Детектив Гусинка и лесной секрет

Маргарита Голенко

Детектив Гусинка и лесной секрет

© Издательский дом «Проф-Пресс», оформление, ил., 2026

© Маргарита Голенко, текст, 2026

Глава 1

Напарники?

Это было рискованно: выползти прямо под клюв Дуболома. Лесной ветер по утрам не дул с такой скоростью, с какой дятел в тот момент долбил ствол дерева.

Признаюсь, я сделала это от отчаяния. Он уже несколько дней игнорировал просьбы взять меня в напарницы, и я решила, что лучше быть съеденной настоящим детективом, чем жить дальше, не раскрыв ни одного преступления.

Острый клюв дятла со свистом рассёк воздух и остановился в миллиметре от меня. Повезло. Но затем клюв раскрылся: нет, всё-таки это конец…

– Издеваешься? – произнёс Дуболом. Кстати, жители леса прозвали его так за то, что он по какой-то причине предпочитал дубы всем остальным деревьям.

А ещё, полагаю, за некоторую излишнюю прямолинейность. Хотя об этом никто никогда не говорил вслух.

– Ты не пожалеешь, – заверила я его.

Дятел снова раскрыл клюв, чтобы привести аргумент против, и во рту его можно было разглядеть красный, в тон галстуку, язык.

– Ну не могу я работать с гусеницей!

– Почему же? – Я изо всех сил старалась говорить как Дуболом, небрежным низким голосом, но слышала только свой жалкий писк.

– А если я тебя съем… ненароком?

– Я ядовитая.

Это было неправдой, и дятел об этом знал. Он ведь был Дуболомом, а не Дубиной! Я обычная зелёная гусинка, которая при всём своём желании не может сделать ядовитыми даже слова.

Пока детектив думал, как побыстрей от меня отделаться, я наблюдала краем глаза за мохнатыми лапами, передвигающимися по стволу дуба в нашу сторону. От одного их вида редкие волоски на моём тельце настороженно приподнялись.

– Э-э-э… здрасьте, – сказал паук-крестовик. Я понятия не имела, как его зовут.

– Да что такое, – поморщился Дуболом вместо приветствия и посмотрел на часы с крупным циферблатом на левой лапке. – На этом дереве слишком много насекомых.

– Эй! – обиженно лязгнул жвалами крестовик. – Я не насекомое.

– Тогда побыстрей выкладывай, кто ты и зачем заполз на мой дуб, – резко ответил дятел.

– Эриксон, – кивнул паук. – Мне нужна ваша помощь, детектив.

Новый клиент! Может, его обокрали? Ему грозит опасность?! Какое счастье! То есть, конечно, НЕсчастье. В общем, просто хорошо, что есть мы – дятел Дуболом и его напарница гусеница Аграфена Николаевна, способные помочь горемыке в беде. Хотя ладно, какая там Аграфена… В лесу все называют меня просто гусинкой Грушей.

Дуболом моргнул одним глазом, как будто совсем не понимал, чем он может помочь пауку Эриксону. Затем, вздохнув, сказал:

– Пройдёмте ко мне. Моё дупло там, выше.

И мы поползли вверх по стволу молодого дуба.

Глава 2

Необычное преступление

В дупле дятла всё было сделано из дуба: грубый стол, два пенька-табуретки, шкаф и даже телевизор, который… ничего не показывал. Ну конечно! Он же деревянный. И чего я в него уставилась?

Дятел сел на пенёк, рискуя загнать в гузку занозу. Я без приглашения заползла на второй. Дуболом не обратил на мою бесцеремонность никакого внимания. Эриксон остался на полу. Только сейчас я заметила «Лес-пресс» в его передних лапках.

Паук молча протянул Дуболому газету. Номер вышел вчера.

– Неужели «Лес-пресс» начал печатать новости о преступлениях? – лениво произнёс детектив. – Давно пора, газетёнку-то почти никто не читает.

– Откройте литературный раздел, – дрожащим голосом попросил Эриксон.

Дятел развернул газету. Я сидела рядом и кое-что могла прочитать. Перед глазами мелькнул заголовок:

МУСОР В ЛЕСУ!

И тут же пропал под следующей страницей.

Говоря, что «Лес-пресс» никто не читает, Дуболом ошибался: газету читала я. С тех пор как стала мечтать стать детективом, ищу информацию о преступлениях где только можно.

Но в чём-то дятел прав: «Лес-пресс» невероятно скучная газета. Например, статья «Мусор в лесу!» призывала бороться с детьми из посёлка, которые оставляли у нас пластиковые бутылки из-под лимонада, битые стёкла и фантики от конфет. Забавными можно было назвать разве что объявления: «Семья бурундуков снимет дупло. Оплату орехами гарантируем», «Шерсть после прошлогодней линьки для ваших шапок. Обращаться к Василисе Лисициной», «Пущу на постой мышь. Откормлю как следует. Сыч Д. А.»

