдышаться на высоких порожках библиотеки, где уже был включён жёлтый фонарь для лучшего освещения.