Предки завещали опасаться. Как травматическое наследие влияет на нашу жизнь и что можно изменить

Третье – слепая зона, невидимость междисциплинарного моста. Эпигенетика и есть тот самый недостающий мост между телом (генами) и душой (поведением, травмой), но его построили недавно. Психология десятилетиями говорила о «трансгенерационной травме», не зная, как она передаётся биологически. Генетика отрицала наследование приобретённых признаков. Теперь мост есть, но многие пока идут старыми путями.

А что если собрать пазл? Представьте себе эту мощь взаимодействия специалистов из разных областей.

Психолог + Эпигенетик и клиентка с необъяснимой тревожностью. Генограмма выявляет историю бабушки, пережившей блокаду. Анализ крови показывает специфическое метилирование гена FKBP5 (см. Главу 3), связанное с нарушением регуляции стресса. Терапия направлена не только на «здесь и сейчас», но и на символическое завершение травмы предка (эффект Зейгарник, из Главы 4), плюс нутритивная[37] поддержка для оптимизации метилирования (об этом речь пойдёт впереди). Цель – «отклеить вредный стикер» на биологическом и психологическом уровнях.

Врач + Социолог + Историк и ребёнок с ожирением. Вместо стандартной рекомендации «ешь меньше, двигайся больше» начинается глубокое изучение истории. Выявляется, что дед по материнской линии – потомок переживших «Голодную зиму». Эпигенетический риск, социум (дешёвый фастфуд в районе) и семейные пищевые привычки, сформированные голодом («доедай всё!») накладываются друг на друга. Значит, и лечение требуется комплексное: работа с диетологом, уважающим эпигенетику питания, семейная психотерапия для изменения паттернов, социальная поддержка.

Нейробиолог + Педагог. Исследования показывают, что у детей, чьи матери пережили сильный стресс во время беременности, могут быть изменения в структуре миндалины (этого мы касались в Главе 3). Это не приговор, а сигнал для педагогов: таким детям нужна особая среда, в которой будет меньше давления, больше предсказуемости и поддержки в освоении эмоций, чтобы их «навигатор» не сбивался на устаревшие карты опасности.

Межпоколенческая передача – это живой, динамичный поток, в котором сплетаются:

• молекулы: метильные метки, малые РНК, кортизол (их изучают эпигенетика и биология);

• нейроны: изменённые связи в миндалине, гиппокампе, префронтальной коре (которые изучает нейробиология);

• поведение: страхи, привычки, сценарии, повторяющиеся из поколения в поколение (изучаются психологией и социологией);

• среда: война, голод, насилие прошлого и токсичные отношения, бедность, стресс настоящего (их изучают история, социология и экономика);

• сознание: незавершённые гештальты, семейные тайны, мифы (которые изучают психология и антропология).

Хорошая новость в том, что понимание целостности даёт невиданную силу. Если вредная программа передалась через молекулярный «стикер» (метилирование), психологическую «карту» (семейный миф) и социальную «ловушку» (бедность), то и отключать её нужно на всех уровнях сразу. Можно менять диету, чтобы поддержать здоровое метилирование. Можно прорабатывать травму предка в терапии, «закрывая гештальт». Можно менять среду, строя поддерживающие отношения и выбирая иное социальное окружение. Можно переписывать внутренний нарратив через осознанность. Каждое действие на любом уровне – это сигнал дирижёру нашего эпигенома: «Старые настройки больше не нужны. Включай новые гены! Рисуй новое русло для реки».

Мы стоим на пороге новой эры понимания себя. Эры, где больше нет «или/или». Где молекулярная биология не отрицает силу духа, а психология признаёт власть гена (точнее, его эпигенетического выключателя). Где исцеление личной и родовой травм становится задачей и души, и тела, и разума, и общества.

Только собрав все тропы к роднику в одну широкую дорогу, мы увидим воду во всей её чистоте и силе, а также обнаружим возможность переписать наследственность. Ведь мы не пассивные носители «рюкзака предков». Мы – те, кто может его перетряхнуть, выбросить ненужное и добавить что-то своё, ценное, для тех, кто придёт после нас.