Самым неинтересным мне казался литературный раздел, в котором обычно печатались колкие стихи поэта Ёжика. Поэтому я очень удивилась, когда Эриксон сказал нам обратить внимание именно на него.

– Стих, – констатировал дятел, пробегаясь глазами по аккуратному столбику из слов. Больше, видимо, он не мог ничего сказать. Да и я бы сильно удивилась, окажись детектив любителем поэзии.

– «Тайна под землёй», – кивнул паук. – Пожалуйста, прочитайте!

Дуболом простонал.

– Если вам нужен читатель, обратитесь, пожалуйста, к кому-нибудь другому! Я не большой охотник таких развлечений.

Эриксон нервно рассмеялся.

– Понимаю, о чём вы. Прочтите, и я объясню, в чём дело.

Дуболом вздохнул и откашлялся.

– Так… Ну хорошо.

И прочитал своим низким и монотонным голосом:

Тайна под землёйМне страшно сказать,Но молчать невозможно!Всё стало запутанно,Странно и сложно…Как будто растутИз земли изумруды!Откуда взялосьЭто дивное чудо?!Теперь я свидетель,Несчастный, случайный!Сказали: «Не смейВыдавать моей тайны!»И если надёжноНе спрячу секрет,Погибнет ваш юныйЛюбимый поэт!

– Чушь лесная! – воскликнул Дуболом, закончив читать. – Как могут изумруды расти из земли?!

– Немного туманно, согласен, – смущённо пробормотал Эриксон, – но вовсе не чушь!

Откровенно признаюсь, я даже не попыталась вникнуть в эти строчки. Всем ведь понятно, что стихи – это ужасно скучно!

– А! – воскликнул Дуболом, прочитав подпись под стихотворением. – Так вы пришли, чтобы поделиться своим творчеством? Тогда вы не по адресу. Я ничего не понимаю в поэзии. Я, с вашего позволения, детектив.

Дуболом со злостью скомкал «Лес-пресс» и запустил им в Эриксона, но тот ловко поймал бумажный шарик одной из своих восьми лапок.

– Это не моё творчество, – быстро проговорил Эриксон. – В том-то всё и дело.

Там указано, что автор я, но на самом деле стих принадлежит Ёлочке.

– Зачем же вы его украли? – не вытерпела я и подала свой крайне недетективный гусеничный голосок.

– Я этого не делал! – вскричал паук. – Клянусь! Но Ёлочка… – Его голос дрогнул. – Она мне не верит… Вы должны помочь доказать правду! Я очень дорожу дружбой с ней…

Вот это да! Судьба подбросила мне настоящее преступление! Немного необычное, согласна… Кража стиха! Как можно украсть то, что нельзя потрогать? – Кто ещё мог знать об этом стихотворении? – спросила я.

Паук молчал, уставившись круглыми глазами в деревянный экран телевизора. Он смотрел так заворожённо, словно там действительно показывали что-то интересное.

– Ну как кино? – гаркнул Дуболом и расхохотался.

– А? – вздрогнул паук. – Да я просто… О чём вы спросили?

– Кто ещё мог знать о стихотворении? – повторила я.

– В том-то и дело, что никто! Это исключено! Ёлочка очень стеснялась своего таланта и доверяла только мне. Знаете, у ёлок хоть и есть лапы, но они совсем не предназначены для того, чтобы писать. Я помогал ей… Она строго-настрого запретила рассказывать кому-либо, что сочиняет стихи! Мы прятали их в специальный тайник. Подруга даже просила меня писать не в тетрадке, а на листьях лопуха, чтобы кто-нибудь случайно не заметил на фоне зелени белый лист… И она много раз говорила, что боится посылать стихи в газету!

– Как бы там ни было, – перебил Дуболом, – это не ко мне.

Эриксон, очевидно, был в панике. Его передние лапки словно катали в воздухе невидимый пластилин, а жвалы то и дело ходили вверх-вниз.

– Как не к вам?!

– Я такими вещами не занимаюсь. Если бы у вас украли драгоценность какую-то или ещё что-то осязаемое – тогда да… Вещи, понимаете? Что-то, что можно взять в руки. А кража стихов… Нет, вы меня извините!

– Что же мне делать?!

Дятел пожал крыльями.

– Обратиться к другому сыщику.

– Да в лесу другого нет!

Дуболом встал с табуретки, показывая, что разговор окончен. Печальный паук-крестовик медленно попятился к выходу.

Глава 3

Моё первое дело

– Ты что, не поможешь ему?! – возмутилась я, когда Эриксон покинул дупло дятла. – Он же явно переживает!

Дуболом в очередной раз раскрыл клюв, и я снова подумала, что он сейчас меня склюёт, но детектив только зевнул. – А что я могу сделать?

– Здесь очевидно что-то не так! Обычно стихи воруют, чтобы опубликовать под своим именем, а не под чужим. Плагиат.

– Да знаю я, как это называется, – отмахнулся дятел. – Но, как уже сказал, кража интеллектуальной собственности – не мой профиль.