Часть 2. Эпигенетика души

В предыдущей части было много теории – мы разобрали, как работают сложные, но важные эпигенетические механизмы: метильные «стикеры», гистоны и экспрессия генов. Теперь настало время спросить: что именно эпигенетика записывает в наш организм? Думаю, ответ вас удивит. Он кроется не только в химических реакциях, но и в сокровенных глубинах нашей души.

В этой части мы отправимся в путешествие по лабиринтам родовой памяти. Увидим, как невысказанная боль, незавершённые ритуалы и семейные мифы становятся молекулярными посланиями, влияя на нашу жизнь. Вы узнаете, как древняя мудрость и современная наука встречаются, чтобы помочь нам исцелить эхо прошлого и переписать унаследованные сценарии. Как я и говорила: будущее в том, чтобы находить ответы на «стыке дисциплин». Добро пожаловать в эпигенетику души – туда, где гены встречаются с судьбой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Сертификационные программы: Гарвардский университет (Cognitive Science), Университет Дьюка (Medical Neuroscience), СПбГУ (Нейролингвистика), Ассоциация когнитивно-поведенческой терапии (нейропсихология и терапевтические практики). Обучение экзистенциальному анализу у Альфрида Лэнгле, курс «Эпигенетика» БФУ им. И. Канта и др.

2

Dominissini, D. et al. (2012). Topology of the human and mouse m6A RNA methylomes. «Nature» 485, 201–206.

3

Meyer, K.D. et al. (2012). Comprehensive analysis of mRNA methylation reveals enrichment in 3’ UTRs and near stop codons. «Cell» 149, 1635–1646.

4

Kucharski et al., 2008 (пчёлы и метилирование) https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/19133075/

5

Фенотип – совокупность внешних и внутренних признаков организма, приобретённых под влиянием генотипа (набора генов) и окружающей среды. У человека, например: цвет и разрез глаз, форма носа, рост и другое.

6

Mao et al., 2015 (стресс королевы) https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/26601244/

7

Гаплоидными называют самцов, которые развиваются из неоплодотворённых яйцеклеток, у них одинарный (гаплоидный) набор хромосом.

8

Rieder et al., 2016 (дрозофилы и РНК) https://bmcbiol.biomedcentral.com/articles/10.1186/s12915-014–0111-3

9

Локусы – это конкретные «адреса» генов на хромосоме, как почтовый индекс для участка ДНК. В контексте материнских генов: это определённые участки ДНК, где материнская копия часто метилирована (то есть «выключена»), чтобы ограничить рост плода и защитить ресурсы матери.

10

Рэнди Джиртл и Роберт Уотерленд, 2003 (импринтинг, мыши-агути) https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/12861015/

11

Синдром Ангельмана вызван отсутствием отцовской копии гена на 15-й хромосоме (или дефектом материнского импринтинга), проявляется тяжёлой задержкой развития, судорогами, хаотичными движениями и частым беспричинным смехом.

Синдром Прадера-Вилли возникает из-за отсутствия отцовской копии генов в районе 15q11–13 (или материнской унипарентальной дисомии), характеризуется мышечной гипотонией в младенчестве, патологическим аппетитом с развитием ожирения, низким ростом и когнитивными нарушениями.

Оба синдрома – классические примеры нарушения геномного импринтинга, когда экспрессия генов зависит от родительского происхождения.

12

Dias & Ressler, 2013 (мыши и запах страха) https://www.nature.com/articles/nn.3594

13

Иван Петрович Павлов (1849–1936), русский физиолог, изучал пищеварение у собак и случайно открыл условный рефлекс. Интересно, что Павлов получил Нобелевскую премию именно за исследования пищеварения, а не рефлексов – их он изучал «в свободное время».

14

Бихевиоризм – направление в психологии, которое изучает поведение как совокупность реакций человеческого организма на стимулы внешней среды. Основоположником считают американского психолога Джона Уотсона, который опирался на исследования И. П. Павлова об условном рефлексе. Бихевиористы верят, что поведение поддаётся изменению и контролю через системное обучение. В бизнесе, к примеру, применяется для повышения производительности и эффективности работы сотрудников через положительное подкрепление.

15

Нейропластичность – способность мозга перестраивать нейронные связи и структуры на клеточном уровне в ответ на новый опыт, обучение, травму или восстановление.

16

Длина теломер – это показатель биологического возраста клетки, чем короче теломеры (этакие защитные «колпачки» на концах хромосом), тем ближе клетка к старению или гибели, что связывают с хроническим стрессом, воспалением и риском возрастных болезней.

17

GR – сокращение, используемое для обозначения белка Glucocorticoid Receptor (глюкокортикоидный рецептор). Этот белок – рецептор для кортизола. Говоря «GR», имеют в виду белок, а когда говорят «ген GR», имеют в виду ген NR3C1 (полное название – Nuclear Receptor Subfamily 3 Group C Member 1), кодирующий этот рецептор.

18

В английском – «negative feedback inhibition of the HPA axis».

19

Klengel et al., 2013 (FKBP5 и травма) https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/23201972/

20

ГАМК – это гамма-аминомасляная кислота. Главный тормозной нейромедиатор центральной нервной системы. Он снижает возбудимость нейронов, «гасит» избыточную активность мозга, способствует расслаблению, снижению тревоги и балансу нервных процессов. А ещё регулирует сон, мышечный тонус, защищает от перевозбуждения и судорог.

21

Yehuda et al., 2015 (Холокост и эпигенетика) https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/26410355/

22

E Susser et al., 1996 https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/8540774/

23

E S Susser et al., 1992 https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/1449385/

24

Alan S Brown et al., 2008 https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/18682377/

25

Bastiaan T Heijmans et al., 2008 https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/18955703/

26

L H Lumey et al., 2008 https://www.researchgate.net/publication/6245059_Cohort_Profile_The_Dutch_Hunger_Winter_Families_Study

27

Rebecca C Painter et al., 2005 https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/15893910/

28

T J Roseboom et al., 2001 https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/11738798/

29

Jiayi Zhou et al., 2024 https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/39358993/

30

Heijmans et al., 2008 (Голландский голод) https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/18955703/

31

A theory of cognitive Dissonance, New York, Evanston, Row, Peterson, 1957 https://openlibrary.org/books/OL6225242M/A_theory_of_cognitive_dissonance

32

Редукция, редуцирование – это процесс упрощения сложного или уменьшения чего-либо (размера, количества, интенсивности…). Например, уменьшение громкости звука или сведение сложной задачи к последовательности простых шагов. Слово «редукция» часто используется в науке, языке, технике и многих других областях для описания перехода от сложного к простому.

33

Когнитивистика – это междисциплинарная наука, изучающая (часто с использованием компьютерных моделей) обработку информации в мозге: как возникают мышление, память, внимание, восприятие, язык и принятие решений (включая бессознательные процессы).

34

«Запоминание законченных и незаконченных действий», 1927 – статья Блюмы Зейгарник.

35

Генограмма (также известная как исследование Макголдрика-Герсона или схема Лапидуса) – это по сути своей семейная история, нарисованная на листе бумаги. Генограмму можно сравнить с генеалогическим древом, потому что на ней отображаются имена родственников и самые важные даты их жизни. Но самое главное, в генограмме указываются эмоциональные связи. Здесь не столько важна историческая справка, сколько бессознательные эмоции, носителем которых вы являетесь. Генограмма позволяет выявлять повторяющиеся модели поведения и распознавать наследственные тенденции.

36

Groot et al, 2019, есть тут https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC7209933/ и тут https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/32306883/ (страх выходит «через поры»).

37

Нутритивная поддержка – это индивидуально подобранное питание, обеспечивающее организм жизненно необходимыми «строительными материалами» (нутриентами) – белками, жирами, углеводами, витаминами и микроэлементами – в случаях, когда обычный приём пищи невозможен или недостаточен для восстановления сил и здоровья.